Спасение вопреки

Я так и застыла с пляжной сумкой в руках, глупо и абсолютно открыто пялясь на человека у воды. Не может быть.. Или может? То же лицо, татуировки.. Если это какое-то жуткое, невероятное совпадение внешности, то мужчина явно знал о солисте Линкин Парк, ибо пламя на руках было точно таким же. Мозгу проще поверить в такое почти фантастическое стечение обстоятельств, нежели принять тот факт, что это действительно может оказаться он. А может, я уснула на берегу, и мне снится всё это? Или я просто уже брежу наяву? Совсем с катушек съехала.. Сердце с удвоенной силой забилось в груди, мешая вернуть спокойствие и как-то взять себя в руки. Боже, ну о каком спокойствии может идти речь? Ноги сами уже несли меня в сторону мужчины, хотя я понятия не имела, что ему скажу. «Извините, а Вы случайно не Честер? Нет? А, я просто ошиблась, до свидания!» — Так это должно быть? Какая же я глупая, что тешу себя такими надеждами.. Но всё же нужно было подойти поближе, чтобы точно уверить себя в своей полной неадекватности, и со спокойной душой идти домой, иначе меня будет ждать вереница беспокойных ночей из-за этого незакрытого «гештальта». Оказавшись совсем близко к мужчине, я смелости ради набрала полные лёгкие воздуха и сразу же подняла на него взгляд. О Боже.. Ошибки быть не могло. На меня смотрел Честер. Он чуть удивлённо разглядывал меня в темноте, наверное пытаясь понять, почему я вдруг решила подойти к нему. А может быть, думал, узнали его или нет.. Но тут, конечно, не узнать было просто невозможно. В его ладони всё ещё дотлевал остаток сигареты, а он замер, так же как и я, в ожидании каких-либо моих действий. Все слова и мысли вмиг покинули голову, и даже бешено колотящееся до этого сердце вдруг затихло, второй раз за вечер забыв свою основную функцию. На глаза навернулись слёзы, и я ни разу не пыталась их остановить. — Живой.. — Всхлип, ещё один. И ещё, уже громче. Я больше ни слова не смогла из себя выдавить и, закрыв лицо ладонями, просто расплакалась, стоя напротив мужчины. Его слегка удивлённое лицо стало ошарашенным, ведь он, скорее всего, не ожидал такого исхода вечера, находясь на самом безлюдном пляже Лос Анджелеса. Он подошёл ко мне ближе, не зная, что конкретно нужно сделать. Я сама не знала, что со мной нужно сделать, и просто плакала, как чокнутая фанатка, смотря на человека, которого весь мир уже шесть лет как считал погибшим. Мужчина вдруг протянул руку и аккуратно коснулся моего плеча. — Пожалуйста, не нужно.. Пойдёмте отсюда, хорошо? — Теперь уже я с удивлением замерла, перестав на мгновение всхлипывать, и только эту секунду задумалась о том, что, наверное, привлекала невероятно много лишнего внимания к нам на берегу. Хоть пляж и казался пустым, но кто знает, здесь вполне мог ещё кто-то находиться. Мне вдруг стало жутко стыдно за своё поведение. — Извините, пожалуйста! Я просто.. просто очень рада, что Вы живы.. Это же Вы? — Полушепотом выдохнула я. Более сумбурную речь было тяжело себе представить. Замечательно просто. Честер же в ответ на мой вопрос чуть кивнул, чем снова выбил почву у меня из-под ног, и я разрыдалась по второму кругу. Да что со мной такое? Возьми себя в руки, Сара, пожалуйста. Да, это очень тяжело сделать в такой ситуации, но это нужно в первую очередь для мужчины, который из-за меня рисковал стать достоянием вечера на этом пляже. — Пойдёмте, у меня тут рядом припаркована машина.. Это всé Ваши вещи? — Он кивнул на сумку в моих руках. — Да, да, это вс.. — Честер мягко перехватил мою ладонь, сжимающую ручку сумки, таким образом негласно предложив свою помощь. Я тут же послушно отпустила пальцы, вздрогнув от этого мимолётного прикосновения. Да, вот только этого сейчас и не хватало.. Следуя за мужчиной, который уверенным шагом вёл нас в сторону своей машины, я пыталась собраться и взять под контроль нахлынувшие эмоции, но получалось у меня из рук вон плохо. Мозг просто не знал, что ему делать со всей этой новой информацией, поэтому продолжал закидывать меня попутно всё новыми и новыми всплесками абсолютно разных ощущений, из-за чего я чувствовала себя дезориентированно и крайне хреново, хоть и была бесконечно рада происходящему. Тем временем мы уже оказались на месте. Честер, выбросив окурок сигареты в урну на парковке, снял автомобиль с сигнализации и, открыв багажник, поставил туда мою сумку. Затем обошёл со стороны пассажирского сиденья и открыл дверь, приглашая внутрь. Я аккуратно забралась в салон, в котором было намного теплее и уютнее, чем на улице, и вздрогнула, в полной мере осознав, насколько же было холодно возле океана. Спустя минуту Беннингтон оказался на водительском сиденье рядом. Сразу же открыв бардачок, он достал оттуда небольшую пачку салфеток и протянул мне, заставив в конец растаять от его обходительности и доброты к абсолютно незнакомому человеку. Он и в жизни оказался таким же искренним и милым, это большая редкость на самом деле. Люди почему-то привыкли думать, что доброта и открытость — это показатели слабости, хотя на деле в этом кроется главная сила, и мужчина, сидящий рядом со мной, определённо такой силой обладал. — Спасибо большое. — Немного успокоившись и приведя себя в более-менее достойный