твой последний вздох, я заберу все

Кто будет молиться за меня?

Облегчит мою боль?

Спасет мою душу?

Потому что я один, понимаешь

Если я умру ради тебя

Если я убью ради тебя

Тогда я пролью эту кровь ради тебя

Сону обещал, что ему стало лучше. Убеждал Рики, что терапия помогает, что он перестал ощущать тревогу и беспокойство все время. Но все еще просыпался в чужих объятиях, вздрагивая от кошмаров. Все еще проверял перед сном, заперта ли дверь по нескольку раз. Уходил из спальни под предлогом выпить воды, но Рики слышал, как щелкал металлический замок в коридоре. Видел, как он украдкой проглатывает таблетки за общим ужином с друзьями в бистро, думая, что никто не заметил. Часто бросает беглые взгляды через плечо, когда они выходят на шумные, заполоненные людьми улицы города. Требовалось время. Никакая рана не заживает мгновенно, будь она на теле или в голове. Это была длинная дорога, по которой они шли вместе. Может быть, иногда очень медленно, но всегда плечом к плечу. И Рики делал все, что мог. Был рядом, позволяя положиться на себя в трудные моменты; пытался окружить Сону заботой, подарить ему вновь когда-то отобранное чувство безопасности. Рики хотелось быть для него всем необходимым, но он не мог. Самая важная часть оставалась за Сону. И Сону старался. Ради себя, ради Рики, ради семьи и друзей. Первый месяц он едва выходил из дома. Им обоим было ужасно трудно. Бесконечные "что если" вызывали агонию. Что если бы он не успел, что если бы они сотворили с Сону что-нибудь похуже, что если бы он умер у него на руках... В начале января Рики не отходил от парня, сторожевой собакой привязанный к его больничной койке. В конце февраля он раздумывал о расставании. Все, чтобы Сону был в безопасности, все, чтобы не пострадал еще раз из-за него. Рики разобрался с теми, кто организовал похищение. Это были члены "Черного дракона", которым Человек-паук уже долгое время перекрывал кислород. Они организовали теракт, публично призывая его исполнить свой долг, но никто из смотрящих новости не знал, что они заставили его делать невыносимо тяжелый выбор между спасением нуждающихся в его помощи незнакомцев и любимого человека. Они хотели отомстить ему за десятки сорванных операций, за наводки, которые он давал полиции, за потерянных людей. Получилось просто отлично, ведь что бы Рики ни выбрал, у обоих решений была своя разрушительная цена. Он сильно поругался с Сону. Критика Человека-паука в медиа не утихала, полицейские устроили за ним настоящую охоту. Пришлось на некоторое время убраться с радаров, но преступники, конечно же, не сидели сложа руки, пользуясь моментом. Вдобавок он чувствовал огромную вину, оскоминой набитую в каждой их с Сону ссоре. Для Сону же все дела обстояли в разы хуже. Здание, в котором его держали, уже начало растворяться в языках пламени к тому моменту, как его обнаружил Рики. Его парня госпитализировали и он быстро поправился физически, но трудности были впереди. Панические атаки, потеря веса, кошмары, засевшая под кожей тревожность. Пришлось взять академический отпуск, бросить подработку, переехать. После той ночи поменялось все, кроме одного. - Ты мне нужен, Рики. - Говорил он, лицо мокрое от слез. - Пожалуйста, не уходи. Рики оборачивался, не в силах игнорировать его просьбу. Оставлять Сону одного было как отрывать от себя конечность - невыносимо больно. Он уже давно понял, что был эгоистом - непозволительная роскошь для того, кого именовали героем. Но после встречи с Сону он не мог по-другому, и вряд ли когда-нибудь сможет снова. Его слов было достаточно, чтобы повернуться назад. И Рики остался.

