Тебе не будет больно

Долго уговаривать Рики не пришлось, он сразу кивнул, но почему-то остановился. Смотрел за спину девушки, пока та не обернулась. Ханма и Кисаки шагали к ним, бурно что-то обсуждая. Подойдя они ближе, Джун поняла из чего состоял их диалог — обсуждение данной ситуации и множество догадок. Ханма предполагал разные истории на этот счёт, но ни одна не попала в точку. Джун оглянула толпу, которая медленно начала рассасываться, а в глазах всё начало понемногу плыть. «И вправду, столько выпить и только сейчас почувствовать этот удар алкоголя — что-то новенькое» — Можем подкинуть вас, если хотите, — предложил Рики, подхватывая подкосившееся тело Джун. Девушка удержалась на ногах и с благодарностью в глазах посмотрела на парня. Тот лишь понимающе кивнул, перекидывая руку Джун себе за шею. — Если вы не против ответить на несколько вопросов. — Джун покосилась на Ханму, ожидая продолжения, но его не последовало. Теперь кивнула уже она и вместе с Рики побрела к выходу. Синее освещение главного коридора почти скрывало капли крови, оставленные на полу. Джун их по началу даже не заметила, пока свет не начал блекнуть. Капельки кривой дорожкой рисовали путь за пределы квартиры, а в теплом освещении подъезда можно было увидеть ясные очертания алой жидкости. Не удивившись тому, что Моччи пошёл сразу на улицу, Джун окинула помещение беглым взглядом. Стены оставались идеально белыми, от чего в горле образовался ком. Далеко идти не пришлось — машина была припаркована почти впритык к главной двери. Звякнули ключи и уже в руках Рики виднелся черный брелок арендованной машины. Писк и уже звук открывающейся двери автомобиля. Джун вальяжно села на переднее сиденье, а когда закрыла дверь принялась рассматривать черный потолок салона. Сзади открылась дверь и Рики, матерясь, пытался усадить Кисаки на место. Провозившись с парнем, Ханма и Рики расселись по местам: Ханма рядом с Кисаки на заднем, а Рики за рулём. — Только аккуратно едь, а то он облюет весь салон. — Джун повернулась, посмотрела на Кисаки, который, по видимому, себя реально плохо чувствовал. Раздался равномерный гул двигателя и пейзажи за окнами начали мелькать. Рики всем своим видом показывал, как ему непривычен столь аккуратный стиль езды, но не сказал и слова. Ханма нарушил тишину первым. — Почему ты его пырнул? — Рики изогнул бровь, посмотрел в зеркало заднего вида, но позже переключился на дорогу. — Явно не из-за того, что Джун его оклеветала. — Нет, она сказала правду, — оборвал его Рики. — Ты просто не в курсе всей истории, вот и не понимаешь всех наших поступков. Она, — он жестом указал на Джун, которая теперь смотрела на Рики, — никогда не будет говорить того, в чем она не уверена. Она не будет врать человеку, высказывая своё мнение, но порой не может остановиться. Я должен сказать тебе спасибо, что отвёл её? — Рики вновь глянул в зеркало, встретившись со скучающим взглядом Ханмы, отвёл взгляд. Ханма качнул головой в отрицательном жесте, уже смотря на Джун. Та продолжала смотреть на Рики, но как только почувствовала пристальный взгляд, обернулась. — И почему ты думаешь, что он дерьмовый? Джун пожала плечами, но мягко улыбнулась. — Потому что жила с ним четыре месяца? В драке он честный, как и в первое время нашего общения, но потом ты видишь темную сторону. Она есть у каждого, сечешь о чём я? — Ханма кивнул и Джун продолжила. — У каждого свое время на терпение, чтобы не показывать реально плохую сторону человека. И он оказался тем ещё садистом и насильником, но какая-то часть меня не верила в это. Так мы прожили вместе пару месяцев, а итог ты знаешь. Я сама решила