Желания мучеников

Прошла уже неделя со дня смерти Аль-Хайтама. Дело было решено закрыть, хоть вскрытие и выявило небольшие насильственные повреждения, но показания всех преподователей указывали на, возможно, скрытую драку, так как парень в кругах сверстников далеко не был любимчиком. И это всё указывало на то, что действительно был совершен суицид. Но Сайно не мог с этим согласиться. Отчеты о жизни, о здоровье, показания друзей. Всё это указывало на то, что это самая маловероятная вариация. Мужчина стучит ручкой по столу и вчитывается в показания одной из указанных подруг Аль-Хайтама. Дехья. *** — Как давно вы были знакомы с Аль-Хайтамом, — Сайно ведёт допрос, пока подчинённые записывают каждое слово. — Не менее трёх лет. Близкое общение было около года, — Дехья говорит спокойно, но голос дрожит. Девушка никак не могла принять произошедшее. — Расскажите полностью свой день с 11.12 по 12.12. — Я проснулась как обычно… Утро девушки начинается до того как встало солнце. Классические сборы, умывание и рутинные ритуалы. Следом поездка до университета, где проходят нудные пары, однако на большой перемене она встречается с Хайтамом в библиотеке. Завидя парня, она подкрадывается к нему со спины и начинает щекотать. Он вздрагивает и недовольно смотрит на подругу, но почти сразу слабо улыбается. — Тами, давай встретимся после учёбы? Открылось новое игровое кафе и ты не можешь отказаться. Я знаю, что тебе недавно пришла стипендия, — Дехья усмехается и тычит парню в руку своим пальцем. — Даже если и так, — Хайтам берёт Дехью за палец и убирает от себя, — У меня сегодня есть дела в университете, а также четыре пары. Я буду долго тут сидеть. — О, да ладно! Ты каждый раз говоришь, что у тебя есть дела, но не говоришь какие! — Девушка закатывает глаза и отодвигается, — Я могу подумать, что я ты просто не хочешь со мной общаться. — Ты так сильно хочешь пойти туда? Ты же даже ни во что не играешь. — Я хочу поговорить со своим другом. Погулять, пообщаться, знаешь о таком? И да, я не играю, а ты задрот. Поэтому будешь меня учить. — Ладно, — Тяжело вздохнув Хайтам кивает головой, — Я буду свободен ближе к семи вечера. Если хочешь, то можешь подождать меня. — Отлично! Я буду ждать тебя и только попробуй не прийти. Вовек проблем не оберешься. *** — Вы сказали, что у него были дела, но какие именно он вам не говорил? — Да. Последние два месяца он постоянно задерживался. Я пыталась узнать что с ним, но Хайтам всегда говорил, что просто берёт дополнительные задания, чтобы подтянуть учёбу, — Дехья сглатывает ком в горле, но вскоре продолжает, — Но я не думаю, что это так. Он всегда хорошо учился, даже отлично. Можно по пальцем пересчитать сколько раз он пропустил занятие! С ним что-то происходило, но я не смогла ему помочь… — Хорошо, что было дальше. *** Дехья уходит от Хайтама минут через пять, после краткого разговора. Возвращается на пары, которые проходят, на удивление, слишком хорошо. Девушка уже расчитывала, что этот день будет прекрасным, ведь её близкий друг спустя долгое время всё же согласился выйти погулять. Осталось только дождаться Аль-Хайтама. Дехья выходит из кабинета, надеясь подождать парня в библиотеке. Спокойно спустившись в нужное помещение, Дехья берёт свой телефон в руки, начинает читать какую-то статью и ожидать сообщений. Её уединение разбивает Лайла, что обеспокоено бродит из угла в угол. Это мельтешение крайне мешает, поэтому, выдавливая улыбку, девушка останавливает её. — Лайла, что случилось? Ты ходишь туда сюда уже десять минут, — беря девушку за плечи, спрашивает Дехья. — Я… Я чувствую что-то плохое, поэтому мне нужно пятьдесят пять раз пройтись по плитке, чтобы этого не случилось. — А я тебя сбила, да? — Да… На сорок восьмом разе. Ладно, я просто начну сначала, со мной всё в