🕸️🕷️🕸️

В мае Сону начал подрабатывать в кафе недалеко от дома. Рики гордился тем, какой путь он прошел ради этого, но не мог не наседать чуть больше, чем следовало бы. Было трудно снова выстраивать границы спустя пять месяцев тесной близости, постоянного подтверждения чужой безопасности. Сону пришлось уговаривать Ники не провожать его каждый раз с поздних смен, ограничиться первое время сообщениями. Поэтому Рики не сказал о своих ночных посиделках на крыше, чтобы не вызвать у парня дискомфорт. Ему не хотелось больше ссориться. Первые две ночи Сону возвращался около одиннадцати. Паучье чутье молчало, когда Рики опирался о край крыши противоположного здания и провожал парня глазами. О щиколотку настойчиво терлась громко мяукающая кошачья морда. Ники подхватил черную кошку на руки, мягко поглаживая место между ободранными ушками. Желтые глаза блаженно прикрылись, из груди раздалось глубокое урчание. Кошка явно была бездомной, на морде красовалась свежая царапина, левое ухо кровоточило на конце. Парень прижал ее к груди, наклоняясь и чмокая в лоб через ткань маски. Третий день начинался как обычно, и Рики уже приготовился в очередной раз тщетно выглядывать звезды в загрязненном нью-йоркском небе, когда у дома остановился знакомый силуэт. Парень нахмурился, взглядом впиваясь в Пак Сонхуна. Они с Сону были однокурсниками, и парень носил ему конспекты с пар, чтобы по окончанию академа нагнать программу было легче. Сонхун был очень красивый. А еще он разговаривал с Сону на корейском, который непонятным набором звуков пролетал мимо ушей Рики. Ему нравилось слушать Сону, когда он говорил на родном языке, нравилось, каким мягким и более эмоциональным он становился. Чего он не любил, так это досады от невозможности разделить общую шутку и присоединится к чужому смеху. Рики Сонхун не нравился, и стал нравиться еще меньше, когда он наблюдал за ним у крыльца перед домом Сону. Появление последнего не заставило себя ждать. Через пару минут они уже обнимались. Рики отказывался признавать, что укол в груди носил ревностный характер. Сонхун протянул Сону пакет, что-то говоря. Он стоял спиной, поэтому все, что мог видеть Рики, было выражение лица Сону. Тот кивнул несколько раз, улыбаясь, но через несколько мгновений его губы сжались в бледную линию. Рики облокотился о кирпичную стену, инстинктивно наклоняясь вперед, чтобы видеть лучше. Чем больше говорил Сонхун, тем мрачнее становился Сону. Он открыл рот, чтобы ответить, но Сонхун взмахнул рукой, яростно жестикулируя. Сону покачал головой, брови жалостливо изогнулись, а рука ухватилась за край лонгслива парня. Тот сжал ее мимолетно своей, прежде чем кивнуть на прощание и уйти. Сону был очень расстроен. Тайное удовлетворение смешалось с любопытством и беспокойством, но Ники не мог спросить его, все ли было в порядке, не признавшись, что наблюдал тайком, без спроса. Четвертая ночь прошла тихо, поэтому Рики вернулся к патрулированию города под звук дающего ориентиры голоса Чонвона. Оставалось только надеяться, что если что-то вызовет подозрения, Сону не станет закрывать на это глаза и сразу ему расскажет.

