Одержимые

Особенно тяжело стало Тэхёну смотреть на этих двоих, когда он приезжал к Чону на работу. Чанми чувствовала себя там королевой. Она крутилась возле парня, пока он разбирал байк, вызывающе присаживалась рядом и укладывала его грязную ладонь на свою ляжку, чтобы остался след, а потом ходила так целый день, мозоля Киму глаза. Чон замечал, как летали молнии по гаражу, когда те двое встречались. Того и гляди случится пожар. Опоссумы, что всё время отсвечивали рядом, тоже видели холодную войну, посмеивались над Чоном, чем тот сумел так приворожить этих двоих? Ладно ещё Чанми, с ней всё понятно. После секса в тёмном углу клуба, девица желала ещё и не скрывая, рассказала всем в гараже, как прекрасно отымел её Чон. Ким только глазел свирепым взглядом. Он тоже мог поделиться, что после Чон ему… Но он не тупая девка и болтать не стал, а тихо ждал, когда можно будет попросить повторить, может хëн не откажет? Стычка произошла в момент тишины. Парни ремонтировали байк одного из шакалов Магнуса и пошли в другой гараж искать нужные запчасти. Кимы остались сидеть на старом потрепанном диване. Оба стерегли Чона, не позволяя никому приблизиться к нему. — Что ты всё ездишь сюда? Разве ты не понимаешь, что Чони мой парень, а ты нам мешаешь? — кривила губы Чанми. — Был бы хëн твоим парнем, не жил бы в моей квартире. Не брал бы меня с собой и не купил бы мне персональный шлем. — парировал Ким и ведь он прав. Чанми не получила от Гука ни одного подарка и в гостях у парня не была. Тэ сумел пробраться и туда. Чон, как и обещал, показал ему свою квартиру. Тэхëн изумился её крохотным размерам, но тактично промолчал. Полежав на диване, попросился домой и самовольно достав сумку из чужого шкафа, стал запихивать туда одежду. — Ты что делаешь? — удивился Чон, зайдя в комнату в нужный момент. — Забираю тебя к себе. У меня больше места, да и Хана большая девочка, пусть поживёт одна. — даже не обернулся. А Чон не воспротивился. Он чмокнул сестру в лоб и сказал, что скоро навестит, подхватил сумку и пошёл вслед за Кимом, заполнять шкаф своими вещами в его квартире. Поджимая губы и пыхтя от бессилия, Чанми бросила последнее, что могла сказать. — Что ты прицепился к парню? Ты, что, хочешь его? Может ты, как эти два дурака, что вечно ходят в одинаковой одежде? — кивнула на дверь в которую не так давно вышли Мин и Пак в одинаковых комбинезонах. Тэ сдружился с ребятами и их странные отношения не вызывали ничего, кроме любопытства. Он прикидывал, что их может связывать, но прямых вопросов никогда не задавал. — Ты сама дура. — сверкая ненавистью в глазах, Ким сверлил взглядом. — Я скажу Чону, что ты цепляешься ко мне. — пригрозила Ким. — Можешь ему сказать, что я тебя бью. — на этих словах Тэ вцепился в распущенные волосы и потащил девушку с дивана. Чанми громко верещала, пытаясь дотянуться до лица, и расцарапать Тэхёна в клочья. На крики Магнус прибыл первым. Этот огромный гризли, смотрел на дерущихся и не мог отмереть. Звон пощечин отлетел от пустых стен и заставил байкера очнуться. — Чон! Тут Кимы дерутся! Выскочил из гаража и начал кричать идущему с деталями в руках механику. Чон побросал всё на землю и припустил разнимать. Опоссумы повторили и пустились следом. Собрав на себя всю пыль и грязь с пола, растрёпанные и красные, тяжело дыша, парень и девушка бросали последние обзывательства. Чон держал Кима, а Ким перехватил Магнус. — В чем дело? — недоумевал Чон. Он конечно, понимал, что что-то подобное может произойти, уж больно сильно враждовали ребятки, но всё равно был шокирован произошедшим. — Он первый на меня напал! — вопила