порядке. — Угу. Хорошо, извини. Дехья отходит от девушки, видит, что на её телефон пришло сообщение от Хайтама, но там всего лишь цифра 30. И что это может значить? Не успел дописать номер кабинета? Девушка была недовольна этим, уже собираясь уходить она заметила, что Лайла замешкалась и перестала ходить. Вопросительно посмотрев на неё, она услышала. — Я не успела… Что-то плохое случилось. — Это всего-лишь твои мысли, тебе не следует беспокоиться. Лучезарно улыбнувшись, девушка вышла из библиотеки и направилась на третий этаж, в попытке найти нужный кабинет, вот только на выбор было аж девять. Однако слова Лайлы и в ней поселили страх, ведь просто так Хайтам бы такой квест не сделал, значит, действительно, что-то случилось? Дехья попыталась отогнать от себя это и более уверено открывала двери. Первая — пусто, вторая — тоже, третья вообще закрыта, четвёртая — там сидит какой-то преподователь, которого она не знает. Оставшиеся три двери тоже из себя ничего не представляют, но вот девятая… Девятая дверь заставляет чуть ли не поседеть. Дехья шокировано открывает рот, срывается с места и бежит к бездыханному телу, что свободно висело в петле. Обездвиженое, бездыханное тело. Её лучший друг, что теперь не жив… А на его щеках, что теперь так бледны, словно мел, видны следы от слёз. Аль-Хайтам повешен в кабинете и пытался сказать это? Хотел предупредить? Или попросить помощи? Что это значило… Девушка снимает его оттуда, прижимает к себе и со слезами зовёт на помощь. Она кричит так, что слышит весь этаж, а голос срывается. На эти душераздирающие крики сбегаются несколькими преподователей и охрана. Её просто выдергивают из кабинета, выставляют в коридор, пока она пытается ворваться обратно. А следом всё как в тумане. Огромная боль, что сжирает всю грудную клетку, побитые костяшки и вырванные клоки волос, мигалки полиции, скорой помощи, допрос… *** — Значит ваше нахождение в библиотеке могут подтвердить? — Да. Лайла, библиотекарь, камеры… — Хорошо. У Аль-Хайтама были неприятели? — Конечно. Он не был особо дружелюбин, но это только оболочка. Однако многие не пытались понять его, поэтому ставили на нём клеймо и часто вступали в словесные перепалки… — Дехья закрывает глаза и пытается вспомнить всех, кто мог бы иметь к этому делу причастие, — Карим с ним вообще не ладил… Никак. — Ага. Сокурсник, — Сайно ставит себе пометки на бумаге, — по вашему мнению Аль-Хайтам мог совершить суицид? — Нет, — Дехья смотрит прямиком в глаза следователя, — Да, его жизнь была сложная. Он просто был закрытым, боялся близости, привязаться и многое другое, что связано с социализацией! Но никогда… Никогда Тами не говорил, что хотел умереть. Как бы сложно не было, чтобы не случалось. Ни разу не упомнял. Он только хотел спокойствия, размеренную жизнь. — Понятно. Хорошо, мы зададим ещё несколько уточняющих вопросов. *** Сайно дёргается, отрывается от записи и видит Тигнари, что обеспокоенно смотрит на того. Мягкая рука лежит на плече, слабо сжимая её. Мужчина просто улыбается тому, но понимает, что одной улыбкой он не справится с напором юноши. — Ты снова работаешь даже ночью! Ты же знаешь как это вредит твоему здоровью, — рука с плеча падает на голову, специально давя, будто в наказание. — Знаю, знаю, но это дело… — Сайно смеётся и закрывает досье, — Я не верю, что Аль-Хайтам совершил самоубийство. Всё указывает на то, что это убийство. — Сайно, — Тигнари обеспокоено говорит, садится на край стола, заслоняя собой это, — Почему нет? Я учился с ним и он всегда был одиночкой. Только одна девушка с ним говорила, а многие осуждали, обсуждали. Ему могло быть одиноко. — Могло! Но то сообщение, что он отправил Дехье. Если бы он повесился, то сразу бы дописал, не стал бы соглашаться на встречу. Нари, моя работа и заключается в том, чтобы узнать