затянуть эти отношения дольше положенного. — А как же правильное решение? Какое оно было? — На заднем сиденье очухался Кисаки, хоть говорил он невнятно и очень тихо. Ханма посмотрел на друга, потом на близнецов, но всем своим видом показал, что ждёт ответ на этот вопрос не меньше товарища. — Правильное решение? — Джун задумчиво посмотрела в лобовое стекло, потом на Рики. Тот кивнул и тогда Джун всё же начала, — Этого не существует. В реальном мире нет правильного решения. Какой бы выбор ты не сделал, встретившись лицом к лицу со всеми трудностями этого пути ты будешь считать это решение неверным, — скучающе произнесла девушка, продолжая смотреть на горбинку носа Рики. — Есть выбранное решение и его последствия. В моём случае — это несколько недель в стационаре. Не считаю своё решение неверным. В любом случае, никто не может изменить прошлого, так что остаётся двигаться дальше. Любой опыт, даже такой, может привести человека к новым результатам и совершенству. Парни на заднем затихли, скорее всего перевариваю информацию, но горящий интерес в глазах Ханмы не угасал. Прошла несколько минут, когда те всё же сообщили адреса домов и Рики пришлось развернуться, после чего сразу попал на светофор. — Но он сломал тебя, — произнес Ханма, глядя на красные цифры светофора. — Что скажешь на этот счёт? — Все люди ломаются, стоит только вопрос времени, — ответил Рики, вдавливая педаль газа в пол. От резкого толчка щеки Кисаки вздулись, но то ничего не сказал. — Тебе ли об этом не знать, Ханма? — Парень уже открыл рот для возмущения, но Рики поспешил продолжить. — Каждый человек способен собрать себя по кусочкам, собрать новое мышление или образ жизни, но это тоже вопрос времени и стойкости человека. Каждый нуждается в поддержке, но учтем то, что поддержку люди ожидаю разную. Кто-то требует помощи в сборе конструктора под названием «Я», а кто-то нуждается в обычном присутствии, без слов и касаний… — И бывают моменты, когда эти сборы по крупицам надоедают, отпускаются руки, — Рики понимающе глянул на Джун, вращая руль одной рукой, другой он достал сигарету и она уже тлела в его зубах. — Вот здесь многие и сдаются, здесь и важно уметь понимать себя и признавать собственные слабости. Важно не отпускать руки, даже если всё осточертело. Если тебе больно, то… — Джун потянула руку к Рики и тот послушно протянул ей сигарету. Затянувшись один раз, отдала обратно и продолжила, — скоро всё наладится. Я не держу зла на него, но и себя я не веню. Такое бывает и это абсолютно нормально. Всё, что нас не убивает — делает нас сильнее, — последняя фраза прозвучала на испанском, от чего Рики широко улыбнулся, останавливаясь у дома Кисаки. Джун осталась в машине, а парни пошли помогать Кисаки добраться до нужной квартире и не разбудить весь дом в двенадцать ночи. Взгляд упал на клумбы с цветами, от чего невольно появилась грустная улыбка. Она продолжала смотреть на закрытые бутоны, пока двери машины не открылись. Ханма устроился сзади посередине и уже не скрывал своего заинтересованного взгляда, хотя Джун его игнорировала всеми силами. Когда машина тронулась с места он так и не заговорил, продолжая взирать на Джун. — Не пялься. -Ханма не понимающе посмотрел на Рики и тому пришлось объясниться: — Не прилично. — Ха, нашел приличных людей, — хохотнул Ханма, прикрывая глаза рукой. Помассировал виски большими пальцами, но улыбочка не слезла с его лица. — Что вы делаете в Японии? Вы вообще из других стран, которые не связаны с японским, но вы хорошо на нем говорите. Бегаете от кого? Джун и Рики переглянулись, после чего оба глухо посмеялись. Ханма же продолжил сидеть