Правда в глазах пустышки

. . Какое блаженство стоять под горячим душем, когда капли воды так приятно обволакивают и обжигают кожу... Навязчивое тепло которое со временем становиться совсем привычным и не смотря на пар заставляет прокрутить ручку ещё дальше. Совсем чуть-чуть.. ещё горячее, ощутимее, чтобы запомнить и ощутить это тепло которым было отделено его существование в и тактильном и в ментальном состояниях. Старая африканская поговорка гласит: „Ребенок, которого не обнимала деревня, сожжет ее дотла, чтобы почувствовать тепло“. Порой Келусу кажется что он сходит с ума от непонимания самого себя. Он хочет тепла, но боится привязываться.. весь этот мир кажется ему совершенно нереальным как и люди, да вот правда в том что всё на оборот. Это он здесь ненастоящий, неполноценный, словно маленький кукушёнок, только со значительными отличиями в поведении, но обстоятельства те же. Без знаний, памяти и чего либо, его оставили на произвол обстоятельств под чужими расчётами на его же будущее. Всё было написано и пройдено заранее, даже он сам ощущал это фантомное дежавю в неизвестные моменты. Хоть оно и длилось мгновениями но оседало илом где-то глубоко в хрупком сознании. Вдыхая глубоко ему становиться больно, рёбра стали невыносимой преградой свободному и полному вдоху, внутри, под грудью, где-то в самых недрах отзывалось пульсирующей болью словно расходящиеся волны, чёрная дыра неизвестного чувства которое гложидо его всем чем только можно всё это время. Там копиться вина, зависть, хоть и неосознанная, крупицы злобы и раздражения, недосказанности, страхи и что-то спутанное словно клубок. Чувства. Название этому клубку. Дрожащий вдох и он запрокидывает голову под струи воды, жмуриться. Тяжелые капли бьют по чекам и по всему лицу, и скатываются вниз по телу преодолевая свой путь по ровной и раскрасневшейся, распаренной коже под влиянием температуры. Ладонь кое-как с дюжиной усилия ложится на кран, выключая. потоки воды закончились в один момент исчезая вместе с теплом уступая место обволакивающее у холоду который заставляет кожу взяться "гусиной кожицей" и крупно задрожать до еле ощутимого и слышного цокота зубов. Открывая дверцу душевой кабинки парень стоя на пороге дотягивается до полотенца и вновь отступает стоя на мокром кафеле, с которого уже почти вся вода стекла в сток. Он вытереться медленно промакивая кожу махровым полотенцем. Такое мягкое, пахнущее чистящим порошком, возможно какой-то растительностью и лимоном. Запах этого кислого фрукта он не перепутает уж точно. Чай с лимоном не даст забыть свой чудесный запах. Но даже это не вызывает ни малейшей улыбки на лице первопроходца. Пусть он даже уже сухой, и холод воздуха не оседает на коже его всё равно подёргивает и трясёт. Ноги ватные а руки слабые. Облокачиваясь на раковину он опирается на её высокие керамические бортики распаренными, чуть сморщившиеся ладони которые даже побелели. По серым волосам редкими каплями, по самым кончикам скатывается вода капая на гладкую белоснежную керамику и медленно скатываясь к маленькому сливу. Может он плакал бы так же если не усталость. Тело не болит, он достаточно пробыл у Наташи что бы его хорошенько "подлатали" перед отъездом, но вот на уровне его психико-емоционального состояния он был изнурён, истощён, напуган и почти пуст. Места в его голове не было практически не для чего, даже для самого себя. Он не бичевал себя, он старался не вспоминать ни кафку, ни своих партнёров, ни приключение на заснеженной планете. Всего этого он бы сейчас не хотел вспоминать, ни слышать, напоследок он лишь хотел услышать чёткий ответ, но даже его он не получает. Что он есть что его и нет, особого толку на данный момент в своём существовании Келус не находит, и это было больно осознавать. Столько протекло времени, такого беззаботного, и быстрого что когда "глава жизни" сменилось, минуты стали вечностью а людей не хотелось слышать от слова совсем. Он себя то и не слышит что бы захотеть слушать кого-либо другого. Хотелось сделать что-то, что заполнит этот пробел в его дыре, или кого-то.. кого-то кто ему с этим поможет. Но это не будет "кто угодно". Он хочет понимания, он не хочет громких слов и всеобщего внимания ,ему будет достаточно чего-то ощутимого чтобы почувствовать действительность этого мира и человека рядом. Но это всё так сложно особенно когда понимаешь что о тебя вряд ли захочет слушать кто либо. По крайней мере он так думает, учится всю ситуацию что даже при желании всё, сказать не выйдет. Потому что начиная рассказывать ВСЁ, ему придется рассказать всё от начала до конца. Раскрыть правду, действительность ту которую он так старательно прятал даже от самого себя чтобы не разочароваться в самом себе, в своём существовании и принадлежности. Это всё так сложно, запутанно.. и это всё копится.. заставляет горбиться сгибая спину и вдавливать лицо в холодные ладони.. Рывком вздыхая он выпрямляется и не смотря на себя в зеркало отворачивается начиная одеваться. Серые шорты до колен, белая футболка, тапки... Вздыхая он трёт