Dream brother, my killer, my lover

Вэй Ин придирчиво осматривает своё отражение в зеркальной створке коридорного шкафа-купе и делает фотку на телефон. Он потратил львиную долю времени, пока выбирал, в чём пойти, потому что выглядеть хотел на все сто. Чтобы Цзян Чэн точно не устоял и даже думать ни о чём не смел, кроме своего недавнего знакомого. На этот раз Вэй Ин отказался от излюбленного высокого хвоста и собрал волосы ниже, у самой шеи, что придавало образу новизны и изящности. Выбор одежды пал на тёмно-серую рубашку с короткими рукавами и чёрные свободные брюки с широким поясом и высокой посадкой. Талия в них казалась ещё стройнее и буквально призывала к тому, чтобы на ней поскорее сомкнулись чьи-нибудь руки. Конечно же, руки Цзян Чэна. Ничьи больше. «Встал бы на меня?» — пишет Вэй Ин Сюэ Яну, прикрепляя к сообщению фотку. А пока застёгивает на руках пару браслетов из кожи и серебра, ему успевает прийти ответ: «Давай без подъёбов про те две недели, когда мы трахались. Но да, капитан оценит.» Вэй Ин, фыркая, убирает мобильник и меньше чем через полчаса оказывается в клубе «Вавилон». «Да-а-а, это точно мой парень, — с ухмылкой думает он, позволяя себе ненадолго зависнуть и полюбоваться на упругий, плотно обтянутый джинсами зад Цзян Чэна, сидящего за баром. — Забавно, что мы даже рубашки одного дизайна выбрали, я этот покрой издалека узнаю… Шаришь за стиль, одобряю. Мы прямо как настоящая парочка. Значит, точно будешь моим.» А ещё забавно то, что если Вэй Ину такая модель рубашки придавала немного женственности, то капитан в подобном выглядел как настоящий брутал. Очень ухоженный и красивый брутал. С расстёгнутым воротом, открывающим прекрасный вид на ключицы, дорогими часами на запястье, хмурым взглядом и стаканом виски в руке. — Ты не в настроении? Улыбнёшься ради меня? — сквозь громкую музыку произносит Вэй Ин в никуда и, обходя танцующую толпу, идёт в сторону бара. Действовать надо быстро, пока его добычу никто не успел захомутать, и с наскока. В прямом смысле. Он как ни в чём не бывало подходит к капитану сзади и закрывает ему ладонями глаза. — Привет, незнакомец, — горячий шепот на ухо и такое внезапное вторжение в личное пространство заставляют Цзян Чэна порывисто обернуться, сбрасывая чужие руки. — Ой, прости, не надо было так резко, да? — Вэй Ин, внутри млеющий от возмущённого взгляда, прожигающего его насквозь, делает шаг в сторону и тут же оправдывается, кося под наивного подвыпившего дурачка: — Я просто не ожидал увидеть тебя здесь, но подумал, что можно подойти… — Что ты тут делаешь? — суровее, чем следовало бы, спрашивает капитан, продолжая подозрительно и цепко изучать его глазами. — То же, что и все, — Вэй Ин наглядно обводит рукой помещение. — Мне сказали, что это самый топовый клуб в городе… Эй, ну чего ты так смотришь, как будто я что-то ужасное сделал? — он непонимающе заламывает брови. — Или… Слушай, если ты подумал, что я увидел тебя и решил нащёлкать твоих компрометирующих фоток для прессы, чтобы подзаработать, то это, конечно же, не так! Я просто пришёл развлечься и обрадовался знакомому лицу… — Цзян Чэн всё ещё изучает его взглядом, немного наклоняя голову. И у Вэй Ина такое ощущение, что капитан давно раскусил его, а сейчас берёт «на слабо», надеясь вывести на чистую воду. Чувствуется, что он действительно профессионал и может раскалывать подозреваемых в допросной одним вот таким вот нервирующим взглядом, вынуждающим сомневаться в себе и каждом своём слове. Но Вэй Ин знает, что на Мо Сюаньюя у полиции ничего нет, кроме пары мелких правонарушений и недвижимости в соседнем городе. Подозревать его в обмане можно сколько угодно, но доказательств никаких нет. А обман капитан ему потом простит. Не сможет не простить. — Ну и я знаю правила, — продолжает Вэй Ин лукаво, наклоняясь к собеседнику ближе. — Всё, что происходит в этих стенах, остаётся только в этих стенах, ведь так? Не злись, капитан, обещаю, твой секрет умрёт