абсолютно серьёзный, если можно было так сказать при его улыбочке. Их и вправду рассмешила такая глупая и нелепая, но до того знакомая, догадка. Пришлось успокаиваться долго: стоило всем хохотушка прекратиться и кто-нибудь пытался открыть рот, как новый смешок вновь накрывал весельем родственников. Успокоиться они смогли только на третьем светофоре, хотя искренние улыбки сохранялись у них ещё пару минут. — Нет, здесь ты вообще не прав. Мы учимся на переводчиков и приехали сюда, как студенты по обмену, — наконец-то пояснила Джун, собрав все усилия на то, чтобы не смотреть на Рики, а в окно. — Но решили задержаться на месяц-другой, потому что у нас каникулы. Вот и весь секрет. Ханма затих. Откинулся на кресло, глядя в потолок. Во взгляде читалось разочарование. Наверное в истории, предположила Джун, мыча что-то себе под нос. Мелодия была знакомая, но такая чужая. Какая-то японская песня, которую Моччи слушал на повторе. Она не помнила слов и перевода даже на английский, но мелодию запомнила хорошо. Комната в серых тонах выделяла черную мебель и небольшую плазму на стене. Рядом сидел Мочизуки, поглаживая колено Джун и пытался уговорить её впервые переспать с ним. Занимался он этим вторые сутки, жёстко настаивал, но всегда получал отказ. На третьи сутки Джун согласилась, но в процессе ничего не почувствовала. Помнила, как парень всё резче и резче вдалбливался в бедра девушки, просил немного постонать. Но она не издала и звука, заглушая даже болезненный стон, когда парень вошёл глубже, пальцами надавливая на клитор. Ничего. От такого воспоминания в горле появился неприятный ком. Сжав кулаки посильнее, пока на на ладошках не появились белые вмятинки от ногтей. Разжала кулаки, глубоко вздохнув. Попыталась уйти от этих мыслей в реальный мир, где рядом сидит нужный и такой родной человек, а сзади весь интересный кусочек плоти. — Если хочешь знать больше, то могу пригласить приехать к нам. Билеты оплачу, как и загранник, от тебя нужно будет лишь приехать и прихватить Кису. — Рики вопросительно глянул на Джун, явно не понимая такого заявления, но проглотил все свои вопросы и упрёки. Он знает, что они поговорят об этом, как только останутся наедине. — Как тебе такое предложение? Ханма поддался вперёд, почти уткнувшись носом в подбородок Джун. Глаза горели огнем азарта и заинтересованности, но его рот предательски дрогнул, когда он попытался его открыть. Сказать хоть что-то у него получилось с четвертой попытки. — Правда? И жить будем у вас? — Да, мы вам выделим комнату. Только скажи число и месяц, когда вы решите поехать. — Тогда я могу завтра подать заявку? — уже более воодушевленно произнес Ханма, отстраняясь. Рики сверлил того взглядом, пока он не отодвинулся назад, скрывшись за сиденьями. Джун кивнула, но без улыбки. — Отлично, тогда как только он будет готов мы приедем. Оставшуюся дорогу троица молчала. Ханма явно был рад идее халявного путешествия, от чего он неотрывно смотрел на Джун. Та лишь пару раз одарила его вялой улыбкой. Всё внимание забирали мысли и картинки головы. Когда Моччи принял решение не спрашивать о согласии Джун? Она точно этого не знала, но подозревала. Второй или третий раз, хоть убей — не помнила точно, когда он сунул пальцы ей в рот, обхватив язык. Внутри всё похолодело. Живот неприятно скрутило, тошнота явно пыталась взять своё. Дома она выплюнет все кишки наружу, но не сейчас. Алкоголь давал лёгкость, но из-за этого неприятные отрывки прошлого всплывали в сознании. Она так усердно пыталась их забыть в стационаре, что поверила в их исчезновение, а сейчас они напоминают о себе. Попытка проглотить ком в горле