Соперники возрождения

Линь Су заметила холодный взгляд Чжэн Цзюэ и быстро опустила голову, не решаясь больше ничего сказать. Вэнь Ицзе мягко улыбнулся: — Я забыл, что Чжэн Цзюэ и госпожа Линь раньше встречались, сегодня это моя вина. Чжэн Цзюэ без улыбки посмотрел на Вэнь Ицзе. Он полагал, что, учитывая проницательность Вэнь Ицзе, тот не узнает о связи Линь Су с ним. Сегодня Вэнь Ицзе привел к нему Линь Су, надеясь искусить его? Чжэн Цзюэ промолчал, но Хань Цзинь уже потерял доброе лицо по отношению к Вэнь Ицзе и холодно фыркнул: — Раз молодой господин Вэнь знает, что это неправильно, и привел сюда госпожу Линь, у вас, по всей видимости, большое сердце. Услышав это, Вэнь Ицзе не смог сохранить прежнюю улыбку на лице. У него была возможность пресечь Чжэн Цзюэ, но он не осмеливался противостоять Хань Цзиню. Поскольку Вэнь Ицзе хотел испытать его, он не мог допустить, чтобы ему оставили пощёчину. В этой неловкой сцене участвовало несколько человек. Чжоу Чэнган, который вначале побежал ставить машину, наконец вернулся. Как только он появился, то обнаружил, что атмосфера, царившая в воздухе, была странной. Глубоко задумавшись, он не стал ничего спрашивать. Просто улыбнувшись, Чжоу Чэнган сказал: — Чего вы стоите? Меня ждёте? Вэнь Ицзе в спешке вспотел. Он понял, что у Чжэн Цзюэ и Хань Цзиня и раньше были отличные отношения, но он никогда не думал, что отношения между Хань Цзинем и Чжэн Цзюэ будут настолько хорошими. Подумав так, он нашел объяснение помрачневшему лицу Хань Цзиня при виде него. У Вэнь Ицзе позеленели кишки, и слова Чжоу Чэнгана стали для него сродни спасительной соломинки. Как только он услышал их, то сразу же ударил змею и последовал за палкой: — Наконец-то господин Чжоу пришел. Чжоу Чэнган бросил легкий взгляд на Чжэн Цзюэ и, увидев, что тот безразлично смотрит на него и молчит, понял, что слова Вэнь Ицзе, скорее всего, обидели Чжэн Цзюэ. В сложившейся ситуации Хань Цзинь тоже мог обидеться. Однако надурить человека с острым сердцем, то есть Хань Цзиня, не так-то легко. — Ладно, давайте зайдем. Ви, ты же всегда хотел познакомиться с новым барменом? Пойдем. Вэнь Ицзе привел сегодня Линь Су, и Чжоу Чэнган понимал, что это плохой ход, но некоторые вещи, с точки зрения Чжоу Чэнгана, не могли быть слишком придирчивыми. Чжоу Чэнган надеялся, что Чжэн Цзюэ поймет всю ситуацию, поэтому пока предпочел сдерживать дыхание. После этих слов Чжоу Чэнгана Хань Цзинь слегка приподнял брови и посмотрел на Чжэн Цзюэ. Тот ничего не ответил, повернулся и пошел в бар. Хань Цзинь также последовал за ним. Вэнь Ицзе почувствовал облегчение. Ши Синь оценил Чжэн Цзюэ, как опасного, и отнес его к категории людей, с которыми нельзя было связываться. Несколько человек вместе вошли в бар. Чжэн Цзюэ понимал, что в этот раз ему хотелось бы иметь хорошие отношения с Вэнь Ицзе, но его действия не могли вызвать у него положительных эмоций, поэтому Чжэн Цзюэ не стал смущаться и подождал, пока тот войдет. Выйдя из ложи, он в одиночестве сел на другой стороне, не разговаривая с Вэнь Ицзе. Вэнь Ицзе был немного недоволен, когда увидел молчаливого Чжэн Цзюэ, ведь он привык, что им восхищаются. Чжэн Цзюэ же был новичком, не имеющим никакой основы. Как бы он ни злился в душе, он смог лишь подавить гневный взгляд. В конце концов, на границе города Гонконга Хань Цзинь не мог его обидеть. Все трое расселись, нахмурив брови и помрачнев