Freak Show

По металлической жёрдочке монотонно накрапывал леденящий тело и душу мартовский дождь. Где-то вдали за крышами новеньких, зеркальных высоток, раздражающе громыхали электрички, чьи колеса, скрипя по ржавым рельсам, несли поезда в депо. Морозный, влажный воздух нагло прокрался внутрь помещения сквозь забытое, открытое нараспашку окно, нагло разгуливая по запыленным уголкам светлой студии. Хозяйку, плотно укутанную в тоненький плед, казалось бы, нисколько не смущала прохлада. Лениво болтая босой ногой в воздухе, она изредка вздрагивала, на секунду словно просыпаясь ото сна, когда носочки пальцев случайно касались ледяного кафеля. Истлевшая до самого фильтра сигарета с приторно-гадкой ментоловой кнопкой, будучи плотно сжатой в плену бледно-розовых, обветренных губ, неприятно горчила на кончике языка. Едкий дым, безжалостно раздирая глотку, ядовитым облаком намертво осел на стенках лёгких. Тоненькие, аккуратные пальцы, увешанные парочкой громоздких колец с внушительными, драгоценными камнями, смяли между подушечек очередную, скуренную в ноль сигарету, и затолкали бычок в пустую бутылку из-под джина. Подавленная ухмылка тронула уголки её губ прежде чем девушка, нехотя вставая со стула, негромко шлепая по ледяному полу, наметила курс в сторону холодильника. Холодный до ноющей боли в висках белый свет ослепил раскрасневшиеся, опухшие глаза, после чего последовало тихое «бля». Белоснежные полочки встретили её сплошной голой пустотой, и только на дверке в компании разнообразных соусов в ряд выстроился алкоголь. Изрядно подвыпившая, еле стоящая на ногах, и пошатывающаяся из стороны в сторону русоволосая особа громко хлопала кухонными шкафчиками в поисках винного штопора. Её замыленные, остекленевшие светло-зеленые глаза наполняют жгучие, солёные слёзы, готовые вот-вот вырваться наружу обжигающими ручейками, огибая худое личико. Дрожащая, миниатюрная ладонь сжимает нужный предмет. Агата всхлипывает, проходясь неодобрительным взглядом по полу, пока под ногами валяются безжалостно вытряхнутые столовые приборы. Она обязательно уберёт завтра или, может, послезавтра. Нервно шмыгая сопливым носом и растирая тыльной стороной ладони по щекам подтверждение собственной слабости, разгоряченная Агата с грохотом выгрузила бутылку белого полусладкого на кухонный стол, захламленный мусором и звенящими бутылками из-под выпитого ею ранее алкоголя. Раньше Агата никогда не позволяла себе подобного, разве что в юности с друзьями тайком от родителей. Сейчас же она безбожно пила, не успевая протрезветь вторые сутки подряд, без сна, уставшая до чёртиков, и одна. Стоило Агате с легкостью осилить деревянную пробку, с характерным шлепком улетевшую прямо под кухонный гарнитур, как раздался звонок в дверь. Девушка, жадно примкнув сухими губами к вожделенному горлышку, злобно зыркнула в сторону входной двери. Кто бы это ни был, она никого не ждала и тем более открывать дверь была не намерена. Время близится к полуночи. Размышлять о том, кто бы мог навестить её в столь поздний час Агата не хотела, но нежданный гость, находящийся по ту сторону двери, оказался настырнее, чем хотелось девушке, вновь удобно уместившейся на стуле. Голова, что и без посторонних звуков безостановочно гудела, казалось и вовсе треснет по швам, если «Некто» не прекратит нагло названивать. — Проклятье. — Цокнула девушка, отставляя бутылку в сторону, нехотя ступая обратно на холодный пол. Плед тут же соскользнул с костлявых плеч, оставляя Агату в одной, чересчур откровенной для лишних глаз, ночной сорочке. Агату же вовсе ничего не смутило, она лишь безэмоционально хмыкнула, чуть съежившись от холода. Вынуждено облокачиваясь о стены как за единственную опору, Агата плелась к входной двери. Тело пробила неминуемая дрожь, когда подушечки пальцев коснулись прохладного металла, крутанув дверной замок несколько раз вправо до характерного щелчка. Входная дверь незамедлительно отворилась, встретившись тяжелой дверной ручкой со стеной. — Ты почему телефон отключила, а? — Сквозь зубы процедил возникший на пороге квартиры мужчина. Его гадкий, цепкий взгляд мертвой хваткой вцепился в тощее, прикрытое лишь одной шелковой тканью продрогшее тело. Агата невольно ухмыльнулась, колко ответив: — Если трахаться пришёл, то ты меня уж прости, я сегодня не в ресурсе. —Мужчина не посчитал реплику Агаты смешной и вовсе проигнорировав ту, по-хозяйски сняв с себя промокшие до нитки пальто, повесил его на свободный крючок. Его взгляд снова мёртвой хваткой впился в неё, но теперь чуть выше: на розоватые впалые щеки, закусаные тонкие губы и мокрый, убитый взгляд. Не удосужившись снять уличную обувь, мужчина нагло прошёл внутрь. Агата, раздраженная и измученная, тревожно выдохнула, оглядев оставленные мужчиной грязные следы на чистом полу. Приход Максима в столь поздний час не предвещал ничего хорошего, в этом русоволосая никогда не сомневалась. — Телефон отключила, так ещё и бухает! — Будто родитель отчитывал Максим, шурша мусорным пакетом. Если бы была возможность где-нибудь