Какой ещё гугл…?
17 июня 2023 г., 22:28
***
Разобравшись с рисунком, я показала его Кате. Та восхищённо захлопала в ладоши. Уже стемнело, значит, надо пойти проводить девочку до дома. Отдав блондинке её портрет, который та положила себе в портфель, мы спустились вниз, но перед этим я сказала Оле, что мультики посмотрим лишь вдвоём. Та не сильно расстроилась, продолжая наблюдать за Русалочкой. Одевшись в куртки и шапки, мы с подругой обулись, выходя из дома. Перед этим я нашла на полке с шапками фонарик и взяла с собой. Оказавшись на улице в темень начинающего вечера, я взяла ладошку Кати в свою и включила фонарь на максимальную яркость. Шагая по просёлочной дороге в сторону начала самого села, мы с ней молчали. Я осматривая каждый куст и дерево, ожидала наткнуться на диких зверей, а Смирнова просто молчала. Пытаться разговорить девочку я не вижу смысла, всё равно завтра снова увидимся в школе. Потом наговоримся. Вот и показались первые дома, одним из которых оказался Катин. Сопроводив одноклассницу до двери и подождав пока та откроет её запасными ключами, я обняла ту за плечи и отбежав чуть подальше от её дома, помахала рукой, желая доброй ночи. Та ответила мне тем же и скрылась в доме. Ну, вот теперь и домой можно. Мирно шагая по вытоптанной мною дорожке среди сугробов от недавнего снегопада, я смотрела вдаль. Мысли были странные. И эта маска появившаяся в доме… Может, это Алиса мне её подкинула? А пока я была в школе, занесла ещё одну в дом, передав ту, как подарок от одноклассницы, чтобы напугать меня? Нет, всё равно бред получается. Хотя вполне единственный адекватный… — Наконец-то мы с тобой можем нормально поговорить, Зайка! — голос за моей спиной заставил меня остановиться на месте. Откуда она появилась? Из воздуха что-ли? Я не слышала шагов сзади. Развернувшись лицом к девчонке, я напряжённо сжала фонарик в руке, светя им на лицо прикрытое маской лисы. Уже желая что-то спросить, я открыла рот, но тут же его молниеносно захлопнула увидев, как Алиса зевнула маской. Маской! Чёртово папье-маше двигалось, как настоящая морда лисы! Может, она мутант…? Ну, из Чернобыля там, с Припяти. — Мне было так скучно наблюдать, как ты рисуешь ту занудную девочку, Тоня! Может, лучше поиграем в снежки? — уперев руки в бока, весело залепетала эта девочка, а я как током стояла поражённая. Она видела меня и Катю… Она следила за нами. Как она могла видеть с земли, что происходит на втором этаже? Мы даже не у окна были. А она продолжила: — Обещаю, что не попаду тебе снегом за шиворот, как тот хищный мальчик, на хорька похожий! Ну как? Будешь играть? Твою мать. Твою мать. Боже. Боже. Боже. Она чокнутая. Она полностью съехавшая. Она следит за мной везде. Сука! Разозлилась я знатно, кидаясь на эту дуру, начав барахтаться с ней в снегу, желая стащить маску и набить ей лицо. Эта гадина начала вырываться, маской кусала меня за запястья, рычала, визжала, но из-за гнева я не слышала ничего. Было только желание отомстить. И вот последний раз кувыркнувшись, я приземляюсь на её живот и зажав крепко ногами её руки к бокам, хвастаюсь двумя покусанными ладонями за маску и начинаю тянуть изо всех сил. Алиса начала верещать так, словно я срывала с её лица не маску, а кожу. Пальцы, попавшие под края маски пропитались чем-то, но я продолжила тянуть, понимая что это единственный раз, когда я смогла догнать эту сумасшедшую. Вдруг, маска, с противным рвущимся звуком отошла от половины лица девочки и набравшись от этого решительности, я дёрнула ту, окончательно получая маску в руки. Алиса странно затихла. Глянув на лицо молчавшей девочки, я увидела… Оставшийся без кожи череп, с малым количеством мимических мышц. Боже… Её маска… Реально приросла к лицу…? Что я.? — А-А-А-А, ОтДай мОё ЛИцО-о-О-О!!! Не-Ет! МоЁ лиЦо-о-О! ВерНИ-И-и!!! ВеРн.