Одержимые

Дверь тихонько прикрылась. Чонгук осторожно снял кроссовки и аккуратно поставил их в уголок. В квартире полумрак. Ещё очень рано, но уже утро. Сестра сегодня в ночь была дома, потому он старался не шуметь, чтобы не разбудить. Стоило как можно тише пробраться в комнату, но сперва нужно умыться. Разбитая губа запеклась толстой коркой крови и её нужно обработать. Пробравшись в ванную, уставился на своё отражение в зеркале. Несколько царапин и губа. На нижней челюсти собирался расцвести синячок. По лицу размазана засохшая кровь вперемешку с полосками грязных разводов. — Красавчик. — хмыкнул Чон, подмигивая своему отражению. — Согласна. — дверь открылась и зевая, зашла Хана. — О, господи боже! Я же просила. Чонгук! — всплеснула руками и начала, причитая, осматривать разбитое лицо в зеркале. — Когда уже ты бросишь драться? Тебе двадцать четыре года, ты взрослый человек, как ты не понимаешь, что это надо прекращать? — Это моя работа. Ты всё прекрасно понимаешь. — прохрипел брат. Уже бессчетное количество раз он слышал уговоры сестры, но все они не возымели успеха. Чон потянулся к верхнему ящику за аптечкой и едва поморщился. Сестра не раздумывая задрала грязную футболку и осмотрела ссадину во всю лопатку. — Прими душ, потом я тебя обработаю. — хладнокровно велела Хана. Это теперь девушка смотрела на все эти повреждения спокойно и без отвращения. Но каких-то два года назад, она билась в конвульсиях от разбитого носа. Бегая вокруг брата, хваталась за телефон в попытках вызвать скорую и сообщить в полицию о избиении. Чон едва успевал выхватывать у неё телефон и вместо помощи себе, успокаивал её. Теперь Хана смирилась, привыкла, повзрослела. На такие вот визиты старшего только губы поджимала, что ей ещё оставалось? Чон послушно стал стягивать грязные, пыльные вещи, а Хана отправилась запаривать рамен на завтрак. Ребята жили одни после кончины родителей и разгребали оставленное наследство. Долги за выкупленную квартиру. Чон успел закончить колледж, а вот младшей не повезло, она после школы была вынуждена пойти работать. Гук переживал по этому поводу, потому согласился участвовать в уличных боях, чтобы скопить денег на обучение сестры. Выйдя из ванной в одних домашних шортах, грузно опустил аптечку на стол, ожидая обещанной помощи. — Садись. — командовала младшая. — Гуки, я просила тебя поберечь лицо. Я просила ещё неделю назад. Вот как ты теперь пойдёшь? У меня столько косметики нет, чтобы замазать твои синяки. — сестра склонялась над братом и ватной палочкой наносила заживляющую мазь в ранку губы. Чон пристально рассматривал лицо Ханы. — Ты такая красивая, как мама. — это была волшебная фраза. После этих слов девушка всегда смягчалась и её настроение приподнималось. О чудесном действии слов знали оба. — Ты, хитрец, Чонгук, ты знал об этом? — расплывалась в улыбке. Сестра отошла от брата и пододвинула ему миску с лапшой. Собирая медикаменты в сундучок с крестом, девушка могла только ужаснуться. Всё содержимое принадлежало брату: бинты, салфетки, заживляющие мази и перекись водорода. — Зайдешь со служебного входа. Делай непринуждённое лицо и уверенно иди вперёд. Тебя пропустят, как сотрудника. — сестра поглядывала на брата, задерживая внимание на его губе. Хана работала в престижнейшем ночном клубе в Каннаме. Попасть туда можно только по кастингу. Обладая красивой фигурой и миловидной мордашкой, девушке удалось встать в ряды официанток этого заведения. Случайных людей туда не пускали. Посетителями были обеспеченные детки богатых родителей, бизнесмены, политики, представители шоу-бизнеса и даже спортсмены. Хана постоянно встречала в зале людей с обложек журналов и экранов телевизора. За полгода, что ей удалось продержаться в клубе, эти люди уже не вызывали восторга и трепета. Зачастую они были наглые, высокомерные и обслуживающий персонал не представлялся для подпитых селебрити за людей. Потому, приходя домой каждое утро, девушка отправлялась в душ, смывала с себя следы чужих глаз и рук, и очищалась душой. Это просто работа, за которую замечательно платят. — Представь, я… — Чон указал на себя двумя руками. — и поднос. Поднял руку в воздух, изображая, что несёт блюдо. Хана прыснула смехом с комичности данного зрелища. — Не воображай. Ты будешь не единственным парнем-официантом. У нас в смене их человек семь. Многие звёздочки предпочитают, чтобы их столики обслуживали смазливые мальчики. — веселилась девушка. Чон опустил на сестру прожигающий взгляд. — По твоему, я похож на смазливого мальчика? — сипло прозвучал тихий голос. — Нет. Смазливости в тебе ноль, а вот брутальности хоть отбавляй. Ты бы с лёгкостью прошёл кастинг и мог бы занять вакансию. Подумай об этом. — поглощая лапшу, Хана пропустила грозный взгляд брата. — Я согласился зайти в этот клуб, только потому, что обещал тебе. Никогда я не стану прислуживать этим зажравшимся уродам и ты там, только до тех пор, пока мы не расплатимся с долгами. – хмурил брови. Чонгука тошнило от работы сестры. Он видел её красоту, мог здраво оценить, почему ей удалось пройти кастинг. Имея предположения, как там обращаются с официантами, парня трясло от злости. К сожалению, ситуация сложилась так, что одному ему просто не справиться. Квартира, что осталась от родителей была куплена в долг. Коллекторы, что первое время не давали спокойно спать, часто