Чанми, тыча пальцем в обидчика. — Она не умеет держать язык за зубами. Я не скажу, что она говорила, но она получила за дело. — настаивал Тэ, заглядывая в глаза Чона, ища там поддержки. Девушка расцарапала парню руки и оставила черту на щеке. — Пойдём, ты мне всё расскажешь. — повёл Кима в свой гараж. Тэ обернулся через плечо и показал Ким язык, что стояла, еле дыша от обиды. — Что произошло? Тэхён, ты же мужчина, ты не можешь драться с девушками. — Чон строго смотрел на влажные глаза парня и понимал, что этот может и с девушкой подраться и у ребёнка конфету отнять. — Она назвала Мина и Пака дураками в одинаковой одежде. — надул губы. Ким послушно поднял руки, позволяя стянуть с себя грязную белую футболку. Чон сам отряхнул его джинсы и швырнув ему в лицо свою поношенную, но чистую футболку, ушёл в ванную за аптечкой. Слова Кима были неприятны Чону. За такое он бы сам Чанми по голове не погладил, потому принял сторону Тэ, даже не собираясь проверять правдивость его слов. Ким охотно нырнул в огромную футболку и с улыбкой тянул расцарапанные руки, чтобы хëн обработал. Чанми не смогла проглотить обиду и найдя знакомого байкера на улице, бойко оседлала его коня и велела увезти отсюда. Мужчина хмыкнул и разорвав тишину природы рокотом мотора, дал газу, пуская за собой столп едкой пыли. — Брось Чанми, хëн. Она плохая пара. Она не уважает твоих друзей. — настаивал Ким, подставляя царапаную щёку. — Я и не с ней. Мы просто переспали пару раз, не больше. — сосредоточено выполняя обработку, Чон лениво ворочал языком. — Тогда, не спи с ней. Пусть уйдёт из гаража. — требовал Ким, заглядывая в глаза. — С кем же мне спать? Это природа, она требует своего. — хмыкнул Чон, замазывая царапину. — Со мной. А, что? — встрепенулся Ким, поясняя. — Мы друзья, ты мой хëн. Считаешь её дырка лучше моей? Я тоже могу… — Замолчи! Что ты несёшь?! — Чон встал с места и поспешно стал собирать содержимое аптечки. После услышанного, Чон даже смотреть на парня не мог. Это было так вызывающе, смущающе и вульгарно, пошло, отвратительно. Мотая головой, разгоняя свои мысли, Чон убрал аптечку и молча ушёл вниз, не в силах ничего больше сказать. Тэ остался сидеть на диване. Он и сам не понял, как наляпал столько всего. Сам и представить не может, как бы воплотил слова в жизнь, согласись Чон попробовать. Больше парни не разговаривали. Чон молча довёз Кима до подъезда, но в квартиру не пошёл. — Я переночую у себя. — бросил Чон и опустив стекло, быстро скрылся из виду. Ким жалел. Он наговорил не подумав, предложил то, чего не может дать. Это просто был порыв, ничего серьёзного, но Чона это оттолкнуло. Всю неделю парни не виделись. Чон не приезжал, а Ким не настаивал, хоть и сильно обижался. Он тоже не появлялся в гараже. Лишь писал каждый вечер, узнавая, как прошёл день. Хён сухо, но отвечал, всегда. Это придавало надежду, что всё образуется. Чонгук переварит и отпустит испуг, снова вернётся в квартиру к Киму. В одно утро всё изменилось. Тэхён собирался проведать родителей и вышел из подъезда к своей машине. На парковке стоял синий Suzuki, как когда-то давно. Чон не сменил позу, не слез с байка, а просто снял с руля второй шлем и демонстративно поставил его на своё бедро, положив сверху руку. Тэхён улыбнулся, его звали. Чон не сказал ни слова, но так много сделал сейчас для него. Ким сменил траекторию и вместо своего авто, пошёл в сторону мотоцикла. Ни один из парней не отдавали себе отчёт в действиях. Чонгук взрослый человек, состоявшийся, как личность, сейчас вел себя, как глупец. Он сидел с замирающим сердцем и смотрел, как неторопливо к нему шёл