Одержимые

Тэхён неверяще осматривался по сторонам. Какая-то окраина. Редкие постройки, мало похожие на жилые, с другой стороны пустырь, а мимо, вдаль уходит трасса. — Что это за место? Ты же не живёшь здесь? — поежился Тэхён, смотря круглыми глазами, полными ужаса, на улыбающегося Чонгука. — Отчего же? Не всем суждено родиться с золотой ложкой во рту. — усмехнулся Чон. — Я не предлагаю тебе войти. Ты просился прокатиться до моего дома, вот, пожалуйста. — указал рукой на самое большое здание. — А дальше ты сам, как и договаривались. Тэхён хватал воздух ртом, в замешательстве не зная, что сказать. Он рассчитывал на что-то другое. Пусть бы это был не лучший район, но квартирный дом, а не вот это вот строение, что наверное, даже адреса не имело. Ощупав себя, Тэхён реально забыл, что бездумно отдал телефон друзьям. — Я потерял телефон. — глаза на мокром месте. — Ты прогонишь меня? — Слушай, мальчик. Я изрядно устал сегодня и у меня нет никакого желания возиться с тобой. — Чон упивался местью. Каждый раз, как он называл Тэхёна «мальчиком», тот вжимал голову в плечи. Сейчас он выглядел, как ребёнок. — Хён. — нахмурил брови Тэ. — Как ты можешь так поступать? Я же совсем не знаю, куда идти. Вызови мне такси. Тэхён был готов начать топать ножкой, как капризная принцесса. Чон молча помотал головой. — Это логово Демонов, такси сюда не ездят. — Что? О чем ты говоришь? Каких демонов? — неосознанно Ким стал приближаться к Чону. — Хён, прошу, отвези меня домой. Больше старший не мог стерпеть. Гука разобрал смех да так, что он вытирал набегавшие слезы. — Что? Что смешного? Я не сделал тебе ничего плохого, сколько ты будешь издеваться? — откровенно психовал Ким, схватая Чона за ворот кожаной куртки. Чон вмиг стих. Пристально осмотрел младшего, да так, что тот отпустил кожу и пригладил её на место. — Пошли. — махнул головой на здание в два этажа. — Я отвезу тебя вечером, а сейчас я хочу спать. Ким просветлел. Его самая очаровательная улыбка украшала лицо, но Чон не оценил. Он недовольно скривился и отпихнул от себя парня, убрал шлем под сиденье и поставил байк на сигнализацию. Тэхён не сильно расстроился грубости Чона. Он отважно шагал следом, с гордо поднятой головой переступил порог его «дома» и обомлел. — Это что за сарай? — мямлил Ким, осматривая старый диван с рваной обивкой, обшарпанный стол рядом. В углу холодильник прошлого века и вокруг мусор, бутылки из-под пива и соджу, окурки и капли засохшей крови. — Что? Тебе не нравится? Ах, прости, я совсем забыл, ты же у нас из высших кругов. Жди меня здесь или вали, мне всё равно. — в Чоне кипела обида, злость и что-то ещё, но не менее ядовитое. Мужчина бросил на парня презрительный взгляд и стал подниматься наверх по железной чёрной лестнице. Ким остался один. Сесть на диван он побрезговал, стоять устал. Из-за отвратительного запаха от испитых бутылок и общего голода, парня начало мутить. Он держался, как мог, но не стерпел. Вырвало. Паника быстро взяла верх над Тэхёном. Он бегло осмотрелся и не найдя ничего стоящего, чтобы прибрать за собой, решил, что лужа из его желудка не испортит общей картины и вообще, может оно так и было раньше. Не в силах ждать хёна, да и не желая показывать ему свой крах, парень опасливо стал подниматься наверх. Лестница привела к люку. Осторожно поднимая дверку, заглядывал глазищами внутрь. Довольно таки чистенько и мебель вроде приличная. Не замечая старшего на горизонте, Тэхён откинул крышку и оказался в большой и светлой комнате. Ничего общего с первым этажом. Большой диван, стол, стулья. Чайник закипает и светится синим цветом. Занавесочки на больших окнах, а Тэ и не заметил с улицы. За дверью льётся вода. Видимо там душевая и Чон полощется после тяжёлой