спрятаться от его по горло надоевших нотаций, Агата, без сомнения, сбежала бы хоть на край света. Но он же не отпустит, да и она не уйдёт. — Неудивительно, что тебя попёрли с канала. — Глаза предательски заблестели, напоминая о кровоточащий ране, в которую мужчина без зазрения совести и какой-либо жалости подсыпал горстку соли. — О себе, дура, не думаешь, так обо мне подумай! О нас всех, Агата, подумай! — Не боясь потревожить сон соседей по ту сторону стены, грозно завопил мужчина, швырнув начатую бутылку вина в раковину, где та секундно разлетелась по всей кухне на множество острых осколков. — Прости, —сжалась девушка, когда несколько крупных осколков приземлились возле её ног, а в воздухе возник сладкий и одурманивающий аромат вина — я не знаю, что со мной. Мне тяжело, Макс. —Мужчина раздраженно выдохнул, хватаясь своими огромными, смуглыми ладонями за барную стойку, опуская голову. Максим, будучи менеджером Агаты на протяжении всего её пути, не раз позволял себе подобные всплески эмоций, но девушка никогда не винила его за это, ведь сама не раз устраивала ему скандалы. — Я понимаю. — Ни хрена он не понимал. — Смерть близкого человека трудно пережить, особенно, если это кровный родственник. — Агата с трудом сглотнула возникший посреди глотки ком. — Но это не значит, что ты должна губить себя. Я — твой менеджер, и я говорил тебе, я обещал тебе не раз, что не оставлю тебя в тяжёлые моменты. И ты не должна оставлять меня, Агата. — Он поднял на неё свои ледяные, подлые глаза, расплываясь в привычной ему лукавой улыбке. — Ты же знаешь чем мне обязана, девочка. Не заставляй поступать с тобой плохо. — Она не могла позволить себе перечить ему, ведь он и правда, работая сутками напролёт, делал всё, чтобы Агата никогда не пожелела о сотрудничестве с ним: высокие рейтинги, участия в разнообразных шоу, каждодневные съемки с известными людьми, приглашения на закрытые мероприятия и кинопремьеры. А секс раз в неделю просто как приятный бонус. — Прости. Я не должна была тебя обижать. Мне просто…просто нужно было побыть одной, успокоиться. —Поникнув взлохмаченной головой, тихонько пролепетала девушка. — Так-то. —Строго выдал Максим, удовлетворенной своей искусной манипуляцией, которая всегда действовала на амбициозную и вспыльчивую девушку. Теперь она снова была покорной, открытой и готовой ко всему, что он ей скажет. — Ну, иди ко мне, милая, не бойся. —Мужчина улыбнулся чуть шире обычного, оголяя белоснежные зубы, раскрывая свои большие, жилистые руки и зазывая трясущуюся от страха пьяную особу, что сейчас больше была похожа на провинившегося зверька. Хотя, почему похожа? Агата неуверенно шагнула вперёд и тут же истошно взвизгнула от резкой, пронзительной боли, когда отлетевший, треклятый осколок вонзился прямо в ногу. Максим, хмуря густые брови, недовольно покачал головой, пока Агата, подавляя слёзы, оставляя за собой кровавый след, и из последних сил прижималась к нему. — Спасибо, что ты со мной. —Тихо-тихо нашептывала она, зарываясь красным носом в его тёплую кофту. От него всегда исходил терпкий запах одеколона с цитрусовыми нотками. Его запах ей никогда не нравился, слишком резкий. Мужчина не ответил, молча погладив свою игрушку по взъерошенной макушке. — Ты пришёл только потому, что я не выходила на связь? — Её дрожащий голосок насквозь пропитала надежда, и он вновь воспользовался этим. — Конечно, солнышко. Я переживал за тебя. —Она кротко улыбнулась, шмыгнув, выбралась из крепких объятий. — Я больше не буду пить. Женек бы не одобрил. — Молодец. Тебе сейчас нельзя расклеиваться, нас с тобой ещё ждёт много работы и в том числе, твоё возвращение в интернет. Как раз хотел с тобой обсудить работу, но не сегодня, конечно же…— Сгребая разбросанные по полу приборы обратно в ящик, сказал мужчина. — Нет-нет, говори, я хочу знать. — Тутже оживилась русоволосая. Смерть родного брата отняла у неё не только самого близкого человека, но и карьеру. В душе разгоралось чувство собственной ничтожности и стыда за то, что весь интернет теперь кишит её непристойными фотографиями. — Ты - умничка, — менеджер одобрительно кивнул. — Один мой хороший друг не остался в стороне после всего этого скандала вокруг тебя и любезно предложил свою помощь. Он готов отдать тебе место ведущей в своей программе на телевидении. — Агата, кажется, расцвела. Её розовое личико полыхало огнём то ли от радости, то ли от перепитого алкоголя. — И что это за программа? — Девушка затаила дыхание, усаживаясь на стул, и закинув ногу на ногу, принялась выковыривать осколки, впившейся в большой палец. К счастью, неглубоко. — Битва экстрасенсов сейчас бьёт все рейтинги, и ты, несомненно, обязана воспользоваться этим шансом. —Русоволосая скептически зыркнула на мужчину, что даже не удосужился поинтересоваться у неё хочет ли она вообще принять участие в шоу, где выдуманные маги обманывают наивных людей. — Всю жизнь мечтала сниматься в бредовом, фриковатом шоу. —Буркнула Агата, оставив на краю стола окровавленный осколок. — Но у меня же нет другого выхода, да?