Dragon Winner

***

      Игра — это и не игра на самом деле. Это другой мир.       Просто родители и учителя изо всех сил ставят препоны между игрой и человеком. То «Помоги, пожалуйста, в саду!» или «Сложи посуду», или ещё вот это «Ты проверил свою обувь?»… Ой, да у них генератор случайных заданий работает бесперебойно! А то, что человек уже вернулся со всех уроков, сделал задания для репетиторов, аккуратно положил в стирку бельё и уже мысленно оказался возле монитора и даже всей душой занёс пальцы над клавишами… Их совсем это не трогает? Так же как не интересует, что вся эта учебная бодяга — это не счастье и не жизнь! Друзья, конечно, это клёво и даже очень заебись. Но предвкушение игры, погружения в неё, настоящие ощущения — вот оно.       Видимо, он слишком громко транслировал во Вселенную свою безудержную любовь… Вообще в реальном мире ему было мало места: он сам это скрывал, родители его сдерживали, учителя мягко журили. Только в старших классах школы он смог худо-бедно свою сумасбродную суть раскрывать и реализовывать.       Да, так вот про трансляцию во вселенную…       Бояться своих желаний — это одно. А вот неправильно их формулировать — это обидно. Они ж реализуются, суки… Таким способом, о котором ты даже и близко не просил! Знал бы — ни за что в жизни не захотел бы стать крутым разработчиком игр. Но в результате стал, и если бы не извращённое чувство вселенского юмора, родители, конечно, ни за что бы не согласились, чтобы он пошёл учиться на факультет гейм-дизайна и виртуальной реальности. Но так сложилось, что предки теперь были готовы на всё, чтобы только любимое чадо улыбалось и было довольно своей жизнью. Н-да…       Теперь-то конечно понятно, что никакая другая работа не принесла бы такого тотального кайфа — всепоглощающего, доводящего до восторга или до зверских матерных воплей. Ведь команда, в которой ему посчастливилось быть тимлидом, это теперь его семья. Кстати, о семье: мама ругается на каждом его сленговом слове геймера. Смешно даже — не пропускает ни единого. Уже б запомнила за это время! А так взвивается: «Кто такой тимлид? Почему не сказать лидер команды?» Вот представить бы, как он в переводе на понятный корейский говорит о своей работе:       «Мама, посмотри, какой интересный мы начали проект! В этой приключенческой игре наши разработчики сделали очень интересного особенно сильного противника. Представь, его образ такой сложный, что для победы нужно много навыков, заклинаний, здоровья. У игроков по дороге будут и рукопашные дуэли, и чудесные способности — невидимость, выносливость, умение создавать предметы и пользоваться заклинаниями. Столько испытаний, только успевай сохраняться! Но рядом с тобой в подземелье тот, кто поддержит энергией, подлечит... Ты можешь играть один или с напарником, мы как раз начинаем пробовать проходить игру очень быстро…»       Тьфу! Вся динамичная, стремительная прелесть гейма в таких словах становится обескровленной и мёртвой кирпичной кладкой.       А какой пиздец чувствуешь, когда точно то же самое, только нормальным языком говоришь:       «Наши разрабы запускают новый экшен. Аддон через полгода, норм. Адвенчура с таким имбо́вым боссом! Но у перса всё есть в скиллах — каст, крафтинг, инвиз. Прилетает со всех сторон — только успевай сейвиться! Хп уходит, но ты ж с хилом там в данже. Ивенты и на платформере, можешь синглплеер или с тиммейтом, на файтинге и на слэшере… Мы спидраним…»       Сейчас почти готова концепция шикарной игры. Они с командой, когда делали мозговой штурм, наверняка какую-то крутую геймерскую волну оседлали — такой поток идей их накрыл, вау! Только вот сценарист капризничает — ему не нравится имя босса. Он должен быть такой коварный-прековарный, страшный-престрашный! А имя пока какое-то беззубое. Надо кинуть клич кому-то, не связанному с разработкой… Читерство, конечно, но иногда у гражданских неплохие идеи случаются. Сегодня рабочий зум закончили пораньше, потому что должен зайти друг. И по пивку!       