Тебе не будет больно

— Боже, тебя только отпустили, а ты уже ввязывается в неприятности, — бормотал Рики, держась за переносицу. — Извини её, она не со зла. — Следи за ней, пока её на кусочки не покрамсали, больно язык у неё длин… Рики оборвал этот диалог, прижав Кисаки к стене за шею. Сделал шаг на встречу, сильнее сжимая горло, схватил прядь волос и приподнял их. — Беру слова назад. Язык за зубами держи, — отчеканил парень, заглядывая в голубые глаза. — Отпустил его. — Шуджи сжал шею Такэды плечом, прижимая голову ко лбу. Перехватил руку, которой Рики держал волосы Кисаки. В горло Ханмы уткнулся кончик ножа. Посмотрел на Джун, которая держала небольшой нож в левой руке, а правой придерживала край футболки Рики, дернула. Тот послушно отпустил шею из плена. Ханма повторил действие, после чего нож был скрыт в ножнах и кармане штанов. Рики бегло осмотрел Джун, остановился на глазах. Взял руку и вышел с балкона. Чувствовал, что она не сопротивлялась, а послушно шла через танцующих людей до двери туалета. Синие освещение заполняло комнату, воздух был пропитан запахом табака. Парень закрыл дверь, тут же подбежал к девушке и начал её ощупывать. — Что это было? — Рики ощупал карманы штанов, нащупал там очертания знакомых ножен. — Зачем они тебе здесь? — Всё в порядке. — Кто эти парни? Почему он грубил тебе? — Не отступал парень, серьёзно глядя в глаза напротив. — Знакомый. Он пытался тебя задушить, — объяснила та, и уже направилась к выходу, как её путь перегородил Рики. — Я решу твои проблемы, так что постой в сторонке. — Да какие проблемы?! Рики вцепился в плечи Джун, повернулся к ней. Долго осматривал черты знакомого лица, но не находил ничего родственного. На лице девушки появилась лёгкая улыбка, а указательный палец левой руки врезался в кадык парня. — Пау, — она вздернула руку, убрала её. — Утихомирь свой пыл и не мешай, я же всегда защищала тебя. Не поняв, был ли это вопрос или утверждение, парень слабо кивнул и отпустил девушку. Отошёл в сторону, пропуская Джун. Решила сходить на кухню за новой порцией алкоголя, но увидев там крупную фигуру парня осеклась. Прикрыла глаза, глубоко вдохнула и уверенно полагала к стойке. Перекинулась парой фраз с барменом, только потом уже сделала заказ. Парнишка с непониманием поставил жестяную банку с газировкой перед девушкой, после чего та скрылась. Зашла на балкон, где всё так же оставались Ханма и Кисаки. Последний уж слишком смешно тер шею и голову, делая глубокие глотки воздуха. Ханма вернулся на пуф и рассматривал оставленную бутылку рома. Повернулась к Шуджи, подняла его голову за подбородок так, чтобы их взгляды встретились. Уставший, скучающий Взгляд Шуджи всматривался в пустые глаза Такэды. — Не трогай его, — сквозь зубы процедила Джун, ставя газировку на подоконник. — А ты прям мамочка. — Ханма довольно улыбнулся, в глазах загорелись искорки задора. — Может и для меня будешь такой же? Правая нога с глухим звуком приземлилась рядом с пахом парня, рука сильнее впилась в подбородок, чем оторвала взгляд от ноги. — Заканчивай со своими тупыми шутками. — Если ты так хочешь меня поцеловать, то идёшь в нужном направлении. — Голос сквозил задором. Кисаки так и замер на месте, но слегка отошёл в сторону, когда на балкон зашёл Рики. Тот лишь злобно глянул на блондина, а когда посмотрел на рыжую, тут же пошёл к ней. Взял тонкое запястье, потянул на себя, заставив девушку сделать шаг назад и врезаться в парня. — Спокойно, — прошептал парень, немного склонившись. Джун слегка кивнула, высвобождая руку из хвата Рики. Повернулась к нему лицом. — Не останавливай меня, — на итальянском сказала девушка, вглядываясь в серые глаза парня. — Твои проблемы — мои проблемы, помнишь? — Помню, — так же на итальянском ответил Рики, кивая, — но я могу постоять за себя и за тебя, особенно когда дело касается такого пустяка. — Это не пустяк. — Как раз пустяк, — отчеканил парень, — не пустяк — это случай четырёхлетней давности, хотя я и тогда тебе помог. Джун качнулась, сильнее упираясь ногами в деревянное покрытие балкона. Пол из-под ног никуда не ушёл, да и воздух не кончился, но всё замерло. — Я