Чёрное солнце взошло над Эквестрией

«Во всём виноваты евреи...»

— Станислав Ежи Лец.

В глубине леса шли две фигуры. Медленно, но верно они пробирались через густые заросли по пытлявым путям, что, каким-то чудом, зебра знала на изусть. Сергей чувствовал крайнюю обеспокоенность из-за незнания чего можно ожидать от леса. Образы демонических чудовищ всё ещё испытывали его разум на крепкость, а слова чёрно-белой про опастность леса только их усиливали. И, в конечном итоге, устав от всего этого, Регент решил заговорить с зеброй, ведь он понимал, что самое лучшее, что сейчас может сделать — так это узнать об этом месте побольше. Да и вряд ли она солжёт об столь очевидном. «Это место называется Вечнодикий лес?» — тихо и чуть неуверенно спросил Таборицкий. Начиная этот разговор, Регент боялся ляпнуть чего лишнего и, от греха подальше, решил играть тихоню. «Верно, друг мой новый. Изволь сказать, из-за чего не знаешь ты в каких местах плутаеш? Да и интересно мне, откуда же ты взялся», — спокойно и как бы между делом спросила Зекора. Из-за этого вопроса у Регента стали шалить нервы и он активно пытался придумать правдоподобную отговорку. «Я не сильно ориентируюсь в местности. Тем более в таком дремучем лесу, и поэтому малость заблудился», — ответил Сергей, понимая, что это крайне слабое оправдание, но лучшее он просто не мог придумать за столь короткое время. «А насчёт второго вопроса: я прибыл сюда из очень далёких мест, о которых ты даже, скорее всего, не знаешь», — ответил он туманно, не желая ей говорить ничего того, что могло привести к нежелательным обстоятельствам. Вдруг она и ей подобные лошадки убивают бывших людей, считая их низшими существами? Всё может быть, абсолютно всё. И любое брошенное невзначай слово может потянуть целую гроздь проблем. «Мой совет тебе, как другу: не ходи в подобные места, иначе вновь ты заплутаешь не туда. Но коль не хочешь мне говорить о судьбе своей — не буду мучить я тебя распросами своими», — ответила она с лёгкой улыбкой. Зебра явно не поверила ни во что, что он сказал, но, тем не менее, не сильно разозлилась и не стала из него допытывать информацию. Мысленно Таборицкий её за это поблагодарил. Регента всё ещё пугала её морда: такая естественная и одновременно пугающая мимика морды заставляла вставать волосы дыбом и вызывала желание убежать куда подальше. Дальше они шли молча: ни у кого не было желания говорить. Зебра была не сильно разговорчива и не желала расспрашивать, на её взгляд, стеснительного спутника. Ну а Регент боялся сказать что-то лишнее, чтобы не выдать свою сущность, ведь в таком обескураженном состоянии он очень плохо сочинял ложь. «И вот оканчивается путь наш здесь. Добро пожаловать в мою скромную обитель», — спустя несколько минут пути произнесла Зекора, которая отошла чуть в бок, открывая всю картину впереди. Регент увидел огромное многолетнее дерево, что прожило уже не одню сотню лет, стоящее по среди поляны, которая была накрыта его же кроной. Словно великан, усевшись на землю, раздвинул ноги, дерево разбросало свои огромные корни. А в стволе дерева виднелась дверь и несколько дупел. И только рассмотрев этого колосса, Сергей понял, что это и был дом зебры. И эта мысль вновь вернула Регента в шоковое состояние. «Как, просто как это возможно?! Построить в дереве целый дом и при этом сохранить дерево живым. Дом подстать ведьме. Лучше могло бы быть, только если он был на курьих ножках. Клянусь всем что у меня есть, если она меня убьёт и съест — я буду никак не удивлён, ведь никто не станет жить в такой глуши, кроме изгоев и преступников». Выйдя на полянку, зебра подошла к двери и лёгким пеньком открыла её, после чего жестом пригласила Сергея к себе в гости. Через силу преодолев свои опасения и страхи, Таборицкий вошёл в дом Зекоры. Внутри дом освещался тёплым и достаточно ярким светом от восковых свеч, да и окна находились так, чтобы максимально освещать помещения. На стенах, в шкафах и даже на потолке висели разные маски и сосуды с жидкостями неизвестного предназначения, а в воздухе летал довольно успокаивающий запах каких-то трав и древесной коры. Но вся это атмосфера ещё больше разыграла паранойю Регента: его глубоко больной и параноидальный разум сразу начал вырисовывать все возможные расправы над ним и дальнейшее использование его тела или его частей для приготовления нечестивых элексиров и проведения сатанинских