провалилась. Джун отвернулась к окну. Дышать пришлось чаще и глубже, от чего слева под грудью неприятно кольнуло. Рики похлопал Джун по плечу и той пришлось повернуться. Понимание. Джун так много раз видела этот понимающий взгляд от Рики, что успела привыкнуть к нему. Она и не думала, что будет так рада увидеть эту безмолвную поддержку в серых глазах. Губы расплылись в грустной улыбке, а в руке Рики уже была маленькая бутылка воды и пара таблеток. — Ты как? — на испанском произнес парень серьёзно настолько, насколько мог. — Продержусь, — сухо ответила Джун на испанском, забирая бутылку и таблетки. Закинула таблетки в рот, запив их внушительным глотком воды. Вдохнула. Мысленно отсчитала до восьми, выравнивая дыхание. На втором круге остановилась, попрощавшись с Ханмой. Как только Ханма скрылся в многоэтажке, Рики обхватил руки Джун, прижимаясь к ним холодными губами. Что-то шептал на английском, но Джун и слова не разобрала в тихой речи Рики. Его пальцы начали бегать по запястью девушки и остановились на венах. Проверял пульс — поняла Джун, когда Рики более спокойно выдохнул. Больше он не проронил ни слова. Спокойствие растекалось по телу девушки, начиная от самых кончиков пальцев и до кончиков волос. Глаза начали закрываться. Она уснула, но даже через эту пелену почувствовала, как теплые руки Рики отпустили запястья. Ночное небо и тысячи маленьких звёздочек. Рики, совсем маленький, присел на траву рядом. Он тоже смотрел на то небо, но его взгляд был намного проще и наивнее. Как он плакал, когда одна из звёзд погасла, которую он окрестил «Звёздочка». Обернувшись, перед ней возвышался высокий парень. Лицо утратило юношеские черты, делая то более острым. Брови отпустились, делая взгляд серьезнее. Светящиеся серые глаза утратили последние блики наивности, взгляд стал строже, но понимающе. Стеклянным. Джун моргнула. Лежала на дереве, в ягодицы упирались холодные деревяшки, а над ней возвышался тот самый высокий парень. Она даже не сразу поняла, что это Рики. Всё понимание, надежда и спокойствие, с которым он всегда смотрел на Джун, пропали. Им на замену пришла похоть и гнев. Серые глаза светились от желания. Посмотрела вниз. Оба обнажены. Член парня тёрся о половые губы, по его губы властно впивались в белоснежную шею девушки. Она пыталась кричать, но он её не слушал, затыкая рот рукой. Спускался ниже, а пальцы уже чертили невидимые узоры на внутренней стороне бедра. Рики прикусил уже затвердевший сосок, скользнул одним пальцев во влагалище, начиная его растягивать. Обсыпывал грудь мягкими поцелуями, кусал соски. Когда второй палец вошёл во влагалище, Джун издала протяженный стон. Рики довольно улыбнулся. — Тебе нравится, — протянул парень, вытаскивая пальцы. Прозрачная смазка покрыла их полностью. — Шлюшка, тебе ведь так делала твой па-по-ч-ка? — слишком сладко произнес парень, с силой сжимая сосок склизкими пальцами. Джун резко открыла глаза, поддавшись вперёд. Пропитанный едким дымом воздух приятно влился в лёгкие Джун. Она с ужасов начала осматривать себя, а потом перешла на окружающий её мир. Она была в машине, так же спереди. Рики сидел рядом, покуривая сигарету. Машина тронулась и тогда Джун смогла немного выровнять дыхание. — Всё хорошо, — нервно начала Джун на английском, оглядывая трясущиеся руки. — Что случилось? — Рики коротко посмотрел на Джун. Этого обеспокоенного взгляда хватило, чтобы понять действительность. — Кошмар… Рики припарковал машину на стоянке, дождался, когда Джун выйдет и нажал кнопку на брелке. Машина пискнула. Расспрашивать не стал, но в молчаливой поддержке сжал плечо Джун, когда та вышла. Покосился на