ночи. Младший подавил в себе гаденькое желание заглянуть и напугать, боясь, что старший спустит его со второго этажа кубарем по лестнице. Чайник вскипел и отключился. Густой пар валил из носика. Ким облазил все столики и нашёл только рамен из магазина, не густо. Заварив в двух мисках, обернулся на шум открывшейся двери. Из ванной вышел взлохмаченный Чон с полотенцем на голове. Он не сразу заметил гостя, а потому продолжал что-то тихо напевать. — Хён. — неуверенно позвал Тэ. Гук замер, стянул с головы полотенце и уставился на младшего. Его лицо было переполнено эмоциями, потому Ким нервно сглотнул, не сумев считать ни одной. — Н-не гони. — жалобно пискнул Ким, склонив низко голову. Чон ошарашено смотрел на парня. И это тот паршивец, что строил из себя героя всю ночь. Боже, до чего же он жалок, попав в чужую среду. — Ладно. Можешь поесть, раз ты сам приготовил и иди спать… вниз. — уточнил Чон ожидая реакции. Она не заставила себя долго ждать. Ким вскинул голову и уставился на Чона нечитаемым взглядом. — Ты отправишь меня вниз? — не верил в услышанное. — В тот гадюшник? — глаза округляются всё сильнее. — Ни за что! Я не сдвинусь с этого стула, хоть стреляй! – выдавливал из себя остатки собственного величия. Чон криво усмехнулся. А нет, вот он принц-то, вылезает понемногу. — Хорошо. Можешь остаться здесь, но спать будешь на этом стуле. Так и быть, можешь облокотиться на стол. – веселился Чон, но сохранял серьёзное лицо. — Спасибо. — покорно сдался Ким, уже с интересом рассматривая лицо и тело в одних шортах. Чон заметил, как по нему блуждает изумленный взгляд и намеренно повернулся спиной. — Ну, как? Всё рассмотрел? — усмехнулся Гук, разворачиваясь лицом к парню. Ким даже не смутился. Он исследовал узоры на спине и груди, какие-то надписи на неизвестном языке, размытые синяками и ссадинами. — Тебя избили? — Тэ снова осматривал лицо и только теперь заметил ссадину на губе и синяк на нижней челюсти. — Так вот почему ты был загримирован. Тэхён осторожно ступал ногами, приближаясь к поврежденному телу. Его глаза жадно поглощали картинку чужого лица, стараясь запомнить его до последней морщинки. Чон остановил парня, выставив руку перед собой. — Слушай. Меня сильно напрягает твоё присутствие. Ты можешь не приближаться ко мне? Держи дистанцию. — холодно попросил Чон и обойдя замершего парня, прошёл к столу. Ким сжал губы в тонкую полоску и покивав своим удручающим мыслям, последовал примеру. — Хён, как тебя зовут? — прожевав, Тэ задал гениальный вопрос. Чон подавился. Ким подорвался и хотел постучать по спине, но тот снова выставил руку. — Парень, ты гений! Точно, давай познакомимся. — сарказм изливался потоком. — Не приближайся, я же просил. — Почему ты так ведешь себя? Я же нормально спросил. — Ким растерялся и сел на место. — Я не хочу с тобой знакомиться. То, что ты здесь оказался, просто случайность, то, что до сих пор ты ещё здесь — это чудо. Ты обозвал мой дом — сараем. Грубил и высмеивал меня всю ночь, а теперь хочешь узнать моё имя? — Чона распирала обида. Тэхён низко свесил голову и теребил пальцы. — То, что я позволяю тебе называть меня «хëном», ещё не значит, что я хочу им быть. Я просто действительно, намного старше тебя. — всё, Чон высказался, ему полегчало. Камень с плеч пал, когда гнетущие слова были высказаны, и совершенно наплевать, что они задели гостя, что он тихо засопел, а потом начал шмыгать носом, что видел Чон капли, упавшие на голубую ткань джинс и оставивших там мокрый след. Чону не жаль, совсем. С облегчением пришла совесть и засвербела, но Гук справится с ней и не покажет этому парню, как на самом деле он может быть мягок и нежен. Он такой только с любимыми, только с Ханой. Доев свою порцию, Гук не посмотрел