Сердце кукловода

Тишины более давящей, казалось, не удастся и придумать. Она душила и резала слух, даже прерываемая редким шипением Кэйла и шорохами одежд Белой Звезды, но ни первому, ни второму сказать было попросту нечего. «Что же случилось?» — спрашивал сам себя юноша снова и снова, сидя на кровати короля и не сводя глаз с его рук. Барроу, едва заметно хмурясь, сидел на полу перед Хенитьюзом с бинтами в руках. Взгляд реинкарнатора проходил сквозь раненую ногу Кэйла, туманясь в собственных размышлениях и, быть может, в толике чувства вины. Выражение Кэйла, стоит заметить, не так уж сильно отличалось от Белой Звезды — те же сведённые к переносице брови, глаза, точно стеклянные шарики, на лицо же упала пара прядей алых волос. [Он... тебя увидел..?] — робко предположила Обжора, вспоминая странное поведение короля жалкие минуты назад. «Нет,» — сам того не заметив, юноша отрицательно мотнул головой. Зеркало, за которым оказался Кэйл, было совершенно обычным. Точно такое же висело в его комнате, да и во всём белом дворце, так что у Красной Звезды была тысяча и одна возможность убедиться, что снаружи зеркала были самыми обыкновенными. Было бы глупо создавать тайные ходы за зеркалами, сквозь которые бы можно было их разглядеть. Вздохнув, юноша поднял глаза от рук Барроу к его лицу и слегка склонил голову на бок, всматриваясь в чужие черты. Невольно вспоминался и утренний диалог с Лирианом, когда тот занимал слуг занавешиванием зеркал. Но зачем? Скрыть и без того невидимые лабиринты? А если и так, то от кого? — Эй, Звезда? — в конце концов полушепотом позвал Кэйл, словно боялся, что его голос прозвучит слишком громко. — М? — только и было ему ответом. Барроу не потрудился встретить чужой взгляд, да и по-прежнему казалось, что находился он не совсем здесь. Тем не менее он, похоже, готов был слушать, что заставило Хенитьюза усмехнуться краем губ. — Что ты увидел? Там, в зеркале... Фраза Алой Звезды прервалась болезненным шипением, когда реинкарнатор, нарочно или нет, сильнее придавил резаную рану на щиколотке юноши повязкой. Заметив реакцию Кэйла, Барроу замер на миг, давая тому короткий перерыв. Затем всё так же продолжил перевязывать чужую ногу. Молча. — Звезда, — в этот раз юноша позвал громче. Он не долго думал прежде, чем протянуть руку к лицу короля и взять того пальцами за подбородок, насильно вынуждая на себя посмотреть. Догадка сама собой слетела с уст Хенитьюза зловещим шепотом: — Неужели ты не узнаешь себя? Это казалось единственным разумным объяснением. Пусть Кэйл совсем не знал, что из себя представляла эта молитва, о которой упоминал дворецкий, несложно было догадаться, что от неё у короля слегка мутнел рассудок. «Он ведь реинкарнатор,» — картина медленно складывалась в голове Хенитьюза. — «Я бы тоже перестал себя узнавать, если бы сменил своё лицо ещё несколько раз.» Смешок. Парируя Хенитьюза, точно отражение в зеркале, Барроу так же склонил голову на бок, расстягивая бледные губы в легкой ухмылке. — Тебя это так беспокоит? — угрозы в голосе Барроу не прозвучало, хотя Кэйл готовился расслышать в первую очередь её. В тоне реинкарнатора скользила скорее уж снисходительная насмешка, и Кэйл сдержался, дабы не сжать руки в кулаки. Такое отношение не могло не раздражать, ибо напоминало взрослого с крошечным ребёнком, если и вовсе не хозяина с питомцем. — Нисколько, — хмыкнул Кэйл. — Но выглядело забавно. — Вот как, — король слабо кивнул, когда рука Хенитьюза его отпустила, глаза же его вернулись к чужой ране. — Встать сможешь? Алая Звезда поморщился, с сомнением рассматривая