Саньхэхуэй

— Ох, милостивый Ши-сюн*, пощадите этого достопочтенного, я снова проиграл! — Пэй Мин поднялся с массивного стула и театрально отвесил глубокий поклон своему собутыльнику. — Меньше оваций, Пэй сяньшэн-лаофу*… хотите отыграться или… хотя, нет, попытки кончились, с тебя желание. — Ши Уду вяло отбросил карты на обитый бархатом игральный стол. Они изящно проскользили по исписанной мелом ткани, задев открытую стопку. Верхние карты покосились и рассыпались перед сверкающей армией распитых бутылок и пустых рюмок. «Призрачный город» гудел на все лады. Вечер развлечений был в самом разгаре. Пьяный взгляд Пэй Мина то резко фокусировался на симпатичных фигуристых официанточках, то плавно переходил на неряшливо разбросанные на столе карты, так и не принесшие ему удачи этим вечером, то лениво возвращался на унылого и пьяного Ши Уду. Идея отдохнуть в «Призрачном городе» принадлежала Пэю. И дальше смотреть на тухлую мину Ши Уду, постоянно ноющего про похищение Ветерка, не было больше сил. Он приходил в клинику к Пэй Мину посреди рабочего дня, заваливался на диван в комнате отдыха и пил. А когда Пэй навещал его в перерывах, тот без устали жаловался ему о том, как он жалеет, что перебарщивал с контролем над братом. Нужно было срочно его отвлечь от беспрерывных тяжких мыслей и самобичевания, да и самому развеяться. Пэй решил вышибать клин клином: уж если Уду запил, то пусть хоть делает это весело, в прекрасном «Призрачном городе», а не нажирается в одиночестве на диване его захудалой ветеринарки. — Это он из-за меня стал таким! Будь я с ним потерпеливее, доверяй я ему хотя бы чуточку больше, не стал бы он таким кутилой! Он просто от меня так бегал, теперь я это понимаю… — вслух продолжал свои душевные терзания Ши Уду. — Ему нужен был воздух, а я его все время контролировал. Но я же хотел как лучше! А пока Ши Уду распинался, пьяный и счастливый Пэй Мин размышлял: пойти к Лан Чан или кого нового заказать? Или лучше вон к той длинноногой официантке пристать? Любой вариант лучше, чем слушать это нытье. — Ау, ты меня вообще слушаешь, сегуй*??? — Ши Уду заметил, что мысли Пэя витают вовсе не вокруг его проблем, и это открытие неприятно его ужалило. — Аааа… да… что? Совсем совести нет, я просто веду свою «ночную охоту». Тебе-то это сто лет не сдалось, хо-хо! — Пэй склонил голову на бок и игриво подмигнул, зеленеющему от данного зрелища Ши Уду, который ещё минут пять сверлил Пэя недовольным взглядом, обдумывая свой план. — Так, все, ты меня достал! Забыл, что желание должен? Я придумал. — Ну-с, продолжай… — хитро посмеиваясь и покачиваясь на стуле, промяукал Пэй. — Ты переспишь с тем, кого я выберу. — Ого, весьма неожиданно, но так и планировалось, поэтому кого ты хотел запугать? — мужчина достал из внутреннего кармана пиджака металлический кейс, обитый коричневой лакированной кожей, ловко вытянул из него самокрутку, поджег ее и самодовольно закурил, уставившись на Ши Уду. — Да, да, пошли тогда… — он резко встал и уверенным шагом направился к лестнице на второй этаж, а Пэй Мин с удивленным видом следовал за ним по пятам. «Я и так хотел сегодня заказать кого-то нового. Почему он так уверен, что меня чем-то здесь можно удивить?» — думал Пэй Мин, не понимая, ожидать ли подвоха или нет. Ши Уду привел Пэй Мина в просторные покрытые полумраком покои. В прохладном воздухе витал аромат благовоний с цветами камелии. В центре комнаты громоздилась роскошная кровать из темного дерева с балдахином цвета индиго. У окна, полностью закрытого плотными черными шторами, стояла будуарная софа с шелковой обивкой, на которую плюхнулся Ши Уду сразу же, как вошел. Пэй Мин остался стоять в центре комнаты в легком недоумении, заинтересованно осматриваясь. — Сейчас придет, жди, — сказал Ши Уду, отхлебывая из горла прихваченной бутылки. — Кто придет? — Убывающая луна. Все расхваливают, тебе точно понравится. Но только и тебя должны выбрать, такие здесь правила. В момент окончания фразы послышался щелчок замка открывающейся двери. Показался утонченный силуэт в женском ханьфу цвета зимней ночи. Иссиня черные волосы были собраны в тугую длинную косу, спадающую ниже пояса, их перетягивала лента. Кожа белее снега бликовала сапфировым блеском ухоженности. Весь образ отдавал холодной нежностью, и при этом опасной остротой. Казалось, что в любой момент произойдет расставание с жизнью через муки или удовольствие. Фигура задержалась секунду на