на парня, что не сводил с него мокрых глаз. Тэхён был так разбит сейчас, так раздавлен. По нему словно каток проехал, а этому бесчувственному упырю наплевать. Не выдержав такого холодного, даже брезгливого отношения, Ким сорвался с места и торопясь, стал спускаться вниз. Чон даже не дёрнулся. Он был уверен, что парень не отважется далеко уйти, не зная местности и не имея телефона. Тэхён и не ушёл. Уже почти спустившись, оступился и последние несколько ступенек посчитал животом и рёбрами. Скулёж поднялся такой, что у Чона волоски на теле зашевелились. Он дёрнулся к люку. — Господи, парень, ты жив? — перепугался Гук, но вой упавшего оповещает лучше любого ответа. — Я сломал рёбра. — завывал Ким, не в силах подняться. Гук торопливо спустился вниз. Парень лежал щекой на грязном полу и не стеснялся рыданий, портивших его лицо гримасой боли. — Я помогу тебе встать. Аккуратно. – Чон трепетно поднимал парня, нашептывая что-то успокаивающее. — Это ты виноват. — сквозь слезы выдал Ким. Чона сразило. Да, как он смеет? — Да, как ты смеешь?! — взревел Чон. — Это уже верх наглости, пошёл вон! — Гук успел поставить парня на ноги, а теперь агрессивно рычал, выставляя его за дверь. — Куда? — жалобно взмолился Ким. — Я весь поломан. Так даже с животными не поступают. Как же Чон устал. Этот парень вывернул его наизнанку. — Давай так. — тяжело выдохнул Гук. — Я окажу тебе помощь, уложу спать на диван и отвезу вечером домой. Всё! Договорились? — вопрошающе заглянул в глаза. Ким активно кивал. Он устал от этого всего не меньше. Его холеное нежное тельце не привыкло к падениям, он брезговал грязи и этот мужчина уже совсем не казался заветным трофеем. Он был не по силам Тэхёну и от такой добычи проще отказаться, чем её съесть. Чон подхватил Кима на руки. Пришлось отмести все предрассудки и признать, что это вынужденная мера. Он просто оказывает помощь, а не ухаживает за этим парнем. Занеся пострадавшего в комнату, уложил на диван. — Сними футболку. — Ким без задней мысли начал выбираться из одежды, тихо шипя. Слезы унялись и теперь Тэхён лишь жалобно смотрел на старшего, сквозь прикрытые веки. — Раздеться можешь, значит рёбра в порядке, просто ушиб. Чон прошёл в ванную и принёс аптечку. Тэхён округлил глаза, когда увидел содержимое. Море мазей от ушибов и растяжений, заживителей синяков и ссадин. — Хён, кто тебя бьёт? — в голосе скользило настоящее участие. Чон изумлённо посмотрел на полулежащего. — Не задавай лишних вопросов. Я пожалуй, уже не усну, так что, давай намажу и отвезу тебя. — хрипло признал Чон. — Нет, хён, прошу. Мне нельзя в таком виде домой. — взмолился Ким. Можно ему домой. Просто это очередная ложь. Тэхён не хочет так рано возвращаться. Боль поутихла, а этот скрытный хён такой загадочный, что потерять с ним связь — значит уже не обрести. — Отвезу, куда скажешь, только избавь меня от своего присутствия. — удрученно выдохнул Чон, поливая грудь и живот перекисью и ловя струйки жидкости марлевой салфеткой. — Я так мерзок тебе? — ужаснулся Ким и губа задрожала. Чон смотрел на это лицо и чувствовал себя моральным уродом. — Не плачь. — словил пальцами слезы со щёк. — Сколько тебе лет? Чон уверен, что парню от силы семнадцать. Такие юные приятели ему не к чему, а такие ранимые впридачу и подавно. — Двадцать. — Тэхён поймал чужую кисть, что стирала слезы и прижался к ней щекой. — Побудь ещё моим хëном, прошу. Отказать Чонгук не смог. Щенячьи карие глазки смотрели так преданно, так нежно ластилась щека к большой и грубой кисти, со сбитыми и огрубевшими костяшками, что сердце серьёзного старшего сжалось. — Ложись, поспи. — Чон собрал аптечку и отнёс её в ванную. Забираясь на диван сам, блаженно потягивался, предвкушая долгожданный сон. — Отодвинься. Я не могу спать с тобой в обнимку. — шептал Чон сквозь давящую дрему. — Не хочу. — прошептали в ответ, но среагировать Чонгук уже не смог, его накрыло пологом сна. Тэхён уснул не сразу. Он лежал достаточно далеко, как ему казалось. Только для Чона расстояние в тридцать сантиметров было вторжением в его пространство. Когда мирно засопев, хён погрузился в сон, Тэхён придвинулся ещё ближе и ещё внимательнее стал рассматривать каждую царапинку, пока веки не опустились. .