неё, когда она с опаской сделала шаг назад. — Прости, — тихо произнесла девушка, виновато глядя на парня. — Всё нормально, я рядом. Хотелось возразить, что именно из-за этого сейчас всё не в порядке, но она проглотила эти слова. Поднявшись на второй этаж оба ввалились в квартиру. Свет никто включать не стал. Пожелав друг другу спокойной ночи они разошлись по разным комнатам. Уже в комнате Джун сняла контактные линзы. Неприятное чувство скрутило живот, хотел забыть этот сон. Слезы начали подступать к уголкам глаз, а в горле образовался ком. Заткнув рот краем кофты, Джун сползла вниз по стене. Горячие слезы обжигали холодные щёки, падая на чёрную ткань кофты. Она пыталась ни проронить и звука и пока это получалось, ругалась на себя. «Дура! Идиотка! — отчаянно кричала Джун, но вслух ничего не сказала. — Да как вообще так можно? Безнадёжная, он ведь этого никогда не сделает, чего ты от него шугаешься? Он сам боится…» Поток мыслей прервал тихий стук в дверь. Подорвавшись с места, Джун подошла к двери. Вытерла глаза и щёки, постояла пару секунд, после чего открыла дверь. Рики бегло оглядел Джун, после чего сделал шаг, заключив ту в крепкие объятия. — Я рядом, спокойно, — на испанском начал Рики, поглаживая голову и спину Джун. — Ты дома, здесь тебе никто не сделает больно. Я этого не позволю сделать, — Рики путался в языках: какую-то часть говорил на японском, какую-то на английском и испанском. Голос дрожал, очень сильно дрожал, а он и не пытался этого скрыть. На мгновение оторвался от Джун, заглядывая в красные глаза, после чего ещё крепче прижал к себе. — Можешь доверять мне, я не буду вести себя, как другие. Майка на плече начала мокнуть. Из горла вырвался отчаянный крик, а руки всеми силами сжимались в кулаки, сминая белую ткань на спине парня. Он стоял рядом и громко дышал, что-то говорил на английском, но Джун слышала лишь его дыхание. Спустя несколько неудачных попыток выровнять дыхание, Джун всё же немного успокоилась и начала рассказывать свой сон, сильнее вжимаясь в тело Рики. Тот внимательно слушал, не перебивая, а когда та закончила, лишь повторился: — Я никогда такого не сделаю и не скажу. Джун, милая моя, я не сделаю тебе больно. Рики повторял это из раза в раз, а сегодня дольше обычного, когда Джун не размякла. Ноги подкосились, но парень удержал её. Помог дойти до кровати, залезть под одеяло. Взял одну руку, заключив ту в замок. Быстро тараторил на испанском, касаясь лбом белых полочек на костяшках, пока не услышал равномерное дыхание. *** Джун открыла глаза, когда яркие лучи солнца начали щекотать её лицо. Поморгав, она бегло пробежалась взглядом по серым стенам комнаты. Взгляд зацепился за рыжую копну волос. Рики спокойно сопел, лёжа на руке Джун, несильно сжимая ту. Гул в голове заставил девушку поморщиться. Вчера она явно перебрала, потому что было больно даже моргать. Попытка не разбудить Рики собственными движениями была провалена. Его серые глаза непринужденно смотрели на неё. — Выглядишь опухшей, — вяло произнес парень, отпуская руки. Потер глаза ладошками. — Спасибо, ты тоже не лучше выглядишь. На лицах появились мягкие улыбки. Поднявшись с кровати, Джун прихватила чистую одежду и, не дожидаясь пока Рики поднимется на ноги, ушла в душ. Горячая вода обжигала лицо и тело. Шрамы же казались ледяными, будто по ним водят кубиком льда. Взяла мочалку в руки, налила на неё немного геля и принялась мылить каждый сантиметр собственного тела. Тяжело вздохнула, когда отпустились до коленей. До неприличия белая кожа обтягивала коленные чашечки, но рубцов на ней не было. Смыла с себя пену, выключила воду. Взглянув в