напоминали, что пора платить по счетам. В дверь позвонили. Такая рань. Кто это может быть? Варианта всего два: либо это упомянутые вышибалы долгов, либо чокнутые приятели Чона. В данном случае, ещё не понятно, кто хуже. — Сиди. Я открою. — Чонгук поднялся из-за стола и расправив плечи выпятил грудную клетку вперёд. Позвонили ещё раз. Дверь приоткрылась и в щель мелькнула счастливая пьяная улыбка Мина. — Чонгууук, пустиии поспааать, ааа? Мы отмечали твоюю побеееду и Чимин перебраал. — ласковый голос сильно растягивал слова. Мин и сам с трудом стоял, держа одной рукой друга за талию. Чимин же почти полностью висел на чужом плече, не поднимая тяжёлой головы. Чонгук растворил дверь настежь и нахмурился ещё сильнее. — Это что? Он, что… — указал на джинсы приятеля. — Да ты что? Как ты мог такое подумать о Чими? Он вставал из-за стола и рухнул на пол, пролив на себя пиво из стакана. – голос сразу прояснился. Мин торопливо отверг все подозрения от друга, объясняя его мокрое состояние. — Давай его сюда. — Чон протянул руки и принял ватное тело Пака, поддерживая Мина, что без опоры, сам стал собирать косяки. Кто ещё кого держал? В прихожей появилась Хана. Она была одета всего лишь в длинную футболку, но не стеснялась этого. Чудные товарищи брата опозорились перед ней уже не раз, потому и ей не совестно. Узнав шелестящий голос Мина, девушка вышла с кухни. Она опустилась на колени и помогла парням снять обувь, за что получила сильное поглаживание по голове, да так, что голову клонило вниз. — Моя самая любимая девочка. Хана, я так тебя люблю, ты даже не представляешь. — приговаривал Мин, вынимая ноги из кроссовок. Чоны только посмеивались. Ни брат, ни сестра не относились всерьёз к подобным изречениям. Ещё пять лет назад, после выпускного Гука, на котором тот умудрился подраться с толпой парней из параллели, к нему привязались два паренька. Они поддерживали его во время драки, а после вырвали из толкучки, когда смекнули, что парень против шестерых не выстоит. Помогли бежать и даже обработали раны, потом знатно напоив. Так Чон познакомился с двумя оболтусами Мином и Паком, что были старше его на два года. Он может и не сдружился бы с ними, если бы эти мелкие хёны не решили, что теперь они для парня лучшие друзья. Так и прибились под его крыло. Чонгук спасал их из мелких передряг и следил за сохранностью их тел в пьяном состоянии. Такая дружба напоминала друзей из «Ледникового периода»: мамонт и два опоссума. Хана помогла Мину устоять, когда его резко повело в сторону и под командованием брата, повела парня в спальню. Уже не раз Гуку приходилось делиться своим диваном с этой парочкой. У парней были весьма странные отношения. Они очень любили заигрывать друг с другом, что первое время приводило Чона в замешательство, но вскоре он смирился и перестал обращать внимание, как парни без лишних эмоций кладут головы друг другу на плечи, обнимая со спины. — Я оставлю его так, сам разбирайся, что с ним делать. — Чон положил пьяное тело Пака на диван. Хана помогла Мину сесть на краешек поверхности, а не мимо, как тот намеревался. — Ребята, вы лучшие. — счастливая улыбка смешила. Мин запрокинул голову назад и морщил нос, показывая верхний ряд зубов. Его глазки сощурились. Что за милое пьяное чудо? Чоны покинули комнату, не желая видеть, как Юнги будет стаскивать с приятеля мокрые джинсы и укладываться рядом с ним, обнимая. — Вот и поспал. — Чон забрался в постель сестры, наблюдая, как та собирает вещи. — Чонгук. Я всё ещё надеюсь на тебя. Ты же отработаешь эту ночь за меня? — сестра сверлила напряжённым взглядом. — Хана, я сказал, что отработаю, значит отработаю. Когда я тебя подводил? — хмурился брат, не понимая, откуда у сестры сомнения на его счёт. — Хорошо. Если, кто спросит, ты новенький. Знакомиться с тобой в первый вечер никто не будет, не принято. Так, что молча делай свою работу. — давала наставления, складывая одежду в саквояж. Заведение, где работала Хана, хоть и престижное, но набирали персонал с улицы. Нужно просто обладать определёнными внешними данными, чтобы устроиться и определёнными характеристиками, чтобы задержаться. — Столик запоминай по сидящим. Не выхватывай одно лицо, запомни всех присутствующих. Молчи. Не разговаривай. Можешь ответить на вопрос… хотя… — задумалась, смотря на брата. — не отвечай, просто молчи. Будут приставать — терпи. Помни, что тебе стоит продержаться всего лишь ночь. Не груби и не нервничай. Это просто работа. — сестра давала наставления, а сама сжималась вся внутри, как страшно отправлять брата на такую работу. Безобидное задание, носить поднос с напитками, но зная, как непокорен нрав старшего, девушка боялась, что он нарвется на неприятности. Ладно, если его выставит охрана за неподобающее поведение. Хуже, если он причинит физический вред какой-нибудь знаменитости, тогда проблем станет выше крыши. — Не переживай так, сестрёнка. Что я без мозгов что ли? Я потерплю. Даже поулыбаюсь, если так будет нужно. Брат уважал труд сестры, прекрасно понимая, что ей мерзко возвращаться домой после смены. Она часто плачет в душе, перед тем, как лечь отсыпаться. Лапают, грубят, хамят, говорят мерзкие фразочки. Политика заведения строится на комфорте посетителя, а не защите работников. Официанты и бармены сменяют друг друга со скоростью света. Кто-то не выдерживает сам, кого-то увольняют из-за