ритуалов. «Она точно ведьма. Иного и быть не может!» Дыхание Сергея участилось, а глаза забегали в ужасе. Увидев такую реакцию, зебра тут же попыталась успокоить своего гостя: «Не беспокойся, друг мой дорогой. Вреда тебе я причинять не собираюсь, — её слова ничуть не успокоили Сергея, но дали повода, чтобы охладить голову. — Чувствуй себя, как дома, гость мой. Сейчас хоть ранний вечер, но лес не просто так зовётся Вечнодиким: тут ночью столь опасно, что даже я не часто решаюсь выходить из дома. Но завтра по утру я отведу тебя в ближайший городок, кой местные именнуют Понивилль». «Она желает убить меня ночью, когда я буду спать. Нет, я не столь глуп, чтобы поддаться её лжи! Я ей так просто не дамся! Я знаю что делать! Надо незаметно сбежать ночью, когда она ляжет спать!» В голове Таборицкого всё сложилось в единую картину и он уже начал прорабатывать план по спасению своей шкуры. Но вдруг на всю комнату раздался тихий, но достаточно громкий рокот прямиком из желудка Регента. «Ты голоден?» — сказала она обеспокоено. «Я не сильно голоден: могу немного поголодать», — ответил Регент, ведь для него голодовка была не таким уж и страшным испытанием. Ко всему такому он привык. А доверия к стряпне этой копытной у него совершенно не было, так что он решил не испытывать судьбу, ведь она может подмешать всё что угодно в его блюда. Да и Таборицкий не представлял что ему придётся есть. «Ну как захочешь, друг дорогой. Стоит тебе только пожелать — и я накрою тебе стол», — после этих слов зебра решила показать место, где он будет спать. Этим местом оказалось какая-то лиственная кровать, на удивление, выглядящая довольно неплохо для простой кучки листьев на какой-то тряпке. Далее Зекора просто показала Таборицкому нахождение всех важных вещей для нормальной жизнедеятельности. Вода была в большом кувшине, который был хитрым образом подвешен так, чтобы толкнув его тарой, кувшин наклонялся и сам наливал воду в кружку или что-либо ещё. Само происхождение воды было Регенту не известно, но он предположил, что сие водица была взята из ближайшего ручья. Зекора протянула Сергею чашку с водой: тот с недоверием посмотрел на жидкость, но для конспирации решил рискнуть. Неумело взяв её копытом, он отхлебнул. Как оказалось, вода была довольно вкусной и вполне обычной. «Почему ты не пользуешься магией?» — спросила зебра, которая была немного озадачена тем, что её гость-единорог использует копыта для удержания предметов. «Чё… Я-я просто не слишком хорошо ею владею», — сказал Таборицкий единственное, что пришло ему в голову. Зекора же посмотрела на него с подозрением, но решила не развивать эту тему и продолжила экскурс. Туалет был снаружи, но Регенту спускать нужду не хотелось, на что зебра настаивать не стала. Мыться в свою очередь надо было в той самой ближайшей речке. К счастью, Регент был чист, как новорождённый, так что купальных процедур в деревенском стиле он избежал. «Здесь вообще есть нормальная цивилизация или я попал в средневековье? Ну это хотя бы не каменный век. Тем более, средневековье не так уж и плохо. Аристократия знает честь, интеллигенции и коммунизма не существует, зато есть добрый самодержавный царь. Законно средневековье можно назвать одним из лучших времён для России наравне с освобождением России от коммунизма Третьим Рейхом. Как же печально, что народ предпочёл не принимать наших освободителей, ведь народ — это непослушный зверь, которого следует держать на привязи, чтоб не учудил чего». Внутренние размышления Сергея заставили вспомнить красный октябрь, который заставлял его волосы вставать дыбом от страха и гнева. Закончив краткий экскурс, зебра решила отойти по каким-то своим делам, но её остановил вопрос от гостя её дома, который решил воспользоваться этой минутой молчания. «Ты веришь в Бога?» — внезапно поинтересовался бывший человек. Да так, что зебра в замешательстве остановилась. «В Бога?» — крайне удивлённо переспросила Зекора, которую сбил с толку такой неожиданный и беспричинный вопрос, да ещё по такой теме. «Да. В Бога, в христианского Бога?» — сказал Таборицкий громко и четко с настойчивым желанием получить ответ. «Не ведаю я о христианском Боге. Верую я лишь в духов предков своих, что дают мне советы», — спокойно, но слегка неуверенно сказала она. «Ведьма! Она чёртова ведьма! Я был прав! Мне надо бежать!» — панически и параноидально думал Таборицкий. Но на её