глазами, однако Чжоу Чэнган был спокоен, как ни в чем не бывало, и по-прежнему приветствовал Вэнь Ицзе с вежливой и натянутой улыбкой, в то время как его отношение к Чжэн Цзюэ было очень естественным. Вэнь Ицзе тоже не был дураком. Вполне естественно, что Чжэн Цзюэ был здесь своим, однако его сегодняшний ход был достаточно плохим. Неожиданно, что у никому неизвестного новичка были такие хорошие отношения с двумя этими бизнесменами. В конце концов, Чжоу Чэнган тоже был высокопоставленным лицом. Раз уж он ясно выразил свое отношение к Вэнь Ицзе, то, естественно, не стоило портить с ним отношения. Видя, что никто из них не обращает на него внимания, он спешно выдохнул и успокоился. — Молодой господин Вэнь, я слышал, что вы хорошо знакомы с этим заведением. Раз уж нам посчастливилось встретиться сегодня, не хотите ли вы дать нам несколько советов? — Чжоу Чэнган мягко улыбнулся, однако в глазах его читался явный намек. Вэнь Ицзе также являлся персонажем, привыкшим к смешению в чувственной сфере. Он сразу же понял, что имел в виду Чжоу Чэнган. Он благодарно улыбнулся и сказал: — Хорошо. Если я вас как-то оскорбил, прошу, потерпите меня. Хотя он говорил это Чжоу Чэнгану, смотрел он на Чжэн Цзюэ, и смысл извинения был очевиден. Чжэн Цзюэ слегка отвел глаза, но его мысли быстро изменились. Молодой господин Вэнь быстро отвернулся. Чжоу Чэнгану достаточно было произнести одно слово, и он понял, что залезет на столб. Хотя это дело сегодня немного ранило его лицо, но это было не так уж и важно. Раз Вэнь Ицзе уже выказал свою благосклонность, значит, его сердце не было таким уж маленьким. Господин Вэнь действительно относился к нему, как к мягкой хурме. Подумав об этом, Чжэн Цзюэ тоже слегка улыбнулся: — Молодой господин Вэнь очень вежлив. Хотя я впервые приехал в Гонконг, я уже наслышан о вашем имени. В торговых центрах все происходило примерно так. Когда кто-то ставил лестницу, вы просто спускались по ней. В одиночку справиться было просто невозможно. Вэнь Ицзе услышал, как Чжэн Цзюэ вздохнул с облегчением, и тоже расслабился. К счастью, этот человек легко шел на компромисс, иначе дело не кончилось бы добром. Вэнь Ицзе улыбнулся и снова заговорил с Чжэн Цзюэ, однако краем глаза наблюдал за лицом Хань Цзиня, и, заметив, что лицо того посветлело, осторожно подошел к нему: — Молодой господин Хань, какие у вас табу? Хань Цзинь слегка нахмурился, затем посмотрел на Чжэн Цзюэ, у которого было спокойное выражение лица, и ответил немного холодно: — Может, отгадаете? Слова Хань Цзиня были очень грубыми, но Вэнь Ицзе услышал их так, словно это был звук Фэн Луня, его изначально нервное лицо мгновенно разгладилось, и он поспешил ответить. Чжэн Цзюэ сидел в сторонке и наблюдал за происходящим. На его губах все еще играла улыбка, но мысли его были очень сложными, а во рту появилась легкая горечь. Когда бы он ни чувствовал себя хорошо, мир всегда наносил ему удар в лоб и прояснял ситуацию. Он четко понимал, каков его статус. Расстояние между ним и Хань Цзинем все еще было очень большим. *** Вэнь Ицзе тщательно подошел к работе. Он попросил менеджера бара отдать ряд распоряжений, а затем спросил мнение Чжоу Чэнгана. Через десять минут вопрос был решен. Чжэн Цзюэ сидел рядом и слушал, и ему было интересно. Хотя это заведение — всего лишь бар, оно отличалось от обычных баров. Здесь витала тихая приятная обстановка, а также сохранялась