Ким. Много думая о сказанных в порыве словах, Мастер материл Кима как мог, за то, что он отважился такое произнести. Эти слова застряли в памяти и всё больше и чаще возвращали в ту смущающую минуту. Чону стыдно за услышанное. Тяжёлые страдания не скрылись от друзей и слова Мина, что просто подсел рядом с бутылкой пива, добили Чона. — Знаешь, Мастер, жизнь одна и скоротечна и если душа к кому-то тянется, значит человек должен быть рядом. Душа Чона не тянулась к этому парню, она вообще, не могла тянуться ни к какому парню. Просто так сложилось, что Чон однажды поехал прокатиться и случайно забрёл в Каннам, случайно отыскал этот двор и просто, чисто из любопытства, простоял сорок минут в ожидании, а вдруг Тэхён выйдет. Он простоял бы и дольше, если понадобилось бы. Теперь он знал, что намеренно ждал Кима, хотел его увидеть. Намеренно ждал и сейчас. Заходить в квартиру или вызывать Тэ на улицу не хотелось. Чон придумывал море причин, зачем он здесь и море предлогов, почему ждёт и не уезжает. Так же и Тэхён шёл сейчас к Чону старательно пряча улыбку, а на деле был готов прыгать от счастья. Этот дерзкий, испуганный хён не шёл из головы и Ким с уверенностью признавался, что скучал. Он готов забыть все обиды, лишь бы стянуть этот «рыцарский» шлем и снова увидеть нужное, как воздух, лицо. — Что ты здесь делаешь? — старательно грубо звучал Ким. — Садись. — не менее холодно и отчужденно. Ким потянул вверх уголок губ и выхватив шлем, быстро водрузил на голову. Сесть верхом уже вышло уверенно и привычно обхватив талию Чона, Ким прижал голову к его спине. Чонгук только хмыкнул, но сам на себя. Его не коробит от действий Тэхёна. Он заранее знал, что так будет и стремился к этому. Газанув, байк стремительно набирал скорость, но не превышал допустимую норму. Тэхён забывал дышать, только сейчас понимая, что произошло. Хён приехал к нему, спустя неделю и забрал его с собой. Совсем не имеет значения, куда он его везёт, главное, что он рядом. На этих мыслях Тэхён неосознанно сильнее прижался к спине и не заметил, что байк съехал с трассы. Чона трясло. Его переполняли эмоции. Внутри всё трепетало и сводило желудок в дугу. Он дышал чаще от предвкушения, от ожидания новых, острых ощущений. Мотоцикл заглох в небольшом перелеске, где три сосны да клён, кидают тень на поляну. — Слезай. — командовал Чон не снимая шлема. Ким не понимал в чем суть игры, но особо не беспокоился. Хён же не бросит его одного? Чонгук отодвинулся на место Тэ и выставил опору. Встал на ноги и указал Киму на своё место. — Что ты хочешь? — хмурился Ким не понимая намёков. — Сядь ко мне лицом. — даже стекло не поднимал. Тэхён вскинул брови, но ничего не сказал. Перекинув ногу, ахнул, когда Чон подхватил его под колени и сев на сиденье, уложил чужие ноги на свои. — Хён, ты чего? — лёгкая нервозность проскользнула в голосе. А хëн ли это вообще? Тэ так и не видел его лица. — Я хочу кое-что попробовать. Сиди смирно, пожалуйста. — с этими словами шлем с Тэхёна стянули. Чон легонько отбросил его на траву и провёл костяшками по щеке. Ким чаще задышал и облизал губы. Он стал догадываться, что хочет хён и боялся, что ошибается. — Что ты делаешь? — шептал Ким и Гук поймал его губы в движении, провёл по ним пальцем. — Может, ты снимешь шлем? — Ким давился от ожидания. — Закрой глаза и не открывай. — тихо отозвался шлем. Ким послушался. Он хотел этого момента. Он был согласен на любой момент… ну, почти любой, лишь бы хëн снова был рядом. Чон снял защиту и поставил между телами. Он осматривал красивое лицо. Ровный цвет кожи, дрожащие длинные ресницы, губы, что уже не раз были