🕸️🕷️🕸️

- Что за!! Ники отпрянул от открытого настежь окна, ударяя себя по лбу. - Это что, Человек-паук?!! - донеслось до него из спальни Чонвона. Татуированный голый торс незнакомого парня все еще мельтешил перед глазами. Ники встряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого образа, и хмыкнул под нос, запрыгивая на подоконник. Очевидно, смысла прятаться уже не было. Новое увлечение Чонвона, слава богу, уже одетый, уставился на него с удивлением на лице. - Йо, - Рики махнул двумя пальцами в приветствии. - Чувак, извини, но я уже хочу стереть нашу первую встречу из памяти. Чонвон, полулежащий на кровати, закатил глаза. Он был одет и за исключением съехавшей с плеча футболки, взъерошенных волос и ярко-розовых щек ничто не выдавало то, чем он занимался минуту назад. Рики насмешливо ухмыльнулся. - Справедливости ради, это не я без предупреждения заваливаюсь к людям домой через окно. - Ты знаешь Человека-паука? - Воскликнул незнакомец. - И когда ты собирался нас познакомить?? Немного детское удивление неестественно смотрелось на его маскулинном, четко-очерченном лице. Он напомнил Рики красавчика азиата из "Форсажа", на которого так залипала его сестра.   - Человек-паук переоценен. За маской всего лишь самовлюбленный ребенок с синдромом спасателя. - Эй! - Рики скрестил руки на груди. - Да это же почти как знать Бейонсе! Или... - незнакомец взмахнул руками. - Джастина Бибера? - Джастин Бибер переоценен. - На этот раз сказал Рики. - Ну все, хватит! - Чонвон нахмурился, его лицо было похоже на морду шипящей кошечки. - Да, я знаю Человека-паука, но у нас строго рабочие отношения. - Ну дела, а я думал, мы друзья... - Джей, - Чонвон рукой указал на парня и перевел на Ники. - Человек-паук. - Так ты новый парень Чонвона? - Ники спрыгнул с хлипкого подоконника, выпрямляясь во весь рост. Он хотел выглядеть серьезно, но локтем задел маленький горшок, стоявший на самом краю. Полумертвый кактус чудом не сломался, когда паутина Ники перехватила его в сантиметрах от пола. Укоризненный взгляд Чонвона проследил за движением. Джей, казалось, был в восторге. - Вау! Впервые вижу паутину так близко! Чонвон сменил мишень. Джей смущенно улыбнулся и протянул руку. - Приятно познакомиться. Рики крепко обхватил чужую ладонь. Рукав зипки парня немного задрался, и на коже показались очертания татуировки. Рики напрягся, кивая. Впечатление было каким-то смазанным. Чонвон мягко намекнул, что Джею уже пора, и они остались вдвоем. Рики устало стянул маску, плюхаясь на кресло-мешок, запиханный в угол маленькой общажной комнаты. Она находилась на солнечной стороне, из-за чего казалась просторнее. Светлые стены были обклеены постерами разных музыкальных исполнителей, на столе у кровати располагался целый сетап из нескольких мониторов и какие-то полезные технологические штуки. Рики в этом не сильно разбирался. - Ты доделал браслет? Чонвон кивнул, вытаскивая вещь из ящика в столе. Это был тонкий силиконовый браслет с установленным внутри специальным механизмом, позволявшим оповестить об опасности и сразу посылающим информацию о текущем местоположении. Сону мог нажать на небольшую кнопку, и Рики тут же узнал бы, что он в беде. - Спасибо, Чон-ни. - Он поймал браслет, прокручивая между пальцев гладкую поверхность. - Выручил. - Не за что. - Чонвон надел очки и вернулся на кровать, утыкаясь в телефон. - Предупреждай только в следующий раз, что придешь. - А раньше я мог приходить когда угодно. - А раньше у меня не было парня. - Ага, - Рики прищурился. - Джей... Ты и словом не обмолвился о нем, пока я не поймал вас вместе. Чонвон пожал плечами. - Я не был уверен, что интересую его в этом смысле. - Ты о чем? Он протяжно вздохнул, откидываясь на подушки. - Просто он слишком хорош для меня. - Тс, ерунда. - Рики изогнул бровь. - Ты слишком хорош для него. - Да брось, ты разве не заметил, как он выглядит? - Как член преступной организации? - Как бог. - Мечтательно выдохнул Чонвон. - Точно... Строго рабочие отношения, помнишь? - Рики поднялся с места, предчувствуя, куда ведет разговор. - Ну, я пошел.