правду. — Тебе нужно поспать. Которую ночь ты уже проводишь у меня, но не со мной? Быстро пошёл спать. Отказы и возражения не принимаются. — Хорошо-хорошо. Идём. Сайно устало вздыхает и всё же покидает «своё» рабочие место, а точнее эксплуатируемый стол Тигнари. Но сам для себя решил, что это дело обязательно раскроет. *** Утро Кавеха начинается с ужасной боли в руке. Он еле открывает глаза и смотрит на аккуратно перевязанную руку. Это сделал сам Кави? Ничего в голове — пустота. После бега от собак всё будто плывёт в мыслях и воспоминания тоже, особенно, когда он уже сел в машину. Даже то как Тами помог ему в ванной. Ещё его удивило, что в этот раз его никто не будил. Кавех смотрит на время, а уже не менее одиннадцати утра. Неужели Хайтам действительно иллюзия? Он несколько ночей был без сознания и это ему показалось? Хайтам резко входит в комнату, ударяя дверью по стене, а Кавех вздрагивает и в мыслях пробегает «К счастью нет». Он оборачивается и даже позволяет себе недоулыбку, но видя, что Тами держит в руках чай, кашу и какие-то Богом забытые конфеты, распахивает глаза от удивления. — Я уже думал, что ты откинулся, — На стол с грохотом ставится вся эта еда, — Рад знать, что нет. — И тебе доброе утро… — Кавех садится за свой стол и смотрит на завтрак. — Ешь. — Не помню, чтобы подписывался выполнять твои приказы, — Кавех вспоминает эту фразу Хайтама и отвечает ей же, но есть хочется ещё со вчерашнего дня, поэтому начинает его есть. — Не подавись, у нас ещё много работы, — На стол следом упал потрёпанный блокнот. — В этом ты ошибаешься. Сегодня я буду занят очередным зачётом. Если время останется, то может быть посмотрим. — Что значит «Может быть»? И какой зачёт? Как ты собираешься его писать? У тебя рука чуть ли не на сквозь проколота. — И что? Я не могу оставить компьютер тебе, он мне тоже нужен, — Кавех цыкает, не хотя спорить из-за этого. — Ты издеваешься? Тебе нравится так жить? Видеть труп, призрак, душу, я в душе не ебу кто и что я, но не живой человек! И даже не твоя конченая фантазия! Я не хочу существовать и чувствовать внутреннюю боль, переживание и вечный холод! Я хочу упокоиться! — Ладно, ладно успокойся, — Кавех удивлённо посмотрел на того, понимая, что такое существование очень тяготит Хайтама, — Для начала пойми, что это зачёт по философии, на который я выделил только неделю. — Философия? Я помогу. Дай мне конспекты, я прочту. — Ты же ничего не помнишь? — По такой логике я и слова должен забыть. Я не помню свою жизнь, но знания остались. Этой ночью, пока ты спал я решал примеры. Интегралы, логарифмы, задачи на варианты. Я не могу спать, я не чувствую потребности, мне нечего делать, — Хайтам активно жестикулирует, показывая свою горечь. — Ты умеешь убеждать. Но моя рука всё ещё болит, поэтому поиск займёт куда больше времени. — Меня устраивает. Кавех тяжело вздыхает, понимая, что повёлся на эти манипуляции Хайтама и то, что зачёт теперь сдать будет куда более сложнее, чем он думал. После своеобразного завтрака Кавех садится разгребать этот блокнот. Хайтам качается рядом на стуле, ибо его не подпустили к аппаратуре. Слишком дорого, опасно и на нём много важной информации, поэтому Кавех работает один и заходит в первый попавшийся аккаунт. Самая основная соц сеть и почему-то они оба не подумали, что будет крайне странно увидеть мертвеца в сети… Однако они не думают об этом. Заходят в диалоги и читают их. Это занимают кучу времени, прошло не менее четырёх часов, а они только закончили. Дальше обычная почта, игровые аккаунты, даже по номеру прошлись. А за окном уже была ночь, остались только одна почта. Для учёбы. Кавех уже сдался, как и сам Хайтам, а на самом аккаунте только письма преподавателей, других студентов, с которыми были совместные работы. — А там что? — Хайтам указывает на