вместе со мной. Ты один или ждёшь кого-то? — Видимо, уже дождался, — с каким-то принятием сообщает Цзян Чэн. — Значит, ты не против моего общества? — внутри что-то начинает довольно урчать. Всё-таки когда истинные чувства лезут во время работы под прикрытием, следить за собой намного сложнее. Но самое приятное то, что сейчас и в подобном месте их можно себе позволить… — Не против, — и когда капитан это произносит, глядя на него прямо в упор, Вэй Ин понимает, что попал раз и навсегда. И не только он один. Они оба. Цзян Чэн его хочет… Это желание читается во всем: в переменившемся взгляде, более расслабленной позе и этой невероятной загустевшей энергии, повисшей между ними, словно тяжёлые тучи, опустившиеся на горизонт перед грозой. А едва пробивающиеся через них разряды, словно сладкие импульсы, прокатывающиеся по телу Вэй Ина от мысли, что очень скоро их однозначно ждёт более близкое знакомство… — Тогда пойдём потанцуем? — предлагает он, со стороны стараясь выглядеть как можно более ненавязчивым, но в то же время уже успев взять капитана за руку. — А разве ты не завел роман с официанткой? — поддевая, спрашивает тот. — Ты серьёзно? — Вэй Ин насмешливо округляет глаза. — Думаешь, у неё остался хоть какой-то шанс после того, как я увидел тебя? Но я и не надеялся, что ты тоже можешь играть за нашу команду… — Вообще-то я не танцую. Тебе лучше найти себе более подходящую компанию, — Цзян Чэн опять меняется, неожиданно закрываясь, и то ли он сам не ожидал от себя таких внезапных реакций, очевидных для Вэй Ина как день и ночь, то ли слишком недоволен своим поведением и тем, что вообще подпустил к себе этого незнакомца. Он отпивает виски и хочет освободить ладонь из чужого плена. — Эй, нет-нет-нет, — протестует Вэй Ин, не позволяя ему отстраниться. — Не смей давать задний ход, ты ведь уже согласился. Ну чего ты, а? Сейчас как раз медляк включился, просто потопчемся под музыку как дурачки, хочу тебя обнять… Неужели нельзя? Или… — он опять ударяется в идиотские предположения используя метод от противного. — Или ты в отношениях, а я как раз стал рубежом, изменять или нет? — Боже, не говори ерунды! Чёрт с тобой, пошли… — Цзян Чэн встаёт с высокого барного стула, и вскоре они оказываются посреди танцпола. Вэй Ин, радуясь очередной маленькой победе, с удовольствием обнимает капитана за шею и укладывает голову ему на плечо, вдыхая приятный запах туалетной воды. Но надолго его бездействия не хватает, и вдоволь насладившись долгожданным ощущением этих рук на своей талии, он заглядывает Цзян Чэну в лицо и мягко произносит: — Слушай, мы ведь оба пришли сюда отдохнуть, правда? Так давай просто расслабимся… Вэй Ин поддаётся инстинктам и отпускает ситуацию. Пальцы сами собой зарываются в волосы капитана, а губы бесконтрольно тянутся вперёд. Он так хочет этот поцелуй, боже, так сильно хочет… И он получает. Цзян Чэн не противится и не отталкивает его, а отвечает, позволяя себя поцеловать. И от этой покладистости Вэй Ина настолько пробирает, что всё тело охватывает дрожью. Но он не спешит, сначала касаясь одними губами, и только после этого ласкового знакомства позволяет их языкам переплестись. А дальше он просто теряет контроль и себя. Вся эта клубная атмосфера — мерцающий свет и надрывная мелодия на фоне — очень затягивает. Но только глубокий неспешный поцелуй с капитаном затягивает ещё сильней… Словно патока или пряная трясина. Вэй Ин без зазрения совести отключает голову и, плавясь как воск, кайфует буквально от каждого прикосновения и движения. Он скользит кончиками пальцев по точёным скулам, а затем обстоятельно оглаживает крепкое тело, наконец оказавшееся под руками. Проводит ладонями по шее, плечам, спине и талии. Прижимается ближе и выгибается навстречу, когда чувствует ответное желание касаться везде и всюду. И никак не может оторваться от этих губ, которые, впрочем, тоже его не отпускают. Трек сменяется за треком, а они всё стоят посреди танцпола и не