Я проснулся в больничной палате, на моей кровати тихо посапывает мама, положив свою руку на мою. Я осматриваюсь: за окном зима, ветра нет, снег тихой поступью ложится на больничный внешний подоконник, закрывая обзор на Пусан. На прикроватной тумбочке стоят цветы, что странно для такого времени года, огромная ваза с мандаринами создает новогоднюю атмосферу, но я не рад этому... я всегда любил мандарины, точнее не я, а тот, кого я любил... и почему любил, вот же...
- Чимини, солнышко, ты проснулся? - мама со страхом посмотрела на меня. - Как ты сегодня?
- А как, блять, по вашему ебаному мнению я должен чувствовать себя? - ее голос, он всегда был таким лицемерным, или мне кажется... - Выйди нахуй отсюда, мне не нужна твоя жалость к 24 летнему калеке, который даже ебучие мандарины ненавидит. Почему ты думаешь, что знаешь меня, а?
- Чимини, я же... - ваза с мандаринами с жутким грохотом упала на пол, осколки разлетелись по всей палате. - Я попрошу кого-то убрать осколки...
- Не возвращайся. Никогда больше сюда не приходи...
Мама Чимина подошла к сестринскому посту:
- Сегодня снова Халк-крушить? - мама Чимина еле сдержала слезы, но мягко улыбнулась молодому парню.
- Чонгук, присмотри за ним. Сегодня он особенно зол, так что будь аккуратен.
- Мисс Пак, мы дружим с ним с младшей школы, вам не нужно об этом просить... да и он тут из-за меня, так что ... - его резко перебила мама Чимина
- Я думаю, что без
него нам не обойтись. - Чонгук не промолвил ни слова, понуро опустил взгляд и тихо сказал:
-
Он замужем,
он... чёрт, я не знаю хорошая ли это идея, мой брат и так не был в восторге от
их прошлого, всегда видел в Чимине угрозу. Особенно после того, что произошло и
он почти прописался тут... - Чон посмотрел на старого друга через окно палаты, в ответ на него глядели два пустых бездушных глаза, которые он видит уже два месяца каждый свой рабочий день. - Я заеду
к нему после дежурства, это не телефонный разговор.
- Спасибо, ты... позвони, как будут новости.
- Обязательно, не спешите по дороге на работу! И не волнуйтесь за хёна.
*** 4 месяца назад ***
- Чёрт, Гуки... тут Тэ упал, и он не в сознании... что мне делать? Я уже вызвал скорую. Мы пошли в торговый центр, чтобы купить подарок на твой день рождения, и...
- Спроси куда они поедут, если ко мне, то я встречу, а если нет, то подъеду через час, немного до конца смены осталось. - было слышно, что Чонгук был в шоке, ведь Тэхён это его самая большая любовь в этой жизни. - Вы на его машине?
- Да.
- Едь на ней в больницу за ним, а то ты знаешь как он любит этого мини-купера.
- Конечно, держи телефон при себе, я наберу как буду знать что-то. Отключаюсь.
Чимин ехал в больницу, где работал Чонгук ведь Тэ уже был почти там. Они оба работают медбратьями, но в разных отделениях, так что Чимин часто бывал там.
- Куки, это снова я, - начал тараторить Чимин. - Сейчас буду поворачивать к парковке...
Глухой звук удара, ощущение невесомости, звук скорой и вот Чимин первый раз просыпается после операции, видя свои ноги, подвешенные к кровати. Беззвучный плач, потерянный взгляд Чонгук напротив, он лихорадочно проверяет все показатели, вынимает трубку из горла и слышит тихое:
- Мои ... ноги
- В тебя въехал грузовик, мы сделали все возможное. Ходить будешь после реабилитации и физиотерапии, но танцы..
- Оставь.. меня...
- Во время операции возникли осложнения и ты два месяца пробыл в коме... Это усложняет реабилитацию... Не говори ничего, я позову врача, а если.. ты захочешь видеть меня или Тэ, то нажми на красную кнопку. Он.. точнее это мы... мы виноваты перед тобой.. мой Тэ перевелся сюда сразу после выписки. Прости нас, Чимин...
- А родите...
- Они были тут два раза за все время, мне жаль, Чим. - Чонгук взял за руку Чимина. - Мы всегда были с тобой. Я, Тэ и ... Хосок с Юнги тоже.
***конец***
- Юнги-хён, ты занят сегодня вечером? - голос Чонгука был грустным.
- Нет, Хосок уехал в командировку и из планов у меня литра три пива.
- Они нам понадобятся... а есть что покрепче?
- Чимин?
- То, что от него осталось...