Юнга и Лили. Люби меня, даже когда я умру

      Тишина, лишь изредка уличный шум донимал тем, что его нельзя отсортировать так как все звуки будто бы смешались и это месиво из криков и сигнализаций ворвалось в открытое окно. Город никогда не спит, с шести до семи вечера работяги топчут осточертевшие до рвоты маршруты, а ночью пьянчуги одурманенные шипучими, кислыми, желтыми как моча и горькими напиткам, поют серенады, посвященные ушедшей молодости.       - Что будет если я умру?       Девушка лет семнадцати лежит на кровати, по пояс её укрывает шелковое одеяло, маленькие груди стояли строго прямо даже в те моменты, когда она двигалась, рыжие волосы иногда освещались пробравшимися сквозь закрытые шторы лучами солнца. Внезапно по-детски сложенное лицо помрачнело, и вся страсть сползла со слезами, жизнь будто бы покинуло это молодое тело, оставив послание в глазах, послание которое может расшифровать лишь она, та которая лежит рядом и делает вид что спит.       - Нет, ну серьёзно, что станет с миром, когда я умру?       Город окончательно проснулся, даже сейчас, когда миру грозит уничтожение он продолжает жить как раньше, не так беззаботно, но с некой опаской, оглядкой, как параноик в метро или педофил возле школы. Мысли о скорой гибели четко вырисовывались на лицах прохожих, животные тоже были чем-то о беспокойны и лишь у детей оставался задор в глазах. Все до последнего не верили в то, что это может произойти, но когда прозвучали первые взрывы и посыпались квартиры, падая градом осколков на прохожих, давя, разрывая и расчленяя их, тогда город впервые заполнился новым шумом, крик, пропитанный ужасом, свист истребителей, разрывающих воздух, плач младенцев застрявших в руинах домов, в обители покоя. Храм что защищал их сон стал клеткой, они вопили, драли глотку и постепенно рот набивался пылью, штукатуркой, грязью и они засыпали в последний раз в объятиях стен.       - Юнга, я же знаю, что ты не спишь, хватит притворяться.       Юнга и вправду не спала. Она ждала, когда небо засвистит снова и не страх был преградой сну, а ожидание и смирение с неизбежным, она устала бояться, поэтому молча молилась о том, чтобы всё это поскорее кончилось, но небо молчало.       - Ладно, лежи, а я уже, пожалуй, начну собираться, нам скоро придется уходить.       Девушка поднялась с кровати и первым делом нашла взглядом сумки, что стояли возле батареи, они были забиты и каждая весила не меньше десяти килограмм. Когда одеяло сползло и обнаженное, мускулистое тело усталой поступью направилось к выходу из комнаты, на улице свирепо завыли сирены.       - Не вставай – тихо сказала девушка – это учебная тревога.       Пройдя в ванную, переступив через труп лежащий на полу, где-то вдали прозвучал взрыв, легкая вибрация прошла по окнам и лужам крови, что сверкали на линолеуме. Юнга приподнялась и посмотрела в коридор, на мертвое тело. Свет из ванной комнаты отчётливо освещал лицо женщины которое застыла в гримасе ужаса, красивое личико было изуродовано страхом, правый глаз был выпучен как у жабы, рот открыт, а белизна зубов скрыта кровью, которая в этом месте уже успела загустеть. Розовая ночнушка тоже была покрыта следами преступления, большая права грудь вылезла и сверкала огромным розовым соском. В её спине торчал топор, но это была не единственная рана на её теле, ей в принципе хватило одного удара по голове, но Лилия вошла в азарт и превратила спину женщины в месиво из костей и мяса.       Юнга встала с кровати и начала одеваться. Она долго искала свои трусы, да так, что Лилия уже успела вернуться из ванной.       - Не спеши одеваться – строго сказала Лилия       Юнга смущенно посмотрела на девушку, которая была гораздо выше неё, сильнее и увереннее, она отчётливо чувствовала её превосходство над собой и потому смиренно опустила руки выставив своё голое тело, будто говоря «делай со мной всё, что хочешь» Лилия удивленно посмотрела на неё и указала пальцем на левую ногу.       - Ой - тихо сказала Юнга       На её ноге была кровь. Она направилась в ванную, а Лилия начала одеваться, день подходил к концу. Когда обе девушки были готовы к выходу, на улице уже стояла луна.       - Ты не хочешь попрощаться с матерью? – спросила Лилия       - Ну можно, наверное       - А нужно? - спросила девушка и улыбнулась       Юнга ещё раз посмотрела на труп женщины, а потом на рядом стоящую подругу.       - Я дума нет.       На кухне они быстро перекусили, Лилия прошлась по карманам в поисках ключей от машины, но не нашла их, на лице заиграли нотки паники.       - В машине – с улыбкой сказала Юнга предугадав вопрос Лилии       Город окончательно уснул и две девушки с увесистыми портфелями на спине, щупая стены, тихо крались во тьме подъезда. Фонари освещали загаженные бутылками лавочки, ржавые качели молча, как висельники, неподвижно парили над землёй, теплый воздух со вкусом разрушения и смерти сдавливал легкие и лишь кот сидящий на заборе из красного кирпича казался живым хоть и провожал девушек, крадущихся к стоянке мертвым, осуждающим взглядом в котором читалось «я знаю, что вы сделали»       Девушки сели в красный автомобиль который напоминал коробку, круглые фары были похожи на глаза раненого солдата, который в прекрасный, летний день, под пение птиц лежит в грязном окопе и вспоминает моменты своей жизни медленно умирая от потери крови. Лилия повернула ключ и машина закашляла как курильщик с десятилетним стажем, проделав операцию повторно она заметно занервничала.       - Она сломалась? – тихо спросила Юнга       Лилия ничего не ответив продолжала крутить ключ и давить на педали.       - Чертова колымага! – закричала девушка и со всей дури ударила по рулю.       Юнга притихла веди прекрасна знала, что не стоит не то чтобы пытать успокоить Лилию, а лучше вообще не подавать признаков жизни, так как её пылкий нрав опережает здравый рассудок. Но в итоге машина заурчала как живот изголодавшегося бездомного, любующегося сочными кусками колбасы, висящими за залапанной витриной магазина.       - И куда поедем - спросила Юнга       Лилия остыла после борьбы и спокойно, почти нежно посмотрела на Юнгу. Левая рука умело крутила руль, а правая тепло легла на шею девушке сидящей напротив.       - У меня есть тётя, которая живет за городом, вот к ней мы и поедем       - Но у неё будут вопросы, ты уверена, что это хорошая идея? - беспокойно спросила Юнга.       - Всё будет нормально - ответила Лилия и положила правую руку на руль.       Ехать было не совсем далеко. Каменные джунгли постепенно исчезали в гуще деревьев. Луна холодно освещала лес который возвышался и тянулся до небес. Город окончательно исчез из вида и Юнга, как бы прощаясь взглядом прищурилась, чтобы увидеть хотя бы один многоэтажный дом и моргнуть ему на последок, но безызвестная даль, захоронила все что осталось позади могильной плитой тьмы.       - Завтра будет бомбежка - нарушив тишину сказала Лилия       Юнга вздрогнула. От этого слова в её голове оживали воспоминания и вырисовывались в красках пугающие детали её первой встречи со смертью и неистовым страхом, с которым останься один на один хотя бы на пять минут, и ты точной сойдешь с ума. В тот день, когда прозвучал первый взрыв она шла со школы с группой одноклассниц, которые вереща общались не о чем и вдруг, внезапно небо засвистело, вибрация асфальта защекотала пятки, раздался оглушающий грохот и трехэтажное здание посыпалось, как крошки свежевыпеченного хлеба на пол, как пыльца с лапок пчелы, как земля брошенная на крышку гроба. Куски разрушенного здания падали на Юнгу, но она успела отбежать в сторону, а вот её одноклассницы нет. Куски бетона, кирпичи, мебель и даже люди накрыли небольшую группу из девочек тяжестью своего веса и их изуродованные тела скрылись под кучей хлама. Через небольшие щели просачивалась кровь смешанная с пылью, кто-то из прохожих кричал и плакал, кто-то бросился разгребать завал, а Юнга с порезанной рукой стояла и смотрела на гору мусора, которая стала бы ей могилой, но судьба решила распорядиться иначе.       