О вампирах

      В последнее время дела у Гутхейл не ладились. С окончанием университета и началом официальной работы, в жизнь навалилось столько проблем, что на задания от Пауков банально не хватало времени — она то и дело перескакивала с задачи на задачу, не высыпалась по ночам, ночевала на работе и терпела своего начальника из последних сил.       — Не понимаю, что ему от меня надо, — жаловалась подруге Луна в перерыве от очередной кипы отчётов, бумажек и чертежей. — Что ни день, так он кидается на меня по любому поводу, а после работы упорно зовёт на чашечку кофе.       — Любит помоложе, — хитро протянула в трубку Клаудия, и Луна четко представила в голове картинку, как эфектная брюнетка стучит цветными длинными ногтями о столешницу. — Присмотрись к нему, вроде бы достаточно приличный мужчина.       Луна досадливо поморщилась, но по телефону отвечать ничего не стала — всё равно Клаудия не поймёт. У неё, в принципе, и своих проблем навалом, поэтому насаждать спор о том, стоит ли вообще крутить романы с начальством, Луна не хотела. Да и память услужливо подсказывала, что с этим пунктом у Паучихи явно были несоответствия.       В последнее время дела были просто хуже некуда — Гутхейл про себя костерила весь мир за то, что не может даже хоть раз в месяц выползти с работы, чтобы банально выпить пива в приятной компании Брауна или вредной Гвен. Даже к Мигелю не подобраться, он словно понимал, что с жизнью у неё полнейший швах, а потому заданий сверх меры (как всегда было до этого) ей никто не поручал. Жизнь Паучихи-неудачницы становилась всё серее и унылее с каждым днём, и Луна готова была лезть на стены от всей той посредственности, которой она занимается изо дня в день.       — Не присоединитесь ко мне на обеде, Луна? — в очередной раз спрашивал у неё начальник, прервав на середине отчёта. Его мутноватые глаза мерзко виднелись из-под очков, а сам мистер Бэрроу наглым образом ослабил галстук и расстегнул пару пуговиц на рубашке, подчеркивая достаточно крепкие ключицы и часть мощной груди. Вот уж у кого точно было лишнее время, раз он успевал ходить в спортзал. — Выпьем кофе, как на это смотрите?       Луна уже хотела было ответить отказом, но усталость давила на плечи неподъёмным грузом, отчего сложно было даже открыть рот и извлечь из себя несколько слов.       Поэтому Гутхейл просто неопределённо качнула головой, забрала бумаги и также молча вышла из кабинета, возвращаясь в свой закуток с несколькими столами и такими же уставшими, как и она, работниками.       День был до невозможности долгим, дополнительные задачи лезли из любого угла, поэтому работать она закончила уже тогда, когда солнце скрылось за горизонтом. Ей стоило спешить домой, но в офисном костюме явно не полетаешь меж домов на паутине, как раньше.       Очередной переулок заставил поморщиться, но Луна не сбавила шаг, выстукивая небольшими каблуками ритм по асфальту.       Тусклый блеск привлек её внимание всего на секунду, но её хватило, чтобы увернуться от пролетеашего в опасной близости лезвия. Луна мысленно выругалась — хватило же удачи наткнуться на очередного маньяка, но мысли её оборвались быстро, потому что тусклый блеск принадлежал знакомым очкам.       — Бэрроу, — фыркнула Луна, отступая на шаг назад. Мерзкий начальник оказался не только зверем на работе, но и очередным злодеем. С её удачей, Гутхейл стоило догадаться, что преступник, нападающий на людей в темноте и оставляющий на стенах кровавые послания, точно будет ей знаком.       — Мисс Гутхейл, какая приятная встреча, — усмехнулся мужчина, подкидывая вверх один из небольших метательных ножей. Остальные находились на поясе, и Луна была уверена, что в случае чего, Бэрроу без труда вытащит и их.       Мужчина возвышался над ней на добрые тридцать сантиметров, и в темноте переулка его плечи, затянутые в плотный черный костюм, казались ещё шире. В голове мелькнула одна из тех шуток на грани флирта, от которых Луна отучивалась посредством работы. Именно это придало ей сил и дало вспомнить, что она, черт возьми, не просто офисный клерк!       — Хотели снова попытаться пригласить меня на свидание? — Луна попыталась улыбнуться как можно более кокетливо, чтобы вывести мужчину из спокойного состояния. Он слегка смутился и наклонил голову к плечу, не отрывая от неё своего мерзкого мутного взгляда, в котором смешалось абсолютно всё.       — Сначала я просто хотел вас убить, дорогая Луна, — Бэрроу робко улыбнулся, и от этого у Гутхейл пробежали мурашки вдоль позвоночника. — Но теперь, учитывая, как легко вы уклонились от ножа, я заинтересовался. Знаете, пожалуй, я очень хотел бы узнать вас поближе и выяснить, насколько вы гибкая.       Луна усмехнулась и потянулась рукой к полам тесной юбки-карандаша, с лёгкостью разрывая ткань до середины бедра. Бэрроу очень внимательно следил за ней в этот момент, и Гутхейл чувствовала его взгляд, скользящий от талии до бёдер. Возможно эта картина и была в достаточной мере интимной, но Луна точно знала — в настолько тесной юбке ей ни за что не получится ударить его ногой в пах максимально изящно и со вкусом.       — Боюсь разочаровать вас, мистер Бэрроу, — Луна коснулась браслета, в котором ловко спрятался мезаним по преобразованию паутины. — Но половые связи с убийцами меня не интересуют.       В один момент всё смешалось — её выстрелы паутиной и свист ножей Бэрроу. Они оба без труда уклонились, но Луне явно пришлось хуже, потому что пусть и небольшие, но каблуки, явно не являются подходящей для схватки обувью. Нож просвистел в считанных милиметрах от руки и даже слегка задел рубашку. Но Бэрроу не выглядел разочарованно — наоборот, в его глазах легкая заинтересованность легко сменилась маниакальным блеском, а губы растянулись в жутковатой усмешке от удовольствия. На миг они оба застыли.       — Я восхищён, дорогая Луна! — с энтузиазмом прошептал он словно ей в самое ухо, Гутхейл машинально ушла в сторону, пропустив над головой очередной свист метательного ножа. — Возможно, вам стоит пересмотреть свои принципы — я бы точно не отказался получить такую ловкую спутницу, пусть даже и на одну ночь.       — Обойдешься, — фыркнула Луна совсем тихо, выстрелив очередным сгустком паутины, и, что удивительно, попала прямо в пояс, намертво склеив оставшиеся ножи. Бэрроу смотрел на неё с таким восхищением и похотью, что становилось дурно, а в какой-то момент перед глазами мелькнули красные пятна. Именно поэтому Луна поняла, что еле слышимое гудение — это не гул в её ушах. В руку с силой воткнулся один из ножей, и Гутхейл коротко вскрикнула, едва не оступившись на неудобных каблуках, но устояла, пытаясь не отрывать взгляда от Бэрроу.       Тот выставил руку вперёд на манер щита, а легким гулом, который Луна приняла за шум в ушах, оказался работающей магнитной установкой, охватывающей предплечье мужчины и тускло светившейся в темноте. Метательные ножи застыли у его ладони, плавно покачиваясь в такт гудению, и Луна чертыхнулась, вытаскивая нож из руки и отбрасывая его как можно дальше.       «Завёл в ловушку, а я так подставилась», — только и успела подумать она про себя, как всё завертелось по-новой — свист, металлический звон и пятна перед глазами.       В какой-то момент от усталости она всё же оступилась, а проклятые туфли сделали своё дело, из-за чего она растянулась на асфальте перед мужчиной. Боль остро прокатывалась по лодыжке и раненой руке, дышать получалось через раз, а в ушах усиленно зазвенело, из-за чего она точно пропустила явление нового действующего лица.       Очнулась она от лёгких похлопываний по щеке. Взгляд зацепился за черный костюм с алыми вставками, и Луна невольно улыбнулась, поднимая глаза на лицо Мигеля.       Он был всё таким же хмурым, но злой блеск в глазах выдавал его еле сдерживаемую ярость. Однако в этот раз Луна могла быть спокойна — весь этот коктейль был направлен не на неё.       — Извини за твоего… бойфренда, — О’Хара скосил взгляд на вырубленного Бэрроу, и от тех ярких чувств, смешанных в его взгляде, в животе Луны разгорелся пожар. — Боюсь, ножи его спасли.       — Ничего, — усмехнулась Паучиха, словно в бреду проведя ладонями по крепким плечам Мигеля. — Мне больше нравятся когти. И клыки.