зеркало слегка покосилась, когда увидела собственное отражение. Красная кожа сильнее выделяла белые полумесяцы на груди и ключицах. От подмышки до талии тянулся розоватый шрам, заходящий за спину. Она впервые решила тогда покататься с Рики на мотоцикле, а в итоге оба упали. Джун вяло улыбнулась, вспоминая похожие очертания у брата. Быстро вытерлась, зачесывая волосы назад. Надела красные шорты и белую футболку. — Мне во сколько договориться о встрече с Кисой? — Сказал Рики, когда Джун зашла на кухню. Джун присела на белый диванчик за стол, задумалась. Поставила локти на деревянную столешницу, а на ладони положила подбородок. Рики повернулся к ней с двумя кружками кофе. Поставил их на стол, присаживаясь на другой конец стола. — Давай в одиннадцать? — Девушка глянула на часы. Восемь сорок семь. — Как раз успеем собрать чемоданы и отдать ключи хозяйке. — Думаешь часа хватит? — Рики изогнул бровь, делая глоток кофе. Джун повторила действия. — Процедура может вызвать некоторые трудности, что задержат нас. — У тебя много шмоток? Лично у меня — пара тряпок, и то я их выкину здесь же. Рики кивнул головой. Выпив кофе они разошлись по комнатам собирать вещи. У Джун получилось запихать все вещи в портфель, большую часть которого заполняли книги на английском. Рядом лежал зарядник и пара заколок. Рики же собрал полноценный чемодан со всеми вещами. — День без линз? — удивился Рики, видя Джун в прямоугольных очках. Та лишь слабо кивнула, держа в руках большой черный пакет. Закинула туда одну пару кроссовок, в которых вчера была на вечеринке. В свете солнца можно было увидеть уже запекшиеся капли крови. Оставив лишь пару туфель на небольшом каблучке, Джун надела тапочки и вышла из квартиры. — Серьёзно всё выкинула… Когда девушка вернулась, быстро вошла в комнату и надела чёрное платье с запахом. Рики заплел две косы, а из них уже сделал большие пучки на затылке. Вышли они немного раньше, чем ожидали, однако Ханма с Кисаки уже стояли на месте. Сев в машину, обменялись короткими приветствиями. — Как прошло ваше утро? — начал Рики, выезжая на забитую дорогу. Кисаки сидел почти бледный, а Ханма выделялся слишком яркими синяками под глазами. — Выглядите дерьмово. — И без тебя знаем, — промямлил Кисаки, попивая воду. — Голова раскалывается… Джун протянула пластинку с таблетками, зажав ту фалангами пальцев, будто держала сигарету. Кисаки устало посмотрел на пластинку, потом с призрением и всё же не взял. Джун шумно выдохнула, поясняя: — Поможет. Ханма, тоже выпей. — Кисаки забрал таблетки. Парни сразу выпили по паре таблеток и вернули пластинку Джун. — Вы правда слишком плохо выглядите. Можете завтра без нас сделать, если вам настолько хуево. — Без вас? — Ханма вопросительно изогнул бровь, поддаваясь вперёд. Голова высунулась между передними сиденьями. Он смотрел то на Джун, то на Рики. Взгляд остановился на первой. — Почему? — Ты же не думал, что мы останемся здесь навсегда? — Джун поправила очки, отсаживаясь ближе к двери. — Мы не отсюда. Билеты взяли месяц назад, а перенести никак нельзя. Пустая трата денег, если не улетим отсюда сегодня. — А нам паспорта делать за свой счёт, разве, её пустая трата денег? — подал голос Кисаки. — Хочешь сказать, что вы такие богачи? Брось, не переоценивал себя, Кис, — усмехнулся Рики, — эти траты идут не в пустоту, а в пропасть. Все затихли. Дорога до небольшого отделения паспортного стола прошла в тишине. Когда все вышли из машины, Рики закрыл её на ключ. К нему подошёл Кисаки, что-то начал спрашивал, от чего парень смеялся. Шли они до определенного кабинета. Бежевые стены коридоров неприятно давили на воспоминания