неизвестный адресат, — Логин и пароль? Но от чего? — А вот это уже странно, — Кавех уже собирается кликнуть на этого отправителя, но приходит сообщение на страницу парня. Кавех вздрагивает, ибо это пугает, но всё же переключает вкладку браузера и видит, что сообщение от Дехьи. В не самом светлом контексте и содержании «Какого хера Аль-Хайтам в сети? Кто ты и зачем зашёл на его страницу?». — Думаю, что стоит ответить более подробно, иначе у нас проблемы будут. — Ну, стартуй, она вроде была моей подругой? Вдруг что-то знает. Кавех кивает и быстро набирает сообщение: " Привет, я Кавех. Это может показаться странным, но я был у Фаины и мы разговаривали с ней. Она попросила разобрать вещи Хайтама, и я нашёл там блокнот с паролями. Я просто не верю, что он убил себя, надеялся найти что-то здесь, но тут пусто… «. Парень отправляет сообщение и оно сразу становится прочитанным. Незамедлительно приходит ответ от девушки «Ты же из архитекторов? Тогда поговорим в университете». Кавех тяжело вздыхает, переводит взгляд на Хайтама, а тот выглядит явно заинтересованным, но тем не менее грустным. Аль-Хайтам хотел помнить своих близких, свою бабушку, свою подругу, всех кто его окружал. Кавех вздыхает и возвращается к тому сообщению с данными аккаунта. Он копирует их, и у него бешено бьётся сердце. Неужели они сейчас узнают отгадку, поймут что-то важное… Это так странно и так волнующе. Кави копирует данные, переходит на новую ссылку в браузере и… Ничего. — Аккуант удалён… — Ты сможешь его восстановить? — Вероятно нет, он создан на другой номер телефона, а у нас и твоего даже нет, — Кавех устало вздыхает, — Это бесполезно. Только время зря потратили. — Не думаю. Посмотри на логин, там цельное слово, но в иероглифах. — Думаешь это имеет значение? И как ты это понял? Тут вообще ничего не понятно… — Кави смотрит на экран, где чётко вырисовывается логин: κόλεκδίκησηασιν — Символы имеют последовательность. Те, что посередине будто имеют что-то общее. — Ну, давай посмотрим, делать всё равно нечего, — Кавех открывает переводчик, но меж тем наклоняется к Хайтаму и нюхает его волосы. Тами вздрагивает и отскакивает от него. С непониманием и смотрит на того, пока Кавех крайне плохо скрывает усмешку. — Я просто подумал, что ты не принимаешь душ, не чистишь зубы и вдруг воняешь? Мне нужно знать с кем я общаюсь. — Ты больной? Мы что в омегаверсе, чтобы как-то вонять? Если тебе так важно, то я могу и помыться. — Ты не воняешь и мы не в том, что ты сказал. Я просто удостоверился, а ты смешно пугаешься, — Кавех всё же переводит взгляд на экран и вставляет скопированный логин. Переводчик ничего не выдаёт, тогда Хайтам берёт мышку в свою руку, удаляет пару ненужных иероглифов и на экране появляется слово «месть». Кавех и Тами переглядываются с неким ужасом и страхом. Кави собирается сделать скриншот, но парень снова перехватывает мышку. Вставляет иероглифы вновь, удаляет уже полное слово, и из остатков получается «наказание». И тогда это действительно становится странным, страшным, пугающим. Кавеж трясёт головой и всё же делает фотографии аккаунта, перевода. — Это ценные улики… Наверное. С ними можно пойти к Сайно, он тогда возобновит работу по делу. — Отлично, а теперь иди обработай рану и поешь. Весь день за компьютером, — Хайтам встаёт со своего кресла и надменно цыкает. — Из-за кого я тут весь день сижу?! Кавех это уже кричит вслед парню, но тот просто уходит, а Хайтам даже не задумывается о том какое же это своеволие! Призрак бродит по дому, трогает его вещи, готовит ему и даже играет в его чёртову приставку, хорошо хоть игры его! Но Кави это сейчас уже не волнует, ведь по сути он уже привык к тому, что в его доме находится кто-то другой. Это было чувство нужности, того, что хоть кому-то он может помочь, исправить всё и быть