облизаны. Сейчас они такие же влажные и блестящие, как когда-то у Чанми. Только у Тэ они крупнее, сочнее и наверное мягче. Сердце застучало в горле, когда Чон приближался к чужому лицу. Что он делает, вообще? Зачем? Ради интереса? Соприкосновение было взрывом для обоих. Обоих разорвало на части и собрало обратно. Чон держал Тэ за подбородок и не заметил, как собственные глаза захлопнулись. Медленно осторожно пробуя мягкие губки на вкус, Гук проводил по ним языком и начал ощущать, как его лица касаются холодные пальцы. Чон резко оторвался. Ким нехотя распахнул глаза и обомлел. Мужчина не успел надеть шлем, хотя собирался. Глаза встретились. Оба не знали, как себя вести. — Хён, что это…? — Ким не мог оторваться от разбитого синего лица. — Ты о поцелуе или о моём фейсе? — усмехнулся Чон. Гуку было непросто вдвойне. Нужно объяснить своё поведение и не обидеть Тэхёна, при этом не обещая ему ничего. — Обо всём. — голос опустился, почему-то Ким не ждал ничего хорошего. — Я подрался, вчера. А сегодня проснулся и подумал, что хочу попробовать. — выжидающе смотрел на Кима подбитым глазом. — Что попробовать? — волнение лезло наружу. — Ну, не знаю. Поцеловать тебя, например. — не знал, как выразиться мягче. — И, что? Попробовал? Что? Каков вердикт, понравилось тебе или нет? — занервничал Ким, понимая, что его использовали. Если хëн сейчас скажет, что ему не понравилось, Ким не простит. Такого унижения он точно не стерпит, даже от этого человека. — Знаешь? — задумчиво причмокивает, пока Тэ задерживает дыхание в ожидании. — Я не распробовал, ещё хочу. Тэ был успокоен, умаслен и утянут в долгий тягучий поцелуй. Чон лизал сладкие губы, как крем с торта и никак не мог насладиться. То, что целоваться с Кимом ему понравилось больше, чем с Ким, он понял сразу. С первых секунд, наверное. Парень трепетно ластился к ладоням, прикрывая глаза, наслаждаясь теплом старшего. Чонгук поверить не мог, что натворил, он же сломает парня. — Тэхён… — огромные испуганные глаза заставили Чона замолчать. — Только не говори, что это ничего не значит. — жарко зашептал Тэ. — Мы не виделись целую неделю, но ты приехал, сам, значит хотел. Значит я не пустое место в твоём мире. Скажи, что вернёшься в квартиру. — Ким бегал глазами по разбитому лицу и молил, всем своим существом молил хëна вернуться. ・✫・゜・。. Хён обещал приехать вечером. Тэхён навестил родителей и спешно вернулся в квартиру наводить порядок к приезду Чона. Желая порадовать старшего, Тэ заказал много еды и был готов к встрече, томно вздыхая на балконе. В памяти на повторе крутились кадры сегодняшнего утра. Как хëн усадил его на байк, как касался его губ, а потом поцеловал. Это были самые вкусные поцелуи в жизни Тэхёна. Омрачало счастье лишь признание Мастера: — Прости, Тэхёни, но это, действительно, ничего не значит. Я много думал о том, что ты мне сказал тогда. — гладит костяшками гладкую щеку. — Я не смогу с тобой. Меня коробит от мысли, что я могу оказаться с тобой в одной постели, уже не говоря о том, что у нас что-то будет. Это не правильно. Я не смогу. — Чон тонул в глазах напротив, сожалея, что так больно сделал сейчас человеку, что смотрит преданнее собаки. — Я сказал не подумав, на эмоциях. Мне и самому некомфортно от подобных мыслей. Но тебе же понравилось целовать меня? Просто скажи, как есть. — тихо шептал в ответ, не опуская глаз. Тэхён так смотрел, что мягкая душа Чона, скрытая под толщей панциря, скукожилась в пульсирующую точку. Он хотел изначально, ещё не попробовав, сказать, что ему неприятно, что претит. Не скажет он этого ни за что. Понимая, что делает хуже