могут отлипнуть друг от друга. Но всему есть предел… И когда удовольствием подстёгивает особенно сильно, Вэй Ин отстраняется, игриво прикусывая Цзян Чэна за нижнюю губу, и спрашивает: — Ну что, к тебе или ко мне? Капитан смотрит на него… И вдруг всё снова меняется. В глазах напротив Вэй Ин видит острую вспышку опасения и досады. — К сожалению, никуда, — Цзян Чэн будто трезвеет. — Почему? — звучит недоумённое и обиженное. — Ты ведь хочешь. Мне в бедро сейчас явно не пистолет упирается. Не обламывай меня, А-Чэн, всё же так хорошо… — Вот именно поэтому. Ты выглядишь и ведёшь себя как моя самая горячая фантазия, что сразу же наводит на мысль либо о галлюцинации, либо о подставе. — Да ладно тебе! Ты что, серьёзно? — хмурится Вэй Ин, внутри подбираясь, но обнимать не перестаёт. — Разве до этого тебя никогда классные парни не клеили? — Не настолько классные… — Ну неужели нельзя без паранойи даже в этой ситуации? — Нет, нельзя. Я сейчас не в том положении, чтобы верить в такие прекрасные совпадения. Я не могу позволить себе подобный риск, когда на меня охотится главная криминальная группировка, так что прости. — Мда, — глубокомысленно изрекает Вэй Ин. — Ещё никогда мне таким способом не признавались, что я нравлюсь, но при этом кидали… — Можешь расценивать как угодно, агрессия и рукоприкладство дозволяются в разумных пределах. Извиняться в любом случае не буду, потому что не за что и незачем. Думаю, на этом нам стоит попрощаться и разойтись как в море корабли. «Ты запал… — Вэй Ин крутит в голове эту мысль и не может с неё не тащиться. — Ты боишься не только подставы, но и того, что можешь в меня влюбиться… Но ты прав, это подстава. Лучшая в твоей жизни. Потом ещё спасибо скажешь, потому что я тоже вляпался в тебя по уши.» — Ладно, я тебя понял, капитан… И… Наверное, я даже не злюсь, несмотря на твой отказ. Угостишь меня коктейлем в счёт извинений? — Зачем? — недоумевает Цзян Чэн. — В смысле зачем тебе это? Вокруг же куча парней, забей на меня и иди развлекайся, твой вечер не должен страдать. На эти слова Вэй Ин улыбается. — Не хочу забивать. Даже если ты только что обломал меня на секс, я бы всё равно хотел провести с тобой время. Может, ты и недоступен, но у меня нет настроения ещё кого-то искать… Так что? Посидим за баром? — Ладно… посидим. После второго коктейля уже окончательно поборовший возбуждение Вэй Ин поворачивается к Цзян Чэну и задумчиво интересуется: — Слушай, я тут подумал… А как вышло, что ты не в отношениях? Не верится, что такой как ты до меня никого не встречал… — Я много кого встречал, но не для отношений. Разве я могу дать партнёру то, что нужно? — капитан заливает в себя виски и перечисляет: — Ни один нормальный человек не захочет скрывать связь и постоянно быть под угрозой разоблачения. Не захочет отвечать за возможные скандалы в прессе или терпеть моё частое отсутствие, потому что я вечно охренеть как занят. Разве такое кому-нибудь нужно? — Ты просто его ещё не встретил, — Вэй Ин подпирает голову рукой и перемешивает трубочкой крошёный лёд в бокале. — Такой человек, отвечающий твоим запросам и стандартам, имеет полное право существовать, но просто для этого он тоже должен быть не совсем обычным. Так же, как и ты… С не совсем обычной жизнью… Жаль, конечно, что я остался без шанса, но раз ты не доверяешь мне в плане постели и прочего, то может, хотя бы до дома проводишь? — беспечно предлагает он. — Или это тоже будет слишком подозрительно? Я бы прогулялся с тобой, пока мы не разошлись окончательно, и даже угостил бы кофе… Вэй Ин знает, что прилично рискует, но он будто чувствует, что Цзян Чэн не хочет от него уходить. Да, пусть и отказал, но отпускать не спешит. «Ты с меня плывёшь так же, как и я с тебя. Ты поэтому на меня не смотришь. Делаешь вид, будто абстрагировался, но на деле просто боишься поддаться соблазну.» — Насчёт кофе не уверен, — Цзян Чэн делает паузу, глядя на дно своего пустого стакана. — Но пожалуй, провожу.