・✫・゜・。. Мин в сопровождении неизменного Пака, раскрывали ворота гаража, запуская туда стройный ряд мотоциклистов. С виду кажется, что это небольшая, обшитая железными листами, конструкция, а на деле это бункер, уходящий довольно глубоко под землю. Газовать в таком помещении категорически запрещено, потому байкеры спускались в слабо освещённый коридор накатом. Сегодня праздничный день и демоны отмечали важное событие: их предводителю тридцать пять. Хороший повод встретиться всем составом. Магнус — человек серьёзный, деловой, не лишённый дара дипломата. Он отличный лидер, а потому держал в узде общество сплочённое из около двухсот человек. Страшно подумать, что почти вся братия примчала со всех уголков города, чтобы лично преподнести свои поздравления. — Матерь Божья! Мастер! Как ты мог?! – хрипящий прокуренный голос врезался в сон и смешал все краски в нём. Парни, что мирно спали, близко, но не в обнимку, подскочили. Чон сонно хлопал глазами в то время, как Тэхён неосознанно прижался к голому торсу старшего, боясь даже смотреть на страшного человека. Борода, прищуренный глаз, шрам от носа к верхней губе. Гость был крупный и волосатый, больше напоминал гризли, нежели человека. Нежная натура Кима с такими ещё не сталкивалась, потому у него во рту пересохло от ужаса. — Хён, это кто? — прижимаясь, Ким заглядывал в глаза, боясь ответа. Парень переполошился и был уверен, что это именно тот, кто бьёт Чона. — Хён?! — диким смехом разразился гость, не скрывая своего восторга. — Магнус, заткнись! — зашипел Чон, отодвигаясь от прижимающегося. — Это что за малыш, Мастер? Ты где его откопал? Сам весь в синяках и он такой же. — гоготал гость, не унимаясь. Чон рывком спрыгнул с дивана, оставляя напуганного Тэхёна без мнимой защиты. Ким в таком положении дел чувствовал себя более чем раздетым и начинал жалеть, что упросил задержаться. — Хён, ты куда? — жалобно запищал Ким, видя, как на ходу Чонгук ныряет в футболку и спускается вниз по лестнице, оставляя его одного со странным неприятным мужчиной, игнорируя вопрос. — Привет, малыш. Что ты забыл в этом месте? — Магнус раскусил паренька сразу, считая, что тот из другого мира. Больно кисти у него чистые, подушечки пальцев ровные, маникюр… Одни только руки могли рассказать байкеру о Тэхёне больше, чем он сам. — Меня хён привёз. — нервно задирая голову, выпалил Ким. — Как тебя угораздило? — риторический вопрос в сторону. — Собирайся. Я велю своим ребятам отвезти тебя домой. Тебе не место в нашем мире. — холодно утверждал Магнус, сверля взглядом съежившееся тело. — Нет. Меня хëн отвезёт, он обещал. – Ким выпрямился и старался приподнять самолюбие с пола, чем только смешил старшего. — Мальчик. Ты хоть знаешь, кто твой хëн? Беги, пока не поздно, от таких хëнов. Он разрушит твой розовый воздушный мирок и разобьёт тебя о скалы отчуждения, холодности, а может и презрения. — так же холодно говорил старший, но взгляд потеплел. — Ты, ещё молод. Не понимаешь многих вещей, но я скажу тебе сразу. Подобные отношения не для Мастера, отношения вообще, не для него. Магнус встал с места и намеревался покинуть комнату, но Ким остановил. — Что значит «подобные»? Почему отношения не для хёна? Почему хён — Мастер? — Ответы на все эти вопросы