Сопереживание и суд

Нервно проходя по золотистым коридорам Башни Кои, глава ордена Цзян не может сдержать тяжёлого вздоха. Организовать празднество в честь исполнения месяца его дорогого племянника было не так-то просто. Хотелось подготовить все идеально, без единого изъяна, а самое главное безопасно. Но с учётом того, кого они пригласили, выполнить такое не то что бы невозможно, просто очень тяжело. Личность его названого брата не столько вызывает неприязнь у большинства заклинателей, сколько заставляет всех бояться. Только ради этого приглашения сколько сил они потратили, а про приготовление к празднеству вообще стоит молчать. Слишком много ответственности ложится на его плечи только из-за присутствия Старейшины Илина. И это, честно говоря раздражало. Вей У Сянь и прежде вызывал много неприятностей из-за своего поведения, а стоило ему ступить на путь тьмы, так характер стал до ужаса невыносимым. К нему нельзя было и ни подступиться, и ни отступиться. Благо Цзинь Цзысюань разделил с ним эту ответственность и половину поставленных задач взял на себя. Это очень подсобило, потому что произойти может все, что угодно. Цзян Ваньинь даже не удивится, если его шисюна, узнав, что он прибудет в Ланьлин Цзинь, будут поджидать где-то из-за угла, чтобы напасть. И если в целости своего брата он ещё более чем уверен, то в сохранности жизни бесстрашных идиотов нет. Именно поэтому, к этому дню, увеличили количество охраны, чтобы те, в случае чего, задержали своих же недогероев и предотвратили их смерть. Цзян Чену в принципе вообще все равно на их жизни, но, если те умрут от руки Старейшины Илина, оправдать его будет очень сложно. Один только темный путь делает из него отступника, поэтому, если он будет угрожать кому-то расправой, на него сразу же все ополчатся. И уже тогда, Цзян Ваньинь не сможет ничего поделать. И вот только из-за того, чтобы Вей У Сянь не натворил бед на свою и их головы, Цзинь Цзысюань отправился его встречать. Конечно, всех предупредили, что Вей Ин на празднестве будет почетным гостем, однако полагаться на это предостережение они не стали. Уж слишком много врагов нажил себе его шисюн, не смотря на то, что раньше был полон друзей и приятелей. А сейчас что? Сидит один на горе Луанъцзань с кучкой Вэней. И если Цзян Чэн знал, что брат делает это из чувства справедливости, то остальные заклинатели так не думают. Уж какие бредни они только не несли, лишь бы избавиться от Старейшины Илина, который, между прочим, помог им победить в войне с Цишань Вэнь. Но кого это волнует, когда один лишь Вэй У Сянь представляет опасность для тысячи заклинателей? Правильно, никого. Особенно после того, как тот покинул орден Юнь Мен Цзян, якобы потому, что хочет возглавить собственный клан из остатков предателей. И вот именно из-за таких вот предосудителей, которым лишь бы найти козла отпущения, они вынуждены обеспечить безопасность не только адептам, но и самому Вэй Ину. И именно из-за этого глава ордена Цзян неспокойно ходит по коридорам Золотого дворца, не в силах успокоить свое предчувствие чего-то плохого. Несмотря на все свое пренебрежение к своему шисюну, раздражение от его геройских поступков, игнорирования того, что с тем что-то происходит неладное, он до сих пор очень сильно переживает за него. Да, он не признается в этом самому себе, и уж тем более не признается своему брату, но он любит его, даже после его идиотских решений. – А-Чэн, тебе стоит успокоиться.– Обратилась к нему молодая госпожа Цзинь, поймав его за руку и тепло заглянув в его глаза. Цзян Чэн нервно выдохнул и опустил напряжённые плечи, стараясь не выдавать своей нервозности, которую уже все равно заметила его сестра. – Ты же знаешь Вэй У Сяня. Он неугомонный, может вытворять все, что ему заблагорассудится. А потом все последствия разгребать мне.