лучшим в глазах. Это чувство гложило эго Кавеха. Ему нравится то, что у него есть больше сил и способов решить проблему Хайтама. Неужели это действительно было искупление за тот грех? В течение трёх дней Кавех и Хайтам готовились к зачёту. Кави надеялся, что за неделю хоть что-то сможет выучить, но сообщение о том, что зачёт перенесли на завтра убило в нём все надежды. Он настолько отчаялся, что даже раздражающий Хайтам не мог исправить это, хотя очень старался надоесть как можно сильнее, но было понятно, что придётся брать всё в свои руки и помогать. Но ко всему этому добавилось то, что рука продолжала болеть и держать ручку было больно, писать в том числе. Хайтам уже просто сдался, чтобы что либо предпринять с Кавехом и даже не просил пойти к знакомому полицейскому, просто ждал, чтобы тот уже сдал зачёт. Сам же Кави корил себя за безответность раннее, а сейчас ещё и за бездействие. К тому же и с Дехьей договорились встретиться после. В день Х Кавех сидит в кабинете, нервно стуча ручкой. Преподаватель наотрез отказался переносить для него зачёт, полностью забив на израненную руку, а вариант сдавать устно не устроил его ещё сильнее. Поэтому сейчас он стучит по парте ручкой, а Хайтам стоял над душой, пилил взглядом, но молчал, лишь тяжело вздыхал, что нагнетало обстановку. Как только их вызвали доставать билеты, то Кави рванул первым, надеясь на свою удачу и вытянуть что-то попроще. «19 вопрос: Теологическая философия средних веков». Кавех тяжело выдохнул и руками обхватил голову, пытаясь хоть что-то вспомнить. Хайтам видит и садится рядом на стул, хорошо, что его отодвинули заранее. — Средневековой теологической философией называется ведущей философское направление, распространенное в Фонтейне, — Хайтам следит за тем, чтобы Кави успел записать, но видит, что его рука дрожит. Видимо от боли, — В V–XVI вв., которое признавало Селестию в качестве высшего существующего начала, а весь окружающий мир — Его творения. — Повтори после начала… — Кавех устало вздыхает и разминает пальцы. Он не поспевает за словами. — А я ведь говорил тогда не беги… Нет бы послушать, так началось. А сейчас я ещё и подстраиваться должен, чтобы ты успевал, — Хайтам специально надменно вздыхает и продолжает, — А весь окружающий мир — Его творения. Аль-Хайтам смотрит за тем как Кавех пишет. Тот крайне зол из-за того, что ему приходится слушать все эти упрёки, издёвки. Однако Хайтам не особо-то хотел издеваться, скорее просто приподать урок, но видя дрожащую руку, кривой почерк и сжимающиеся вены на шее. Это давало понять, что тот не в состоянии нормально переписать. — Дай мне ручку. Я сам напишу. — Если заметят летающую ручку, то будет много вопросов, — Кавех говорит еле еле шёпотом. — Тогда просто не мешай и не возникай. Да и руку держи так, мол сам пишешь. Хайтам встаёт со стула и максимально сильно приблизился к Кавеху. Тот позволил взять ручку и свою перевязанную ладонь положил поверх холодной Тами. Он не давил, даже наоборот старался не прикасаться, пока парень выводит буквы, что должны были походить на его. Такие же трясущиеся, дрожащие и не аккуратные. Хайтам устало вздыхает, а лист всё не заканчивается, как и текст. — Отодвинься, я сяду. — Куда? Мне на голову? Пиши давай. — Очень смешно, но нет. Я не могу стоя писать при таком наклоне, чтобы подойти на твой корявый почерк. — Если я получу два, то я твою душу вновь закопаю, понял? После этих слов Кавех все-таки двигается, позволяя Хайтаму сесть на свои ноги. Кави выглядывает из-за плеча парня, свиряяясь с тем, что текст верный и его не обманывают. Тами же добросовестно оказывает обещанную помощь. Так старается вывести каждую закорючку, букву. Даже ошибки грамматические оставлял, чтобы точно было похоже. Проходит не менее пятнадцати минут как Хайтам заканчивает писать