❛━━━━━━━ ••• ━━━━━━━❜

— Зайдёшь..? — изображая из себя саму невинность, спрашивает капитана Вэй Ин, как только они подходят к его дому. — У меня вкусный кофе. Я не собираюсь тебя травить и себе то же самое налью. — Почему тебе так важно, чтобы я остался? — Цзян Чэн замедляет шаг и оглядывается по сторонам. Вероятность засады просчитывает, не иначе… — Блин, А-Чэн, ну неужели ты не понимаешь, насколько это глупый вопрос? — Вэй Ин строит недовольную гримасу и легко произносит: — Потому что ты мне понравился, — он, призадумавшись, смотрит куда-то в ночное небо и добавляет: — Но ты явно не позволишь нам встретиться ещё раз… — Только кофе и всё, — припечатывает капитан. — Только кофе и всё, — повторяет Вэй Ин, покладисто кивая. — Вкусный ведь? — уточняет он, когда они, поднявшись в его квартиру, уже сидят на диване в полутьме гостиной. — Ничего такой, — соглашается Цзян Чэн, отставляя наполовину опустошённую чашку на невысокий журнальный столик перед собой. — Знаешь, я хотел спросить… А если бы мы встретились при других обстоятельствах и тебя бы не хотели грохнуть, у нас бы могло что-нибудь получиться? Ну, не на один раз? — Я ведь уже сказал, — капитан недовольно на него смотрит, — что при моем образе жизни никаких нормальных отношений никому не светит. Зачем ты опять поднимаешь эту тему? — А кто вообще говорит о нормальности? Разве ты можешь знать, что мне нужно и чего я хочу? — запальчиво протестует Вэй Ин. — Мда, всё же заходить было плохой идеей, так что я пойду… «Ну всё, хватит тянуть волынку! — вспыхивает в голове Вэй Ина. — Мне нужно было затащить тебя к себе, а теперь пора брать быка за рога…» — Эй, нет, так не пойдёт! Я тебя просто так не отпущу! — он рвётся к Цзян Чэну и молниеносно оказывается сверху, оседлав его и крепко сжимая ногами бёдра. — Блять… Так и знал, — капитан стискивает зубы, ощущая у горла холод острого лезвия ножа. — Нет, не спеши с выводами, капитан. Всё не так… И я аж завёлся, смотрю, ты всегда готов, — приятно поражённый Вэй Ина чувствует, как в бок упирается дуло небольшого пистолета. — Откуда ты достал пушку? — Я не стал бы капитаном полиции, если бы не был всегда готов. Пистолет оттуда же, откуда и твой нож. Опусти его. — Не сейчас… Не хочу, чтобы ты сбежал. Так как насчёт постоянного парня? — Ты совсем сбрендил? — Цзян Чэн вполне закономерно охреневает от происходящего. Он-то явно рассчитывал на моментальную попытку убийства, на шантаж или ещё что похожее, но уж точно не на подобные огорошивающие вопросы. — Что насчёт парня, который сделал тебе подарок в виде вэньского наёмника? — как ни в чём не бывало с улыбкой продолжает Вэй Ин, перемещая лезвие чуть ближе к его подбородку. — И о существовании которого, если надо, не узнает никто и никогда? — Наёмника ты убрал? — Ага, это может считаться извинением за обман? Меня, собственно, тоже наняли, чтобы убрать тебя, и я бы мог выполнить работу уже несколько раз, но... Планы изменились. — Что тебе нужно? — со сталью в голосе спрашивает Цзян Чэн, глядя ему в глаза. — Зачем всё это? — Эй, ну не злись, капитан, — Вэй Ин наглеет настолько, что наклоняется и легонько целует его в губы. — Я не хочу ничего плохого, клянусь. Мне просто нужно было подобраться к тебе поближе в личных целях. Правда, сейчас я могу думать только о том, насколько всё это горячо… Мы можем пришить друг друга в любой момент. Надеюсь, у тебя не дрогнет рука, а то мне не удержаться. Не противься, могу случайно поранить… Он знает, что сейчас не время и не место, но поделать с собой ничего не может. Опасность и напряжение момента вызывают в нем жгучее возбуждение, которое хочется выплеснуть хоть куда-нибудь. Поэтому он инстинктивно подаётся бёдрами вперёд, не переставая