и. Мхр. Ф… Не по-человечески завопила подо мной… Нечто бывшее Алисой. Тело деформировалось, начало гнить, от него воняло как от огромной кучи тухлого мяса, шерсть шубы почернела, сама шуба стала дряблой, порвалась в некоторых местах. Это существо потянуло ко мне когти, но быстро сообразив, что ей нужно, я вскочила с него и кинув маску на снег, прыгнула на неё, тут же ломая весом. Визг дикого животного, тормозов колёс и звон колоколов наполнил мои уши. Существо растворилось, словно его и не было. После той твари, которой была Алиса, осталась лишь старая порванная шуба с облезлым мехом и сломанная мною маска. Упав ничком на дорогу, я поражённо смотрела в ночное небо. Дыхание спёрло, но я старалась успокоиться. Чёрт… Что это было? Я только что изгнала демона что-ли? Откуда она вообще взялась тут, эта дьявольщина? Желания встать не было, но я справилась со своим состоянием и вяло поднявшись на ноги, пошла в сторону дома, напоследок собрав куски маски, положив их в шубу и дойдя до первого попавшегося железного бака, куда скидывают мусор селяне, я выкинула всё это. Неожиданно… Что я вообще сделала? Кажется, убила демона. Маска всё это время была лицом? А перчатки кстати были пропитаны ничем иным, кроме как кровью. Тихо выдохнув, я сняла их и засунула в карман куртки, обмыв красные пальцы в снегу. Шагая к своему дому, я проходила мимо дома Морозовой, как мне во время сегодняшней прогулки с Катей и мальчиками, сказала девочка по секрету. Внезапно входная дверь раскрылась и на порог… Выехал сам Харитон Вениаминович своей персоной. Тот начал махать мне рукой и от нечего делать я решила подойти. — Здрасьте. Чего же Вы на мороз выехали без верхней одежды? — поприветствовала я старика, параллельно разглядывая его. Неплохой такой мужичок с седой бородой и волосами. — Ты видела её, верно? — таинственно улыбнулся дед мне. — Вы о ком? — приподняла я бровь. — Лесной дух, притворяющийся тем, кого давно не должно быть на свете. — ля загадки точит мужчина… — Возможно. Вы знаете, откуда они появились? — поинтересовалась я, складывая руки на груди. — Да чего же тут не знать… Ты лучше скажи мне, какое твоё настоящее имя, Антонина Петрова? — хитрый взгляд старика заставил меня занервничать. — Да Вы только что его назвали. — отшутилась я от Харитона. — Не-ет, я не про имя, которым величают это тело. Я про имя души, что сейчас сидит в нём. Оно другое верно? Как и ты… Другая. Не Антонина. — вот как. Может, старик потомок этих шаманов всяких, чует таких путешественников, как я? — Скрывать и врать смысла не вижу. Ангелина меня звать. — пожала я плечами, дав ответ. Тот восхищённо посмотрел мне в глаза и сказал: — Ангелина с греческого означает «Ангел, вестник». Думаю, тебе это очень подходит. Особенно, потому что ты спасла жизнь, сама того не ведая. — Спасла? Когда я успела? Я в этом теле всего второй день… — немного неуверенно произнесла я. Что я вообще сделала такого особенного, чтобы кого-то спасти? — Ох, благодаря тебе юная Катерина не будет перемолота в огромной машине для измельчения мяса, а ещё…! — начавший говорить Харитон сбился с речи, так как на порог выглянула Полина. — Дедушка, опять ты ушёл без предупреждения… И с кем…! Ой! Тоня, здравствуй. — стоя в пижаме, девочка робко посмотрела на меня, когда заметила. Я лишь помахала ей рукой. Чёрт, нужно домой идти. — Спасибо большое за разговор, думаю, мне есть над чем подумать. До свидания! — даже не сказав и слова Полине, я улетела со двора Морозовых, словно меня тоже веником подгоняли, как Рому, и всего за пару минут добежала до своего дома, тяжело потом дыша. — Что не день, так приключение… Старичок-то не простой оказывается… — пробормотала я, уже заходя внутрь, в тепло, и раздеваясь. Хочется только есть, посмотреть мультик с Олей, и спать. Не буду даже пытаться делать уроки. К Алисе их…***
