Место встречи изменить нельзя

      И всё-таки, несмотря ни на что, отдых определённо удался. Место действительно оказалось отличное: небольшой парк вокруг корпусов плавно переходил в лес, в отдалении блестела на солнце водная гладь озера, по которому сновали маленькие лодки. Была во всём этом поразительная гармония цивилизации и природы. А воздух какой … Не то что в суетливом и стоящем в пробках городе.       Да и время было удачное: начало мая, когда зима уже полностью отступила, давно растаял снег, и вся талая вода ушла. На деревьях появилась молодая нежная листва, но до летней одуряющей жары было ещё далеко.       Конечно, по случаю выходных по базе бродили толпы таких же отдыхающих, как они, но территории хватало на всех. Разве что в столовой, во время обеда, было настоящее столпотворение, но их компания быстро сообразила, что имеет смысл прийти где-то через полчасика: и очереди не будет, и места освободятся, и набор блюд будет полным.       А ближе к вечеру мужчины нашли место для шашлыка – тоже весьма удачно: вроде и немножечко в стороне от всех, но в то же время недалеко от корпуса. Ридель даже уверял, что в той компании, которая гуляла неподалёку от них, несильно шумящие люди.       — Олли, шашлык замечательный. Ты прямо мужчина моей мечты, — нарочито восторгалась Брилл.       Своей цели она добилась – рядом откашливался поперхнувшийся фронтмен. Его красноречивый взгляд грел душу, ведь именно такие взгляды лишний раз доказывали, что, несмотря ни на что, мужчина не отступался от своей цели добиться её взаимности.       — Спасибо, солнышко, — проговорил довольный басист, поддерживая её игру. — Всё исключительно ради тебя.       — А лук … Слушай, я никогда лук в шашлыках не любила, но этот – просто пальчики оближешь. Как вы его так приготовили?       — А лук, Аминка-витаминка, мы замариновали по особому рецепту от самого Тилля Линдеманна, — ухмыльнулся Ридель. Похоже, этому здоровяку ничего не стоило подыгрывать на два фронта.       — Правда? – удивлённо повернулась девушка к вокалисту.       — Правда, правда. Я тебя потом научу.

***

      — Наро-о-од, разойди-и-ись!       Когда Пауль принёс гитары, которые они с Круспе взяли с собой, всем пришлось потесниться, чтобы дать музыкантам места. Жена Лоренца тут же устроилась на коленях у мужа. Амина, которой тоже надо было пересесть, растерянно оглядывалась, а Тилль с ухмылкой хлопнул по своему колену. Демонстративно наморщив носик, девушка всё-таки приняла приглашение. Хотя на самом деле её недовольство было больше показным, и уже через полчаса она расслаблено опиралась спиной о широкую грудь мужчины. И совсем не возражала, когда он осторожно приобнял её, слегка придерживая.       Свежий воздух, шашлыки, немного вина, звон гитарных струн, пляшущие языки огня, тёплые руки, ненавязчиво обнимающие её … Амина чувствовала, как её потихоньку начало клонить в сон.       — Спишь? — спросил фронтмен, когда она в очередной раз украдкой зевнула.       — Угу ...       — Давай-ка иди в номер. Я тебя провожу.       Идти не хотелось совершенно – ей и здесь было тепло и хорошо. Но здравый смысл, подсказавший, что в кровати под одеялом будет всё-таки лучше, перевесил.       Пока они пробирались по тропинкам, ориентируясь на свет фонарей, горевших возле корпуса, Линдеманн аккуратно поддерживал девушку под руку. Брилл вспомнила утренний "концерт", который она устроила, узнав, что их с вокалистом поселили вместе. И что она так разнервничалась, в самом деле? Номер обычный, не для молодожёнов, кроватей в комнате две. В конце концов, ну что может произойти? Тилль же не маньяк какой-нибудь, он … Хороший …       От этого пришедшего на ум слова, отдающего какой-то детской непосредственностью и наивностью, девушке стало даже смешно, и она тихо хихикнула себе под нос. Ну что за мысли лезут в голову? Это ж надо было так подумать – хороший. Хотя ... Ну не плохой ведь ...       — Ты чего? – спросил фронтмен.       Они шли по асфальтовой дорожке, ведущей к корпусу, и в поддержке Линдеманна вроде уже не было надобности. Но руки он не убирал, а Амина и не возражала.       — Анекдот вспомнила, — выкрутилась Брилл.       — Расскажи.       — Нет, он неприличный.       — И откуда ж ты неприличные анекдоты знаешь?       — Олли рассказал.       — Ну, Оливер … А ещё самый скромный из нас!       — Чего Вы шумите? Люди же спят.       — Да какое там спят, Амин? Народ пьёт, гуляет. А кто спит – того сейчас из пушки не разбудишь, — вокалист открыл дверь их номера и пропустил девушку вперёд. — Ну вот и пришли. Отдыхай.       — А Вы?       — А я куртку возьму и к нашим обратно пойду.       И в этот момент погас свет ...       Первые секунды темнота казалась непроницаемой – только свет уличного фонаря проникал в окно сквозь занавески. Амина, так и не дойдя до своей кровати, застыла посреди комнаты.       — Герр Линдеманн, это что ещё за шуточки? – как можно строже спросила она.       — Амин, это не я, — откликнулся тот. Удивление в его голосе убедило Брилл гораздо лучше слов. Послышалось несколько щелчков – видимо, мужчина проверял выключатель. — Наверное, с электричеством что-то …       Девушка повернулась, ориентируясь на голос. Глаза постепенно привыкали к темноте, и она смогла различить силуэт Тилля на фоне светлой двери. Вытянув руку, она сделала несколько шагов по направлению к нему, пока её пальцы не коснулись его плеча. Фронтмен притянул её к себе, и она, не сопротивляясь, сделала ещё один шаг и прижалась к нему. Не то чтобы она боялась темноты – просто рядом с ним девушка сразу почувствовала себя гораздо спокойней, уверенней.       В коридоре поднимался шум: открывались двери, кто-то громко возмущался, слышались вопросы. Похоже, действительно вырубилось электричество – как минимум на этаже. Или в крыле. Или даже во всём корпусе.       — У Вас есть фонарик? — шёпотом спросила Амина. Почему-то в темноте хотелось именно шептать, а не говорить в полный голос.       — В сумке вроде был.       Не отпуская друг друга, они добрались до его кровати. Усадив её, Линдеманн завозился в сумке, что-то ворча себе под нос.       — Ага, вот, — яркий луч разрезал темноту, тут же сгустившуюся вокруг источника света. — Я схожу разведаю обстановку.       — Я с Вами, — тут же встала Брилл.       — Ты что же, в электричестве разбираешься?       — Нет, — опомнившись, покачала она головой.       — Вот и сиди тут. Думаю, там и без тебя народу предостаточно, — её щеки быстро коснулись чужие губы – он всё-таки не удержался от соблазна. — Я скоро.       Оставшись одна в темноте, она снова села. Шум в коридоре постепенно стих – похоже, кто-то вернулся в номер, а кто-то пошёл к администратору или куда там ещё разбираться. Занять себя было нечем, сонливость навалилась с новой силой, и девушка, зевнув, вытянулась на кровати. От подушки приятно пахло одеколоном вокалиста – кажется, мужчина дремал после обеда, пока Амина гуляла по лесу в компании остальной группы. Веки сомкнулись сами собой, всё тело налилось свинцовой тяжестью. Сейчас как раз стоило бы переодеться и лечь спать, пока Тилля нет в комнате. Но было так лень пошевелить даже пальцем …