чувствовать ствол пушки у поясницы, и вновь целует Цзян Чэна, но уже более глубоко. Раздвигает его губы языком и с тихим стоном впитывает вкус виски и кофе. Самый крышесносный, надрывный и пленительный поцелуй из всех, которые у него были… — Боже, как же охуенно, — Вэй Ин нехотя отстраняется. — Думаешь, я поверю, что ты передумал убивать меня, — негромко выдыхает замерший Цзян Чэн, — только потому что запал? — Не совсем так, — приступает к необходимым объяснениям Вэй Ин. — Да, я охренеть как хочу тебя. Это правда, и её не скрыть, но мне ещё кое-что нужно. Тебе должно понравиться… Понятно, что ты мне не веришь, поэтому я сам доверюсь и уберу сейчас нож, а за это тебе придётся меня выслушать. И давай без дырки у меня в боку, а то лишишься хорошей сделки, — и не дожидаясь ответа, он действительно убирает нож, откидывая его в сторону. Ощущение холодного дула через рубашку не сразу, но тоже исчезает. — Что ж… начнём заново, капитан? Меня зовут Вэй Ин и это моё настоящее имя, а не очередная фальшивая личность. Мне тебя заказал лаобан Солнца за небольшое состояние. Но недавно выяснилось, что намного полезнее будет использовать тебя для другого. — Может, для начала слезешь с меня? — хмурится Цзян Чэн. — Нет, не слезу, — мотает головой Вэй Ин, устраивая руки на плечах своего собеседника, как бы стараясь зафиксироваться в занятой позиции. — И даже не пытайся меня скинуть, моя квартира, где хочу там и сижу! Тебе не понравилось слово «использовать»? Да, я не совсем удачно выразился, возможно «взаимовыгодное соглашение» тебе придётся больше по вкусу? Впрочем, сути это не меняет: мы можем быть друг другу очень полезны. — Это как же? — тон капитана холодный и почти ядовитый. — Всё просто: я помогу тебе засадить верхушку «Солнца». — Что? — такого он явно не ожидал. — Тебе-то это зачем, ты же наёмник? Что ты мне лапшу вешаешь! — Я знаю, всё это звучит малоправдоподобно, — Вэй Ин вдыхает поглубже, наконец решаясь полностью открыться. — Поэтому сделаю ход первым, чтобы успокоить твою профессиональную паранойю… Я — Красный Ворон, капитан. Тот самый, который второй в списке розыска Интерпола. — Ты..? — Цзян Чэн выглядит откровенно обалдевшим. — Быть не может, — он поднимает руку и как в каком-то забытьи проводит пальцами по щеке Вэй Ина, видимо, пытаясь сопоставить образ неуловимого киллера, которого никто не может выследить много лет и который не оставляет никаких следов, с легкомысленным парнем, сидящим сейчас на его коленях и глуповато улыбающимся. — Да, прикинь, второй… Призрачный Генерал меня в этом рейтинге обошёл, аж обидно, — Вэй Ин успевает прихватить кончики чужих пальцев невесомым поцелуем, прежде чем ладонь исчезает с его щеки. — Да причём тут грёбаный рейтинг? Это что, конкурс красоты тебе?! Цзян Чэн возмущённо вскидывает голову, хмурясь ещё сильнее, а Вэй Ин прыскает со смеху, отвечая: — Да я шучу, расслабься, но в нашем мире список Интерпола — это показатель ценника для заказчиков. Чем более у тебя высокий номер, тем дороже ты стоишь, такой вот секрет. Ты наверняка в курсе, что я работаю чисто и осечек у меня не бывает. Так что если бы я хотел, ты уже сто раз был бы мёртв, я это не для красного словца сказал. Уверен, ты слышал про мои особенные пули со специальной насечкой, их делают для меня по заказу, и пока ещё никто не видел их в неиспользованном состоянии или не вынутыми из тела, — он запускает руку в карман брюк и, нащупав холодный металл, раскрывает перед Цзян Чэном ладонь. — Ты будешь первым и, наверное, последним, потому что я не люблю их светить. Я бы пошутил про обручальную пулю вместо кольца, но думаю, это пока ещё рановато. Капитан берёт новенький патрон и внимательно его изучает, даже в полутьме различая узор