Уже сидя на уроках, я думала над словами Харитона. Он что-то знает о той нечисти, которую я вчера по глупости изгнала. Мне бы побольше поговорить с ним… Значит, надо напроситься к Полине в гости, да? Подняв глаза на одноклассницу сидящую через несколько парт впереди меня, я хмыкнула. Девчонка эта душа наивная, хоть и с гнильцой, поэтому навешать лапши на уши легче легкого будет. Когда наступила перемена перед последним на сегодня уроком, я направилась к парте Морозовой, параллельно натягивая на лицо милую улыбку. Тёмноволосая обернулась ко мне и немного растерянно растянула губы в ответной улыбке. — Слушай, Поль, извини меня за вчерашнее, у меня такое плохое настроение было… Сама не знаю, что на меня нашло. Может, я могу как-нибудь загладить свою вину? — состроить виноватую мордашку котенка было не сложно, особенно после стольких лет жизни с моим папой, который только из-за нее давал мне деньги на что-либо. — Эм, я не в обиде, Тонечка, правда. Если хочешь, может, пойдем ко мне в гости? У меня есть новые пластинки с музыкой. Послушаем, поболтаем, чай попьём. — тут же отозвалась на мои слова девочка, улыбаясь чуть искренне, чем раньше. — Конечно хочу. Тогда после уроков вместе уйдем. — кивнула я, сложив довольно руки на груди. — Ну, если ты не против подождать меня с занятий по скрипке, то конечно… — извиняясь глазами пробормотала мне Полина, на что я покивала пару раз, давая добро. Она тут же изменилась в лице, словно сияя, как полированная монета. Прозвенел звонок и мне пришлось сесть обратно за свою парту. Через пару минут в класс вальяжно зашли пацаны и кивнув мне, сели за соседнюю парту, как и обычно. Сейчас все вели разговоры, так как Лилия Павловна задерживается в учительской, поэтому я накренилась в бок, крепко держась за край парты, чтобы Игорю и Роме было лучше меня слышно. Те обратили на меня своё внимание и я заговорила: — Мальчики, меня Полина позвала в гости, поэтому сегодня можете не провожать. Вы, кажется, собирались что-то делать в это время, верно? — пару раз на переменах, когда я подходила к ним, они бурно обсуждали какой-то «спектакль», но я правда старалась не подслушивать. В этот момент, после моих слов про дела, Рома странно дернулся и отвернул голову, приложив ладонь к щеке, а Бяша нервно засмеялся, бегая глазами по стенам класса. Надо же… Секретики? Или скорее сюрприз? — А, да, на! Спектакль, на! — нервно пробормотал мне бурят, почесывая шею. Хм-м-м, пахнет враньём, но да ладно. Вон уже и Лиль Пална пришла. Потом узнаю о чём они на самом деле болтали постоянно.***
Это просто невыносимо! Я ещё с первого раза учения в школе ненавидела изложения… А тут, чуть ли не каждый урок русского! Лучше бы сочинения писали бы. Сочинять я умею искусно, а вот пересказы — это не дано мне генетически. Вздохнув, я смяла листок со своим проверенным изложением, где так крупно была написана тройка, и выкинула его в мусорное ведро около двери кабинета. Собирая портфель, я успела перекинуться парой слов с Катей. Та поделилась со мной, что мой рисунок её персоны, поставила в раму и повесила у себя в комнате, а Лилия Павловна очень высоко оценила мои художественные навыки, даже дав слово подумать о том, чтобы записать меня на какой-нибудь художественный конкурс. Мда, «люблю рисовать для души, но за деньги» — так теперь эта ситуация называется…? Полинка уже ускакала на свои занятия скрипкой, которые у неё проходили три раза в неделю и два раза в день. Перед уроками и после по часу, каждый понедельник, среду и пятницу. Никогда не желала себе такого и сейчас не желаю. Хм, интересно, а вдруг Ромка и Игорёк всё ещё у школы курят? Сбегаю посмотрю, поболтаю с ними, всё равно Полю ждать ещё. Накинув куртку и шапку, я вышла на улицу, желая пойти к курилке, как заметила стоящего у начала лестницы Бяшу. Тот заметил меня и помахал рукой, подзывая. Спустившись к мальчику, я спросила, сложив руки на груди: — А где братка потерял, Бяха? — Да так… — отмахнулся от моего вопроса бурят, тут же говоря более оживленно: — У меня тут дельце одно к тебе есть, Тонь. Пошли! — та-а-ак, кажись они куда-то влипли, да? Нет, только не говори, что Ромыч с кем-то подрался и мне его латать придется? Я же ему все синяки сделаю ухудшенными! — Дело, да? — хмыкнула я в ответ и вздохнула, равняясь с Бяшей: — Ну, веди, деловой мужчина. Мы пошли с ним к «повешенному». И около дерева стоял хмурый Рома, поджавший