🕸️🕷️🕸️

Следующим вечером Рики знатно досталось. Он и так ощущал себя паршиво, плюсом прибавилась проблема на спине, до которой он не мог дотянуться самостоятельно. Его навыков уже хватало, чтобы справляться с незначительными травмами, но в такие моменты ему все еще были необходимы чужие способности. Сону помог стянуть верхнюю часть костюма, как можно деликатнее обращаясь с тканью в тех местах, где она слиплась с кровящими ранами. В свете луны его лицо казалось призрачно бледным. Когда он потянулся, чтобы заправить спавшие на лоб Рики пряди, его рука дрожала. Его руки никогда не дрожали раньше. Всегда стабильные и сохранявшие четкость в каждом движении, словно принадлежавшие опытному хирургу во время ответственной операции. Какими бы серьезными ни были раны Рики, ничто не выдавало в его теле панику, порой проскальзывавшую в глазах. Ничто не выбивало из колеи, не заставляло потерять контроль. До недавних событий. Похоже, Сону тоже заметил это, поэтому тут же отпрянул, пряча руки за спиной. - За аптечкой. Рики сел на диван, ощущая странное онемение. Прохладный воздух из открытого окна обдувал голую спину. Сону зашел в комнату с большой коробкой и сел сзади, принимаясь за работу. - Что произошло? - Какие-то придурки пытались обокрасть магазин Лисы. Они были вооружены лучше, чем я думал. Резкий запах антисептика ударил в нос. Несмотря на долгое отсутствие постоянной практики, Сону все делал так же быстро и аккуратно. - Обычные люди? Игла проткнула кожу, и плечо дернулось от неожиданности. Рики стиснул зубы, разглядывая стопки учебников на чужом столе. Раскрытая тетрадь и ручка, брошенные в середине конспекта, разноцветные фломастеры и пачки стикеров. Кажется, он застал его во время одной из затяжных учебных сессий, когда он пытался нагнать весь материал, который проходили сейчас в университете. - Занимаешься допоздна? Тихий вздох. Тепло его пальцев, ощущавшееся каждый раз, когда он вдевал иглу в края раны. - Рики. Не нужно было приходить. Он догадывался, что скрывалось за этой интонацией. - Хватит себя наказывать. Рики покачал головой, ощущая подступающее раздражение. - Я не наказываю себя. - Ну же, Рики. Мы оба прекрасно знаем, что ты не получаешь таких ран от ублюдков с оружием, возомнивших себя гангстерами. - Это была случайность. Крепкий узел где-то под лопатками, мягкий бандаж сверху. Ком глубоко, глубоко в горле. Он сглотнул, поворачиваясь к Сону лицом. И снова эта вина, тяготившая сердце, тяжелым якорем тянувшая на дно. Сону ничего не говорил, собираясь с мыслями. Эти разговоры для Рики были как пытка. - Ты делаешь это специально. Думаешь, что заслужил эту боль. И даже если сам отказываешься признавать, я вижу это. Все еще чувствуешь себя... Виноватым. Рики цокнул, качая головой. Он правда доверял Сону больше всех на свете, но ненавидел, когда ему лезли в душу. - Последний раз, когда я проверял, ты вроде учился на хирурга. Что, уже переквалифицировался в психолога? Крышка коробки с медикаментами громко захлопнулась. Он мгновенно пожалел о сказанном. Лицо Сону было непроницаемым, эмоции запрятаны под тысячей слоев. - Давай поговорим об этом. - А что тут обсуждать? Рики нетерпеливо встал и начал ходить по комнате, словно желая как можно скорее уйти от темы. Рана на спине по ощущениям уже начала затягиваться. - Я знаю, это непросто. То, что ты сделал тогда… Твоей вины в этом нет. Но ты специально идешь и ищешь проблемы, как будто это заставит тебя чувствовать себя лучше! - Я… О чем ты говоришь, Сону?! – В груди разгорелся огонь. – Все те люди погибли, потому что я не смог их спасти! Потому что я был эгоистом, потому что выбрал тебя! И вина за это будет всегда на мне! - Единственные, кто за это ответственны - подонки из "Черного дракона"! Если бы они не шантажировали тебя... - И почему, думаешь, они на это решились? Знал бы я, что они положили на тебя глаз... - То что? Не стал бы делать то, что считаешь правильным? Не стал бы помогать полиции? - Да, не стал бы! Взгляд скользнул по выражению сону, и Рики почувствовал, как сердце ухнуло вниз. Он подошел и сел у его колен, руками обхватывая лицо. Они были таким большими, что кончики пальцев доставали почти до середины лба. - Я бы все сделал, чтобы избежать того, что