жалобы. Хана терпит всё, потому считается в клубе старожилом. Так долго с ней работает только один бармен и ещё с десяток официантов с разных смен. — Ты только синяки замажь перед выходом. Я оставлю косметичку. — указывала на стол. — Пусть ребята тебе помогут. Не сверкай в освещённых местах, держись тени. Обходи танцпол. — девушка переместилась в ванную и уводила за собой брата разговором. – Всё, уходи, мне нужно в душ. Чон хмыкнул и вышел, закрыв за собой дверь. Парень не переживал и не особо понимал, что так нервничает сестрёнка. Ему не приходилось ещё ходить с подносом, но это не самое страшное. Его работа была более опасной. Когда девушка вышла из ванной, брат уже вовсю сопел лёжа в её постели. Он накрылся одеялом почти с головой и согревшись, быстро уснул. Хана переоделась и прихватив саквояж, отправилась в путешествие в Каян. Подруга со школы перебралась туда и давно звала её в гости. Из-за постоянной смены персонала в клубе, нормальных выходных у девушки не было уже давно. Не выдерживая такого темпа работы, сестра отважилась упросить брата заменить её на одну ночь. Охрана, что стояла на пропуске сотрудников, сбилась со счету, как быстро менялся коллектив. Потому очередной красивый парень с лёгкостью преодолеет секьюрити, а те пропустят его, как персонал. Из руководителей никто и не заметит подмены, новенькие постоянно. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Сколько прошло времени Чон и не знал. Он проснулся вспотевшим, запутанным в ворох ткани и утеплителя. Лениво вытаскивая руку из-под одеяла, взял телефон. Уже шесть вечера. Он проспал весь день. На кухне грохала посуда и слышны негромкие разговоры и смешки. Выбираясь из кровати, не одевшись, топает на звуки жизни. — Доброе утро. — весёлые опухшие лица встречают улыбками. Мин раскладывал свежесваренный рамен по мискам, из дымящейся кастрюльки, Пак таскал из другой миски кимчи и юрко отправляет его в рот. После такого опьянения только острая пища помогала ему прийти в себя. — Доброе… вечер. — поправил Чон, замечая, что парни в одних трусах. — Где ваша одежда? — вскинул брови, опираясь в косяк плечом, засовывая руки в карманы шорт. — Ты долго спал. Мы решили не будить. Воспользовались вашей машинкой. Уже повесили сушиться. — рапортовал Юнги. — Садись за стол. — Какие молодцы, самостоятельные. – смешливо похвалил Чон. — Я так понимаю, вы ночуете сегодня здесь? – уселся за стол, и осмотрел на друзей. — Ну, не выставишь же ты нас в одних трусах на улицу?— сконфузился Пак, поглядывая на серьёзное лицо Чона. Гук никогда бы так не поступил, а учитывая, что парни вообще не имеют постоянного места жительства, то тем более. Уже пять лет он водится с этими двумя, но так до сих пор и не понял, что это за люди. Они где-то живут, моются, бреются, но при этом не имеют постоянного адреса. Самое частое место их пребывания — это гараж Чона. У родителей Гука и Ханы был небольшой бизнес, свой сервис. Мелкий ремонт, покраска, тюнинг. Всё это выполнял Чон и его приятели. Постоянные крупные клиенты отца отказались от услуг молодого мастера, считая его неумелым. Чон хвататься ни за кого не стал и нарабатывал своих клиентов сам. В основном это было байкерское объединение, члены которого облюбовали его гараж, как место встречи. Там постоянно было шумно и весело, даже когда отсутствовал сам Чон. — Нет, конечно. Сегодня оставайтесь. Помогите мне собраться, у меня спецзадание. — Чон был серьёзен. Парни молча кивали ещё не представляя, как через час их будет распирать смех, пока они будут обмусоливать новость, что Чонгук станет разносчиком коктейлей на эту ночь. — Ну, всё. Повеселились и хватит. Давайте, замазывайте синяк. — недовольничал Чон. Парню не доставляли никакого удовольствия все эти процедуры. Он привык за два года к разбитому лицу, а замазывать следы вообще не умел. — Ладно, ладно. Не кипятись, сейчас всё будет. — щебетали парни, кружась вокруг друга, что насупившись сидел на пуфике сестры. Неумелыми мазками был наложен тональник, что совсем не скрыл царапин и синяка на нижней челюсти. Оглядев себя в зеркало, Чон недовольно цыкнул. — Дааа. Вашими кривыми руками только мотоциклетные дуги выправлять. — Чону грим по душе не пришёлся, но делать нечего. Облачившись в кожаный костюм с красными вставками на груди, Гук подхватил свой шлем и направился к выходу. «Опоссумы», сложив ручки на груди, насмешливо хмыкая, провожали «мамонта» на подработку. — Рюкзак! Чон, ты рюкзак забыл! – кинулся к двери Чимин, подхватив сумку за лямку. Чон уже вышел в подъезд и сморщил нос, понимая, что это не просто вылазка прокатиться, а полноценный маскарад. В клубе ему придётся облачиться в белую рубашку и брюки. — Спасибо. — бросил не гладя и выхватив лямку, салютовал в сторону. Чимин захлопнул дверь и упёрся взглядом в чужой. Мин облокотился об косяк и пристально рассматривал чужое тело, но поняв, что его засекли, даже не смутился. Оба расхаживали раздетые, словно ничего не происходит. Пак хмыкнул и поплелся за Мином в комнату, где уже включился телевизор. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Охрана у входа для персонала напряжённо переглядывалась, когда на полупустой стоянке припарковался блестящий, начищенные синий Suzuki Hayabusa. С мотоцикла слез длинноногий байкер в чёрной кожаной экипировке с красными вставками на груди. На боковой части чёрного шлема красовался красный иероглиф. Чон неторопливо снял шлем, поправляя, чуть отросшие волосы, разделённые на пробор. Он дал время людям в чёрном, рассмотреть себя во всей красе, уж больно заинтересованы они были. Поправив рюкзак, что болтался на одном плече, спрятал шлем под сиденье и поставил на сигнализацию. Моргнув фарой на прощание Suzuki простился с владельцем и остался стоять до утра, дожидаясь своего хозяина. Чон кивнул охране и прошёл мимо них с таким уверенным видом, что можно было подумать, что парень владелец заведения, а не наёмный рабочий. Секьюрити проводили его удивлённым взглядом, даже не подумав поинтересоваться: «а кто он?» За такую халатность в работе, охрану тоже стоило бы сменить. Но никто не узнаёт о их оплошности, Чон не расскажет. В заведении достаточно светло, хоть и освещение рассеянное. Посетителей ещё нет. Залы начинают заполняться ближе к девяти вечера. Самые искушенные явятся только к одиннадцати. Гук сменил костюм на форму. Сестра указала каким ящиком стоит воспользоваться и дала ключик. Полочки заполнены женскими мелочами, а на дверце прикреплено фото. Оно явно сделано издалека. Компания молодых парней сидит за столиком и что-то весело обсуждает. Видны лица двоих, ещё двое сидят полубоком. Чон нахмурился. Это что ещё за дела. Снимок посетителей, да ещё и в шкафу сестры. Он обязательно уточнит, кто эти парни и зачем они здесь нужны. — Ты брат Ханы? — девичий голос раздался приглушенно и совсем тихо. Чон опасливо обернулся. За спиной стояла миловидная девушка, даже смутно напоминала сестру. Видимо определённый критерий отбора такой. Одинаковые официанты. — Да. — хрипло ответил Чон, кивнув вдогонку. Девушка расплылась в открытой улыбке. — Я, Ким Чанми. Мы с Ханой дружим. Она говорила мне как-то, что попросит тебя подменить её. Я и не думала, что ты согласишься. — смутилась под пристальным взглядом сверху. — Ты знаешь меня? — удивлённо вскинул брови и прикрыв дверь шкафчика, облокотился на него плечом, сложив руки на груди. — Заочно. Это долгая история. У тебя синяк, Хана не могла замазать получше? — усмехнулась девица и пошла к своему шкафчику за косметичкой. — Её нет дома, она уехала. Мне помогали друзья. — смущённо хмыкнул Чон, понимая, что скорее всего перед ним друг, чем враг. — Оно и видно. Иди сюда, я поправлю. – веселилась Чанми. Парень приблизился и в свете потолочной лампы девушка нанесла новые слои. — Вот, так будет лучше. Только постарайся избегать неона. Лучше возьми столики Ханы, там его меньше. — предупредила девушка. — Почему? — удивился Чон, хлопая глазами. — Я не знаю какая у твоей сестры косметика. Моя не содержит силикона, потому не отражает световые лучи. – прояснила ситуацию Чанми. — Проще говоря я начну светиться? – уточнил Чон и замечая согласную улыбку, занервничал. — Давай смывай всё. Я не выйду в зал в таком виде. — занервничал. — Подожди. Может и не будет всё так плохо. Пойдём в зал и посмотрим. — предложила Ким. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Большой особняк в престижном районе, как и полагается для семьи политика и видного деятеля в борьбе за демократию, окружён охраной. Люди в чёрном редко появляются на территории, раз в пару часов, остальное время они сидят в выделенном для них кабинете и не моргая, смотрят в мониторы, исследуя периметр через камеры. Семья Ким состояла почти из трёх человек. Почему почти? Всё просто. У наследного «принца» Тэхёна есть своя свита, что сопровождает его с горшка в детском частном саду. — Сегодня же третья пятница месяца. Сегодня твой выход. Ты не имеешь права отказаться. — настаивали Кимы, перебивая друг друга. Джун и Джин два сводных брата. Их соединение произошло благодаря слиянию двух влиятельных семей. Ещё одним членом компании был Чон Хосок. Он больше общался с хозяином комнаты и меньше с этими двумя. Вообще Чон, как Д’Артаньян, примкнул к трём мушкетерам королевского двора, позже, уже когда компания была сформирована и обладала своим набором причуд. Хосок одногруппник этой троицы. Он долго присматривался, пока Тэхён его обхаживал и заманивал в свои сети. В итоге парень сдался и начал достаточно плотное общение, но больше разговаривал с Тэ и в ритуалах шайки не учувствовал. Ему было не понять, как можно издеваться над людьми в угоду потехи. Он не был богат с детства, потому и воспитывался иначе, за что благодарил судьбу. Тэхёну привычные игры тоже стали надоедать. Смене желаний способствовала и отстранённость Хосока, что потом наедине шептал: «Ты серьёзно, будешь это делать?» — Ладно. — сдался Тэ. — Только это последний раз. Больше я в эти игры не играю. Выросли уже, хватит. — Тэхён и сам начал замечать, как влияет на него поведение Хосока и братья это замечали, оттого, наверное, и не любили пришлого Чона, но смирились. Сегодня компания едет в клуб «во имя игры». Этот пафосный лозунг ребята придумали ещё четыре года назад. Каждую третью пятницу месяца в школьные годы, парни устраивали грандиозные вечеринки, арендуя дома. Смысл игры в том, чтобы по очереди, каждую пьяную тусовку, соблазнять кого-то и выставлять это напоказ. Как правило выставляли только перед собой, других не посвящали, но были случаи, когда кто-то не к месту врывался в комнату или мог подслушать и пустить новость. Всякое случалось. Состоянием униженной жертвы никто не интересовался, а сами парни, посмеявшись, вскоре про неё забывали. Выпустившись из школы и обучаясь в университете, компания стала ходить в клуб и подыскивать жертву там. Конечно, это были люди низшего социального уровня. Официанты. На красивую Чон Хану заглядывались много раз, но Хосок вставал стеной, чтобы девчонку не трогали. Он молча любовался ею и не мог позволить, чтобы ей причинили вред. Именно на него девушка засматривалась на фото, что было прикреплено в шкафчике на дверце, но понимая разницу в материальной составляющей, особо ни на что не рассчитывала и не позволяла себе впадать в безумное «люблю». Прибыв в клуб раньше положенного времени, аж на целых тридцать минут, парни принялись высматривать жертву. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ — Не нервничай так, Чонгук. Твои столики внизу по стене и первые пять на втором ярусе. Запоминай лица за столом, а то вдруг, тебе понравится и ты бросишь своё страшное ремесло и придёшь к нам. — девушка хитро улыбалась, щуря глаза. Чанми явно знала больше, чем говорила. Чон пристально осмотрел лицо девушки и склонившись, приблизился. Ким сглотнула, когда предмет её обожания оказался так близко. — Что ты обо мне знаешь? – угрожающе прошептал Чон. — Не так много, как хотелось бы, но рада и этому. — потянулась ближе. Пара почти поцеловалась, но проходящий мимо коллега, толкнул Чона в плечо. — Эй. Кто верх справа обслуживает, знаете? Там пришли. Чон оторвался от гипноза глаз девушки, выпрямился и мотнув головой, направился по указанному адресу. На сегодня это его маршрут. Поднимаясь по ступенькам официант признал компанию со снимка в шкафчике, а ребята за столом непонимающе смотрели на парня. — Это что? Хана трансвестит что ли? – засмеялся Джун и тут же подхватил Джин. Тэхён, привычный к не очень умным шуткам друзей, задорно улыбнулся, но столкнувшись с серьёзным взглядом Хосока, поспешно спрятал улыбку. — Что будете заказывать? — Чон держался и старался не выдать своего волнения. — Где Хана? — Хосок схватил Чона за рукав рубашки. Гук едва заметно дёрнулся, но лицо сдержал. — Я не отвечаю на вопросы личного характера. — серьёзно. — Что будете заказывать? — попытался растянуть улыбку. Тэхён заворожено смотрел на парня. Надо же, это явно близкий родственник девушки, не просто же так он делит с ней одно лицо. — Мальчик, ликерчику принеси. – жестом руки Тэхён призвал внимание. Чон на такое обращение удивлённо вскинул брови и распахнул глаза. «Мальчик» из уст паренька, что явно младше, это звучало более, чем унизительно. Поджав губы и вспоминая завет сестры, старший лишь едва заметно кивнул. Трепещущие крылья носа свидетельствовали о крайней степени недовольства. Слегка поклонившись, Чон двинулся в сторону лестницы. — Постой, пожалуйста. — догнал Хосок. — Ты же брат, верно? Вы так похожи. Старший, да? — парень мялся и боялся, не решаясь говорить вызывающе, как требовала сложившаяся обстановка. — Что вы желаете? — серьёзно смотрел Чон, готовый в любую минуту согнуть поднос о голову этого наглеца. — Мне очень нравится Хана. Она же не уволилась? — заискивал парень и Чон терялся в ощущениях. С одной стороны он единственный не вызывал отвращения из этой компании, а с другой он отвратителен тем, что находится рядом с этими людьми. — Нет. — буркнул старший. — Но лучше вам не приближаться к ней. — склонился к самому уху. — Я тебе башку откручу, если тронешь её. Хосок не шелохнулся. Он сжал челюсть и смотрел на старшего гордым, но не высокомерным взглядом. Сейчас они наравне. — Я не намерен причинять ей вреда. – холодно отбил угрозу. Сверля друг друга взглядом, парни стояли под прицелом компании. — А он хорош. Что он забыл в официантах? Только посмотрите на его лицо, он сейчас ударит Хоби. — комментировал Джин. — Точно. Зверь, а не парень. – поддакнул Джун. — Я приручу этого зверя. — небрежно бросил Тэ, покусывая в задумчивости губу. — Что? — друзья уставились на Тэхёна. — Зачем он тебе? — Не знаю. Сегодня же моя последняя игра. Пусть моим трофеем будет этот парень. — Тэхён ещё и сам не понял, что собрался делать. Парни у лестницы разошлись. Хосок вернулся за стол с едва уловимой улыбкой, Чон спустился вниз за заказом. — О чём вы говорили? Хана его сестра, верно? — Тэхён пристал с расспросами. Теперь всё связанное с этим официантом интересовало его непосредственно. — Если исходить из того, что мне обещано открутить башку за неё, то да, думаю он брат. — Хосок с удовольствием бы выпил сейчас, но пока их стол ещё пуст. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Первые клиенты и уже столько эмоций. Чона распирало от негодования. Его сестрёнка уже не маленькая девочка и ей пора строить личную жизнь, но не с этим парнем. Он ей не пара. Такой вряд ли может любить кого-то кроме себя. Так, поиграется и бросит. Подойдя к барной стойке, Чон кивает бармену. — Привет. Парней за столом наверху знаешь? — не оборачиваясь. — Ааа. Эти-то. Сейчас. — бармен достал бутылку и стаканы. Чон поставил на свой поднос выпивку и кивнув парню, направился на второй ярус. Компания радостно завопила, замечая, как приближается официант. — Мальчик, разлей нам. — Тэхён бросил на Чона скучающий взгляд. Внутри был готов извергнуться вулкан. Чон осмотрел ненавидящим взглядом компанию и зацепился о Хосока, что кусал щеку изнутри и смотрел так, словно извинялся. Откупорив бутылку, разлил и приготовился