ты узнаешь, если отважишься задержаться рядом с Мастером. Если он позволит тебе. – хмыкнул байкер и не глядя на сдавшегося мальчишку, спустился вниз. Послышались восторженные голоса. Много голосов и все разные, перебивающие друг друга. «Демоны» — подумалось Киму и ведь он был прав. На первом этаже прибрали. Вымели и вымыли полы. Лужицу Кима тоже убрали, громко гадая, кто так облажался. Только двое имели догадки на этот счёт, но оба смолчали. Тэхён надел футболку, что некогда была белой и поджав ноги, сидел на диване. Чон пришёл к нему не скоро. Он округлил глаза, встретив парня на диване. Сложилось впечатление, что Чон напрочь забыл о юном госте. — Я и забыл, что ты тут. Поехали, я отвезу тебя. — Чон не задумываясь снял шорты и стал наряжаться в костюм байкера. Чёрные кожаные штаны сидели на бёдрах, как влитые. Ким не сводил глаз с ног мужчины. — Ты так смотришь, что мне становится не по себе. — сипло прошептал Чон, следя за реакцией. -Тебе очень идут эти штаны. – промямлил Ким, не зная, как выкрутиться. — Давай. Скажи мне ещё какой-нибудь комплимент и я уверую в бред Магнуса. — хмыкнул Чон, застегивая молнию. — Ты… красивый? — попробовал Ким, не понимая, что Чон не просил сказать, что-то приятное, он этого, наоборот, боялся. Чон застыл, прожигая парня взглядом. — Значит так. Я не знаю, что там в твоей голове, но запомни: никогда не говори парням, что они красивые. — Чон приблизился и положив руку на плечо Киму, заглянул в чистый карий янтарь глаз. — Не буду. Только тебе, можно? – спохватился Ким. — Мне тем более не говори. Хотя… Мы больше не увидимся. Пошли. — Гук не стал ждать, пока парень переварит информацию и поспешно спустился вниз. Тэхён расстроен. Он не хочет «больше не увидимся», он хочет «увидимся и очень скоро». Сползая с дивана и прихватывая свою безразмерную джинсовую куртку, Ким нехотя спускается в шквал чужих голосов. С его появлением большая компания байкеров, все в чёрной коже, многие с голыми торсами, замолкает. Магнус осмотрев своих парней, решает поддать Киму в спину, чтобы проваливал. Не со зла, а так, чтобы понимал, не его это место. — Давай, парень, уходи и больше не появляйся. Тебе нечего здесь делать. Тэ бросил на него ненавидящий взгляд. Кто он такой, чтобы указывать? Презрительно осмотрев толпу, подняв повыше голову, Ким прошагал мимо, так ничего и не сказав. За спиной разразились голоса, а впереди на байке, синего цвета, уже сидел рыцарь в чёрном блестящем шлеме. Когда Тэхён, завороженно смотря на силуэт мужчины, подошёл ближе, Чон поднял забрало. — Ты чего еле ноги переставляешь? Боишься? Я не буду разгоняться. — снял второй шлем с ручки. — Надень. Тэхён улыбнулся, принимая защиту, а Чон отвернулся, пробитый этой улыбкой насквозь. Ким, как и утром, плотно прижимался к телу старшего, положив голову в шлеме ему на спину. Чонгук был недоволен такой близостью, но говорить ничего не стал. Попытавшись в начале пути стряхнуть с себя прилипалу, Чон успокоился и перестал дёргаться, вспоминая, что младший просто боится. Уже в явной черте города, на улице с многоэтажками, Чон заглушил байк и обернулся. Ким непонимающе отпрянул от спины. — Куда едем? — подняв визор, разумно поинтересовался. — Вбей адрес. — достал телефон из внутреннего кармана и протянул Киму. Парень расплылся в улыбке. Он тоже поднял стекло и Чон видел, как собираются складочки у глаз, значит он улыбается. Тепло стало на душе, понимая, что не плачет. Тэ ввёл адрес квартиры. Он решил не ехать к родителям, а понадеялся затащить хёна в гости, чтобы ещё немного побыть рядом. Гук подключил телефон к шлему и спрятав гаджет, следовал указаниям навигатора, что ровным голосом указывал направление движения. Район Каннам. Элитный жилой комплекс, двор