повязку на своей ноге, щедро окрашенную каким-то целебным снадобьем. Барроу, проследив за чужими глазами, поднялся на ноги и протянул руку, предлагая свою помощь. Отказываться Хенитьюз не стал. — Сука, — шикнул Кэйл, попытавшись сделать шаг, и крепче сжал ладонь реинкарнатора. Ногу при первом же контакте с полом пронзила молния боли и Хенитьюз уже бы упал, если бы вторую его руку не подхватил Белая Звезда. — Не торопись, — спокойно заговорил Барроу. Смерив оценивающим взглядом Кэйла, он медленно ступил назад, осторожно ведя юношу за собой. Тот же, прихрамывая и хмурясь, неуверенно следовал за ним. На самом деле рана была не такой уж серьёзной. Белая Звезда, глядя на неё, мог назвать её максимум царапиной, но озвучивать свои мысли не планировал. Скажи он нечто подобное, Хенитьюз бы в лучшем случае съязвил что-нибудь на подобии «Ну да, куда уж тут до ампутации?». В худшем — затаил бы обиду, результат которой Барроу был не в силах предсказать. За пол года совместной жизни Белая Звезда действительно старался не испытывать и без того слабое терпение Хенитьюза, и эта царапина — первый случай за прошедшее время, когда реинкарнатор навредил Кэйлу, так ещё и случайно. Право, у него чуть сердце не замерло, когда за проткнутой мечом стеной послышался крик. Он и подумать не успел, что за любопытное создание могло пробраться в его потайные пути, и поступал лишь по старой привычке — услышав рядом шорох немедля атаковать. — Таким я тебя на задание не отпущу, — вздохнул в итоге Барроу, помогая Кэйлу снова сесть на кровать. — Тц, с чего бы? — поморщился юноша. — За пару дней заживёт. — А что, если нет? — склонил голову на бок Белая Звезда. — Ну... — протягивая, Кэйл прищурился, точно довольный лис. — На этот случай у меня есть ты. Последовал очередной уставший вздох. Хенитьюз смерил Барроу оценивающим взглядом, когда тот убирал оставшиеся бинты, и про себя отметил, что сейчас Белая Звезда ещё больше походил на мертвеца, чем обычно, но заострять на этом внимание не стал. Вместо того он решил сменить тему: — Послушай, Звезда... — М? Взор юноши сам собой скользнул к большому зеркалу. Древние силы молчали, но их голоса заменили не менее шумные размышления. Понадобилась минута, если не больше, чтобы заговорить, однако реинкарнатор не торопил. Вероятно, был слишком занят поисками затерявшейся на одеяле иглы. — Ты ведь понимаешь, — голос Кэйла превратился в полушепот, в котором ясно читалась вся серьёзность. — Я не смогу быть на твоей стороне, если ты продолжишь от меня что-то скрывать. Что ты прячешь? — Нет ничего полезного в том, чтобы знать слишком много, — покачал головой Барроу, но выражение его лица всё же смягчилось. Он проследил за взглядом Кэйла, после чего тихо хмыкнул. — Я покажу тебе как-нибудь. Тогда, когда сможешь ходить. Пришлось сдержаться, дабы не закатить глаза. "В чём сложность просто рассказать?" Кэйл фыркнул. Право, он уже был готов начать возмущаться и строить из себя королеву драмы, как вдруг замер, едва заслышав заговорившего в его сознании Супер Камня. [Кэйл,] — начал тот с долей сомнения в голосе. Он выждал паузу, после чего одной фразой поверг юношу в шок. — [Древняя сила.] Услышанное пронеслось в сознании эхом. Глаза Алой Звезды опустели, на лице же застыла странная улыбка. Древняя сила? Здесь? В белом дворце? В такое не вышло бы просто поверить. "Это просто безумие!" В голове не укладывалось. Древняя сила в такой непосредственной близости просто не могла остаться незамеченной! Даже окажись она с неподходящим атрибутом для Белой Звезды, этот тип наверняка бы нашёл