уходить. — Мальчик, как тебя зовут? — наглый насмешливый голос, исследующий взгляд и отвратительная улыбка застилали Чону глаза пеленой. — Тэ, прекрати. — занервничал Хосок, хватаясь за чужой рукав и оборачиваясь всем корпусом к другу. — Что-то не так? — усмехнулся ещё омерзительнее. — Хоби, тебе приглянулось личико девушки, а мне может это лицо в мужской версии нравится больше. Я просто хочу познакомиться. — Тэхён сидел вальяжно, вытянув длинные ноги под столик и вёл ленивую беседу, не переставая оценивающе пялиться на Чона. Чонгук урвал момент и развернувшись, быстро спустился вниз. Его накрывало желание свернуть стол и разбить бутылку о голову этого Тэ. Что за богатенький ублюдок. Подойдя к барной стойке, Чон едва сдерживался. — Что клиенты? — послышался голос бармена. Чон не ответил. Он лишь кивнул в ответ и отправился на призывные махи рукой из-за другого столика, что вменен ему в обслуживание. Другие пьющие богачи на фоне этой четвёрки сверху, были просто душки. Какая-то девушка, из рекламы зубной щётки, шлепнула его по ягодице, подружки весело хохотали, Чон «мило» улыбался. Потом ведущая новостной программы Ли Суна просила его номер и строила глазки, но Чон отнекивался и ушёл. В какой-то момент, подойдя к столику пловца на длинные дистанции Мин Джисуну, Чон почувствовал, как один из его приятелей обхватил его бедро сзади и слегка сжал. Чон не стерпел и отвернувшись от говорящего, уставился на трогающего. Парень смотрел снизу-вверх и игриво улыбаясь, закусил кончик языка. Гук подавился. Столик разразился смехом. — Больше не пущу сюда Хану. Это притон разврата какой-то. Меня всего облапали, а прошло всего два часа. — жаловался Чон бармену. Парень за стойкой назвался Суыном и понимающе кивал. — Не просто работать в таких местах. Эти богатенькие считают, что им всё можно. Словно мы все здесь для того, чтобы запрыгнуть в их постели. — Точно. — Чон хотел ещё поболтать, но бармен перебил. — Тот столик сверху, тебя зовут. – участливо. Чон оглянулся и заметил три скалящиеся рожи, что так и просились на встречу с подносом. Вздохнул и отправился на зов. — Мальчик, принеси нам ещё и не забудь улыбнуться. Хана всегда нам улыбается. Мы любим эту… — Тэ! — Хосок подскочил на своём месте. Друг объяснил, что намерен сдвинуть гору и для этого будет изводить парня, но упоминать девушку, это уже перебор. Тэхён замолчал. Он лишь вздернул нос повыше, борясь с официантом взглядами. Чон кивнул. Он не мог сам себе объяснить, откуда в нём столько сил молчать и терпеть. Может Хосок оказывает ему незримую поддержку? Надо присмотреться к этому парню. А пока что, официант развернулся, спустился вниз и поднялся по лестнице назад уже с новой бутылкой и яркой, почти настоящей улыбкой. Она похожа на ту, что дарит Хана, но всё равно она другая. В ней мало настоящего, но очарования больше. — Смотри-ка, Тэ, а он слушается тебя. — загоготал Джин, хлопая братца по плечу. Тэхён накачивал себя сладким ликёром и уже был уверен в своей победе. Как он будет совращать этого парня, он не придумал, опыта не было, но откровенный поцелуй же может считаться взятием крепости? ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ — Чонгук, на тебе лица нет, что-то случилось? — Чанми урвала момент и подошла к парню. — Всё в порядке. Просто кошмарная ночь, бывает. — Чон отмахнулся, прошла половина отведённого рабочего времени. Теперь Чон точно понимает, почему сестра плачет в душе. Вытерпеть вот это вот всё, просто невозможно, а ведь она страдает так уже полгода. — Не переживай. — погладила спину парня, закатывая глаза от рельефа под пальцами. Чонгук уличный боец, ему положено быть накачанным. Чем крупнее его фигура, тем страшнее сопернику вступать в бой. Хотя славы непобедимого ему вполне достаточно, чтобы чужие колени дрожали. — Я не переживаю. Я просто здесь больше не появлюсь и это успокаивает меня. — Чон повернулся к девушке и встретился с прицельным взглядом. — Хочешь поцеловать меня? — вскинул брови, удивляясь своей догадке. Второй раз за вечер девушка открыто тянется к парню. Её глаза поблескивают в свете огней и пальцы подрагивают, пока она нерешительно протягивает руку к массивной шее. Чанми не ответила. Чону и не нужно. Он склонился и сам поцеловал жаждущие губы, хватая девушку за затылок. Она сейчас должна перекрыть все негативные эмоции, что получены за ночь и ей почти удалось. Почти… Глаза сами открылись и устремились взглядом туда, на второй ярус, где сидел парень с отвратительной улыбкой. Пусть он видит, что к Чону тянутся, пусть не считает себя выше. Тэхён видел. Поджав губы, он потерял улыбку и настроение, когда Джун толкнул его в плечо со словами: — Смотри, что творит! И Тэхён смотрел. Глазам не верил, что увидел это. Официант властно хватал девушку за затылок и обхватывал талию другой рукой. Он целовал напористо, а потом открыл глаза и пронзил ими насквозь. Ким был готов рассыпаться под этим взглядом, но лишь задрал нос выше и громко, перекрикивая музыку, заявил: — Два официанта целуются. Невидаль какая. — недовольно хмыкнул, а настроение-то упало. Разговор не клеился. Друзья погрузились в свои мысли. Даже Джин и Джун зависли после этой картины и выпивка больше не в радость, и музыка стала раздражать. Они бы встали и ушли, но Тэхён продолжил сидеть, значит будут сидеть и они. Прождав ещё с полчаса Тэхён поднялся на ноги. — Ты