Перерождения Эрена Йегера в мире dxd

«60… 59… 58…» Беззвучный таймер на браслете Азазеля начал свой отсчет. Для всех в комнате время, казалось, замедлилось. Для Эрена оно сжалось в одно-единственное, бесконечное мгновение. Оковы пали. Не физические, а те, что были на его душе. Плотина, сдерживающая ревущий океан его истинной силы, дала трещину. Из этой трещины хлынул не просто поток, а цунами чистой, первородной мощи. Это была не демоническая энергия. Не сэндзюцу. Это была сама воля, сама память, сама суть Прародителя, спавшая в нем два тысячелетия. Его глаза вспыхнули неистовым, золотым светом, тем самым, что видели обитатели Путей. По всему его телу, словно раскаленная лава под застывшей корой, проступила и засияла сеть темных кристаллических линий. Воздух вокруг него затрещал, искажаясь от давления силы, которую это измерение было не в состоянии вместить. Доктор Торн, который секунду назад был хищником, с интересом разглядывающим свою добычу, превратился в перепуганного энтомолога, из пробирки которого только что вырвалось нечто, нарушающее все законы биологии. — Невозможно! — пролепетал он, в панике отступая. — Энергетические показания! Они… они не поддаются классификации! Протокол сдерживания! Максимальная мощность! Он ударил по консоли. Вся лаборатория взвыла. Из стен выехали десятки автоматических турелей. В коридоре за его спиной активировались и ринулись в комнату боевые големы. Энергетические щиты вспыхнули перед Торном. Эрен даже не посмотрел на них. Он просто поднял руку. Он не создавал кристальный щит. Он просто повелел пространству перед собой уплотниться. Плазменные заряды, пули, ракеты — всё, что летело в него, замирало в нескольких метрах, а затем беззвучно рассыпалось в пыль, словно наткнувшись на невидимую стену самой реальности. Он медленно пошел вперед, на Торна. Големы, преграждавшие ему путь, замерли, а затем их механические тела с оглушительным скрежетом начали скручиваться и деформироваться, подчиняясь его безмолвной воле. Он не управлял металлом. Он управлял самой его атомарной структурой, превращая боевые машины в груды уродливого, искореженного мусора. — Что это?! Это не магия! Это не технология! Что ты такое?! — в ужасе кричал Торн, пятясь назад. Эрен остановился в нескольких метрах от него. — Ты хотел заглянуть внутрь меня, доктор, — его голос был спокойным, но в нем звучало эхо тысяч других голосов — голосов всех предыдущих шифтеров, живших и умерших до него. — Добро пожаловать в память крови. Воздух вокруг Эрена замерцал. Киба, Конэко и Садзи, стоявшие позади, в шоке смотрели, как рядом с ним начали появляться полупрозрачные, призрачные фигуры. Они видели воина с арбалетом на руке. Гиганта в броне. Крылатую тень. Девушку с кристальным молотом. Они видели легион призраков, легион его прошлого. — Ты видишь не одного человека, — продолжал Эрен, и его эхо-голос, казалось, проникал прямо в мозг Торна. — Ты видишь легион. Ты видишь две тысячи лет боли, борьбы и рабства, которые ты пытался превратить в формулу в своей пробирке. Ты пытался измерить душу. Какая самонадеянность. «…30… 29… 28…» Торн, доведенный до предела, в последней отчаянной попытке нажал на своей консоли кнопку, активируя самое мощное силовое поле. — Ты не пройдешь! Эрен поднял руку. Из воздуха, из ничего, соткались призрачные, светящиеся цепи. Те самые цепи, которые когда-то сковывали Имир в измерении Путей. Они пронзили силовое поле, словно его и не было, и обвились вокруг Торна, поднимая его в воздух. — Ты хотел создать идеальное оружие. Ты хотел порядка, управляемого логикой, — сказал Эрен, медленно подходя к беспомощно извивающемуся ученому. — Но ты забыл главный закон вселенной, доктор. У каждого действия есть равное ему противодействие. Он протянул руку к пьедесталу, на котором лежал «Алхимический ключ». Ему не нужно было его касаться. Ключ сам поднялся в воздух и плавно опустился ему в ладонь. — Ты хотел разбудить монстра, — Эрен встал прямо перед лицом Торна. — Поздравляю. Ты своего добился. Он не стал его убивать. Это было бы слишком просто. Он приложил ладонь ко лбу ученого. — Я покажу тебе то, что ты так хотел увидеть. Всё. Всю боль. Все смерти. Всю агонию. Весь Грохот. Две тысячи лет страданий целого народа хлынули в разум Ариса Торна в одно-единственное мгновение. Его крик был беззвучным, потому что человеческий голос не способен издать такой звук. Его глаза закатились, изо рта пошла пена. Его гениальный, логичный разум, столкнувшись с бесконечным океаном иррациональной боли, просто сгорел. Когда Эрен отнял руку, на пол упало лишь безвольное, пускающее слюни тело с пустыми глазами. Живой труп. «…3… 2… 1…» Таймер на браслете пискнул в последний раз. Связь с Координатой оборвалась. Золотой свет в глазах Эрена погас. Призрачные фигуры вокруг него исчезли. И вся боль, вся отдача от использования этой чудовищной силы обрушилась на него. Он рухнул на колени, его тело сотрясали судороги, а из носа снова хлынула кровь. Он был полностью, абсолютно пуст. Киба и Конэко бросились к нему, подхватывая его под руки. Он был в сознании, но едва мог стоять. Но в тот же миг, когда они подумали, что все кончено, по всему комплексу снова взвыла сирена. На главном мониторе, над которым все еще висело тело Торна, вспыхнула новая надпись. «ВНИМАНИЕ. ЗАФИКСИРОВАНО НЕУПОЛНОМОЧЕННОЕ ИЗВЛЕЧЕНИЕ 'КЛЮЧА'. ПРОТОКОЛ 'ГЕНЕЗИС' АКТИВИРОВАН. ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ОБЪЕКТА 'КОВЧЕГ' В ЗАПАСНУЮ ТОЧКУ СЛЕПЫМ ПЕРЕХОДОМ. АКТИВАЦИЯ ПОЛНОЙ ЛИКВИДАЦИИ ДАННОГО ОБЪЕКТА ЧЕРЕЗ… 5 МИНУТ». — Черт! — выругался Киба. — У них был запасной план! Они перемещают «Ковчег»! Они победили. Они нейтрализовали гения-злодея и получили ключ. Но в последнюю секунду их главная цель ускользнула от них, и теперь вся эта мега-крепость готовилась взорваться. — Бежим, — прохрипел Эрен. — У нас мало времени. Их последняя, самая отчаянная гонка на выживание только что началась.