обоим, признается. — Это самый нежный и трепетный поцелуй в моей жизни. Спасибо, что подарил мне такое удовольствие. — голос разливается журчанием по телу Кима. Парень глубоко вдыхает носом, наполняя себя чистым воздухом и счастьем. Он прикрыл глаза и дарил Чону добрую тёплую лёгкую улыбку, от которой скручивалось всё внутри. Шум байка разносился по всей округе. Тэхён встрепенулся, для Чона слишком рано. Выцепив глазами источник шума, вздохнул. Это не хён. Цвет другой, да и байк Чона не издаёт такого рокота, чтобы слышало полрайона. Дверь в квартиру пиликнула, но Тэ на балконе этого не услышал. Чон по-хозяйски перемещался по площади. Он имел здесь свою комнату, шкаф с одеждой и даже зубную щётку в стаканчике в ванной. С таким набором его можно смело назвать полноправным жильцом. Обойдя кухню, ванную и заглянув в спальню Тэ, Чон зашёл в гостиную и через огромное окно в пол, заметил худенькую фигурку Кима. Он высокий, с длинными ногами. Теперь Гук знает, что у него есть пресс, хоть и не ярко выраженный, знает, как выглядит его пенис в любом состоянии. Знает, каким горячим может быть Ким и увидел сейчас его поникшие плечи и низко склоненную голову. — Что-то случилось? — тихо отодвинул створку и перешагнул на балкон. Рука сама потянулась провести по торчащим костлявым лопаткам. Тэхён шумно выдохнул и оттолкнувшись от перил, обернулся, прижимаясь к телу хёна. Чонгук обнял в ответ. — Я боялся, что ты не придёшь. Мне казалось, что после этого утра ты растворишься в воздухе и я не смогу тебя найти. — признался Ким, легонько касаясь линии челюсти губами. Тэ не целовал, он только водил губами и выдыхал, сжигая мочку уха с кольцом. Руки на теле Тэхёна впились пальцами сильнее и поймав чужие губы, Чон снова вжался в них. Тэ тихонько урчал, сам целуя. Перешёл с губ на ссадину на щеке, а потом выше, к припухшему глазу в темно-синей обводке. — Я хочу есть. — тихо шепнул Чон, отстраняя от себя парня. — Пойдём, я разогрею. — так же тихо ответил Ким, отстраняясь и первый уходя на кухню. После такого Чон станет давиться едой. Она в него просто не полезет. Мужчина, не зная, как оттолкнуть парня, придумал предлог. Ким так нежен с ним, так ласков, что Мастер начинал бояться самого себя. .・✫・゜・。. — Хён, ты занят? — в дверь тихо заскребся Тэ, едва её приоткрывая. — Заходи. — Чон лежал в постели, листая всякие форумы и советы специалистов. Завидя, как Ким просочился в узкую щель, словно дверь шире не открывалась, Гук заблокировал телефон и отложил его на тумбу. Отношения парней и раньше были не лучшими, они часто огрызались, кидаясь словами. Сейчас между ними пролегла пропасть. Чон молча поел и ушёл в душ, потом спрятался в спальне. Ким переделал дела на кухне и после душа, сразу пришёл сюда. Сверля друг друга глазами, Тэхён откинул край одеяла и улёгся в постель. Оба помнили слова Чона, что он не допускал даже мысли о делении кровати, но Киму наплевать. Его сегодня так нагло использовали, что он пришёл взять реванш. — И что это значит? — усмехнулся Чон, поднимая одну бровь. — Я буду спать здесь и с тобой. — непоколебимо звучал Ким. — Но, я же вроде сказал… — начал Чон. — А мне плевать. Ты меня сегодня ни о чём не спрашивал. Вот и меня твоё мнение не сильно сейчас волнует. Лежи и не шевелись. — огрызнулся Ким и вскочив на кровати, потянулся через Чона, к тумбочке, выключить лампу. Мастер таращил глаза на нависшее над ним худое, но не лишённое рельефа тело. Он бунтовал и боролся сам с собой, понимая, что все его планы рушатся и он не хочет отгонять Кима. Ему хотелось получить ещё один опыт и не важно, что будет завтра. Тэхён погасил