Джун о стационаре, из-за чего она решила идти рядом с Рики, где ощущала себя немного спокойней. — Приветули, Херв, — на английском поздоровался Рики с молодым мужчиной в классическом костюме, когда зашёл в кабинет. Кисаки и Ханма поздоровались на японском, присаживаясь на небольшой серый диванчик в углу комнаты. Джун отсалютовала мужчине двумя пальцами, закрывая дверь. — Им срочно нужны качественные загранпаспорта без очереди, Херв, — Джун головой указала на Кисаки и Ханму. Присела на стул за стол, Рики остался стоять сзади. Оглядев большие стопки и папки с бумагами она прикинула во сколько обойдется данная процедура, после чего уже на японском продолжила. — Мы заплатим за них столько, сколько захочешь. Вижу, что работы у тебя и без нас навалом. — Вам по старой цене, Джун, — мужчина мягко улыбнулся, протягивая несколько бумаг. — Пусть они заполнят бумаги и всё будет готова месяца через два. Рики отдал планшеты с ручками и парами листами А4 парням. Принялся помогать им в заполнении, объяснил что и где написать. Джун же достала небольшой конверт и положила его перед Хервом. — Я скучала по твоему французскому акценту, Херв. — Закинула ногу на ногу, поудобнее усаживаясь на мягкой сидушке стула. Положив руки на столешницу из темного дерева, оглядела серый кабинет с белыми полочками за спиной Херва, а под ними стоял белоснежный комод. — Как ты здесь оказался? Я была очень удивлена, когда узнала, что ты приехал сюда, — на английском произнесла девушка. — Ты же знаешь, что я частенько уезжаю из Шотландии, не удивляйся так, — посмеялся тот. Джун улыбнулась, глядя на черные волосы, аккуратно уложенными на бок. Голубые глаза казались двумя яркими льдинками на фоне смуглой кожи и темных волос. — Скоро поеду туда обратно, так что буду ждать нашей следующей встречи. Многие интересовались куда вы пропали, но через месяц и забыли про вас. Когда приедете закажите хорошей выпивки за мой счёт, я всё оплачу. А, тот парень вернулся, ты его просто не узнаешь! — Да ну?! — Джун даже не пыталась скрыть своего удивления. — Серьёзно? Где он целый год шлялся? Мне так нравились его коктейли, а он пропал. Вот жук! Послышался смешок со стороны дивана. Рики пытался не смеяться, но его лёгкая и громкая усмешка всё же вырвалась. Херв прикрыл рот рукой. — А он дурь толкал. После тебя у него стало так мало покупателей, что он поехал в штаты. Он там неплохо освоился, так что жди перемен, хотя вам он дерзить не будет. — А ты бы стал огрызаться на того, из-за кого тебя чуть ли не сдали с наркотой? — Джун заинтересованно посмотрела на Херва, тот лишь качнул головой. — Ну и вот. Хей, а как скоро ты приедешь? — В сентябре должен, но это не точно. Беседа продолжалась исключительно на английском. Где-то Рики вставлял свои реплики про майские выходные в честь юбилея клуба в том году, от чего Херв начинал краснеть. Он тогда смачно напился и начал флиртовать с Рики. Итог знала вся троица — они переспали, потом ещё несколько раз повторяли события той ночи. Никто напрямую об этом не говорил, но каждый понимал еле уловимые намеки. Когда все документы были заполнены часовая стрелка перевалилась за двенадцать, так что четверка вышла из кабинета, давая Херву отдохнуть и заняться личными делами. В машине Кисаки обрывками объяснял Ханме разговор с Хервом. Та часть, которую он понял — предположила Джун, когда тот закончил свой рассказ на моменте обсуждения наркотиков. — А почему именно он? — всё же спросил Кисаки, когда машина подъезжала к нужному дому. — Потому что он надёжный человек. Он сделает эти паспорта быстрее, чем государство без его участия. Он и нам делал их, так что не