куда? — спохватилась свита. — Пойду разомнусь. — небрежно бросил Тэхён и неторопливо спустился вниз, нашёл спешно перемещающегося парня с подносом глазами. Схватив Чона за руку, когда тот не замечая проходил мимо, Тэхён рывком утянул его в сторону тёмного угла. — Эй! — вырывался Чон, ещё не поняв, кто посмел. В полумраке, что рассеивался от свечения стробоскопов, парни смогли рассмотреть лица. Оба недовольные и злые. — Тебе чего? — огрызнулся Чон. Ким молчал. Он не придумал за что зацепиться и сейчас не знает, что сказать. — Я звал тебя. Почему ты игнорируешь наш столик? Я скажу руководству и тебя уволят. — глупо врал Тэ. — Говори. Мне плевать. — усмехнулся Чон и намеревался уйти. — Тогда в следующий раз я поближе познакомлюсь с твоей сестрой. — бросил Ким, не подозревая, что играет с огнём. Чон схватил Тэ за горло и прижал его к стене. — Только попробуй коснуться её. Я сам лично тебя придушу. — шипел Чон в самое ухо. Ким не испугался, но изрядно взволнован. Ему не нужна девчонка. Хватаясь за душащую его руку своими цепкими пальцами, дёргает головой. — Отцепись. — шипел сдавленно. — Ты отцепись. Иди пей свой ликерчик и не лезь к взрослым дядям. — пригвоздил грозным взглядом и отпустил тонкую изящную шейку, что не предназначена для такого грубого обращения. Чон ушёл. Его довела до крайней точки кипения эта ситуация, этот парень. Тэхён с трудом хватал воздух. Его эго ущемлено. Он унижен. Выходя из сумрака Ким зацепил глазами широкую спину в белой рубашке и заметил тонкие женские запястья, что гладят теперь её рельеф. Чон быстро нашёл успокоение в отзывчивой девушке, что с полной отдачей шла в руки и отдавала свои губы на растерзание в страстном злом поцелуе. Эту ночь многие запомнят. Кто-то будет вспоминать официанта, с широкой спиной и сильными руками, а кто-то девушку, что отдавалась в объятия в эти самые руки на глазах у всех. Никто не остался равнодушным от лицезрения этой пары. Особенно был взбешён один постоянный посетитель, что чем больше смотрел на этих двоих, тем сильнее их ненавидел. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Эту страшную ночь можно представить, если вспомнить «Мастера и Маргариту», сцена где героиня обнажённая встречает гостей в обуви, приносящей адскую боль, но при этом приветлива и улыбчива. Вот на месте Маргариты сегодня был Чон. Парня раздевали глазами, лапали руками, наговорили море отвратительных вещей, а он улыбался. Уже в раздевалке Чон с облегчением выдохнул. Смена подошла к концу и он почти полностью переоделся, скинув с себя ненавистные брюки. За спиной послышался ласковый голос девушки. — Мы ещё увидимся. — уверенно предупредила Чанми. Чон сощурил глаза. Он не планировал отношения, да и девица не настолько зацепила. Можно, конечно, продолжить знакомство, но двух-трех встреч ему точно будет достаточно, чтобы расстаться с чистой совестью. — Интригуешь? — усмехнулся, подняв один уголок губ. — Мне же нужно как-то зацепиться и отложиться у тебя в памяти. — откровенно призналась Ким. Девушка давно наблюдает издалека за этим парнем и даже в подруги к Хане набилась, лишь бы быть хоть чуточку ближе к человеку, что сумел зацепить её. Чон не нашёлся, что сказать. Салютовав в сторону, парень быстро запихнул «форму» в рюкзак и закинув его на плечо, вышел из комнаты для персонала, не оглядываясь. Это немного задело Чанми. Они столько раз сегодня целовались прямо в зале, столько собрали взглядов, а теперь Чон ушёл и разрушил воздушный замок, что только стал возводиться. Не так проста Ким, чтобы отступать от задуманного. Она проложит дорожку к сердцу, хотя бы протопчет тропинку, но доберётся, в душу влезет, а там уж её не отогнать, не упустит своего. ❃.✮: ▹　◃: ✮.❃ Тэхён досидел до закрытия. Весь извелся и исстрадался. Он ненавидел девицу, что льнула к новому официанту, желая этой же ночью донести на неё, пусть уволят. Хосок не поддержал затею дождаться, когда персонал начнёт покидать клуб, уехал раньше. Троица Кимов вышла через главный вход и обойдя здание, остановилась за углом, поджидать Чонгука. — Заберите мою машину и телефон. – Тэ отдаёт ключи и гаджет. — Если я не появлюсь сегодняшним вечером, то ищите меня через его сестру. Поняли? — раздавал указания, требуя утвердительного ответа. Братья Ким ничего не понимали, но полностью согласны на аферу. Будь они хоть чуточку трезвее, то наверное, смекнули бы, что не стоит так безропотно доверять незнакомцу. Чон покинул клуб. Вдохнув утренний воздух полной грудью, мечтал оказаться дома и принять душ. Как он понимал теперь сестру. Ни один, даже самый тяжёлый бой не сравним с этой пыткой навязчивыми людьми. Утро начинало новый день. Город ещё спал, едва угомонившись пару часов назад. Машин почти нет, людей тем более. Вот их видеть совсем не хочется. Подойдя к своему синему красавцу, Чон нажал на кнопку и фара приветственно моргнула. Перекинув ногу и усевшись на седло мотоцикла, парень любовно погладил бак. — Прокатишь? — из-за угла вышел Ким. Парень был околдован внешним видом мужчины, его движениями. Захотелось их повторить. Так же смело закинуть ногу и встретить рассвет на скорости, мчась по пустой дороге. — Что тебе нужно? — не рад встрече Чон. Единение с миром нарушено, Чонгук крайне недоволен. Он нехотя поворачивает голову и снова видит её, эта улыбка просто бесит. — Зачем так грубо? — надул губы Тэхён и ведь