В её голове не было страха, лишь легкий испуг щекотал блуждающий нерв, глаза были пустые и одинокие, ветер пытался подтолкнуть её к дому, но она будто бы вросла в асфальт. Люди уже разгребли половину кучи и было видно пару сплющенных как алюминиевая банка тел, помимо крови к земле прилипли куски мяса, облепленные грязью, как тесто в муке, где кто было не отличить так как школьная форма была у всех одинаковая, а лиц не было, так как головы лопнули под давлением тяжести как шарик, перекаченный воздухом.       Юнга продолжала стоять и смотреть на всё это. В голове начал оживать разговор который она пыталась поддерживать изо всех сил, девочки обсуждали будущий выпускной, кто что наденет, кто с каким парнем планирует прийти, какую прощальную речь они собираются подготовить. «Как иронично» подумала Юнга, они даже и не подозревали, что это и будет их прощальная речь. И тогда она поняла почему осталась в живых и усмехнувшись направилась домой, провожаемая криками и плачем, что мелодично слились в симфонии траура по ушедшей, спокойной жизни.       - Откуда ты знаешь - спросила Юнга очнувшись от воспоминаний.       - А у меня такое предчувствие - легко ответила Лилия и с ухмылкой посмотрела на Юнгу       За окном показалась речка, в её отражении было видно надкусанную луну, послышалось кваканье лягушек и воздух заполнился запахом застоявшегося на солнце болота вперемешку с вонью, выползающей из тухлых, дохлых рыб, гонимых медленным течением в некуда.       - Нам не долго осталось – сказала Лилия       Юнга с недоумением посмотрела на неё.       - В смысле?       - В смысле? - переспросила Лилия       Юнга поняла, что она про остаток который им нужно проехать, чтобы достичь цели и смущенно отвернулась к окну.       - Юнга, смотри! - закричала Лилия указывая пальцем в окно       Впереди, по правой стороне дороги была воронка оставленная от взрыва, Лилия её аккуратно объехала, но всё равно обернулась, чтобы посмотреть ещё раз. Дорога продолжала иди прямо, но им нужно сворачивать направо, где гладь асфальта сменяется камнями и мокрой землей. Скача по ямам, подпрыгивая на сиденьях как резиновые шарики, девушки чувствовали усталость и тяжесть в спине, от которой клонило в сон. Юнга продолжала смотреть в окно и всё чаще замечать ямы от взрывов, не понимая зачем стрелять по пустому полю она набрасывала догадки, но потом опровергала их за счет логики.       - Вот и приехали - сказала Лилия       Юнга почувствовала облегчение и приятную щекотку в животе. Фары осветили небольшой дом из белого кирпича, с двориком, окружённым сетчатым, зеленным забором, машина остановилась со скрипом и мотор замолчал.       - Ладно, ты сиди в машине, а я скоро приду - сказала Лилия не дождавшись ответа и вышла из машины.       Юнге совершенно не хотелось оставаться одной в этой тьме, в тишине со своими мыслями. Было слышно, как Лилия заскрипела калиткой и без стука зашла в дом. И внезапно Юнга подумала о матери и злость пробрала её до кончиков пальцев, она с удовольствием вспоминала момент её смерти прокручивая его в голове на повторе.       - Сука - сквозь слезы процедила Юнга.       Она ещё не успела успокоиться, как внезапно открылась дверь машины, и Лилия застала её врасплох.       - Бери свою сумку и пошли - сказала Лилия и потянулась к заднему сидению.       Погрузив тяжкий груз девушки направились в дом. Зайдя в коридор, Лилия щелкнула включателем и желтая лампа осветила комнату. Они начали разуваться и Юнга увидела впереди большой шкаф из которого, снизу текла кровь уже образовав небольшую лужицу. Лилия поняла, что скрыть её деяние не получится и встретила взгляд Юнги с легкой ухмылкой.       - Лили, зачем? - недоумевая, с грустью в голосе спросила Юнга       Лилия отвела взгляд и её руки затряслись, толи в страхе от осознания ужасов, которые она творит или от злости, но она ничего не ответила.       - Лили, ну ответь - повторила с прежним тоном Юнга       Она всё-таки повернулась и на её глазах ступили слезы, а на лице играла улыбка. Она начала подходить к Юнге которая отходила назад пока не уперлась в стену. Зажав её, Лилия немного отступила и засмеялась.       - Если бы я этого не сделала, нам бы пришлось расстаться       Вдалеке прозвучал взрыв, лампочка замигала. Юнга подбежала к Лили и крепко обняла её.       - Ладной - испуганным голосом, сквозь горькие слезы прошептала чуть слышно Юнга.