пороге, заметив гостей, затем проследовала вглубь комнаты и зажгла свечи на столике у кровати. Мягкий золотистый свет слегка рассеял полумрак. После этого человек подошел вплотную к Пэю. Теперь, когда он стоял очень близко и горели свечи, можно было получше его рассмотреть. Сердцевидная форма лица, мыс красавицы, брови полумесяцем и яркие, черные глаза с опущенным внешним уголком, что придавало грустной невинности и миловидности. Плавно проскользнув взглядом по аккуратному, прямому носу, Пэй задержался на губах. Верхняя чуть вздернутая и открытая, а под ней более пухлая нижняя, вольно выходящая вперёд, манящая своей розоватой аппетитностью. — Пойдет, — монотонно сказала Убывающая луна, оценив заказчика. Пэя слегка оскорбила такая оценка, но последующим действиям он был весьма обрадован. Его очки были сняты парой худощавых, игривых рук и отправлены куда-то на комод, стоящий у стены. Эта же пара рук невесомо прошлась по груди и расстегнула оставшиеся застегнутыми до этого пуговицы на рубашке. Оголив торс, они бесстыдно направились к мощной шее Пэя, поглаживая тонкими пальчиками скулы и притягивая ближе к юному, фарфоровому личику с приоткрыто-зовущими губами. Словно завороженный, Пэй почувствовал прохладные, мягкие губы, просящие слиться с ним в поцелуе, и подался вперед, будто его притянули за поводок. Медленные, изучающие движения постепенно становились более глубокими и вязкими, из-за чего юное создание прижалось еще плотнее, встав на носочки, и окутало голову Мина кольцом рук, сжимая маленькими ладонями волосы на затылке. «Воу, цепкая штучка, знает свое дело… раз только от поцелуев стояк…» Их тела плотно соприкасались, поэтому можно было сразу ощутить реакцию «гостя» от столь малого дела. Пэй Мин даже не заметил, что приобнимает Луну за тонкую талию, жадно перемещаясь ладонями по хрупкому телу. Губы отпрянули друг от друга с характерным мокрым звуком, и мужчину прожгли взглядом черных, полных вожделения, глаз. Зацелованный рот сложился в легкую лисью ухмылку, что заставило низ живота податься тугим жаром, а любые мысли отправить к праотцам. В сексе Пэй редко терял голову и считал его легкой забавой. Своеобразным развлечением для поддержания духа, удовлетворения спортивного интереса, да и просто от нечего делать. Расписание досуга этого кутилы состояло из потребление горячительных напитков, секса и самого желанного из всего списка — сна. Игра гормонов, называемая любовью, для него была мифом и детской сказкой. В его понимании только идиоты могли выбрать себе одного партнера на всю жизнь и реализовать этот замысел. Близость тел давала Пэй Мину большую энергию, чем близость душ, про которую все трещат вокруг да около. После того, как их взгляды столкнулись, они сквозь сбитое дыхание начали взаимно поглощать тактильные возможности, оглаживая самые чувствительные места, тем самым разжигая возбуждение до дрожи в ногах. Первым сдался Пэй, которого вальяжно толкнули на край кровати, спустили штаны вместе с бельем и всучили чашу для подмывания. Удивленно приоткрыв рот, но ни проронив ни слова, он принялся за порученное дело. Все это время за ним пристально следили, а после забрали чашу и отставили на пол. «Вот это манеры, хах! Первый раз заставили омыть член в таком заведении, и при этом он даже не упал, удивительно.» Даже наоборот. От содеянного ему захотелось узнать, что будет дальше. Как это прелестное создание умеет обслуживать, сколько раз он кончит за эту ночь и куда ему разрешат это сделать? Маленькие ладони, что недавно оставили умывальную чашу, уже блуждали по сильным, упругим бедрам Пэя, продвигаясь к паху. Развернулась потрясающая картина. Луна расположилась на коленях посреди разведенных ног мужчины и с просящим взглядом приблизилась губами к внутренней стороне бедра, высунула острый язычок и прошлась им рядом с подрагивающим налитым членом. Еще и еще раз, но не притрагиваясь к изнывающему органу. — Ты играть со мной вздумала? — Пэй разгоряченно выпалил свой риторический вопрос, подхватив под локти свою обидчицу, поставил перед собой и принялся развязывать пояс ханьфу. Пока оно плавно падало на пол, в голове Пэй Мина пронеслись свои же слова. «…вздумалА?.. что за…» Перед его взглядом сначала показалась мужская стройная грудь, ребра, упругий впалый живот и… стоящий член. Послышался звук разбивающейся бутылки и протяжный храп. На будуарной софе заснул, видимо от скуки, всеми забытый Ши Уду.