взаправду обиделся. — Что такому взрослому мужчине, как ты, нужно от бедного мальчика, как я? Сбегать за ещё одной бутылкой ликёра? — Чонгук упивался сарказмом. Мальчишеское лицо было так умилительно обиженным, что хотелось задеть ещё сильнее. Это доставляло особое удовольствие. Отыграться на этом Тэ за всю ночь кошмаров. — Зачем ты так? — Ким подошёл совсем близко и робко протянув руку, стал чертить ноготком по линии шва на кожаной куртке. — Я же просто хотел привлечь твоё внимание. Чон удивлён. От капризного и высокомерного паршивца сейчас не осталось и следа. — Что ты хочешь? Я очень устал? Говори быстрее. — сдался Чон и пристально посмотрел на парня. — Прокати меня. Я никогда не катался на мотоциклах. — открыто заглянул в глаза, плеская на Чона надеждой. — Давай в другой раз. Я действительно, хочу домой. — устало вздохнул Чон. — Ну, пожалуйста, хён. Отвези до своего дома, а дальше я сам. — канючил Тэхён, не отступая. — Хён? — это самое удивительное, что слышал за эту ночь Чонгук. — Я же «эй, мальчик!» — снова начинал злиться. — Ну, хëëн! Нуу, простите меняяя. – капризно задергался Ким, продолжая цепляться за куртку парня. Тэхён был готов расплакаться, как ему хотелось, чтобы Чон согласился. Не может же он после раздачи приказов, вернуться к свите ни с чем. Чон же измерил парня пристальным взглядом. Хочет прокатиться до дома, ну, хорошо… будет ему дом. — Ну, хорошо. — слез с мотоцикла и достал шлем из-под сиденья. Снова оседлал «коня» и надел защиту. Тэхён не дышал, когда голова в чёрном шлеме с абсолютно чёрным стеклом повернулась на него. «Рыцарь» — пронеслось у Тэ в голове. — Отомри, парень. Ты едешь? — Чон поднял визор и уставился на не моргающего, не дышащего Тэхёна. — Д-да, да. — заговорил Ким, возвращаясь в реальность. Парень быстро закинул ногу и двигая собой Чона ближе к баку, прижимал к нему свои колени. Чон поморщился. Он ещё не катался с парнями, не сидел с ними так тесно и не чувствовал, как мужские руки крепко обвивают талию. — В чем дело? Ты боишься? — напрягся Гук. Как никак, Тэхён сегодня пил и не мало. Он признался, что никогда не ездил на мотоцикле и возможно, что сегодня вообще, не лучший момент для первого раза. — Нет, всё в порядке. — Ким реально боялся, что его принудят слезть на ровную землю, потому, торопился с ответом. — Руки от меня убери. — пригвоздил Чон, оборачиваясь. Парень разжал хватку и уложил ладони на свои колени, грустно поджав губы. Чон хмыкнул с такой расстроенной моськи, но смягчаться не собирался. Он сегодня достаточно натерпелся от этого сопляка. Припомнилось, как в какой-то момент, проходя мимо танцпола, где жарко отплясывали селебрити, Чона снова ухватила рука. Парень попал под освещение и его лицо отдало легкой синюшностью. — Мммм! А ты в гриме? Любишь прихорошиться или прыщи замазываешь? — насмехался наглый паршивец, привлекая внимание общей толпы. Чон чувствовал себя более чем разъяренным и точно бы ударил наглеца, если бы не Хосок, что вовремя подоспел и вытолкал официанта из-под яркого света. Не заботясь о безопасности пассажира, Чон рванул с места так, что Ким взвизгнул и ухватился за талию с новой силой, игнорируя запрет. Было так страшно, что сводило ноги. Тэхён вжимался в парня, утыкаясь лбом в чужую спину. Чон ликовал. Он чувствовал, как дрожит сзади тело, но только набирал скорость и не сбавляя входил в повороты. Ким был готов умолять, чтобы Чон остановился. Он хотел кричать, что накатался и всё в этом роде, но это бессмысленно, его никто не услышит. Ветер трепал волосы с такой силой, что какие там слова, без волос бы не остаться. Путешествие показалось Тэхёну вечностью. Наверное, весь Сеул объехали дважды. Посмотреть на окрестности не позволял страх, потому парень молился… тихо… про себя. — Мы приехали. — сказал Чон, снимая шлем. — Эй, мальчик, ты там жив? — веселился. Тэхён не реагировал, не убирал рук и плакал. — Эй, ты чего там? — Чон обернулся посмотреть и Ким спешно разжал хватку и закрыл лицо руками. Так страшно парню ещё в жизни не было. Он вспомнил все плохие поступки и мысленно признавался в содеянном, боясь, что он так никуда и не приедет. Что в один из поворотов они не войдут и ему конец. Затея с просьбой прокатить была опрометчивой. — Ты плачешь? — округлил глаза Чон. — Ну-ка, слезай. Спихивая парня с байка, Чон поспешно спешился сам. Он присел на сиденье и притянул парня к себе, поставив его на приличном расстоянии между разведённых вытянутых ног. — Какой ты странный, парень. В клубе был занозой, а сейчас… — Чон даже не мог подобрать слов. Тэ растер лицо рукавом и шмыгая носом, посмотрел на Чона красными глазами с острыми слипшимися ресничками. — Ты зачем так гнал? Специально, да? Поиздеваться надо мной хотел, да? Доволен?! — злился Ким, что не мог сдержаться и продемонстрировал свою слабую сторону. У парня много фобий. Он боялся абсолютной темноты, высоты, пауков, а теперь ещё и скорости. — Хотел. — спокойно признался Чон, не сводя пристального взгляда. — Ты всю ночь надо мной издевался, чтож я не заплакал. — усмехнулся. Ким сложил руки на груди и дуя губы, шмыгал покрасневшим носом. Он обижен и оскорблён. Ещё никто так не смел его «вжать в стену» и посмеяться. — Где мы? Куда ты меня привёз? — Тэ осмотрелся по сторонам, не узнавая местности. — Ты просился ко мне домой, вот! — развёл руками мол получайте, что просили.