Но та история давно нашла конец свой

Решать не людям, тем иль этим. Не остаются те, что приглянулись всем, Таких же просто не бывает. Не помнят записи про тех, кого жестоко Даже и палили, было. Но лишь Дельфина в памяти веков... Из-за любви своей, Всего лишь. Любовь то убивает, то спасать бежит. Какой же толк от чувства столь капризного? Вот королева так любила, что... Привязана была как будто в кандалах Не статусом и не желанием, Не страстью, вовсе ведь не ей, Привязана к нему... Но сердцем ли? Кололо без него, а Нострадамус помогал. Сама не понимала что случилось, но только правда получилась Опасной так, что и не стояла того... Тех чувств, что мучили так долго. Султаншу де не мучило ничто, Лишь состояние державы, Всё потому, что выводило всё, И абсолютно всё - открытой раной. - Вот только правда, разве то была любовь? Тогда как отступила будто бы Босфора волна от сердца отошла? Глаза прекрасные на документы, И остальные все моменты Неинтересны ей, появится Хаджи, Опять немного поругает: Что за здоровьем надто лучше бы следить, Что не всегда всё успевает. Она ответит лишь улыбкой милой, Она ему прекрасный лик богини Покажет и он душу свою сыщет как в зеркале, Что Рай откроет чистый. В глазах тех он найдёт причины жить, Пусть никогда ему и не любить, Но Валиде Султан - надежда на успех. А он, как правило, не в статусе или имении. Успех, наверное, в умении Прожить, не существуя, а живя, И наслаждаясь каждому счастливцу, Который по твоей же воле есть таким. На самом деле в счастье что и злагоде. Оставшиеся в прошлом или нет? Ответа не найти нам однозначного. Пусть королева есть у нас, то Англии великая же сила, Но то не то. Ведь Франция... Что говорить так? А про Османскую империю и вовсе Стоит промолчать.