– Проворчал глава ордена Цзян, боясь представить себе самый худший исход. Цзян Янли мягко взяла брата под руку и они спокойным размеренным шагом пошли по коридорам ее нового дома. Она была счастлива, что любимый муж и брат пригласили не менее любимого А-Сяня на такое важное для всех них торжество. Дева Цзян прекрасно видела своих младших братьев насквозь, видела их истинные чувства, которые они тщательно пытались скрыть не то, что от всех, а даже от себя. Ей хотелось, чтобы юноши поскорее помирились, и вновь стали неразлучны, как в детстве. Но для этого нужно, чтобы они сделали шаг к друг другу, отодвинули в сторону гордость, и наконец поговорили. – Сколько бы ты не ругался, ты же явно волнуешься за него.– Улыбнулась девушка, заглядывая в лицо молодого главы ордена Цзян. Лицо Цзян Ваньиня порозовело, и он даже немного насупился, не желая признавать такого нелепого, но важного, факта. И что, что он переживает? Это не отнимает того факта, что Вей У Сянь его бросил, променял на кучку Вэней, и ушел из ордена. Какими бы не были чувства к этому идиоту, он просто не может вот так вот взять, и простить ему все грехи. Он уже приготовился возмутиться, но его перебили голоса из ближайшей комнаты, к которой они приближались, и, даже не желая, могли услышать то, что там возбуждённо обсуждали. Пара невольно остановилась и напряглась, ведь мужчины обсуждали сегодняшний праздник. – Орден Лань Лин Цзинь вполне оправдывает свою репутацию: устроить столь пышное празднество для младенца, которому всего месяц от роду. – Не забывай, кто родители этого младенца. Разве можно было отнестись к событию спустя рукава? И дело не только в муже молодой госпожи Цзинь. Разве ее свекровь и младший брат позволили бы организовать хоть немного менее пышную церемонию? Один Цзян Ваньинь сколько приложил усилий ради своего племянника. Сегодняшнее торжество явно будет пышнее прежнего. Цзян Чен самодовольно фыркнул, слушая подобные бахвальные и неуважительные речи. В то время как его сестра пожала плечами, и пожелала идти дальше. Подобные разговоры ее не особо волновали, поэтому мужчина покорно пошел за ней. Однако, они тут же остановились, стоило им услышать знакомое имя. Оба моментально напряглись, вслушиваясь в диалог. – Кстати говоря, вам уже известно кого пригласили на сегодняшнее празднество? – Кого? – Вей У Сяня! Сначала воцарилась гробовая тишина, которая продлилась не очень то долго, и после которой послышались возмущенные возгласы и недовольные протесты. – Я думал это пустые слухи! Как можно было его пригласить? – Несколько дней назад подтвердилось, что Вей У Сянь придет на праздник. – О чем только думает Орден Лань Лин Цзинь? Не уж то забыли, как Вэй У Сянь учинил убийство невинных людей на тропе Цюнци? – Кто посмеет явиться на праздник, куда приглашен этот человек? Я бы уж точно не пошел, в любом случае. Глава ордена Цзян в миг вспыхнул в раздражении и хотел уже было ворваться в этот несчастный зал, чтобы заткнуть этих самонадеянных придурков, но его остановила мягкая рука сестры. Оставалось лишь недовольно выдохнуть, и остаться стоять на месте. В зале же прошёлся самодовольный смешок. – Не волнуйтесь, он не дойдет. Кто ему позволит? – То есть как это не дойдет? Думаешь, есть кто-то, кто сможет противостоять Старейшине Илина? Да и самой воле главы ордена Цзинь? Он же почетный гость. – Кого это ты назвал почетным гостем? Этот человек не заслуживает не то, что находится в башне Кои, он не имеет права дышать с нами одним воздухом и ступать по нашим землям. Цзинь Цзысюнь позаботится о том, чтобы Вей У Сянь не посмел осквернить нас своим присутствием. – Цзинь Цзысюнь? Разве он не болен проклятьем сотня дыр и тысячи язв? – Вот именно! Чертов Вей У Сянь проклял адепта нашего ордена, а ещё смеет являться на празднество будущего наследника ордена Цзинь. – Это просто непостижимо! Каким нужно быть ужасным человеком, чтобы наслать такое скверное проклятье? – Именно поэтому Цзинь Цзысюнь собрал три сотни людей и отправился на тропу Цюнци, чтобы