тебя не просила тогда мне помогать. — Верно, — подтвердил Рики, — но ты в этом нуждалась… И нуждаешься и по сей день. — А вот и таланты твоей подружки проявляются, — прощебетал Кисаки как можно осторожнее. — Какой язык? — Испанский, — уже на японском ответил Рики, не отрывая взгляда от Джун. — Ещё вопросы? — Может выпьем и повеселимся? — отозвался Ханма. — А то вы такие вялые, прям врезать хочется. Джун и Рики немного подумали, перекидываясь фразами на испанском, но в итоге согласились. Кисаки лишь пожал руками, подходя к троице. — «Я никогда не…» подойдет для удаления твоего интереса? — поинтересовался Рики, опираясь спиной на окно. Глаза Ханмы вспыхнули, а губы растянулись в зловещей ухмылке. — Тогда я за алкоголем. Рики скрылся среди танцующих людей, а Кисаки уже устроился на полу в позе лотоса. Ханма, предвкушая начало игры, уселся рядом. Когда подошёл Рики с четырьмя рюмками, бутылкой водки с ромом и небольшой тарелкой. Рюмки расположились напротив каждого участника, где уже были смешаны ром и водка, а посреди стояла тарелка с грейпфрутом. Кисаки выглядел слишком нервно, когда только взглянул на «коктейль» в своей рюмке. — Не нравится? — поинтересовалась Джун, заметив дрожь в руках Кисаки. — Мы же все с одной стопки будем не в себе. — Не все, — покачал головой Рики и сел рядом с Джун. — Тогда начинай первый. Немного подумав, Кисаки решил начать с простого по типу «Я никогда не терял телефон», а все продолжили в том же русле, пока алкоголь не начал давать о себе знать. Прошло только пол часа, а вопросы становились интереснее, более личными. Ханма всё время смотрел на Джун и Рики, которые выпили стопок десять, но сидели, как будто пили воду. Кисаки поплыл со второй рюмки, отчего слова казались не особо связанными, но все их понимали. Рики пытался быть более мягким, но это редко получалась, из-за чего он громко смеялся с историй парней, когда те поясняли какое-то событие. — Я никогда не планировал убивать человека, — проговорил Ханма, смешивая ром и водку в своей рюмке. Джун и Рики переглянулись, после чего выпили по стопке. Кисаки удивлённо уставился на парочку, потом на стопку в своей руке и наконец выпил содержимое. — Оо, — протянула Джун. На лице уже виднелась лёгкая улыбка, а временами она даже хихикала. — Выдавай. — Вы тоже должны будете рассказать, — бормотал Кисаки, расплываясь в пьяной улыбке. — Мне девушка одна нравится, а она… Встречается с парнем, он, собственно, тот человек, — беззаботно выдал парень, не задумываясь о словах. — Она знает о твоих чувствах? — С некой грустью произнес Рики, хотя внешне был совершенно спокоен. Тот кивнул. — Отшила? — Дааа… — И почему ты так хочешь её? — протянула Джун, хищно смотря в голубые глаза Кисаки. — Если она отказала тебе однажды, то сделает это во второй, третий, да даже сотый раз, пока ты нуждаешься в ней. Как только ты перегоришь к ней, то она, возможно, и вспомнит про тебя. Кис, люди не могут думать одинаково, но понимать друг друга должны. — Джун потянулась за долькой грейпфрута, — Ты не можешь думать об её возлюбленном так, как она, но пойми, что сейчас шансы у тебя на нуле. Не хочу тебя огорчать, но в жизни ты это вспомнишь не раз, уж поверь старшим. Джун положила к рот цитрус и начала жевать, когда заметила любопытные взгляды напротив. — Старшим? — Задал вопрос Ханма, уже глядя на Рики, будто именно от него и ждал ответа. И он его получил. — Нам по девятнадцать, а вам лет семнадцать, максимум, — проговорил Рики, наливая полную рюмку водки для Джун. Протянул её сестре, перевел взгляд обратно на Ханму. — А по вам и не скажешь, — хмыкнул Ханма. — Ещё скажи, что вы иностранцы. Честно, впервые виду японцев ростом в два метра. Тебя, Рики, я объяснить могу, но вот Джун, — он посмотрел в стеклянные глаза девушки, — я вряд ли смогу понять почему будучи японкой она выше меня сантиметров на десять. — А, я из Шотландии, — промурлыкала Джун, стягивая рукава кофты. Предплечья оголили несколько выпуклых рубцов темно-бордового цвета, а на плечах виднелись толстые шрамы. Когда кофта лежала на коленях, глаза Ханмы зацепили множество шрамов в виде полумесяцев. Подобные