и, закончив, вальяжно пересаживается на своё место. — Спасибо, Хайтам, — Кави искренне благодарит его, когда перечитывает написанное. — Иди сдавай и пойдём до твоего Чайно, Майно или как там. Кавех не отвечает и просто уходит к преподавателю. Тот слушает его, просматривает работу и очень активно хвалит, ведь с больной рукой и столько написать! Даже извиняется перед ним, замечая эти буквы. Кави же смеётся, говорит, что просто испытание жизни и довольный уходит. Хайтам за ним хвостиком выбегает из аудитории и сразу слышит претензии. — Во-первых, тебя нельзя использовать, как кондиционер. Ты нагреваешься. Во-вторых, Сайно. Его зовут Сайно. И чтобы встретиться с ним нужно договориться с его другом, но он вёл дело по твоему убиству, но встретить Тигнари не так просто. В-третьих, у нас ещё разговор с Дехьей, — Кавех останавливается и смотрит на того с неким беспокойством, — Ты точно хочешь слышать этот разговор? — Я молчу про твой первый факт. К твоему сведению он мерзкий. А про разговор — нет, я хочу его слышать. — Я бы поспорил кто ещё тут мерзкий. Кавех хмыкает, но ничего не говорит. Просто идёт в библиотеку, где назначена встреча. Самая крайняя стойка, где небольшой столик и где однозначно не ловит интернет. Сколько ждать девушку неизвестно, поэтому Кавех вместе с Хайтамом берут одну из книг и садятся рядом читать. Самая обычная, ни чем не интересная, для Тами. Однако вполне пригодная для Кавеха. Сюжет простой, самая типичная драма, но у Тами нет выбора и он читает её. Дехья приходит достаточно быстро, но нельзя сказать, что она сама рада встрече. Девушка выглядит потрёпанной, волосы в тугом пучке, а под глазами синяки, что пытались замазать тональником. Дехья кивает и садится на свободный стул. Смотрит на Кавеха с подозрением. На это же Кави отвечает улыбкой, садится рядом и пытается сделать обстановку более конкретной. — Привет, — Девушка выдыхает, — Ты ведь не был его другом. Он бы сказал. — Привет. Да, мы не были друзьями, но были знакомы. — Но ты знаком с его бабушкой? Удивлена, что он удостоил такой чести знакомого, но не подругу, — Дехья перебивает его, будто сразу настраивается на плохое. — Я познакомился с ней после смерти Хайтама. Помог ей, поговорил, она попросила разобрать вещи и там я нашёл блокнот. И ты, и я думаем, что его убили. — Покажи ей данные аккаунта, — Хайтам встаёт рядом, — Дай мне ручку. Я хочу написать, что я тоже здесь. Кавех сдерживается, чтобы не посмотреть на того с изумлением. Но он слушается, ведь не хочет, чтобы только его считали безумцем. Достаёт ручку из сумки кладёт её на стол, а следом достаёт телефон. Видит изумленный взгляд Дехьи и показывает фотки. — Это я нашёл у него на почте для учёбы. Неизвестный отправил ему данные от нового аккаунта, а это, — Кавех смахивает фотографию и показывает переводчик двух слов, из которого состоит логин, — Перевод… Девушка с неким страхом двигается ближе. Смахивает фотографии, рассматривает, сверяется. Кави же поворачивается на Тами и видит, что тот в некой панике. Он пытается схватить ручку, но его пальцы проскальзывают сквозь неё. Кавех в неком шоке. Кладёт свою ладонь на ладонь парня, тогда у него получается взять ручку, но стоит отпустить как она снова падает. — Дай мне данные от этих двух, нет трёх, аккаунтов. Я смогу пробить айпи адрес и узнать отправителя, — Дехья говорит быстро, но замечает, что Кавех вообще не смотрит на неё, — Кавех ты как? — А, да, да. Я скину тебе всё это как буду дома. У тебя есть подозреваемые? — Кавех отводит взгляд от Хайтама, который явно на грани сумашествия и истерики с тем, что в присутствии других не может поднять чёртову ручку. — Есть один. Карим. Я ему не доверяю от слова совсем. Ни раз они дрались, а мне приходилось разнимать, — Дехья устало трет глаза и встаёт со своего