произошло. Но уже не смогу. И я никогда не пожалею об этом, слышишь? Если бы был шанс вернуться в прошлое, снова и снова. Я бы всегда выбирал тебя. Губы Сону дрогнули, и он крепко сжал их, пытаясь сдержаться. Но было поздно, и когда он моргнул, крупные слезинки сбежали из уголков его блестящих глаз. - Потому что я люблю тебя. Сону шумно втянул воздух. Рики накрыл большим пальцем родинку на его переносице, проводя плавную линию вниз, по изгибу прямого носа и носогубной впадине. Надавил ощутимо подушечкой на нижнюю губу, расплющивая розовую кожу, заставляя его пухлый рот приоткрыться. Рики не мог оторвать от него взгляд, завороженный видом. - Я тоже люблю тебя, Рики. – Тихо сказал он. – Но я не хочу, чтобы ты страдал в одиночку. Пожалуйста, не причиняй себе боль. Обещай, что больше не будешь делать это намеренно? Он отвлеченно кивнул, глубоко внутри зная, что все повторится снова. Но эти мысли ушли на второй план, и он подался вперед, прижимаясь упоенно к его рту. Тяжелое дыхание обдало щеку, и парень прильнул ближе, сминая податливые губы Сону своими, языком повторяя манящий изгиб арки купидона. Между его бровей пролегла маленькая морщинка, сердце пропустило удар. Рики почувствовал яркой вспышкой пробудившийся голод, теплом отдавшийся в низу живота и волнами растекающийся по всему телу. Рука опустилась с подбородка Сону на его шею, ощутимым давлением ложась на гортань. Чужой пульс затрепетал под пальцами, а глаза смотрели опьяненно из-под длинных ресниц. Желание сжигало Рики изнутри, и он уложил парня настойчивым движением на диван, устраиваясь между его ног. Иногда, в перерыве между делами ночью, он любил бесцельно пролетать над пульсирующим огнями городом, зависая на секунду в пространстве между прыжками, прежде чем забросить паутину на ближайший небоскреб. От момента невесомости внутри все переворачивалось, а тело будто искрилось от удовольствия. Это было единственным чувством, настолько сильным, чтобы сравниться с тем возбуждением, которое овладевало им каждый раз, стоило Сону оказаться под ним. Таким красивым, открытым и податливым, готовым принять нужную форму под умелым прикосновением. Сону дотронулся до его живота, оглаживая стальные мышцы пресса. Рики словно весь был соткан из тугих мускул и твердых пластов кожи, казалось, что в его натренированном теле не было ни одного слабого места. Сону закусил губу и обвел кончиками неровную полоску длинного шрама, растянувшегося поперек. Самый крупный, он хранил в себе напоминание о начале пути парня, когда тот еще не осознавал полностью границ новообретенных способностей, был слишком безрассудным и самоуверенным. Старший осторожно прошелся легким движением по рукам, балансируя между порезами и синяками, следуя по дорожкам проступающих вен, и нетерпеливо притянул за плечи, желая ощутить его на себе. Рики поддался, наклоняясь и с готовностью отвечая на требовательный поцелуй. Чужие пальцы вплелись в его волосы, привычным движением задевая совсем короткие, недавно сбритые волоски ниже затылка. Рики нашел рукой дугу его талии, задирая домашнюю футболку и сжимая по-собственнически разгоряченную кожу на боку. Сону выгнулся в ответ на прикосновение, как раз когда Ники опустился ниже, и их бедра прижались вплотную, вызывая отголоски слабого удовлетворения. Поцелуй стал грязнее и развязнее, Рики перестал сдерживаться, жадно впиваясь в раскрасневшиеся губы. Когда Сону чуть отвернулся, хватая ртом недостающий воздух, он от мягкой щеки проложил влажную дорожку к шее, по пути собирая кожу подбородка меж зубов. Артерия билась неистово прямо под его языком, неровность кадыка дрогнула от дразнящего укуса. Рики продолжал безудержно целовать его, оттягивая футболку к плечам и накрывая ладонью плоскую грудь, сжимая мягкость на едва проступающих мышцах. Сону глухо застонал, когда чужие пальцы несколько раз прошлись по коричневатой ореоле, стимулируя чувствительные нервные окончания. Рики губами ощутил вибрацию у основания его шеи и погрузил кончик языка в ямочку между ключиц. Попробовав чужое наслаждение на вкус, он склонился над грудью, носом утыкаясь в твердую ложбинку. В ушах стояли только переплетненные звуки их тяжелого дыхания, перед глазами - просторы его гладкой атласной кожи. Преследуя