марионетку, которой можно было бы воспользоваться, так почему же... — Кэйл? — щелкнув пальцами перед лицом юноши несколько раз, реинкарнатор вернул того в реальность. — Что-то не так? Руку Барроу резко схватили за запястье. Напрочь позабыв о раненой ноге, Кэйл вскочил со своего места. Колени тут же предательски подкосились, вынуждая Хенитьюза вцепиться обеими руками в плечи ошеломленного Барроу. — Блять! — сорвалось у Алой Звезды. — Пойдём, говорю! В новом вздохе Белой Звезды уже слышалось нескрываемое отчаяние, тем не менее он, похоже, устал возражать. В одно уверенное движение реинкарнатор поднял Хенитьюза на руки, на что у второго сорвалось новое шипение, полное недовольства, потом же - замешательства. — Станешь брыкаться - брошу на пол, — холодно предупредил Белая Звезда, после чего шагнул в сторону зеркала. Кэйл на это лишь плечами пожал и поднял руки в знак капитуляции. Ему не в первой играть роль принцессы в чьих-то руках, да и всяко это было лучшим решением, нежели хромать и скулить неизвестно сколько времени. Потайная дверь открылась, после чего их встретила кромешная, но уже знакомая обоим тьма. До ближайшего источника тусклого света было довольно далеко, однако Белую Звезду это нисколько не беспокоило. Он мог бы разгуливать этими тайными ходами абсолютно вслепую, ведь выучил их века назад. Правда, Алая Звезда уверенности Барроу в дороге не разделял. "Хоть глаз выколи" — про себя фыркнул юноша и щелкнул пальцами, призывая маленькую молнию цвета розового золота. Глаза Кэйла с прищуром стали рассматривать округу в попытке запомнить путь, но бросить это дело пришлось почти сразу. Всё-таки света от Огня Разрушения было не больше, чем от небольшой свечки. Вдруг волосы Кэйла слабо колыхнулись. Послышался шорох одежд, лица же коснулось дыхание холода. "Это... ветер?" — Почти пришли, — осведомил реинкарнатор, почувствовав, как юноша зашевелился в его руках. Он свернул направо и неторопливым шагом ступил на лестницу, ведущую вниз. Под сапогом Барроу послышался тихий хруст, напомнивший Кэйлу треск ледяной корки на замерзнувших лужицах. Тело Алой Звезды пробрала мелкая дрожь, на что реинкарнатор прижал молодого человека к себе немного сильнее, будто бы забыл, что сам он был ничуть не теплее трупа. С каждым шагом Кэйлу казалось, что воздух становился всё более холодным, морозным, проникающим под кожу в самые кости. Тем не менее он не стремился первым нарушать молчание, ровно как и Белая Звезда. Вскоре перед глазами появилась дверь, и Красная Звезда ничуть не удивился тому, что вся она была покрыта кристаллами льда. Стало понятнее, откуда исходил этот зимний ветер, и Кэйл подсознательно прижал к себе руки сильнее, когда Барроу остановился. С треском и тяжелым грохотом дверь отворилась сама, словно почувствовала приближение хозяина. Зрение резанул появившийся свет, вынуждая на секунду зажмуриться. Потом же взору открылся просторный зал полностью белого цвета. Он был полон кристаллов, полы и белоснежные гробы укрывало одеяло из снега, а из неизвестных направлений время от времени взлетали вихри, неся за собой белые хлопья. Морозный склеп — так назвал это место про себя юноша, едва успев осмотреть округу. — Это... — сорвалось шепотом с уст Хенитьюза вместе с облаком пара, но закончить фразу он так и не решился. Будто поняв юношу с полуслова, реинкарнатор кивнул и прошёл внутрь. Под ногами хрустели снежные покрывала, пряди и одежды же колыхали порывы ветров. Гробов было много. Казалось, в этом склепе вполне можно было похоронить целую деревню, если и вовсе не город, только ни одного имени