Перерождения Эрена Йегера в мире dxd

Появление Имир было не просто появлением еще одного бойца. Это было событие космологического масштаба. Сам воздух, сама реальность, казалось, преклонила колени перед той, что стояла у истоков одной из самых страшных сил во вселенной. Все звуки битвы стихли. Конструкты-преторианцы замерли, их программная логика не могла обработать новую переменную, не вписывающуюся ни в одну категорию. Архитектор, аватар Хаоса, отшатнулся. Его вечная, холодная уверенность впервые дала трещину. На его лице отразилось неверие и чистая, первобытная ярость. — Невозможно! — прошипел он. — Ты не должна была суметь пересечь границу миров! Печать должна была удерживать тебя в твоем измерении! Фигура девушки в простом белом платье медленно повернула голову. Её глаза, в которых не было зрачков, а лишь звездная пыль, сфокусировались на нем. — Печать удерживала не меня, — её голос был не звуком, а эхом, которое звучало одновременно и в ушах, и в разуме каждого присутствующего. — Она удерживала его. — Она едва заметно кивнула в сторону Эрена. — Но его последняя отчаянная атака, его воля, пробила в ней брешь. Я пришла на зов своего потомка. На зов моего Короля. Архитектор понял свою чудовищную ошибку. Пытаясь сломать клетку, чтобы заполучить то, что внутри, он лишь ослабил замок, позволив явиться самой тюремщице. — Неважно! — взревел он, приходя в себя. — Ты лишь призрак, отголосок силы, запертой в этом мальчишке! Ты не сможешь мне противостоять! Он взмахнул рукой, и вся его армия, все оставшиеся конструкты, включая элитных преторианцев, ринулись на Имир. Одновременно с этим он начал концентрировать энергию Хаоса, намереваясь стереть её из реальности. Но Имир не двинулась с места. Она просто подняла руку. И мир вокруг неё начал меняться. Земля под ногами атакующих конструктов превратилась в зыбучий песок — тот самый светлый песок из измерения Путей. Боевые машины начали вязнуть и тонуть в нем. Из этого же песка, словно деревья, начали расти гигантские, светящиеся синим светом колонны, похожие на ствол Древа Координаты. Они преграждали путь, создавая непроходимый лес. Архитектор обрушил на неё поток чистого Хаоса — разрыв в пространстве, который должен был поглотить её. Но Имир лишь выставила ладонь, и из неё соткался щит. Но не из кристалла или энергии. А из воспоминаний. Тысячи лиц — мужчин, женщин, детей, всех элдийцев, когда-либо живших, — пронеслись перед ней, создавая нерушимый барьер из самой истории, из самой жизни. Хаос, сила небытия, отступил перед силой бытия. Эрен и его друзья стояли, как завороженные, наблюдая за этой битвой богов. Имир повернула голову и посмотрела на Эрена. Их разумы соединились. Он увидел всё. Он увидел рождение Архитектора — древнего существа, которое первым прикоснулось к силе Трихексы и стало его жрецом. Он увидел его тысячелетний план — собрать пять «ключей», пять уникальных существ, чтобы провести ритуал и поглотить силу Координаты, а затем и самого Трихексы, став единственным богом новой, пустой вселенной. А затем Имир показала ему выбор. — Я не могу уничтожить его. Он — аспект самой вселенной, как и я. Хаос и Порядок. Но я могу запереть его. Вместе с собой. В вечной ничьей, в точке, где времени не существует, — прозвучал её голос в его голове. — Но для этого… печать на твоей душе должна быть сломана. Вся моя сила, вся Координата, должна быть передана тебе. Ты станешь новым Якорем, удерживающим реальность, пока я буду его вечным тюремщиком. Ты обретешь абсолютную силу. Ты станешь богом. Но ты навсегда будешь один. Это твой путь. Твоя свобода. Эрен смотрел на неё. На эту маленькую девочку, которая две тысячи лет была рабыней. Рабыней короля, рабыней своей силы, рабыней своей судьбы. И теперь она предлагала ему вечное одиночество во имя спасения всех. Он видел этот путь. Путь бога. Путь абсолютной силы и абсолютной пустоты. И он вспомнил другую картину. Картину уставших, но живых друзей, сидящих у костра на разрушенном острове. Улыбку Риас. Молчаливую поддержку Конэко. Глупые шутки Иссея. И он сделал свой выбор. — Нет, — мысленно ответил он ей. — Ты страдала достаточно долго. Ты была рабыней две тысячи лет. Теперь… будь свободна. Он разорвал их ментальную связь. Но прежде чем сделать это, он совершил свой последний, самый главный акт воли. Он не принял её силу. Он отдал ей свою. Всю свою ярость. Всю свою несгибаемую волю к свободе. Всю свою любовь к своим новым друзьям. Он передал ей не свою мощь, а свою душу. На поле боя что-то изменилось. Фигура Имир Прародительницы вздрогнула. Она медленно подняла голову. И когда она открыла глаза, они были другими. В них больше не было звездной пустоты и вековой печали. В них горел яростный, несгибаемый, зеленый огонь. Огонь Эрена Йегера. Архитектор почувствовал это изменение и в ужасе отшатнулся. Перед ним стояла не пассивная сила созидания. Перед ним стоял Атакующий Титан в теле бога. — Ты хотел забрать свободу у моих детей, — её голос больше не был эхом. Он был её собственным. Сильным, ясным и полным гнева. — Но я больше не рабыня. Ни королям. Ни судьбе. Ни Хаосу. Она шагнула вперед. И вся реальность вокруг неё подчинилась её воле. Земля под ногами Архитектора превратилась в лес из гигантских кристаллических шипов. Небо над его головой запылало святой молнией. Из-под земли вырвались призрачные руки титанов, которые схватили его, удерживая на месте. — Это конец, — сказала она. Она приложила палец ко лбу аватара Хаоса. И поле боя накрыла абсолютная, всепоглощающая белая тишина. Когда свет погас, всё было кончено. Архитектор исчез. Его армия рассыпалась в прах. Древний замок превратился в руины. Имир Прародительница тоже исчезла. Возможно, она наконец обрела покой. Возможно, она отправилась странствовать по мирам, впервые в своей жизни по-настоящему свободной. Никто не знал. На выжженной земле, в самом центре, лежал Эрен. Он был без сознания. Подавляющий ошейник на его шее распался на атомы. Печать на его душе, которую его враг так отчаянно пытался взломать, исчезла, растворенная волей Имир. Его друзья подбежали к нему. Риас, плача, обняла его. Он был теплым. Он был жив. Он очнулся через несколько часов, на борту корабля, летящего домой. Он посмотрел на свои руки. Он чувствовал себя… обычным. Сила Координаты ушла вместе с Имир. Его внутренняя броня исчезла. Осталась лишь его демоническая сущность и его собственная, человеческая воля. Он был свободен. По-настоящему. — Всё кончено? — спросил он, глядя на Риас, которая держала его за руку. — Да, — улыбнулась она сквозь слезы. — Всё кончено. Он знал, что это не совсем так. Осталась «Бригада Хаоса». Остались остатки «Хранителей». Оставался «Ковчег», всё еще затерянный во времени. Впереди было еще много битв. Но, глядя на лица своей семьи, собравшейся вокруг него, он знал, что главную войну — войну с самим собой, со своим прошлым, со своей судьбой — он только что выиграл. Его взгляд встретился со взглядом Конэко. Она протянула ему плитку шоколада. Он взял её и, впервые за очень долгое время, искренне, без тени боли или ярости, улыбнулся. Путь домой был долгим. Но он знал, что наконец-то идет в правильном направлении.