с фонтанами. Один метр жилой площади стоит здесь дороже, чем жизнь Чона. Впрочем, Гук и не удивлён. Остановившись у самого подъезда, ждал, когда пассажир спешится, но Ким сидел. Его маленькое сердечко бешено билось, а ладони потели. Парень понимал, что скорее всего ему грубо откажут, но всё равно, решил попробовать. — Хён? Ты не зайдешь ко мне? — тихо мямлил Ким. Чон поднял стекло и вздохнул. Мужчина начинал подозревать, что шуточки Магнуса о привязанности мальчишки не просто стёб и выдумки, что Ким реально что-то там… — Зачем? — выдал, спустя паузу. — Я боюсь, что ты уедешь и больше не покажешься мне. — честно признался парень. — Может мне к тебе в крестные отцы записаться? — хмыкнул Чон. — Будь моим хëном. Не бросай меня. – расцепив захват на торсе, водит руками по напряжённой спине, отчего она напрягается ещё сильнее. — Чего ты хочешь? Чтобы я понянчил тебя? Иди отсюда, уйди от меня. Снимай шлем и вали. — огрызался Чон, прогоняя парня. Руки исчезли со спины, затем и место сзади опустело. Ким стоял напротив с огромными глазами, наполненными кристально чистыми линзами слез. Чон не хотел смотреть на него. Понимал, что обидел парня, потому и не хотел его видеть, но повернул голову. Обнимая себя за плечи, худенькая фигурка Кима, казалась ещё меньше. Он был так жалок сейчас, что в груди защемило. Гук спешно отвернулся и повесив шлем на ручку, газанул, оставляя парня лить слезы в дыму выхлопных газов. .・✫・゜・。. Пьяная толкотня растворялась на заднем плане. Чон потягивал ром из стакана и смотрел в пустоту, не замечая друзей. Мин и Пак, подсев с обеих сторон, закинули руки на спинку дивана, кладя одну кисть на кисть другого. — В чем дело, Мастер? Что так невесел? Сейчас девчонки подтянутся. — радостно щебетали парни, что тиская женские тела никогда не переставали следить друг за другом. — Тошно, — указал на солнечное сплетение. — вот здесь. Что это? — вопрошал, поглядывая на друзей. — Это из-за того паренька? – усмехнулся Мин. — Про него вся толпа гудела, когда ты увёз его. — добавил Пак. Чон смолчал. Он и сам не понимал, что чувствует. Какое-то смятение терзало душу, но как его унять не понятно. Все переживания ушли на второй план и дальше, когда на плечо легла мягкая ладошка и уже знакомый голос щекотал ушную раковину. — Вот мы и встретились. Оборачиваясь, Мастер встречает ярко подведённые глаза девушки, что смутно напоминает ту, что прошлую ночь была его коллегой. — Чанми? — удивился. — Признаю, не ожидал. И давно ты в этой компании? – оценивал взглядом новый прикид знакомой. Короткое кожаное платье и высокие гриндерсы на массивной подошве, создавали неповторимый дерзкий образ. Яркий тёмный макияж и распущенные волосы, доходящие до середины спины, очень даже понравились Чону. — Давно. И тебя знаю давно. На бои твои хожу чаще чем к семейному доктору. Только вот ты не замечал меня никогда. — обиженно надула блестящие губки. — Я был слеп. — голос стал ниже, а взгляд тяжелее. — Теперь-то ты прозрел? — бесстыдно приблизилась и уложила большую грубую ладонь на выпуклость упругой ягодицы. Чон довольно мычал впиваясь в губы, слизывая с них блеск. Чанми очень счастлива сейчас, она вторглась на территорию запрета и собирается прочно обосноваться там, занять собой всё пространство. .