вид, я ещё раз ошарашенно взглянула на Честера, не веря до конца в происходящее. Неужели правда жив? Или это всё — игры больного сознания, и я вижу то, что хотела бы видеть? Да нет, вот же он: будучи вполне реальным, мужчина всё так же сидел на соседнем кресле, немного обеспокоенно меня разглядывая. Он друг выдохнул и мягко улыбнулся, наверняка заметив моё неверие и сомнения в собственной адекватности. Ну а как тут можно было не сомневаться? — Да, это и правда я. Так уж получилось, что мне пришлось уйти совершенно неприемлемым способом, но другого выхода не было. Извините, если напугал Вас сегодня. — Он улыбнулся и посмотрел на меня, ожидая, видимо, каких-нибудь очевидных вопросов. А я просто сидела рядом с ним и представляла, как глупо на самом деле выгляжу. Почему-то было ощущение, что любой другой известный человек, попав в такую ситуацию, ещё на пляже постарался бы скрыться в неизвестном направлении, но не Честер. Было удивительно, насколько он действительно сочувствующий и открытый. А вопросов у меня была просто уйма. Например: что на самом деле произошло? Почему так получилось? Знает ли его семья, что он жив? Чем он сейчас занимается, и вернётся ли когда-нибудь к музыке? Это была лишь малая часть того, что хотелось бы спросить. Но могу ли я это сделать? Когда смотришь на человека через экран телефона, следишь за интервью и выступлениями, то волей-неволей узнаёшь какую-то, хотя бы малую часть его жизни, и от этого он становится как бы немного ближе. Но сам Честер видел меня впервые, для него я — просто незнакомка, случайно увидевшая его на улице. Мне не хотелось нарушать чужое личное пространство, заставляя мужчину чувствовать себя неловко из-за неуместных вопросов. Так что же можно было спросить? Для начала очень хотелось бы извиниться. Я наконец ответила: — Нет-нет, Вам не за что извиняться, Честер, это Вы меня извините. Я своими эмоциями могла легко собрать вокруг нас целую толпу сегодня. И честно, это совсем не то, что мне хотелось бы сделать, просто я не ожидала.. — Ничего страшного, Вашей вины в этом нет, правда. — Его улыбка в очередной раз прожгла дырочку в моём сердце. Живой, надо же.. Я просто бесконечно радовалась, и никак не могла уложить эту мысль в голове. А Честер, даже не подозревая о буре эмоций, вызванной одной лишь его улыбкой, продолжил: — Только у меня есть одна небольшая просьба. Если можно, никому не рассказывайте, пожалуйста, о том, что видели меня. — Конечно, Вы могли бы и не просить об этом.. — Выдохнув, я опустила взгляд на пачку салфеток в моих руках. — Знаете, мне ничего не известно о том, почему всё так произошло, но я очень, очень рада, что Вы живы. — Спасибо большое. — Честер вдруг погрустнел, и на какую-то долю секунды на его лице отразилось что-то вроде сожаления или тени горечи. Он в который раз за вечер мягко улыбнулся, и на секунду коснулся своей ладонью моей, пытаясь, видимо, утешить. Затем добавил: — Знаете, я совершенно неосмотрительно сегодня пришёл к берегу океана, было же очевидно, что кто-то меня увидит. Но мне так хотелось прогуляться.. И я очень рад, что встретил там, на пляже, именно Вас. Почему-то мне верится, что Вы действительно сдержите своё слово, хоть мы и знакомы от силы минут десять. Тут уже у меня уголки губ волей-неволей потянулись вверх, было очень приятно такое слышать. — Предлагаю подвезти Вас домой. На улице очень холодно, а Вы так легко одеты. — Да, было бы чудесно.. Спасибо большое. Мой дом по меркам Лос Анджелеса находился относительно недалеко от нашего места пребывания, поэтому ехали мы ещё десять-пятнадцать минут, больше почти ни о чём не разговаривая. Я постоянно поглядывала на сосредоченно-серьёзного водителя и думала о том, что могу больше никогда в жизни не увидеть его. Почему-то было больно от этого осознания. Мы приехали, и Честер всё так же по-джентельменски донёс сумку с моими вещами до самого порога дома. Я не решилась пригласить его на чашечку чая, хотя очень хотела это сделать; просто побоялась выглядеть как-то вульгарно в его глазах. Даже если мы никогда больше не увидимся, всё равно не хотелось оставлять после себя такое немного легкомысленное впечатление. Но было одно желание, с которым я просто не могла бороться. — Извините, можно я обниму Вас? Мужчина сам сделал шаг вперёд и заключил меня в тёплые, мягкие и такие приятные объятия. Я закрыла глаза, позволив себе хоть на секунду полностью погрузиться в ощущения, вдыхая древесно-пряный запах его духов, разбавленных лёгкой примесью недавно скуренной сигареты. Затем первая отстранилась, неловко обняв себя за плечи. — Спокойной ночи, Честер. Спасибо Вам большое. Ещё раз извините. — Спокойной ночи. Вам не за что извиняться, всё правда в порядке ведь. Я сам поставил и себя, и Вас в неловкое положение. — Он усмехнулся. — Простите, как Вас зовут? — Сара. — Спокойной ночи, Сара. Берегите себя. Он неспеша вернулся к машине, ещё раз по пути оглянувшись, и одарил меня улыбкой. Затем сел за руль и уехал. А я, как-то заторможенно открыв входную дверь ключом, вошла в дом. Поставила сумку на комод, присела на пуфик в коридоре и бездумно посмотрела на пачку салфеток, всё ещё зажатую в собственной руке. Это всё и правда только что произошло?..