ответ он молча кивнул. Нужно было придерживаться плана и бежать ночью. Немного поразговаривав с ведьмой на отвличённые темы, он занял себя проработкой плана. Скоро наступила ночь. Регент лежал на лиственной кровати. Она не была излишне приятной, как его регентские харомы в Вятке, но и удобнее всех тех тюремных коек, на которых ему приходилось спать. Бежать, как он и планировал, собрался ровно в полночь, а сейчас Сергей Таборицкий решил немного поразмышлять: «Боже, что мне делать? Я просто не знаю что буду делать после того, как сбегу. Этот мир, он мне чужд. Здесь всё не так. Я это понимаю всем своим нутром. Сама реальность и её законы другие, как будто не были созданы Богом. Как Бог, вышие создание и воплощение всех добродетелей, мог сделать зверей разумными и дать им способность разговаривать? Как?! Как Он мог позволить жить в неведенье на счёт себя? Просто как?! Я всё больше уверен, что этим миром правит сам, что нинаесть, Сатана. Только он мог сотворить до того неправильный мир. Но тогда почему Бог не вмешался? Я не знаю. Или же… Нет, я понял, он всё таки вмешался! Я и есть тот, кто должен принести свет истины в этот забытый Богом мир! Я есть посланник Божий, именно я! Теперь я знаю свою миссию и знаю что мне нужно делать». В своём очередном бреду Сергей не заметил, как наступила полночь, но как только он это понял — начал действовать. «Слава Богу, что пол здесь — цельный кусок, а не доски, которые в самый неподходящий момент могут заскрипеть». Медленными и аккуратными шагами Регент подошёл к двери и вылез из здания, после чего также медленно и нежно закрыл дверь. «Я на свободе. Теперь осталось понять куда идти». Закончив с самой сложной частью, Сергей вздохнул и осмотрелся. Только сейчас до него дошло, что зрение стало хоть и не сильно, но лучше, а обоняние и слух цеплялись за все: даже самые слабые звуки и запахи. «Хоть что-то хорошее, но прохлаждаться не стоит — это верный путь в пасть ведьмы». Таборицкий решил идти по самому простому и понятному маршруту, а именно — вперёд. Но его неумение нормально перебирать ногами вновь сыграла с ним злую шутку: каждая коряга или корень так и подставлялись под копыта Регента из-за чего тот падал и матерился на чём свет стоит, оповещая всем вокруг о своём присутствии. «Надеюсь здесь обитают обычные хищники без всяких мифических и демонических тварей, иначе мне точно не жить». Регент прошёл ещё пару десятков метров, как услышал вой и звуки чего-то быстрого бега на четырёх лапах. «Волки!» — панически подумал Таборицкий и тут же принялся бежать с максимальной для себя скоростью. Так быстро он не бежал ещё никогда в своей жизни: адреналин кипел в его крови, а мышцы набухали от резко появившихся сил. Он нёсся практически не спотыкаясь. Все ресурсы его организма были брошены исключительно на одно — побег от волков. Несмотря на все свои усилия, волки стали настегать Сергея и ему оставалось около пяти-шести минут бега перед тем, как его порвут на части. Вертелась у него в голове всего одна мысль: «Что делать, о пресвятая Богородица, что?!» Он посмотрел назад и понял ужасное: это были не обычные волки! Это были самые, что нинаесть, настоящие монстры! Огромные твари, состоящие будто из дерева и кустов, впились в него светящимися глазами. Один волк был выше нынешнего Регента раза в два, а остальные размеры было даже смешно сравнивать. Таборицкий понял, что старуха с косой уже поджидает его в где-то в этой чаще. Но, на удачу Сергея, впереди слышалась бурная и скорее всего глубокая река. «Это мой единственный шанс», — подумал он и после чего стал брать разгон и читать про себя молитву: «Отче наш, Который на небесах! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое...» И вот река буквально перед Регентом и он совершает прыжок веры. «... Аминь». Приземлившись точно в центр реки, он ушёл поглубже в ожидании, пока волки уйдут, после чего начал плыть по течению реки. Спустя пару минут безпорядочного плаванья вызваным с неполным освоением нового тела он всё таки смог вылезти из реки. Оказавшись на опушке леса, Таборицкий осмотрелся и увидел, что река течёт дальше в какой-то то ли городок, то ли деревушку. Но у Регента не было сил на дальнейшее рассматривание пейзажей и он решил прилечь перевести дух, но тут же потерял сознание, не успев даже прикоснуться мордой к траве. В таком состоянии он пролежал до утра, где его уже нашли пару жеребят.