следы он видел в их первую встречу, но тогда не предал этому большого значения. Рики уже сидел без большого черного худи. Подкаченные руки с множеством белесых отметин виднелись на открытой части рук. — Я из Испании, но позже переехал в Шотландию, — сказал парень, взяв рюмку с ромом. Выпил залпом, — Что тебе ещё интересно? — Вы выглядите очень похоже… — пробормотал Кисаки, глядя на «близнецов» — Случайная встреча. Мы были знакомы с лет трёх? — Рики перевёл взгляд на кивающую Джун. — Вас это не касается, — отрезала Джун, покачивая головой в такт музыки. — Кис, я тебя немного шокирую, но если в твоих планах есть убийство, то делай его сейчас. Поверь, лучше отсидеть пару лет, потому что ты несовершеннолетний. Он подтвердит, — Джун пальцев указала на Рики, расплываясь в пьяной улыбке, — Я помогу с адвокатом, если нужно, но если это из-за девушки, то я не помогу. Забей хуй на неё, ты достоин, — девушка осеклась, — всё достойны того, чтобы быть любимыми другим человеком такой любовью, которая будет для тебя комфортной. Если тебя не кормили любовью с серебряной ложки, ты научишься слизывать её с ножей, но не забывай то, что ты можешь пораниться. — Разве? — Ханма вновь смотрит на Джун выжидающим взглядом, как в их первую встречу. — Не все могут любить… — Но каждому это нужно, — перебил Рики. — После нескольких лет жизни с Джун я до сих пор гадаю, что было бы со мной, если бы не она. — Я тебя не люблю, — отрезала Джун, глядя на Рики. — Ты схоронила эти чувства. И продолжаешь это делать, когда даже их капля просачивается через твой грунт. — То есть вы просто друзья? Кисаки продолжал смотреть на новых знакомых, пытаясь понять их. — Нет, — твердо ответила Джун, глядя на Ханму. — А ты мне очень напоминаешь меня в твоём возрасте, только наркоты не хватает… Ко рту Джун припечаталась рука Рики, заставляя ту замолчать. Он с надеждой посмотрел на девушку, умоляя не говорить лишнего. — Я что, не могу сказать очевидное? — проборматала Джун, заставляя Рики убрать руку. — Хорошо… Эх, следующий вопрос, Ханма. — Я никогда не подвергался насилию со стороны родственников. Рики обеспокоенно начал смотреть на Джун, руки которой пробрала мелкая дрожь. Рюмка водки подрагивала в длинных пальцах. Быстро выдохнув, Джун залпом осушила рюмку, с грохотом поставив её на пол. Рики тоже выпил, но рюмка почти без звука была поставлена на пол. — Пошлите танцевать, а то Кисаки скоро блевать будет, — сказал Рики, протягивая руку Кисаки. Тот её не принял, зато упал на спину и начал сопеть. — Я пригляжу за ним, идите. Рики устроился рядом с Кисаки, доставая пачку сигарет из кармана. Джун и Ханма пошли на танцпол, где в полную мощность играла иностранная музыка. Джун сразу построилась под ритм и уже танцевала в самом центре, задевая людей кудрявыми волосами. Несколько парней оглядели девушку, скрывая свои улыбки. Ханма остался в сторонке, молча наблюдая за всем, пока на горизонте не объявился Мочизуки. Канджи резко пристроился рядом, а Джун продолжала извиваться так, словно никого рядом и не было. А Джун не обращала на него внимания, порой даже не замечая Канджи, пока тот не схватил её руку, притягивая к себе. — А ты изменилась. Джун проигнорировала, пытаясь отпрянуть, но ничего не получалось. — Какая ты молчаливая, — продолжил Канджи, сильнее прижимая талию Джун к себе. — Трусиха, значит ты меня обманывала? — Ну а кто кого не обманывал? — Девушка сконила голову, глядя в глаза парня. — Ты мне изменял, а я всего-то соврала на счёт возраста, милый мой. В голове уже правил алкоголь и последние капли инстинкта самосохранения ушли на второй план. Сейчас хотелось скандала, рассказать обо всём, что ей пришлось пережить из-за него, но она усердно держала себя в руках. — Разреши кое-что прояснить, — начала Джун, когда рот Канджи начал открываться, — Я не ходила на лево и никогда не заставляла тебя. Если все твои действия — это наказание за мою ложь, то представь что будет с тобой. — Ты только сейчас созрела для такого вывода? — с издёвкой произнес Мочизуки, делая шаг в сторону, уплетая с собой Такэдэ. — Ты же правда трусиха, как твой брат, — с разочарование