парься. Ханма вышел из машины вместе с Кисаки. Решив, что домой Рики и Джун больше не надо они поехали к хозяйке квартиры. Отдали ей ключи, поблагодарили за крышу над головой и уже на общественном транспорте отправились в аэропорт. Как только Рики и Джун зашли в аэропорт, как толпа людей поглатила их. К стойке регистратуры они простояли добрый час, только после чего ушли относить багаж. Даже не смотря на большое количество камер и охраны, Джун не отходила от Рики. Предполетный досмотр прошел быстро и скучно, после чего те остались в зале ожидания. Когда самолёт прилетел Джун и Рики первыми зашли в салон, заняв свои места. Все двадцать часов Джун и Рики спали, иногда открывая глаза, чтобы нащупать друг друга. В аэропорту приятно пахло кофе и духами. Когда двери главного входа оказались позади, Рики позвонил своему знакомому, которые приедет на их машине. Купив в ближайшем маркете пачку сигарет, Джун наконец вдохнула едкий дым с никотином. Заметно расслабилась, оглядывая знакомые места. Здесь даже воздух был другим, влажность, люди и язык. Влажный воздух и шум от самолётов отзывались лёгкой дрожью в теле. На улице было душно, а когда солнечные лучи выглядывали из-за облаков становилось жарко. Прошло меньше получаса, как к аэропорту подъехала Maserati Levante. Идеально глянцевая машина остановилась в метре от парочки. Рики сразу подскачил, подбегая к машине. — Ты моя красавица, — принялся сюсюкаться тот, поглаживая гладкий капот. — Как я по тебе скучал. Джун спокойно смотрела на то, как Рики прижимался губами к машине, а из неё выходил низкорослый шатен. Яркие синие глаза манили к себе, вызывая улыбку на лице. С Джун он поздоровался кивком, а с Рики сцепился крепким рукопожатием. Девушка села на заднее сиденье, а Рики вместе с парнем устроился спереди. Стоило рыжему прикоснуться к рулю, как тот чуть ли не заревел от счастья, продолжая повторять: «Родненькая моя». — Как дела в Инвернессе? — Джун откинулась назад, положив рюкзак рядом. Посмотрела на парней, после чего более раздражённо добавила: — Рики, быстрее. Парень обречённо вздохнул, но все же надавил на педаль газа и они выехали за территорию аэропорта. На шоссе педаль скрывалась в полу, а в приоткрытые окна залетал воздух, создавая гул. — Ничего не изменилось. В универе вас хвалили перед другими студентами, мол вот так надо работать, — парень показал большой палец. — Херв уехал куда-то месяца два назад, Льюс вернулся, но потерял вас. Долго пришлось этому нарику объяснять, что вас не съели его глюканы, а он поверил неделю назад… После ломки. — Идиот, честное слово, — посмеиваясь сказала Джун. И вправду, этот мелкий так привязался к близнецам, что уезжал в штаты, пока у тех была практика. — А у тебя как дела, Финлей? Поездка оказалась быстрой, хотя когда Рики обгонял автомобили на полосе ему в след сигналили, но он не сбавлял скорость. Наслаждался моментом, иногда закрывая глаза, за что получал подзатыльник от Финлея и громкую брань. Старинные домики знакомо мелькала в окне, пока Рики ехал до дома приятеля. Рики очень долго прощался с машиной, хотя на пороге забыл про неё. Запах дерева. Никакие окрашенных стен и обоев, как в Японии. Всё отделано ольхой. Нажав на белый квадратик в стене, в доме тало ярче. Мягкое освещение подчеркивало мебель в темных тонах. Разувшись, парень направился на второй этаж, где закрылся в комнате. Джун шагнула к темно-серой двери, за которой пряталась комната в пастельных оттенках, но стол, стоявший у окна, был черным, как и кресло. Мягкий матрас промялся под весом девушки, но не скрипнул. — Я дома, — прошептала та, с полным спокойствие закрыв глаза.