Перерождения Эрена Йегера в мире dxd

Мир на мгновение утонул в беззвучном, всепоглощающем белом свете. Ударная волна была не звуковой, а скорее экзистенциальной — она прошла сквозь души всех присутствующих, заставив их замереть. А затем, так же внезапно, как и началось, всё прекратилось. Свет погас. Тишина, наступившая после, была абсолютной, неестественной, словно сам мир затаил дыхание. Все медленно открыли глаза. Колоссальное тело Фенрира всё ещё стояло в центре поляны, застывшее, как изваяние. Бронебойный кристаллический снаряд Эрена исчез, будто его и не было. На лбу волка, в том месте, где была пространственная рана, не было ничего, кроме тонкой черной линии. На секунду показалось, что их отчаянный, безумный план провалился. Но затем по этой черной линии пробежала первая, едва заметная трещина, испустив сноп алых и зеленых искр — остатки драконьей и титанической энергии. За ней последовала вторая, третья. Паутина трещин с нечеловеческой скоростью начала расползаться по всему гигантскому телу Фенрира, как трескается замерзшее озеро под лучами весеннего солнца. Раздался низкий, глубокий гул, идущий изнутри монстра. Исполинский волк, бог разрушения, предвестник Рагнарёка, с тихим, протяжным вздохом начал рассыпаться. Его несокрушимая шкура, его вечные кости — всё превращалось в миллиарды частиц черного пепла и светящейся пыли. Не было ни крови, ни огня. Древнее существо просто было стерто из реальности, разобрано на атомы невозможной силой, которую обрушил на него Эрен. Ветер подхватил этот пепел и развеял его над молчаливым лесом Асгарда. Они победили. Они совершили невозможное. Убили бога. Когда последний прах развеялся, все взгляды обратились к архитектору этой победы. Эрен стоял на коленях посреди поляны, там, где он приземлился после атаки. Драконья аура исчезла. Кристаллическая броня осыпалась. Он был просто человеком в рваной одежде. Он тяжело дышал, его тело сотрясала крупная дрожь. Затем он медленно поднял руку к лицу. Из его глаз, носа и ушей тонкими струйками текла кровь. Его тело, гибрид человека и дьявола, не было предназначено для того, чтобы служить каналом для силы Небесного Дракона. Энергия, которую он пропустил через себя, чтобы выковать свое абсолютное оружие, теперь разрушала его изнутри. Он посмотрел на свои дрожащие руки, на которых проступали всё новые и новые кровавые капли. «Так вот какова цена…» — пронеслось в его голове. Он закашлялся, и на землю упали брызги крови. А затем его тело обмякло, и он рухнул на землю без сознания. — ЭРЕН! Конэко, забыв про собственную усталость, первой добежала до него. За ней последовали Киба и Акэно. Они перевернули его. Он был жив, но его дыхание было слабым, а пульс едва прощупывался. Его жизненная сила утекала с каждой секундой. Группа «Бригады Хаоса» — Курока, Бико и самурай — стояли поодаль, в полном шоке. Они пришли сюда, чтобы освободить и завербовать силу, способную уничтожить мир. А в итоге стали свидетелями того, как другая, еще более непонятная и страшная сила уничтожила их цель. Они смотрели на лежащего без сознания Эрена с суеверным ужасом и нескрываемым интересом. — Этот парень… — прошептал Бико. — Он не просто дьявол или человек. Он — ходячий катаклизм. Вали должен об этом узнать. — Похоже, ты нашла себе нового, куда более интересного «монстра», Широнэ, — произнесла Курока, глядя на свою сестру, склонившуюся над телом Эрена. — Но наш разговор не окончен. С этими словами она открыла портал. Продолжать бой сейчас было верхом глупости. Во-первых, они не знали, на что еще способна эта странная команда. А во-вторых, всплеск энергии от последней атаки был настолько мощным, что его, несомненно, заметил Хеймдалль и вся стража Асгарда. Они исчезли за мгновение до того, как в небе над поляной появились первые всадницы. Десятки Валькирий в сияющих доспехах на крылатых конях бесшумно окружили их, их копья были направлены на пэру Гремори. Из их рядов вышла одна, в богато украшенной броне и с величественной осанкой. Это была Россвайса, одна из сильнейших валькирий и личная телохранительница Одина. Её строгий взгляд окинул поле битвы — гигантский кратер, выжженную землю, и группу дьяволов, склонившихся над своим умирающим товарищем. — Именем Всеотца Одина, — её голос прозвучал как лязг стали. — Кто вы такие, и какое святотатство вы совершили на этой земле? Ситуация была безнадежной. Они были пойманы с поличным на территории чужой мифологии, на месте убийства существа божественного уровня. Акэно и Киба шагнули вперед, пытаясь что-то объяснить, но слова застревали в горле. Что они могли сказать? В этот момент из кармана Эрена, когда Конэко пыталась перевернуть его, чтобы дать Азии доступ к ранам, выпал маленький предмет и со звоном ударился о камень. Это был тот самый острый кристаллический осколок, который он дал ей перед битвой с Курокой. Взгляд Россвайсы упал на него. Она замерла. Её суровое лицо воина на мгновение сменилось выражением абсолютного неверия. Она медленно подошла, опустилась на колено и внимательно рассмотрела осколок, не смея его коснуться. Она чувствовала энергию, исходящую от него. — Эта… эта структура… эта энергия… — прошептала она так тихо, что её едва услышали. — Невозможно… Она подняла свой потрясенный взгляд на лежащего без сознания Эрена. — Это… руна? Но… она выкована не из магии Девяти Миров. Она создана из самой воли и… чего-то еще. Чего-то, что древнее самих богов. Она посмотрела на остальных членов пэры Гремори уже совершенно другими глазами. Они перестали быть для неё просто нарушителями. Они принесли с собой тайну, загадку, которая была куда важнее любого нарушения границ. — Вы все пойдете со мной, — её голос все еще был строгим, но в нем уже не было угрозы, а лишь непреклонная решимость. — Всеотец должен увидеть… это. И этого… юношу. Немедленно.