проговорил парень. — Я поняла, — сказала Джун, — Ты вечно довольствовался вторым и третьим местом, потому что ты ни для кого не был первым и кем-то особенным. Тебя воспринимали, как кулаки и секс-машину, из-за чего каждая твоя драка и секс, — Джун сделка улыбнулась, — а он у тебя ужасный, превращаются в попытку оправдания собственной слабости. Я жалею, что не ушла раньше, но мне было тебя жалко. Жалость — это был бы прекрасный повод оправдать все твои поступки, не так ли? Но знаешь что? Ирония заключается в том, что ни один человек не обязан выслушивать всё то дерьмо, которое льётся из твоего рта. Пожалуйста, подчёркиваю, пожалуйста, отпусти меня сейчас, пока не стало хуже. Канджи потерял дар речи, отпустил Джун. Девушка отошла и только сейчас заметила, что музыка перестала играть, и все люди скучковались вокруг неё и Моччи. Ханма быстро схватил Джун за руку и дёрнул, но та не сдвинулась с места, продолжая смотреть в карие глаза Канджи. — А если ты не понял, то просто иди нахуй. — Джун расплылась в широкой улыбке, только после чего сделала шаг в сторону Ханмы. Люди вокруг шептались слишком громко, кто-то восхвалял девушку, а кто-то поливал её помоями, но когда заметили Ханму, сразу утихли. Парень с ужасом в глазах смотрел на девушку, которая явно решила отдать лишнюю жизнь для оскорбления своего бывшего. — У тебя пара лишних жизней в кармане лежит? — прорычал Ханма, стоило им отойти от толпы людей. — Да ну, он толком мне ничего не сделает, — слишком громко произнесла Джун, смеясь. Люди вновь покасились на неё, потом на Канджи, который был готов взорваться. — А я говорил, что у неё язык длинный, — пробормотал Кисаки, продолжая лежать на полу. — Это я знаю, — обречённо произнес парень и присел рядом. — Она даже на свою приемную мать вылила ведро помоев, только потому что она ударила её по спине. Кисаки притих, а потом снова начал сопеть. Рики с надеждой глянул на Ханму, который выглядел слишком сосредоточено и злобно. Толпа начала шевелиться, а из неё вышел Канджи. В это время собрались все люди, даже бармен выглянул в зал. Ханма попытался прикрыть собой Джун, но та сделала шаг в сторону, после чего Канджи прижал её к стене. Упёрся рукой в сиреневую стену и сквозь зубы процедил: — Думаешь, что выставив меня куском дерьма можешь спокойно идти дальше? — Разве куском? — Наигранно удивилась Джун. — А мне показалось, что целым. Джун пожала плечами, издевающе улыбаясь. Ханма в сторонке прикрыл улыбку рукой. — Я тебе сейчас всеку. — О, а ты знаешь, что ледники на три процента состоят из мочи и дерьма пингвинов? Толпа начала приглушённо посмеиваться, а лицо Канджи немного расслабилось. Он глубоко вздохнул, но ничего не сказал, тогда Джун продолжила: — Но, из-за того, что ты не дерьмо пингвина, то может стоит извиниться перед деревьями, которые восполняют кислород, который ты тратишь? — Прекрати, мне не до шуток, — отрезал Канджи. Даже в мелькающих белых лучах было видно его красное лицо. — Ну так ударь, впервые что-ли? Давай, бей, не стесняйся. — Джун развела руки в сторону, когда Канджи уже начал замахиваться. Оглушающий крик заполнил комнату. Кто-то догадался включить свет и уже тогда все увидели насквозь прорезанную кисть Канджи. Сзади стоял Рики, вдавливая острие ножа глубже, тогда как Джун стояла перед Канджи с яркой улыбкой. — Научись уважать окружающих, — прорычал Рики, вытаскивая нож. Тихо подошёл к Джун, отодвинул её и встал перед Канджи. — Может тогда тебя будут воспринимать, как человека? — Я в ментовку напишу. — Канджи явно пытался скрыть боль, но слова выдались такими неуверенными, от чего Рики с печалью посмотрел на него. — У нас сняты все побои и записаны последние два акта, так что подумай хорошенько. Джун глянула на балкон, где Ханма помогал Кисаки устоять на ногах, а тот лишь с изумлением и восхищением смотрел на эту парочку. Джун мягко улыбнулась и помахала ему, после чего вновь посмотрела на Рики. Канджи сделал шаг назад и скрылся в толпе, после чего последовали громкие крики. Кто-то и впрямь восхищался этим поступком, а другие пытались отстоять честь Моччи. — Поехали домой? — Джун шагнула вперёд.