Перерождения Эрена Йегера в мире dxd

Прошло десять лет. Десять лет мира. Хрупкого, выстраданного, но настоящего. Мира, который был куплен ценой крови, жертв и невозможных союзов. В саду, раскинувшемся за зданием, которое когда-то было просто Клубом Оккультных Исследований, а теперь стало центром целого комплекса, играли дети. Это были необычные дети. У одного мальчика были едва заметные заостренные ушки. У девочки, смеющейся на качелях, при ярком свете можно было разглядеть крошечные, еще не развившиеся перепончатые крылышки. Некоторые же выглядели как обычные люди. Это были они. Дети из «Ковчега» и потомки тех, кого спасли с острова «Хранителей». Последние элдийцы, нашедшие новый дом в новом мире. За ними с теплой, материнской улыбкой наблюдала Азия Ардженто. Она больше не была робкой, испуганной монахиней. Она стала главой попечительского совета этого убежища, одной из самых уважаемых целительниц во всех фракциях, её «Сумеречное Исцеление» стало символом новой эры сотрудничества. — Эй, мелочь, не брызгайтесь! — раздался веселый голос. К ним подошел высокий, уверенный в себе молодой мужчина. Это был Иссей Хёдо. Он больше не был просто озабоченным школьником. Он стал уважаемым дьяволом высшего класса, популярным учителем в Академии Куо и одним из сильнейших носителей Усиливающего Механизма в истории. Его мечта о гареме так и не сбылась, но он обрел нечто большее — огромную, любящую семью, которая обожала его таким, какой он есть. Мир изменился. Победа над «Хранителями» и последующее раскрытие заговора аватара Хаоса потрясли основы всех мифологий. Старые распри показались мелкими и незначительными перед лицом угрозы вселенского уничтожения. Альянс, выкованный в огне битвы, не распался. Он окреп. Дьяволы, ангелы, падшие и боги Асгарда теперь регулярно проводили совместные советы, делясь информацией и решая проблемы сообща. Пэра Гремори стала легендой. Киба Юто, чьё фехтование теперь сочетало рыцарскую элегантность с безжалостной эффективностью, основал собственную школу меча, где обучал молодых дьяволов новому стилю боя. Акэно Химэдзима, примирившись со своим наследием, стала главным дипломатом и послом между миром дьяволов и Григори, её двойственная природа стала мостом, а не проклятьем. Конэко, или Широнэ, как теперь её звали близкие, расцвела. Она полностью овладела своей силой сэндзюцу, став одной из самых могущественных ёкаев своего поколения. Её аура больше не была холодной и отстраненной, а теплой и спокойной, как летний день. Она часто проводила время с элдийскими детьми, обучая их основам контроля над своей уникальной жизненной силой. Её сестра, Курока, получив обещанное помилование, стала неофициальным агентом альянса, используя свои таланты для выполнения самых деликатных миссий в тени. Их отношения все еще были сложными, но они учились быть сестрами заново. Риас Гремори стала одной из самых влиятельных фигур в Преисподней. Вместе со своей лучшей подругой и вечной соперницей, Соной Ситри, она возглавила прогрессивную фракцию, которая медленно, но верно меняла заскорузлые аристократические устои мира дьяволов. Она была мудрой, сильной и справедливой правительницей. Она вышла в сад, ища глазами одного человека. — Где Эрен? — спросила она у Конэко. Нэкомата улыбнулась и указала в сторону старой, раскидистой сакуры в дальнем конце сада. Риас пошла туда. Эрен сидел на траве, прислонившись к стволу дерева. Он не тренировался. Не изучал карты. Не читал отчеты. Он держал на коленях простую детскую книжку с картинками и читал её трем самым маленьким элдийским детям, которые с восторгом слушали его тихий, спокойный голос. Он изменился. Исчезла вечная, ледяная пустота в его глазах. Пропала хищная настороженность в каждом его движении. Глубокие морщины боли и ярости на его лице разгладились. Шрам на боку почти зажил. После финальной битвы с аватаром Хаоса печать на его душе исчезла. Его истинная сила, сила Координаты, ушла вместе с Имир, которой он даровал свободу. Он остался с силой своего Атакующего Титана, но теперь она была не проклятьем, а просто частью его самого, которую он полностью контролировал. Ошейник давно был снят. Он больше не носил броню. Ни физическую, ни душевную. Риас тихо подошла и села рядом с ним, положив голову ему на плечо. Он прервал чтение и улыбнулся ей. — Ты счастлива? — тихо спросил он. — Да, — ответила она. — А ты, Эрен? Ты счастлив? Он на мгновение задумался, глядя на смеющихся детей, на мирное небо, на женщину, которую он полюбил, и на другую, ставшую ему сестрой, которая подходила к ним с подносом, полным сладостей. — Счастье — это слишком громкое слово, — наконец сказал он. — Я… спокоен. Впервые в жизни я не сражаюсь. Я не бегу. Я просто… живу. И этого более чем достаточно. Он искал свободу за стенами. Он искал её за океаном. Он искал её за гранью своего мира, в других вселенных. А нашел её здесь, в тихом саду, в смехе детей, в тепле тех, кто стал его домом. Война Эрена Йегера была окончена. Он наконец-то был свободен.