в виде птичьего пера, и негромко произносит: — Перо… Красный Ворон. Мо Сюаньюй, который щелкает и снимает людей за бабки… Вэй Ин тихо хмыкает. — Да, я хотел, чтобы моё враньё хоть немного отдавало правдой, при том, что можно было использовать любое из своих имён. И сейчас я расскажу, в чём, собственно, дело. В общем… — начинает он, смущённо почесывая нос. — Тут такая история… На настоящий роман по драматичности тянет, но ты уж пожалуйста поверь. Всё дело в моём друге. Он айти-гений, часто помогает мне с информацией и взломом. Именно благодаря ему я очень много узнал о тебе, прежде чем пойти на прямой контакт. Но суть не конкретно в нём, а в его парне, который очень неудачно вляпался. Парня зовут Сяо Синчэнь, и я говорю его имя, потому что потом тебе придётся предоставить ему защиту. Короче, он пошёл в клуб, где должен был встретиться с моим другом, и по идиотскому стечению обстоятельств это место оказалось одной из точек Вэней для сбыта наркоты. И Синчэнь случайно умудрился спалить персонал клуба именно в момент передачи товара. Туалет он там искал, забрёл к чёрному ходу или ещё чего, хрен знает, но он очень наивный и топит за справедливость, поэтому… — Поэтому он захотел пойти в полицию? — продолжает Цзян Чэн, глядя на него уже с большим интересом. — Да. Но Вэни же тоже не дураки, они его сразу спалили и в оборот взяли. Начали угрожать, пасти постоянно. Обычный человек бы просто пересрал и залёг на дно, ни о какой полиции не думая, но… У Синчэня реально гиперсправедливость взыграла. Мой друг, о причастности которого Вэни не знают, пытался вправить ему мозги, но он так и рвётся сдать этот клоповник представителям власти, хотя без доказательств толку будет ноль. И теперь его жизни есть прямая угроза. Поэтому я хочу, чтобы ты засадил Вэней. Если рухнет верхушка, вся группировка распадётся, а тебе с лёгкостью удастся методично прикрывать их притоны и устраивать облавы на новые поставки груза в порту. Разве ты не хочешь этого, капитан? — И твой друг айтишник может предоставить мне то, что поможет уничтожить Вэнь Жоханя раз и навсегда? — уточняет Цзян Чэн. — Да, именно, — кивает Вэй Ин. — У него есть куча всего: компромат, места сбыта, всевозможные пароли и явки в реальном времени. Но он не может слить это полиции как аноним. — Потому что это дело не одного дня, и придётся постоянно держать связь для сверки данных… — Ага, нам нужен был кто-то, кому хоть немного получится доверять — мы же сами далеко не законники, — Вэй Ин тянется к Цзян Чэну ближе и проводит ладонями по его плечам. — Может, я и обманул тебя, но то, что происходит сейчас, это высшая степень моего доверия. Поможешь, А-Чэн? Стоит мне позвонить, как мой друг начнет сливать тебе базу Вэней хоть завтра с утра, но при этом ты не тронешь ни меня, ни его, а его парню обеспечишь защиту. Согласен? — Сколько тебе предложил Жохань? — внезапно спрашивает капитан. — За мою голову? — Много, — спокойно сообщает Вэй Ин. — На то, чтобы ничего не делать и жить безбедно до самой старости, вполне хватило бы. — И ты променял такую бешеную сумму на душевное спокойствие своего друга? — Тебе кажется это странным? — вскидывает бровь Вэй Ин. — Он же мой друг. Или по-твоему, у киллеров нет чести? — А вдруг он с этим парнем через месяц разойдётся? Учитывая тягу того к справедливости, это вполне вероятно. Синчэнь ведь наверняка не знает о незаконных способах заработка своего айтишника, а ты так впрягся… — Я знаю своего друга и верю в них, что ещё сказать… А ты бы? — Вэй Ин наклоняется к нему совсем близко и внезапно шепчет в самые губы: — Ты бы смог принять моё тёмное прошлое и настоящее? Подумай об этом хорошенько, капитан. Потому что я хочу тебя себе. Только тебя и никого