О вампирах

      — Покажи.       — Нет.       — Один раз.       — Нет.       Луна фыркнула и уткнула свой взгляд в чашку со слегка остывшим кофе. Всё в этой ситуации было странным — чересчур сладкий кофе, противный Мигель напротив, и, как назло, над городом собирались густые тёмно-синие тучи. Нет, в какой-то мере Гутхейл была даже рада тому, что отправка в паучье логово задержалась из-за перебоев их браслетов после неравной битвы с электричеством, но бухтящий и ворчащий как старый дед О’Хара начал раздражать уже через полминуты, а с десяток минут спустя — и вовсе бесить. Луне уже даже начало казаться, что это не кончится никогда, поэтому ей пришлось срочно брать ситуацию в свои руки и тащить невольного напарника в кафе, предварительно скрытно проникнув в собственный дом за шмотками.       — Может передумаешь? — вновь попытала удачу Гутхейл.       — Нет.       Луна устало вздохнула. Старый дед-вампир сдаваться под её напором не хотел совершенно, казалось, что он даже не обращает на Паучиху никакого внимания, наслаждаясь своим мерзким чаем.       — Луна Гутхейл! — раздалось откуда-то сзади, и Паучиха застыла памятником самой себе, едва не подавившись кофе. — Луна, я к кому обращаюсь?       Ситуация резко становилась абсурдной, и Гутхейл отчаянно зажмурилась, мысленно моля, чтобы всё это было не взаправду. Но отчётливый аромат маминых любимых духов с вишней явно играл не в её пользу.       — Привет, мам, — всё-таки развернулась Луна, растягивая губы в неловкой улыбке. — Какая встреча!..       — Ты же должна быть в университете? — спрашивает её мама, опасливо щуря такие же зелёные глаза. — Прогуливаешь?       Луна машет руками в свою защиту и мотает головой в стороны так, будто это может её спасти от очередных нравоучений. Тут мама замечает ещё одного невольного участника, который пытался слиться с окружением. О’Хара привстает со своего места и уже собирается поздороваться как все приличные люди, но порядком раздражённая женщина уже переключает своё внимание на его одежду.       «Черт», — думает Луна, пробегаясь взглядом по яркому принту её гигантской толстовки.       — Вы Мигель? — спрашивает женщина, получая молчаливый кивок. О’Хара кидает подозрительный взгляд на застывшую Луну, кажется, уже понимая, почему все зовут её Паучихой-неудачницей. — Моя дочь много рассказывала о вас.       — Приятно с вами познакомиться, мисс Гутхейл, — отвечает Мигель, явно пытаясь играть доброго парня, вон как клыки свои старательно прячет. Луна нервно переплетает пальцы, моля всех известных ей богов, чтобы мама не начала устраивать драму прямо посреди улицы.       Женщина вмиг расплывается в улыбке и кладёт ладонь на светлые волосы Луны, приводя их в ещё больший беспорядок, а Паучиха взглядом пытается показать своему начальству, что ситуация набирает опасные обороты. О’Хара, кажется, забавляется с её покрасневшего лица, поэтому щурится, пытаясь сдержать свою клыкастую улыбку, но не особо удачно — Луна замечает, как слегка приподнимаются уголки его губ.       — Ладно, не буду мешать вашему… Отдыху, — мисс Гутхейл переводит ехидный взгляд, из которого пропало всё раздражение, обратно на Луну, а потом всё же перестаёт создавать на её волосах воронье гнездо. — Присмотрите за моей дочерью, мистер О’Хара, вы же понимаете, что в двадцать два года у неё ещё ветер в голове.       — Непременно, — коротко усмехается Мигель, расправляя свои шикарные плечи, и Луна начинает понимать, что не зря носила все эти годы гигантскую одежду — кажется, эта чёрная толстовка с ярким красным принтом валялась в её шкафу только ради этого дня.       Когда мисс Гутхейл удаляется на достаточное расстояние, О’Хара тихо смеётся, обнажая свои белые зубы со слегка выступающими и явно острыми клыками. Луна победно вскрикивает:       — Ага! — а потом беззастенчиво тычет в сторону Мигеля пальцем. — Всё-таки показал!       А потом смеётся так счастливо, щуря зелёные глаза, что О’Хара улыбается ей в ответ.       — Тебе показалось, — отвечает он, но не перестаёт улыбаться.       — Зря мне никто не верил, ты всё-таки вампир.       О’Хара усмехается и смотрит ей прямо в глаза, прежде чем довольно протянуть:       — Возможно.       А уже на базе ей приходится отвечать на кучу сообщений матери, которая явно не забыла, что Мигель О’Хара, которого Луна давным-давно упоминала как одного из работников университета, был в её безразмерной толстовке.