губы, что-то пряча за спиной в правой руке. Или же пряча саму руку… Нет, если там перелом, я его точно апперкотом вырублю, ну что за балаган… — Что здесь происходит? — недовольно спросил у нас Рома. А что? Чего-то случилось? Как-то мальчики странно смотрели друг на друга. Будто подраться готовы. Ешкин-кот! А если они из-за меня?! Мальчишеская ревность даже дружбу не щадит, да? Если они сейчас заставят выбирать кого-то одного — вырублю обоих! Пусть только попробуют мне тут паясничать. — Ничего, проветриваемся, на. — пожал плечами Бяша. Что-то происходит какой-то движ, а меня не информируют, падлы! Стою тут, одна не вдупляю что происходит… — Проветривайся в другом месте! — вальяжно ответил Пятифан, нахмурив брови ещё сильнее. — А мне и здесь нормально. Да, куколка? — бурят подмигнул мне… Чего? Куколка? Милый, меня же посадят за развращение малолетних, не надо! А, стоп, мне же сейчас двенадцать… Милый, скажи ещё! Тоне нравится! Моё лицо приняло воодушевленный вид. Похоже, это и есть тот «спектакль»? — Видишь, ты её напугал! — крикнул шатен, а я аж дернулась. Кого напугал?! Что происходит в самом деле? — А тебе какая забота, говнюк? Вали пока цел, на! — о-о-ох ты ж ёжики морские… Бяха, друг, было приятно дружить с тобой, но теперь ты не жилец. Ладно, к чёрту, просто подожду пока они закончат, а потом всем люлей вставлю! Вдруг они начали толкаться локтями, странно хы-кая, как персонажи из глупых кино, или теннисистки на корте. Вот же актеры драные! Выдохнув, я перевела взгляд на стену школы, разглядывая надписи, пока они «дрались». — Ай-ай-ай, больно ка-а-ак, у меня сотрясение мозга-а! — неожиданный наигранный скулёж Бяши вывел меня из просмотра народного наследия высеченных на стене, и я снова обратила на пацанов внимание. Шоу продолжалось… Я сейчас не выдержу. Рома пнул друга под колено и тот свалился в снег, продолжая охать от несуществующей боли. И вот Пятифан стал приближаться ко мне, медленно шагая в мою сторону. Стоя на месте, я ожидала конца представления этого театра абсурда. Вдруг, Рома резко вытащил руку из-за спины и…! Цветы. Что? Цветы? Тем более, подснежники в разгар зимы? Да в селе даже цветочного ларька нет, где он их нашёл? В снегу рыскал лицом, что ли, как свинья желуди ищет? — Позволь… Проводить тебя, а то… Сама знаешь, шастают тут всякие… Маньяки! — рука с цветами поддергивалась, и я подняла глаза на Рому, который нервно отводил глаза. Осмотрев его, я решила подшутить. А то что, только им артистами быть? Кинувшись тут же опешившему Роме на шею, я крепко обняла его, начав говорить на ухо: — Ты такой храбрый и сильный! Спасибо, я так испугалась этого маньяка, думала, что сцапает! А тут ты появился и… Ох! Моё сердце пылает от взгляда на тебя! — притворно падая в обморок, я услышала, как вскрикнул Рома и подхватил меня за талию, притягивая к себе снова. — Т-ты чё, Тонька?! Может, к врачу, на? — тут же подскочил к нам Бяша, забыв про роль маньяка. — Уж скорее вас обоих в театральный кружок! — фыркнула я и засмеялась в объятиях Пятифана. Кстати, а чего он не отпускает? Подняв глаза на мальчика, я заметила его пылающее лицо и красные уши. Мам-ма Мия! Да кто-то покраснел! Хихикнув, я совершила ключевой приём, то есть поцеловала того в щеку, полностью выводя из строя. Отскочив от меня, пацан стал тереть щеку с упоением и криками раздражённого стыда. Засмеявшись, я забрала у него букетик подснежников и помахала им перед его лицом, торжествующе улыбаясь: — Я забираю это, в качестве компенсации эксплуатирования моей персоны! Вы для кого эту сценку то разыграть пытаетесь? — Да Ромыч в одну тёлку втюрился, на. Даже цветы откуда-то нарыл, на. — ответил мне спокойно Бяша, окончательно отряхиваясь от снега. Ого, как тут всё серьёзно… — Пасть заткни! — вскрикнул молчавший до этого шатен, уже поубавившись в румянце, складывая руки на груди: — Я так… Планирую подкатить слегка… Да только из Бяши маньяк, как из Смирновой — тихушница, бля! — Надо же… И кто, если не секрет? — хмыкнула я, разглядывая