свет и обдал лицо Чона мятным запахом зубной пасты. — Тэхён, что ты задумал? — ещё не осознавая происходящее, игриво шептал Чон. Мужчина поднял руки и прикоснулся к горячему телу, что совсем не пугало в темноте. Чону не страшно видеть, чувствовать парня в постели. Тэ прилёг на Чона сверху и властно срывал поцелуи, теребя и сжимая волосы. — Закрой глаза и не шевелись. — командовал Ким, закидывая руки Чона за голову. Парень осыпал крепкий торс поцелуями, совсем не стесняясь своих действий. Чонгук таял от желания, забывая обо всех предрассудках. Ему приятно, ему нравились эти руки и поцелуи, язык. Почему он должен отказаться от этого, только из-за одного «неправильно». Тэхён вложил всю нежность в свою ласку. Он так хотел сделать приятно, чтобы хён навсегда остался с ним. Чтобы видел только его. Спустив резинку боксеров, провёл мокрым языком по горячему возбуждению. Чон простонал и рывком поднялся выше к изголовью. — Тэхёни, не надо. Прошу, не делай этого. Мы погубим себя. Нам нужно остановиться. — взмолился Чон, сам желая только продолжить. Шумное дыхание наполнило комнату звуками. Ким придвинулся и оголив головку, мокро поцеловал уздечку, пощекотав её кончиком языка. Чон закатил глаза, с громким стоном. — Ты готов отказаться от этого? — снова ведёт мокрым языком по венке, заставляя член дёрнуться. — Скажи, что бы я прекратил и ушёл. — коварно шепчет, продолжая мокро целовать. — Скажи, что тебе не нравится. Чон жмурил глаза. Проникновенный шёпот раздражал нервные окончания и всё тело кололо иголочками изнутри. — Мне так нравится, Тэхёни… зубы сводит. Сделай, сделай… — сердце колотило о грудную клетку. Чон закинул голову назад и полностью отдался Киму. Мысли все разлетелись, сейчас он не может думать ни о чём, кроме того, как же ему приятно. Тэхён примостился между согнутых ног и со всей страстью вылизывал венки и складочки, не жалея слюны, что сама вырабатывалась обильнее. Громко шипя и ахая, Чон толкался навстречу языку, что творил небывалые вещи. Может не так умел Ким, как само осознание, что это делает он, доводило Чонгука до сумасшествия. — Тэхёни, остановись. — тянет к себе ближе. Тэ не понял причины. Чон был на грани, почему остановил? — Что такое? — послушно приблизился Ким и ахнуть не успел, как его перевернули. Чон подмял под себя парня и быстро заерзал по его телу. Тэ тяжело сдавленно дышал, но гладил спину, чувствуя, как шевелятся мышцы. Гук погружался в рот языком, но это уже не поцелуй. Он вылизывал щеки и нëбо, пересчитал зубы, проверил под языком. Тэхён ошалел от напора. Он сам пытался двигаться, но хриплое «нет» заставило застыть. — Я желаю… тебя… — стонал Чон в самое ухо, дергаясь от оргазма. Ким замер под ним, не смея дышать. Чон сильно тёрся о его тело и теперь он тоже хотел разрядки, но молчал, боясь издать хоть один звук. Гук свалился с Тэхёна и тяжело дыша, гладил чуть впалый живот, растирая сперму. — Мне очень понравилось, Тэхёни, только давай мы на этом остановимся. — восстанавливая дыхание, Чон повернулся на бок и собрав сгустки семени с себя, стал размазывать Киму по груди. — Ты не расстанешься с той шлюхой, да? — спокойно лёжа под чужой рукой, Тэхён повернул голову. Чон промолчал. Он не против разорвать все связи с Чанми, но Тэхён не сможет дать ему того, что он получает от девушки. Тереться о чужое тело приятно, но этого мало, постоянно так нельзя. Ким под раздумья Чона встал с постели и вышел из комнаты. Гук неосознанно обмазал Тэхёна, пытаясь втереть ему в кожу частицу себя, но ходить так Тэ не может. Он отправился в душ, решить свою маленькую проблему, что натёр Чон, ерзая телом.