больше. И не на один раз, а на много… И я знаю, что ты тоже меня хочешь. Поэтому давай уже закрепим нашу сделку твоим согласием, и ты наконец меня трахнешь, потому что я слишком давно чувствую твой стояк… — Ты же понимаешь, что я не могу не согласиться, — ладони Цзян Чэна ложатся на бёдра Вэй Ина и с силой проводят снизу вверх. — У тебя будут лучшие союзники, — продолжает тот, качнувшись вперёд и потянувшись за прикосновениями. — Возможно, я даже убью для тебя ещё кого-нибудь… А ты выйдешь победителем в войне с Жоханем и засадишь его, навсегда избавившись от грязи в своем городе. Эта мысль тебя возбуждает, правда? — Не только она, — капитан хватает его за ворот рубашки и дёргает на себя, впиваясь в губы поцелуем. Вэй Ин всем телом подаётся навстречу и жадно отвечает, вплетаясь пальцами в волосы. Он теперь не отпустит… Но прерываться всё же приходится, чтобы услышать невероятно жаркое, опаляющее кожу под ухом: — Где в этой квартире кровать? Жоханя я непременно засажу, но в ближайшее время засаживать я буду тебе… А если ты надумаешь опять меня наебать и куда-нибудь потом свалить, то даже не надейся, потому что к утру ноги слушаться не будут… — Спальня за поворотом через стенку… — руки Вэй Ина уже расстёгивают пуговицы на рубашке Цзян Чэна. — Там охрененная кровать на каркасе и с пологом, тебе понравится. А я прослежу, чтобы ты в ней надолго прописался. — Заткнись, всё что надо ты уже сказал, теперь будешь только стонать… — Как захочешь… Капитан подхватывает Вэй Ина под бёдра и вместе с ним поднимается с дивана. А тот только цепляется за широкие плечи и с коварной ухмылкой думает, что кровати придётся несладко… Не только этой ночью, но и многим за ней последующим. Вот теперь он точно не отпустит.

❛━━━━━━━ ••• ━━━━━━━❜

Пару недель спустя. — Смотришь новости? — увеличивая громкость на плазме, спрашивает Вэй Ин в гарнитуру, с бо́льшим удобством разваливаясь на диване и поправляя норовящий развязаться халат. — Само собой, не мог же я пропустить официальное заявление, пусть и заранее знал сюжет выпуска, — он уверен, что в этот момент Сюэ Ян закатывает глаза. Голос диктора, передающего сводку и по другую сторону линии, чуть фонит: — Сегодня центральное отделение полиции под руководством капитана Цзян Ваньиня арестовало миллиардера Вэнь Жоханя по целой серии обвинений, включая: незаконную прослушку, взятки, мошенничество, уклонение от уплаты налогов, торговлю наркотиками, угрозы, покушения, а также убийство первой степени. Диктор переходит на какие-то уже менее значимые подробности, а Вэй Ин с широкой улыбкой довольного кота красноречиво интересуется в динамик: — У кого самый крутой мужик в городе? — Боже, если я в сотый раз скажу, что у тебя, ты отстанешь? Или мне надо бегущую строку в новостях заказать? — Строку — это, пожалуй, лишнее, — уверяет он. — Но ещё одно подтверждение погреет моё чёрное сердечко. Всё же, как он их всех на колени поставил, а? — Я, конечно, пиздец как рад за тебя, да и капитану благодарен, но если ты не прекратишь, я кладу трубку! — Ладно-ладно! — сдаваясь, смеётся Вэй Ин. — Какие планы на вечер? Устроишь Синчэню романтический ужин и признаешься в своих тёмных делишках, благодаря которым он теперь вне опасности? — Ох, да иди ты! Ну что ты сразу на больное-то давишь?! — закономерно возмущается Сюэ Ян, для которого тема признания оказалась крайне болезненной. — Можно подумать, у тебя всё шито-крыто! Кто недавно жаловался, что капитан до сих пор не смирился с тем, что из-за разжиженного твоим обаянием мозга подпустил к себе убийцу настолько близко! — Ничего, мы это проработали, — нарочито бодро отвечает Вэй Ин, сдувая чёлку со лба. — Я убедил его, что суть не в моем обаянии, а исключительно в