подснежники. Аккуратно срезанные стебли, но не под углом, значит, сам нашёл, удивительно… — Ну, она «Первая скрипка школы»… — почесал неловко нос мальчик, а я усмехнулась, сразу понимая о ком он говорит и решила подстебнуть: — Ты что же, в Морозову влюблён? — Да чё сразу влюблён, бля?! Она просто неприступная такая, мать её за ногу… С четвёртого класса меня игнорит и в хуй не ставит… Вот и хочу добиться от неё хоть какой-нибудь реакции! Да только с таким маньяком, она скорее меня куда подальше пошлет и рассмеётся только! — тут же завёлся Рома, начав расхаживать туда-сюда, но я свистнула, привлекая внимание приятелей. — Так давай я попробую маньяком побыть? Я раньше в театралку ходила в городе, сыграть эту роль смогу. — пожала плечами, тут же наблюдая, как Рома радостно заулыбался, засветился. — Тонька, да ты просто спасительница моя, сестра! Ну, давай. Бяша, меняешь пол. Ты теперь тёлочка. Гуляй! — на этом слове Игорь стал по-детски крутить попой, шагая туда сюда и напевая о том, что он «тёлочка». О Господи, аха-ха! Так, ладно… Размяв плечи, я выдохнула. Выступление оно везде выступление. Тут же изменившись в лице, улыбаясь с каплей безумия, отчего меня словно поттряхивало, я сказала: — Ха-ха, какой хороший уло-ов! — я для драматичности облизнула губы, растянутые в оскале улыбки: — Сперва я сломаю тебе руки и ноги, а потом заставлю смотреть, как долго и мучительно насилую твою подружку, их-хи! А затем сожру! Порву! — Рома по-настоящему занервничал, сжав кулаки и сказал: — Рискни…! Я дернулась в его сторону смеясь, как припадочная и потянула руки к его куртке, и тут же изменила траекторию, хватая пацана за ногу и с силой потянув за неё опрокидываю Пятифана в сугроб, тут же прижимая своим весом сверху. Засмеявшись, я начала заламывать ему кисти, красноватыми глазами наблюдая за меняющимися эмоциями на лице Ромы. Дернувшись, он пытался скинуть меня с себя, но я в этот же момент поменялась с ним местами, теперь прижимая животом к земле, сев сверху и теперь выкручивая руки за лопатки. — А-а-а! Стой! Стой! Сломаешь же! — завопил шатен дергаясь и мыча, а я словно очнулась и слезла с него. Бяша боязливо замер рядом с нами, поглядывая на меня испуганными глазами. — Вот же блять… Почему ты сразу не сказала, что слишком хорошо входишь в роль, Тонюха? Сука, какого хрена ты вообще меня повалить смогла? Ты же весишь в два раза меньше! — заворчал вслух Рома, поднимаясь с земли. Блин, перестаралась… Помогая мальчику отряхнуться, я неловко пожала плечами, промямлив: — На тайский бокс ходила в городе… Привыкла бороться с теми, кто крупнее. У них точка опоры смещена. — Не, это конечно круто, но… Сложно это признавать, но маньяк из тебя слишком имбовый. Мне стрёмно стало, когда ты свою фразочку сказала. Уж лучше пусть Бяха им будет, его я хотя бы одолеть легко могу. — сложив руки на груди подытожил шатен. — И чё это значит, на? — обижено спросил его бурят. Я же в это время подняла с сугроба неподалеку положенные подснежники и протянула Роме обратно. — А то, дурень, что просто Тоня не наш с тобой уровень, хотя… Мне всё ещё пиздецки стыдно от этого. — закатив глаза, ответил кареглазый Игорю, а потом взглянул на протянутые мной цветы и толкнул их ко мне обратно со словами: — Себе оставь лучше. Будет как награда за маленькую победу надо мной. Только не гордись сильно! Я просто девчонок не бью. Не по-пацански это. — Даже и не собиралась, Ром. — улыбнулась я ему, нежно прижимая цветы к себе. Краем глаза заметив вышедшую из школы Полины, я подскочила к друзьям и поцеловав обоих в щеку, убежала: — Сценка классная, но надо доработать! За цветы отдельное спасибо, Ромчик, очень милые! Пока! Уже уходя от курилки, я услышала смешок Бяши: — Первая скрипка школы? Я скорее теперь поверю, что ты в Тоню втюрился. — Может быть… — тихо ответил ему Рома. Чёрт. Щёки горят. «Окей, гугл, что делать, если в тебя влюбляется шестиклассник, когда ты тридцати двух летняя женщина в душе и такая школьница телом?» Ах, да… Какой ещё гугл…?