・✫・゜・。. Тэхён рыдал. С запасного телефона, что дежурил в пустой квартире, он отзвонился друзьям, чтобы не искали. А потом продолжил громко выть в подушку, что было силы, чтобы гнать из себя скопившуюся боль. Его отвергли, им пренебрегли, от него отказались. Столько людей вокруг всегда искали его внимания, а один единственный, кто был интересен Киму, не захотел с ним общаться. Парень и просил-то всего лишь общения, связь поддерживать, а ему отказали, да ещё так грубо. Не смея анализировать произошедшее, Ким просто плакал, пока не приехал Хосок. Этот друг был более чуток, нежели братья Ким. — Ну, и что приключилось? Что я пропустил? — настороженно спросил Хо, входя в комнату друга. На самом деле ребята были более чем дружны. Они словно чувствовали друг друга. Общаясь совсем ничего, понимали всё без слов. Кимы, что сопровождали Тэхёна всю жизнь, были как будто ненастоящие, навязанные обстоятельствами. А Хоби был избранным. Тэхён сам его выбрал, разглядел в потоке первокурсников того, что сроднится с ним душой. — Я облажался. — растирая слезы, Тэхён смотрел на Чона мокрыми, покрасневшими глазами. — Что? Выкладывай? Это из-за того официанта? — догадался Чон. Ким сел удобнее на кровати и поджав ноги, прерывисто выдохнул. — Ты уехал. Мы караулили его за углом. Боже! Он такой… такой… — не может произнести вслух, запинаясь. — Какой? — настороженно спросил Чон, заглядывая в лицо. — Он был в чёрном кожаном костюме и шлем у него чёрный, и байк большой, синий. Он сидел на нём такой… — снова замялся Ким, ища помощи в глазах друга. — Он тебе понравился? — осторожно предположил Чон, боясь смутить или обидеть. Ким не смутился и не обиделся. Он задумался. — Понравился? — переспросил Тэ, не понимая, что за эмоции его наполняют. — Когда люди восторгаются чем-то или кем-то, то это означает симпатию. Ты хотел прикоснуться к нему? — Хосок попробовал подтолкнуть. Ким задумался. Возвращаясь в воспоминаниях в то утро, он припоминал, как груб с ним был байкер, как боялся Тэ тогда отказа. — Нет, вроде. Я хотел смотреть на него. Он был такой красивый, а этот шлем, а когда он повернулся ко мне… — блаженное лицо друга говорило больше, чем рот. Хосок понимающе качал головой. Больше спрашивать нет смысла, всё итак проясняется. Тэхён в подробностях описал жильё хёна, его «друзей», сброд страшных чёрных мужчин, больше похожих на обезьян или медведей. Рассказал, как Чон отталкивал его, говоря обидные слова, а потом нес на руках и обрабатывал царапины. Хосок слушал молча, не перебивал. В его голове складывалась картинка совершенно другого человека, нежели малышка Хана. Никто не в курсе, но Чон пробивал дорогу к сердцу девушки уже достаточно давно. Если бы Хана так упорно не отвергала его попытки, то он бы давно представил её друзьям, как свою девушку. Хана утверждала, что у неё есть строгий брат. Он не оценит её отношений, потому не торопилась давать Хосоку зелёный свет. Знакомство с братом было не лучшим, в его суровости парень убедился лично. Последнее время Хосок старался подвозить Хану домой после смены и привозил он её не в заброшенные постройки на окраине, а в обычную многоэтажку, в какой сам прожил всё детство. Где-то Тэхёна обманули. Чоны не живут в грязном сарае. Понимая, что картинка реальности немного пошла в разрез с рассказами Кима, Чон решил промолчать. Если старший не повез его к себе, значит на то была веская причина. — Достань мне его номер. — жалобно взмолился Тэ, складывая ладошки. — Попроси у Ханы, вы же общаетесь, ведь так? — напирал, как мог. Чон удивился. Неужели Ким заметил, как они в клубе смотрят друг на друга, но не комментировал? — С чего ты взял? — стал отнекиваться Хоби. — Брось, я не слепой. Ну, так ты достанешь? — большим чистым глазам, излучающим надежду, не возможно противостоять, Чон сдался. — Хорошо, я попробую. .