судьбе, которая не дала ему послать меня из-за подозрений сразу! — Пиздишь как дышишь, — моментально просекает Сюэ Ян. — Ну, может, чуть-чуть, — не отрицает Вэй Ин. — Но он примет это, просто нужно больше времени. Произошедшее ни в коем случае не делает его плохим копом и с обеих сторон было чистой воды импровизацией. Ты же понимаешь, что ни один вменяемый профессионал моего уровня не светил бы своей мордой и душевные разговоры бы не заводил. Это и сбило Цзян Чэна с толку! Ему было понятно, что желай я его грохнуть, то уже давно бы это сделал, возможностей была масса. Но я, блять, как первый раз увидел его в прицел, знаешь, прям что-то внутри отозвалось, так что шёл ва-банк, можно сказать. Да и потом: не пойман — не вор, прямых улик на меня у него нет, кроме моего признания личности, поэтому и сажать не за что. Я просто не мог устоять перед ним, это реально была судьба и всё такое! — Да, только ты мог додуматься до флирта с помощью трупа! Всегда знал, что ты отбитый, но чтоб аж так забить мужику мозги… О, знаю! — Сюэ Яна явно осеняет. — Если Синчэнь на меня обидится за правду, ты проведёшь с ним воспитательную беседу! Вот всякую эту чушь загонишь про субъективность чёрного и белого и всякое такое… — Слушай, я твоего мужика от мести триады спас, а теперь ещё и ваши отношения разгребать должен? Не охренел ли ты часом?! — возмущается Вэй Ин скорее для проформы. Он знает, что не сможет оставить друга в беде и с разбитым сердцем, если чего случится, а будет помогать любыми способами. Раньше он думал, что Сюэ Ян социопат, который не способен любить. А вот появление в его жизни человека, по которому он буквально с ума сходил, показало, что на каждого социопата найдётся свой… Сяо Синчэнь. Мягкий, добрый и наивный, он был буквально как парадокс для любого плохого парня. Но каким-то чудом они с Чэнмэем подходили друг другу, как две половинки единого целого. Вэй Ин видел это. Как и то, что капитан Цзян Ваньинь являлся для него такой же идеальной частью пазла. — Болтаешь с другом? — раздаётся рядом. Вэй Ин отворачивается от телека, в который уже толком не смотрит, и поднимает голову. — Всё, мне пора, меня ждёт лучший завтрак на свете, — быстро тараторит он и отключается. — Никакого завтрака, — выдаёт Цзян Чэн, стоящий прямо напротив с влажными после душа волосами и в одном полотенце. — Мне пора ехать, на парковке нашли труп. — Боже, у тебя же сегодня, считай, личный праздник! Неужели хотя бы в этот день нельзя взять выходной? Ну пожалуйста, А-Чэн, подумаешь, какой-то труп… Я хотел отметить, — жалобно просит Вэй Ин, потянув за край полотенца. — Нельзя. Жертва связана с прокуратурой, а в этом случае необходимо моё личное присутствие. Мы проделали хорошую работу, но от обязанностей меня никто не освобождал. Или ты надеялся, что теперь настанет мир во всём мире, все убийства прекратятся, а мы преспокойно полетим на острова? — А если я скажу, что этот труп мой, ты останешься? — А он твой? — тут же напрягается капитан. — Ты поэтому вчера вечером на встречу опоздал? — Да я шучу, А-Чэн! У меня ближайшие месяцы — разгрузочные, и трупы на парковках я, как правило, не оставляю. Наёмник в твоей квартире не считается, то был форс-мажор… А на свидание я опоздал, потому что у меня фен сдох! — Вэй Ин эмоционально взмахивает руками. — Да, я заметил… Тогда до вечера, — просто говорит Цзян Чэн и наклоняется, чтобы наскоро поцеловать в губы. — Нет, так не пойдёт, — Вэй Ин окончательно сдёргивает полотенце вниз, хватает капитана за запястье и быстрым выверенным движением опрокидывает его на диван, нависая сверху и проводя языком по подтянутому животу с кубиками пресса. — Минут двадцать у тебя ещё точно есть, а без завтрака я оставаться не собираюсь.