места, — Ладно, я пойду. Вот только. Если пойдёшь к его бабушке, то возьми и меня. — Конечно. Удачи. Кавех и Хайтам провожают её взглядом. А стоит ей уйти, как грёбанная ручка легко поднимается, будто Тами был рождён с ней. Вот только это её не спасает от падения на кафель. Парень бросает её и устало плюхается в кресло. Кави же просто молчит и смотрит на того, понимая, что это ужасно сложно и в попытке понять, что вообще произошло. Аль-Хайтам не может показывать себя при виде других? Только если Кавех воздействует вместе с ним? Селестия не хочет, чтобы им помогали извне и им придётся работать самим. Но Тами понимает, что дело вообще не сдвинулось. Они ничего не узнали полезного, только какой-то странный аккаунт и даже это ничего не дало. Хайтам злится из-за этого. Ему больно от того, что он не помнит ничего, что видит как другие страдают из-за его «самоубийство» и, вероятно, он рад, что Кавех незаинтересованная в этом личность. Кавех же просто молчит, понимая, что Хайтаму нужно успокоиться, пережить, как бы странно это не звучало, эту ситуацию. Понять, что тот действительно утратил связь со всеми, кроме самого Кави. И сам парень понимает, что это ужасно жестоко по отношению к умершему. Но его продолжает терзать вопрос: подарок судьбы это или ловушка? — Кавех, у тебя что-то случилось? — Миловидная девушка, небольшого роста села рядом с ним. — Оу, Лайла… Привет, — Кавех смеётся, будто ничего не было, — Нет, нет. Всё хорошо, просто устал после зачёта. А ты как? — Провалила устный зачёт. Преподаватель слайчано скрипнул стулом, а из-за своего ОКР я ждала ещё два скрипа. Ну и сбилась с мысли, после чего провалилась. Кавех слабо смеётся, мол так и надо, но взгляд его прикован к Хайтаму. Тот же сидит поникший рядом, пытается перелистнуть страницу той злосчастной книги, но в присутствии Лайлы это не выходит. Кави становится его крайне жаль, хочется что-то сделать все-таки для парня. И удивительно быстро он переводит взгляд обратно на девушку. — Лайла, ты же гадаешь? Можешь и мне погадать? — Ты думаешь, что гадание может помочь? Хотя нет, правильнее будет спросить ты в это веришь? — Хайтам с неким изумлением смотрит на того. Как на дурака. Услышав это, Кавех пинает Тами по ноге, чтобы тот не возникал. На это Хайтам морщится, но не злится. Такая слабая боль давала осознание, что он всё ещё существует. Хоть для кого-то в этом мире. — Конечно, а на что? — Девушка воодушевилась, достала свои карты Таро и начала перемешивать. — На смерть Аль-Хайтама. Лайла раскрывает глаза от удивления. Но ничего не возражает, ведь Кавех её друг, а она лишь хочет помочь тому, поэтому перемешивает свои карты, начинает раскладывать и концентрируется на том парне. Но карты не слушаются, выпадают, мешаются. Будто сами не хотят говорить правду. — Это всё бред полнейший… — Хайтам тяжело вздыхает и встаёт со своего места, начиная ходить из угла в угол. — На этом стоит непрогляд. Я ещё не так хороша в гадании… Могу посоветовать тебе сходить в лавку Моны Мегистус. — Спасибо, что попыталась. Кавех и Лайла ещё немного болтают, но парень чувствует напряжение из-за Хайтама и его недовольства, поэтому разговор получается недолгим и они достаточно быстро уходят. Кави смотрит на того с печалью, пониманием, состраданием. Они молчат, не разговаривают. Сам Хайтам даже не хочет как-то язвить или начинать распри, просто следует за парнем. А на улице всё краше. Магазины увешены гирляндами, усыпаны снегом улицы, всё будто в снежном шаре. Мороз остро колет кожу, заставляя её розоветь, а кости пробирает холод. Где-то слышен радостный детский смех, а где-то обсуждения студентов о сессии, новом годе, преподователях. — Как думаешь какой подарок понравится твоей бабушке? — Раскрытое дело о смерти её внука. — Согласен, новый сорт чая будет идеальным подарком.