строгая конфиденциальность — при помощи системы членства. Человек мог быть либо сыном аристократической семьи, как Хань Цзинь, либо начинающим бизнесменом, как Чжэн Цзюэ. В любом случае, если у него нет ни власти, ни могущества, он даже не знал, куда открывается дверь. Изначально Чжэн Цзюэ и сам был таким, к тому же в начале года его представил Чжоу Чэнган, так что он имел право войти сюда. Сам Чжэн Цзюэ был занят и не появлялся здесь несколько раз. Судя по осанке Вэнь Ицзе, он, должно быть, ветеран всех мастей. Вероятно, в будние дни он часто бывал в этом месте. После того, как Вэнь Ицзе сделал кое-какие приготовления, он улыбнулся и заговорил с Хань Цзинем и Чжоу Чэнганом. Чжэн Цзюэ сидел в стороне и время от времени с ним болтал. Если бы он не обращал внимания на Линь Су, попавшую в неловкую ситуацию, то на какое-то время все было бы вполне гармонично. Гармоничная сцена была нарушена, когда в помещение вошла группа мужчин и женщин, несущих вино. Обычно в таких случаях вино несли один или два человека. Чжоу Чэнган и Хань Цзинь, казалось, привыкли к этой сцене. Чжэн Цзюэ, который пережил довольно многое, был все также безразличен. Просто некоторым людям это казалось вполне нормальным, но когда они сталкивались с этим на деле, возникал разрыв. Хань Цзинь продолжал смотреть на молодую девушку, прижавшуюся к Чжэн Цзюэ, убийственным взглядом. Девочка дрожала от страха, и Чжэн Цзюэ тоже чувствовал что-то странное на сердце. От легкого движения огонь в глазах Хань Цзиня едва ли не вспыхнул. Чжэн Цзюэ очень боялся, что Хань Цзинь подойдет прямо к нему и убьет девушку, прижавшуюся к его плечу. Вэнь Ицзе тоже заметил поведение Хань Цзиня, но он был умным человеком, поэтому не стал особо вникать в это. Хотя он не понимал, что происходило между ними, он не стал расспрашивать. Он просто улыбался, разговаривал с Чжоу Чэнганом и не решался уйти. М-да, Хань Цзиню не повезло. Чжоу Чэнган лучше других знал мысли Хань Цзиня, и, естественно, не стал ставить себя в неудобное положение. От этого Чжэн Цзюэ стало горько. Он был крайне обижен, но через несколько минут не выдержал и улыбнулся, встретившись с необычайно горячим взглядом Хань Цзиня. Не выдержав, Чжэн Цзюэ поднял девушку на руки и прошептал: — Сходи и попроси для меня бокал вина. Вина в комнате не оказалось. Чжэн Цзюэ очень неудачно оправдывался, но девочка опустила голову и, приглушенным голосом что-то пробормотав, выбежала, не смея даже повернуть голову назад. Чжэн Цзюэ был немного ошеломлен. Выражение лица Хань Цзиня смягчилось. С легкой улыбкой Хань Цзинь потрепал сидевшую рядом с ним женщину по подбородку и холодно сказал: — Убирайся. Закончив фразу, он посмотрел на Чжэн Цзюэ с похвальным выражением лица, мужчина недовольно нахмурился, и в его душе все смешалось. С другой стороны, на лице женщины, которую прогонял Хань Цзинь, появилось смущение, но она не посмела пойти против его слов и повернулась, чтобы покинуть помещение. Первое, что усваивают люди, оказавшиеся в подобном месте, — это то, что ни на кого нельзя обижаться, а Хань Цзинь был самым резким из тех, на кого держать обиду точно нельзя. На их лицах было четко выгравировано, что между ними существовала пропасть в целую династию Мин, но присутствовавшие при этом Вэнь Ицзе и Чжоу Чэнган, похоже, этого не заметили. С другой стороны, в глазах Линь Су, молча сидевшей в стороне, мелькнул темный огонек.