・✫・゜・。. Вечер был в разгаре. Байкеры умели развлекаться и не грешили пустыми пьянками. Они задорно играли в бильярд, карты и импровизированный боулинг, что смастерили местные умельцы. Чон держал на коленях Чанми, что заливисто хохотала, беззаботно отдаваясь в его руки. Большего и не надо, когда любимый человек по-хозяйски прикасался везде и с требованием целовал, да так, что хотелось задохнуться. О прошлой ночи и даже сегодняшнем утре, Чон и думать забыл. Обиженный им мальчишка остался в прошлом, в далёком и безвозвратном прошлом. Им теперь не пересечься. Ким не найдёт дорогу к его жилищу, а Чон больше в клуб ни ногой. Жаркая ночь протекала, как нельзя правильно. Отдохнув в компании друзей, Чон собирался уединиться с Ким. Девушка всеми возможными способами показывала, что жаждет близости. Всё бы так и было, если бы Чон мельком не засëк, как Пак и Мин целуя девочек, касаются друг друга. Парни сидели рядом и гладили бёдра, только не женские. Отвлекшись на поцелуй, Чон пропустил момент, как друзья слились из толпы. Скинув Чанми с колен невидимая сила потянула его на поиски. Зачем? Он и сам не знал. Просто было интересно на них посмотреть, всего одним глазком. Парни нашлись в тёмном коридоре. Чон вычислил их по тихому шелесту голоса Мина и хрипловатому смеху Пака. Парни целовались, срывая с тела одежду. — Пошли в другой гараж. — шептал один. — Пошли. — отвечал другой. И Гук тихо тащился следом. Что он хочет ещё увидеть? Всё и так ясно, что парни не просто дружат. Весь дьявольский шабаш был в курсе, что пареньки занимаются грязным делом под покровом темноты. Чон тоже это знал, но никогда не видел. На то они и прячутся, чтобы никто не видел, а одному любопытному так интересно, что он крадётся следом и заглядывает в окно, как школьник, стоя на цыпочках. Ребят почти не видно в гараже. Это не лучшее место для любовных утех, но кого это волнует, когда так хочется вкусить удовольствия. Выползшая из-за тучи луна, слабо осветила тела, заглядывая в противоположное окно. Чон закусил губу, рассматривая выгнутое тело Пака. Он уже был раздет и стоя на полу, лежал спиной на рабочем столе. Мин выцеловывая грудь, спускался ниже. Глаза заболели от увиденного. Чон не стерпел и чертыхаясь бросился прочь, на поиски своей ночной феи. Чанми растерянно хлопала глазами, сидя на том же месте, где Чон её и оставил. — Ты где был? — недоумевала девица, присасываясь к бутылке пива. — Пошли. — Чон потянул её за руку. Едва успев поставить бутылку на стол, Ким подорвалась бежать следом. Внутри Гука горел огонёк. Он отвратился, увидев друзей, но поза Пака запала в душу. Заведя Ким в своё жилище, парень не повёл девушку наверх, как она планировала, а напал на неё внизу. Страсть была не обоюдная. Чанми не успевала за Чоном, он был агрессивен, кусался и обнажив стройную фигуру попытался уложить её спиной на стол. — Что ты делаешь? Мне так неудобно. — закапризничала Ким. С Чона слетела пелена наваждения. Он отступил. Ситуация поменялась в корне. Почему Пак может стоять в такой позе, а Чанми нет? — Что с тобой, Чонгук? — насторожилась девушка, не понимая почему парень застыл. — Ничего. Одевайся. — бросил Чон и пошёл по лестнице вверх. Настроение вдруг изменилось. Оно не стало хуже, просто близости расхотелось. Ким надев нижнее бельё, поднялась следом, ещё надеясь распалить мужчину. — Что случилось? Я не понимаю. — мурлыкая, забиралась на диван и седлала лежащего Чона. Парень гладил её кожу, измеряя обхват талии пальцами, но был пуст. Организм несомненно реагировал на ерзанье чужой промежности по паху, но это было животное желание. Отвергать девицу Мастер не стал. Он позволил себя раздеть и даже помог с презервативом. Секс был скупой на ласку. Чанми ждала обожания, а Гуку не хотелось. Он постонал от её выкрутасов и быстро излившись, не позаботился о её удовольствии. Это был самый скучный постельный опыт у обоих. Ким даже задерживаться не стала и покинула парня сразу, как он отвернулся лицом к стене. Девушка не получила желаемого, потому пошла искать его на стороне. В бункере около двухсот человек, неужели она не найдёт достойного?