нельзя было увидеть. В центре зала же стоял невысокий стол, а на нём — Кэйл глазам своим не поверил — семиструнный музыкальный инструмент. До боли знакомый, хоть в этом мире таких Хенитьюз нигде не встречал. "Неужели... гуцинь?" — Что это? — почти безразлично спросил молодой человек, не сводя глаз с белого дерева, расписанного серебрянными узорами, и длинных струн. Эта вещь не была и близко похожа с другими инструментами этого мира. Гуцинь был тем, что напоминало Кэйлу - нет, Ким Рок Су! - о его прежнем доме, но как?! Как нечто подобное могло оказаться в таком месте?! [Кэйл,] — вновь обратился к нему Супер Камень. — [Это она.] "Древняя сила..." — Всего лишь небольшая семейная реликвия, — одними уголками губ улыбнулся Белая Звезда. Он посадил Кэйла на ближайший гроб, после чего снял с себя мантию и укрыл ею плечи Хенитьюза. Тот немедля укутался ею как можно сильнее и поджал к себе ноги. Холод не беспокоил Барроу уже много лет, однако Хенитьюз уже действительно переживал, как бы не слечь после этой прогулки с лихорадкой. Смешок. Барроу плывущипи шагами, подобно призраку, приблизился к гуциню и провёл пальцами по струнам, извлекая мелодичный голос инструмента. — Просыпайся, — шепотом обратился реинкарнатор в неизвестность, и Кэйл вздрогнул, когда в его голове раздался совершенно незнакомый голос - хриплый, скребущий сознание, чем-то напоминающий змеиное шипение. [Предатель,] — эхом пронеслась фраза древней силы. — [Предатель!] "Что..?" — нахмурив брови, Кэйл обратил вопросительный взор к Белой Звезде, чьи пальцы ласково продолжали водить по струнам гуциня. По его лицу было очевидно - он тоже это слышал. — Ты ведь знаешь, — обратился король к юноше. — О том, как работает твоя маска. Верно. Не просто знал, он чувствовал её силу с каждым движением. И всё же Алая Звезда озвучил - тихо, так, словно боялся, что стены вдруг услышат его голос. — Ты соединил их, — выдохнул Хенитьюз. — Соединил наши фундаменты. Белая Звезда кивнул. Вид его олицетворял само спокойствие, словно речь шла о пустяковом решении, а вовсе не о поступке, который Хенитьюз всё ещё считал вершиной безумия. — Именно, — хмыкнул Барроу. — Твой фундамент - мой, мой фундамент - твой. Благодаря этому твои древние силы и стали могущественней. И всё же в этом методе остаётся брешь. "Я знаю..." — Сила с атрибутом земли, — на выдохе произнёс Алая Звезда. — Без неё тебе недостаёт равновесия. — Верно, — Барроу усмехнулся, прикрыв глаза. Он опустился на колени перед столом и снова коснулся струн инструмента. — В иной ситуации это было бы серьёзным риском. Возникни в фундаменте трещина - умерли бы мы оба. Это принесло бы некоторые неудобства. — И тем не менее, — усмехнулся Кэйл. — Даже без равновесия ты можешь прожить не так уж и мало. — Почему же "без"? — хохотнул реинкарнатор, вновь проведя пальцами по струнам. — Ты ведь и сам уже догадался, что перед тобой. "Сила с атрибутом земли... Прямо у тебя в руках." [Предатель!] — снова прохрипела запечатанная древняя сила. — Позволь представить, — промурлыкал Барроу, разведя руками перед гуцинем. — Мёрзлая Земля. Древняя сила с атрибутом земли. Кэйл не понимал. — Почему же ты до сих пор не забрал её? — Поступи я так, — улыбнулся Барроу. — Этот склеп давно бы рухнул. Тем не менее эта сила - моя, и фундамент мой уравновешен. Достаточно лишь играть здесь, пока ты сражаешься, и потеря равновесия нам не станет угрозой. — Ты всё продумал, — хмыкнул Алая Звезда, в очередной раз осмотревшись. — Выходит, я всё же смогу отправиться в следующую битву. Барроу вздохнул. — Доверюсь тебе в этот раз.