затылок, мокрую шею стирая капельки воды и медленными, размерными шагами идёт на выход протягивая ладонь к блестящей ручкой и с нажимом заставляя её прокрутиться до щелчка, после чего она открывается и он смотря в пол, себе под ноги выходит не замечая человека в двух метрах от себя. Он трёт глаза. Они жутко болели будто он хочет спать. Повернувшись он не увидел особых изменений в интеръере не считая тяжолого взгляда вечно серьёзных, глаз который смотрели на него с ожиданием и немым вопросом который Келус явно не понял и замер на месте словно животное перед хищником не убирая даже пальцев с ручки двери. Дань Хэн стоял недалеко, в двух метрах приблизительно и сложив руки на груди опирался лопатками на стену. Понятно что тот ждал. И кажется это не простое совпадение, а намеренные действия. Уголок губ Келуса непроизвольно дрогнул, он чувствовал как по телу стал разливаться жар вместе со свинцовой усталостью и смущением. -..Ты что-то хотел ДаньХэн..? - Как бы аккуратно спрашивает пепельноволосый и его руки опускаются вдоль тела где он начинает мять ткань своих шорт, совершенно не произвольно и незаметно для самого себя. Дань Хэн выдерживает на нём взгляд, после чего прикрывает веки и отличает от гладкой поверхности стены идя по направлению к парню. -что с тобой происходит? - без стеснения, предисловий и намёков, на прямую спросил брюнет смотря тому в глаза, в то время как взгляд Келуса очевидно осиротел и забегал куда угодно лишь бы не смотреть в глаза тому кто задал этот вопрос. -не понимаю о чём ты, всё в порядке, я просто устал. - старается говорить как ни в чём не бывало, но немного не выходит. Живот схватила крутящая боль и сосущая пустота, такое ощущение что желудок непременно хочет как можно быстрее принять рельеф костей хребта вжимаясь в него. Губы нервно дрожат, еле заметно но если приглядеться можно увидеть всё. Келусу уже было не уютно. Это первый раз за всё это время когда нахождение рядом с Дань Хэном давало такой эффект. Настороженность, беспокойство, страх.. -не прикидывался, у тебя всё написано на лице. И я, всё вижу. - его слова резали как нож масло, медленно и плавно заставляя часто сморгивать потупив взгляд в пол и чувствуя тяжесть в груди. - что произошло когда появились охотники за Стелларонами? Что с тобой? - он тянет ладонь чтобы коснуться его плеча. Крепкое, но такое холодное ещё и местами угловатое, чувствуются твёрдые косточки и чужая дрожь. Дрожь того как его перекосило словно от удара током. Руки напарника не отличались особым теплом но по сравнению с Келусом были всё равно теплее градусов на десять кажеться. -Нет.! Всё в порядке. Не нужно до меня докапываться. - он отшатывается от него и спешит обогнуть фигуру копейщика сбивчиво выдыхая и начиная медленно закипать от всей этой ситуации и новых нахлынувших эмоций. - ничего не произошло. Всё в полнейшем порядке и мне.. со мной.. не надо обо мне беспокоиться. - он говорил так будто не пытался уверить самого себя в том что он говорит. Но его голос дрожал. Сам по сути не знает чего хочет, но догадывается лишь о том что нужно именно сейчас и это просто пережить эти моменты. -но ведь это не так. - где-то внутри Келуса лопаются воздушные шарики его здравого смысла от чего всё что он пытался держать стало словно грязь под прессом медленно вытекать. Крупные слёзы, из золотых глаз, тихая отдышка при которой он глотал воздух и его терпение с эмоциональным фондом пошатнулись ещё сильнее с воображаемым звуком сломавшейся опоры. А под взглядом который сверлил спину хотелось согнуться в три погибели и исчезнуть. "Хватит смотреть, хватит.. не нужно меня осуждать. Больно.. в груди так болит, мне не хочется дышать.. мне тяжело дышать.. больно. " Когда всё начало выходит из под контроля в голове был слышен эфемерный смех, такой скрипучий, отвратительный.. принадлежащий стеларону. И теперь берясь за голову он только начинал задыхаться и терять равновесие, не чувствуя вокруг ничего и не слыша обеспокоенного голоса человека рядом что ухватив его за плечи силком заставил сесть и начал его трясти пытаясь вернуть в сознание. Но не успел келус пересечь точку невозврата как его щёку обдало резкой пекучей болью. Он касается своей покрасневшей щеки пальцами, глаза расширены от шока и он поворачивается смотря на Дань Хэна который и отвесил эму эту "отрезвляющюю" пощёчину. Тот выглядел не лучше: его дыхание сбилось ,он был всё такой же хмурый, немного испуганный но собранный. Его рука немного дрожала и он снова прикрывает глаза делая глубокий вдох. - я заметил слишком многое, и я намерен услышать правду. Но.. Я не хочу узнать её таким способом.. расскажешь когда будешь готов.. доверить мне то что у тебя на душе и в голове. - Копейщик отворачивается когда видит как блестят чужие глаза и удивляется когда его обнимают. Обхватывают за торс словно боясь коснуться и прижимается как напуганный зверёк тихо всхлипнув спрятав своё лицо. Дань Хен же чувствовал прохладу на намокающей водолазке и только вздохнул касаясь его затылка одной рукой поглаживая по волосам. . . . . . . ->