отомстить за наших адептов и избавиться от проклятья! – Вот это поступок! Надеюсь сами небеса благоволят ему и он избавит нас от Старейшины Илина. Дальше члены четы Цзян не стали слушать, а направились прямиком прочь из этого коридора. Цзян Чен собирался немедленно отправится на тропу Цюнци, чтобы предотвратить самое ужасное, о чем он явно старался не думать, но прежде ему стоило оставить сестру в ее покоях, вместе с малышом, чтобы та была в безопасности. Но стоило ему открыть дверь в ее личные покои, как девушка запротестовала, и вырвалась из хватки брата. – А-Чэн, ты должен взять меня с собой. Я знаю, что ты прямо сейчас отправишься к А-Сяню.– Твердо произнесла Цзян Янли, заставив мужчину опешить. – Что? Нет! Там слишком опасно. Что если все выйдет из под контроля и мы не сможем тебя защитить?– Ваньинь мгновенно возмутился. Как он может допустить подобное? – Вот именно, А-Чэн! Если все выйдет из под контроля, я смогу остановить А-Сяня. Он всегда меня слушал, и сейчас послушает. А ты и Цзысюань остановите заклинателей Ланьлин Цзинь.– Парировала дева Цзян, решительно настроившись на встречу с опасностью. Конечно же она понимала все риски, но остаться в стороне никак не могла. Она уже потеряла родителей, а потерять ещё и братьев, и мужа, никак не хотела. Она не вынесет потерю ни одного из них. Поэтому она должна приложить все усилия, чтобы не допустить утраты. Цзян Ваньинь же болезненно закусил губу и с силой сжал кулаки. Как он может вот так вот просто взять сестру с собой? Там же может произойти все, что угодно. Он не должен рисковать ей. Однако он понимал, что Янли права. Вей У Сянь ее послушает, сразу же остановится. Но от понимания не становилось легче. В особенности от того, что молодая госпожа Цзинь настолько упряма в своих решениях, как и он сам. А она к тому же ещё и старше, он практически не может ослушаться. Да и времени на раздумья почти нет. Стиснув зубы, он обречённо выдохнул, и, взяв сестру на руки, направился на выход. Он не собирался тратить время, чтобы пробраться к главному входу, а потому выбрался наружу через первое попавшееся окно. Спрыгнув с подоконника, он ловко приземлился на Саньду, в то время как Цзян Янли удивлённо охнула. Крепче сжав сестру в своих руках, глава ордена Цзян развил максимальную скорость, которую только мог. Стоило им оказаться подле места происшествия, как слух пронзила трель флейты, что заглушала звуки борьбы в ущелье. Сотни адептов в золотых одеждах держали в руках тетиву и стреляли в Старейшину Илина, которого защищал призрачный генерал под командованием темного заклинателя. Недалеко от него стояли и спорили Цзинь Цзысюань и Цзинь Цзысюнь. Напряжение между ними было такое, что ещё немного и они обнажат мечи на друг друга. Взяв сестру под левую руку, Цзян Ваньинь активировал цзыдянь и одним манёвром отразил стрелы и отбросил призрачного генерала в сторону. Все заклинатели мгновенно застыли под неожиданной фиолетовой вспышкой, и мужчина воспользовался их негодованием, приземлившись между Цзинь Цзысюанем и своим шисюном. Цзян Янли сразу же бросилась к младшему брату, который ошарашенно отпустил флейту. – А-Сянь!– Воскликнула она, взяв Вей У Сяня за руки, тьма возле которого в миг рассеялась. Он испугано смотрел на нее, а она потянула ладонь, чтобы погладить его по щеке. – Ты что творишь? Зачем взял с собой Янли?– Возмутился Цзинь Цзысюань, забыв о своем брате. Но вот Цзян Чен нисколько не отвлекся, направляя меч на идиота, что решил возглавить покушение на Вей Ина. – Немедленно отступи! Кто ты такой, чтобы ослушаться приказа своих старших и вершить нелепое правосудие? Кто давал тебе право судить Вей У Сяня?