Но самое главное во всём, что с ним случилось и происходит сейчас — ощущение счастья, полноты жизни, своей причастности к важному делу. То есть в каждом дне или даже часе, в мыслях и реакциях, в ярком взгляде в глаза друзей… Да во всём, блять, счастье!       Даже когда он спокойно ухаживает за руками — ногти подпилить, кутикулу смягчить, крем втереть — его мысли должны быть счастливыми.       Звонок домофона прерывает его спокойную возню.       О! Кстати! А вот и тот самый не связанный с игрой человек, который может дать имя страшному и коварному боссу.       — Привет, Тэ! Открываю, — чуть подтягивается он на поручне, прикреплённом к стене, и отъезжает, чтобы не мешать другу раздеваться.       — Привет, красавчик! — входит и энергично подаёт руку Тэхён.       Кай в ответ громко шлёпает ладонью по подставленной.       — Ты сегодня рано, брат, — катится он впереди по широкому коридору своей квартиры, где всё очень удобно сделано для человека в инвалидной коляске.       — Да, нужно вечером успеть хотя бы на фуршет. Моя Хангыль будет с самого начала на презентации нового издательского дома, не стану же бросать её совсем одну.       — Наш дом? — оборачивается Кай.       — На две трети. Два издательства корейских и одно американское. Переводы, все дела…       — Понял. Пиво? — указывает он весёлыми глазами и бровями на пакет в руке Тэ.       — Конечно, — громыхает упаковкой и улыбается тот, глядя на широкие плечи Кая, которые даже не закрывает спинка коляски. Сильные красивые кисти рук, управляющие манёврами его транспорта, украшены брутальными кольцами. Кай всегда был очень красивым. И от этой мысли снова бьётся в сердце горькая вина. Он идёт позади друга, который никогда не сможет встать на ноги.       — У меня к тебе дело, писатель, на миллион.       — Вон?       — Баксиолиусов! Мне нужно имя.       Тэхён садится за стол и наблюдает, как Кай ловко перемещается по кухне между холодильником и столом. Вот это он уже научился терпеть: не срываться помогать достать что-то с полки или из холодильника, поднять упавшее с пола… Привык, что этому человеку нужно просто давать быть полностью автономным, самодостаточным — без своей неумело прикрытой сочувственной заботы.       — …Тэ, блять! Ещё раз приберёшь ебучие тарелки, и я вышвырну тебя нахуй! — орал Кай ещё лет пять назад, когда видел, что друг под разными предлогами пытается помочь, облегчить…              — Ким? Опять? — с подозрением смотрит на него друг, обернувшись через спинку кресла.       — Нет, Ким, — бодро отзывается Тэ. — Просто задумался. Так что за имя?       — Имя новому боссу.       — Дон Корлеоне? — смешно поднимает бровь писатель.       — Нахуй такие имена! — весело отвергает Кай. — Мне нужно, чтоб от него веяло чем-то древним, мощным, подземельным… Уж-ж-жасным! — округляет он глаза пострашнее.       — Сейчас…       Тэхён вытягивает ноги, откинувшись на стену, чуть запрокинув голову и закрыв глаза. Сосредотачивается и прячет взгляд.       Кай не мешает думать, тихо заканчивает расставлять закуски к пиву.       Тэ начинает негромко рождать:       — Дон… Джон… Джин… Джианон? — распахивает глаза.       Кай щурится, пробуя слово:       — Джианон… А подлиннее?       — Но начало пусть будет?       — Да-да, вполне, — хвалит геймер.       — Мистическое, говоришь? Ну-у-у, например… Оберон, — опять прикрывает глаза. — Обе-р-р-рон… Оборон… Обервон. Джианобервон. Не, Джианбервон. А? — даже увлёкся сам.       — Джиан-Гервон, — друг скалит зубы, — через дефис, а?              — Охуенно! Ты гений! — с чуть большим энтузиазмом восклицает Тэхён.       — Тэ… — сразу улавливает Кай. — Ну, сколько можно? Сколько, блять, можно? — дрогнул его голос.       — Кай… — и Тэхён ничего не может сделать: он смотрит в глаза друга, не в силах сдержать злую влагу в своих. — Я ничего не сказал такого!.. — он вскакивает и стремительно уходит к балкону, на ходу вытаскивая сигареты. — Я не могу…       — Вот что ты не можешь, а? Ты своими грёбаными «не могу» будто не даёшь мне права быть счастливым! Как ты не поймёшь?! А я счастлив! — кричит он в спину и в закрывающуюся балконную дверь. — Блять… — сквозь зубы рычит он и разгоняется вдогонку. — Открой дверь! Открой, я сказал!       Тэхён открывает, но отходит к дальним перилам, отворачиваясь и глубоко затягиваясь.       — Какого хера ты мне друг, если так со мной поступаешь?! Посмотри на меня! Посмотри, говорю! Это тебе нужно ходить к психологу, а не мне! У меня всё заебись, а ты… Блять, не могу тебя видеть… — круто разворачивается он на месте, и теперь уже Тэ смотрит в спину другу. Сколько уже этих сцен было… Хоть успокоительные пей всю неделю перед пятницей. А к психологу он уже ходит.       …Он всегда приходит к Каю по пятницам: рабочая неделя заканчивается, вечер располагает к отдыху, к беседе, иногда даже к прогулкам. А в выходные приезжают родители и очень часто забирают Кая с собой. Тоже чтоб впечатлений и общения было больше. Вот с кем Тэхён хотел бы встречаться в последнюю очередь, так это с родителями Кая. Ему кажется, что госпожа Ким смотрит на его прямую спину и длинные ноги с обвинением. В глазах господина Кима этих горьких бликов нет. Он просто приветствует, просто пожимает руку. Расспрашивает как-то нейтрально, нормально. А мать Кая говорит «Как твоё здоровье?» с такой интонацией, что Тэ слышит «Ты здоров? А мой сын инвалид. И ты мог его остановить»…       Тэхён с перерывами выкуривает три сигареты. Успокаивается, смотрит на мельтешение людей внизу. Глядя в лишённые для него смысла перемещения всех этих незнакомцев, он находит какой-никакой хрупкий баланс, чтобы не выглядеть клоуном, которым так нередко чувствует себя рядом с Каем. Довольно спокойно входит обратно в комнату и ожидаемо видит своего геймера за компьютером. Подходит молча и ждёт пару минут, когда тот закончит клацать и сложит руки. После этого Тэ разворачивает инвалидное кресло к себе и присаживается перед ним на корточки. Он кладёт локти на бёдра в широких брюках и, упираясь грудью в острые колени, тихо говорит, глядя снизу вверх:       — Кай-и, прости меня, я тебя очень люблю. Но я такой психованный в последнее время…       Кай грустно и тепло смотрит на друга, расчёсывая его волосы пальцами.       — Тэхён-и, я тебе серьёзно говорю: я себя чувствую гораздо полнее и счастливее, чем когда был безбашенным дураком.       — Да, да… Я понимаю. Но, наверное, я какой-то незрелый. Прости… Знаешь, когда-то на первом или втором курсе читал книжку по психологии. Там много разных реальных историй из жизни. Так вот одна из них рассказывала про девушку, которая была первой красавицей школы, из богатой семьи, вся такая наглая, самоуверенная сука. Она крутила парнями, унижала других… Словом, ты понял, — Кай внимательно слушает и кивает. — Конечно, в её жизни не было настоящих отношений: ни любви, ни дружбы. Она вроде бы и не страдала от этого, упиваясь своей красотой. Ей завидовали, её хотели — и ей этого вполне хватало. И вот я такой читаю и думаю: мне всё понятно, я таких самоуверенных красавиц и красавчиков встречал. А потом я не понял…       Кай даже брови сложил от сосредоточенности. И тут Тэхён резко увидел то, чего не замечал в друге — он научился быть внимательным! Слушает, вживаясь в рассказ.       — И что же ты не понял? — подгоняет Кай.       — А? Ну, так вот… Эта девушка пострадала. У неё был обширный ожог лица. Сгорели крылья носа, само собой всё остальное тоже страшное и деформированное… Пиздец, короче. Она очень тяжело переживала потерю своей красоты: не выходила из дому, ни с кем не разговаривала, кроме матери. А, я не сказал — её отец погиб в том пожаре. А потом она стала в сети общаться, познакомилась со сверстниками, которые бывали и в худших ситуациях.       — Ну, тут как бы всё понятно. Поговори с тем, кому хуже тебя, и ты поймёшь, какой ты счастливчик. Нихера не помогает! — вставляет Кай.       — А эта обожжённая девушка нашла на форуме любимого человека. Слепого. У него такой хитрый комп с голосовым вводом, что она даже не подозревала о его слепоте, думала, что вполне весёлый умный парень среди них. Ему было абсолютно всё равно, как она выглядит. Он полюбил её саму, а не её лицо или фигуру. Вот этого я и не мог понять… Они, кстати, поженились и родили дочь. Очень красивую…       Кай размышляет, молчит.       — Знаешь, в чём я точно уверен, Тэтэ? — наконец, говорит он. — Эта бывшая красавица будет свою дочь воспитывать совершенно по-другому. Она не могла сама управлять внутренней сволочью, которой отдала всю себя, поэтому у неё и забрали красоту. И она теперь всё сделает, чтоб её дочь была не только красивая, но и добрая. Ну или умная. Или то и другое, — он хмыкнул, — но это уже многовато для одной девушки.       — Вот уж точно! — тоже улыбается Тэхён. — Нельзя так много на хрупкие женские плечи: и красивая, и умная, и добрая. Ещё, не дай Бог, талантливая — вообще невыносимо. Кто её замуж возьмёт? — уже совсем фыркает от смеха.       — Так выпьем за это! — покатился в сторону кухни Кай.       — Там пиво уже давно вскипело, наверное.       — Нифига. Я ж его в холодильник засунул, бро.       — Ты мой герой.       — Вот не начинай опять!       Но настроение у обоих выровнялось окончательно. Друзья с кайфом выпили по паре бутылочек под снеки и сыр. И болталось им легко, и время бежало не очень быстро. Ближе к тэхёнову уходу Кай обнаружил, что забыл такое удачное имя дракона. С хохотом, с шуточками про склероз и маразм они снова восстановили страшного и коварного босса в игре. Теперь уже геймер ровно написал на стикере «Джиан-Гервон» и поехал провожать Тэхёна в прихожую.       … Глядя в закрывшуюся за Тэ дверь, Кай сидит неподвижно. Эти несколько минут он даёт себе на восстановление.       Он понимает девушку, о которой рассказывал Тэхён. Она потеряла красоту, но зато обрела себя…       Вот у той нет детей, зато она свободно путешествует…       А у того почки отказали, зато как весело он пожил…       Он стал инвалидом, зато теперь разработчик игр… А иначе бы стал хреновым адвокатом, как о том мечталось родителям.       Всегда так? Чтобы что-то получить, надо чем-то пожертвовать?       Нужно обдумать: чем пожертвует его босс в игре, тот самый Джиан-Гервон, чтобы быть таким пиздец сильным?       Или Дракону не нужно ничего терять? Кай щурится, разглядывая древесные узоры на полу. Идея пока не оформилась, но уже засветилась красными драконьими глазами…