крупицы удовольствия, Сону раздвинул шире колени, изгибаясь навстречу, и Рики рукой обхватил внешнюю сторону его бедра прямо под ягодицей, впиваясь в него через ткань спортивных штанов. Он почти лег на Сону, но удерживал значительную часть своего веса, чтобы не придавить его к дивану. Рики ощутил, как что-то стрельнуло внутри, горько-сладким пониманием осело под ребрами, и спрятал лицо на его заметно вздымающейся груди. Сону так близко - ни сантиметра лишнего расстояния и взволнованное биение его сердца прямо под ухом. Неожиданно в этот момент Рики захлестнула любовь, и одна мысль о том, что он может его потерять, вызывала зачатки почти физической боли. Господи, как же сильно я тебя люблю. Это чувство затопило его, словно смывающая все на своем пути волна. Вода в носу, бурлящий шум отдающийся в барабанных перепонках, жжение в глазах - переполнило до краев, заставило остановиться на пару секунд, чтобы перевести дыхание и прийти в себя. - Ты в порядке? - спросил Сону. - Что-то болит? Он качнул головой и поднял взгляд, слабо улыбнулся. - Все хорошо. - Пальцы изучающе-медленно спустились по выступающим ребрам. - Просто так хочу тебя, что, кажется, сейчас потеряю сознание от желания. Сону закатил глаза, запястьем шутливо толкая его в лоб. - Тогда иди сюда. Тело Сону подстроилось под него, словно пазл. Рики смотрел на парня, когда на пробу толкнулся бедрами, с вожделением наблюдая за тем, как заломились чужие брови, а блестящий от слюны рот приоткрылся. Крепкий узел в низу живота развязывался по мере того, как движения становились быстрее, глубже. Сону нежно уложил лицо рики в ладонь, и тот повернулся, оставляя мимолетный поцелуй у основания пальцев. Второй рукой он протиснулся в тесноту между их тел и сжал его член, выбивая из младшего низкий стон. Он проскользнул под плотную ткань и прошелся несколько раз по длине, размазывая влагу. Дыхание Рики перехватило, и он собрал последние остатки ощущения реальности, чтобы еще раз погрузить язык в мокрый рот Сону. Он был слишком возбужден, чтобы заботиться о порядке, и слюна густой дорожкой медленно вытекла из уголка чужих губ. Ладонь Сону вся увязла в белой липкости. Как только он поднял ее между ними, Рики наконился, беря пальцы в рот и пробуя себя на вкус. Круглые черные зрачки Сону напоминали луну во время затмения, пушистые ресницы затрепетали. Рики вылизывал фаланги, опускаясь на них как на член. Они оба были одеты, за исключением верха - голый торс Рики вплотную накрывал Сону, лежавшего со смятой над грудью футболкой - и постепенно сгорали в разведенном ими пекле. Беспорядочно и мокро, самозабвенно, несдержанно - Рики особенно нравилось ловить ртом протяжные высокие стоны Сону, часто выскальзывающие из него уязвимые всхлипы. Они подначивали его, застилали глаза мутной пеленой невыносимой жажды. Мышцы напрягались до сладкого спазма, и Рики ощутил, как трение бедер доводит их до пика. Оргазм для Сону часто был слишком интенсивным, поэтому ему нужно было держаться за что-то, чтобы получить удовольствие. Его тело сжалось перед разрядкой, и Рики укусил его до темно-синих следов за плечо, чтобы вспышка боли помогла сбалансировать наслаждение. Ладонь Сону благодарно легла на его спину. Они оба обмякли, пытаясь поймать дыхание. Рики соскользнул с дивана на пол и положил голову на голый живот парня. Пальцы Сону тут же нашли чужие взлохмаченные волосы и начали лениво перебирать пряди. Холодный пот остывал на коже, но Рики любил это чувство. Он был весь мокрый и разморенный, раскованное добела железо, оставленное в холоде, но рядом с Сону все это утопало в блаженной неге. - Я совсем забыл. Он нехотя встал и поднял рюкзак, брошенный у окна. Душ и чистая одежда сразу после. Сону выглядел не по-настоящему красиво, будто не принадлежащий этому дивану, комнате, Рики. Он снова захотел коснуться его, чтобы убедиться в существовании наверняка, но для начала просто протянул ему браслет. - Что это? - Сону заинтересованно принял вещь, поднося к глазам. - Там есть крохотная кнопка, под цветочком. Если будешь чувствовать себя в опасности нажми на нее, и я сразу найду тебя. - Спасибо, Рик. Он сразу же надел его на запястье, поворачивая перед лицом, и широко улыбнулся. Рики улыбнулся в ответ.