– Цзян Чэн еле сдерживал себя от крика, гнев переполнял его, отражаясь не то на лице, не то молниями цзыдяня. – Да как вы можете защищать этого отступника? Он предал ваш орден, убил невинных, наслал на меня проклятие, а вы хотите спустить ему все с рук? Цзинь Цзысюнь был возмущен и сжимал в руках меч, не желая убирать его в ножны. Он был единственным, кто не захотел остановиться. Остальные же опустили луки, наблюдая за сложившейся ситуацией. – Даже если все и так, то не тебе решать его дальнейшую судьбу! Цзинь Цзысюнь, изрядно разгневанный, с силой сжал ладонь, в которой была маленькая коробочка вместе с серебряным колокольчиком и яшмовой подвеской внутри, и которая в тот же миг оказалась раздавлена в мелкую крошку. Недавно присоединившиеся к конфликту не знали, что внутри, а потому не обратили внимания. Однако, когда на глазах Вэй У Сяня вещь, которой он так дорожил, разбилась на мелкие осколки, зрачки его резко сузились, глаза покраснели, а грудь его вздымалась от клокочущего гнева. – А-Сянь, успокойся. Прошу, возьми себя в руки.– Попросила Цзян Янли, заметив резкие изменения в поведении брата. – Вот именно! Прекрати. Немедленно прикажи своему Вэнь Нину убраться прочь.– Приказал Ваньинь, смерив шисюна строгим взглядом. – Почему бы тебе не заставить убраться их первыми? Стоит мне отвадить Вэнь Нина, как в мое тело в миг вонзятся стрелы и мечи.– Процедил Вей Ин, трясущийся в ярости, но ещё держащий себя в руках. Цзян Чен и Вей У Сянь словно боролись взглядами. Оба испытывали злость, которую стоило бы на что-то или кого-то выпустить. Но вместе с этим они понимали, начни они сейчас ссориться, может случиться не поправимое. Особенно это осознавал Ваньинь, видя, что шисюн уже на грани, и любое неправильное слово или действие лишит его контроля над тьмой. Поэтому, тяжело вздохнув, он посмотрел на мужа своей сестры. – Цзинь Цзысюань, прикажи им отступить. Пока они угрожают его жизни, он не сможет успокоиться. Мгновение, и он потеряет контроль. Цзинь Цзысюань согласно кивнул. Он это тоже заметил, и не мог спорить с очевидным. Более того, здесь была дева Цзян, и он не мог допустить того, чтобы с его любимой что-то случилось, или того, что она могла увидеть смерть своего брата. – Немедленно уходите!– Воскликнул он. Лучники, стоящие на верху ущелья, не долго сомневаясь, все же решили отступить. Цзинь Цзысюань был прямым наследником их ордена, а рядом с ним ещё и были молодая госпожа Цзинь и глава ордена Цзян. Творить бесчинства они не имели права, иначе нарывались на наказание. Никто не хотел себе проблем, и потому никого из нападавших, кроме Цзинь Цзысюня, здесь не осталось. – А-Сянь, они ушли. Видишь? Никто больше не посмеет напасть на тебя. Мы рядом.– Успокаивающе лепетала Янли, обнимая брата и поглаживая его по спине. Вей У Сянь устало прикрыл глаза, делая глубокие размеренные вдохи. Пары минут ему хватило, чтобы прийти в себя и ясным взглядом посмотреть на оставшихся людей. Тьма рассеялась и отпустила его, и даже Вэнь Нин пришел в сознание. Все терпеливо дождались его слабой улыбки и облегчённо выдохнули. Кажется, опасность миновала и наконец можно вернуться в башню Кои. – Спасибо, шицзе. Девушка отстранилась и ласково ему улыбнулась, сжав в руках ладони младшего брата. Получив такую же ласковую улыбку, она его отпустила и прильнула к своему мужу, который сильно испугался увидев ее. Цзян Чен же оглядел шисюна с ног до головы, и, убедившись, что он в порядке, хмыкнул и пошел в сторону выхода из этого ущелья. – Давай, А-Сянь, пойдем.– Позвала его молодая госпожа Цзинь, и, получив одобрительный кивок, пошла под руку с мужем. Вей Ин сделал несколько шагов в том же направлении, что и остальные, но остановился, вспомнив про подарок своему племяннику. Он прошел назад, чтобы поднять остатки колокольчика и обречённо вздохнул. Все его труды и старания уничтожили, и обида поселилась в сердце. Но не успел он взять себя в руки, чтобы снова не поддаться тьме, как вдруг почувствовал, что что-то острое пронзило его насквозь. Опустив взгляд к груди, он увидел острие меча уже мутным взглядом, а после без сил упал лицом наземь. Лишь отдаленно он слышал что кто-то его яростно звал.