НЕОН

      Просыпаться всегда неприятно. Империя снов полна угодливых и вежливых слуг. Они боготворят тебя, с обожанием заглядывая в глаза, готовые броситься исполнять любой каприз по единственному мановению мысли в твоей голове. Реальность же, возвращает разнеженное сознание в тиски физиологической действительности. Тело вспоминает о необходимости бодрствования и предстоящих часах блуждания в тёмных лабиринтах социального взаимодействия. - Детка, ты была хороша. Миленькое тельце для киборга. - Спасибо. - Оплату перевёл. Можешь купить себе одежду. - Спасибо.       Подземные жилые блоки похожи друг на друга до пугающей идентичности. Одинаковые кубы стального цвета тянутся во все стороны безликими сотами, по которым ползают роботы уборщики. Их маленькие суставчики похрустывают, пощелкивают, слепые глазки камер распознают мусор и всасывают в пыльное брюхо. Насекомые вымерли, но переродились в этих тварей.       Удобный интерфейс позволяет видеть баланс в режиме он-лайн. Желые тонкие цифры постоянно горят в самом низу экрана, молчаливо обозначая твой статус. Пятнадцать единиц за целую ночь некачественного секса. Дешёвая шлюха.       Соломея молча смотрит вглубь себя. Меняются цифры на электронных часах. Поставленное напоминание выводит сознание из компьютерного сна.       Надо купить одежду. Всё время ходить голой - только нарываться на бесплатные заказы. С момента обращения их итак чересчур много. Чарльз…что ты сделал со мной.       Права киборгов и людей в этом мире приравнены друг к другу, но, всё равно в человеческой голове машина остаётся низшей формой существования. И если ты потерял свою природную биологичность, отношение к тебе навсегда будет испорчено. - Чего надо? - Одежду. - Деньги есть? - Есть. - Ну-ну.       Неприятный оценивающий взгляд скользит сверху вниз, останавливаясь на свежих синяках и порезах. Спутанные светлые волосы давно не мыты и похожи на паклю. Потухшие серые глаза не выражают ничего, кроме равнодушия. - Здесь контейнер с уценкой. Выбери себе что-нибудь. - Спасибо.       Продавец гадливо сплевывает под ноги. Малиновая сигарета в его руках ядовито тлеет. Красные от лопнувших сосудов глаза провожают презрением.       В облупившемся железном ящике набросан никому не нужный хлам: Топы, футболки, куртки. Все пластиковое, потертое и полупрозрачное. Есть даже очки. Голубые с черными стеклами, стоимостью в две единицы. Совершенно бесполезные, но рука никак не может их выпустить. Осталось тринадцать.       Оранжевая футболка едва прикрывающая грудь, желтая, флуоресцентная юбка до середины бедра, черные туфли, невероятным образом подошедшие по размеру. В остатке выходит ровно ноль. - Выбрала? Ну и дрянь комплектик. Там ширма, можешь одеться, я уже списал с тебя. - Спасибо. - Кончай спасибкать, бесишь.       Отражаться в зеркале очень странно. Так же странно, как принудительно засыпать или контролировать уровень электролитов в крови. Новое тело собрано профессионалами, но всего месяц грубого использования и оно выглядит потасканным и неприятным. Даже лицо, которое сохранили в первозданном виде. На момент биологической смерти ему было двадцать два. Теперь же, на его месте невыразительная маска. - Закончила? Проваливай тогда. Иди-иди, не задерживайся.       Одно из преимуществ киборга - это возможность спать на ходу. Сознание погружается в сон, пока тело в автоматическом режиме следует по заранее выстроенному маршруту. Так можно значительно сократить время пребывания в реальности, пока не возникнет краткая необходимость оценить ситуацию бодрствующим рассудком. Программа не всегда способна принять нужное решение в необычном для себя положении. Например, вверх ногами. - Ого, смотри какая рыбка попалась. Модная такая, в очках. - Фу, гадость! Выбрось! - Да ладно, поглядь на мордашку, симпатичная такая. Можем немного поиграть. - Делать нечего размениваться на подобную шваль. Сколько она там стоит? Пять? Семь единиц? Дешевая кукла для секса. - Так откуда столько негодования? Не потратим много денег. - Фу. У меня дома пять таких, только ухоженных и нормально одетых. - Кончай, захватим с собой. Заберу себе. Вдруг у неё есть потенциал.       Клешня манипулятора опускается в металлический, забитый хламом открытый багажник. Машина рычит, срываясь с места, конвульсивно проходя узкие места дороги. Люди на первом сидении курят, болтают и смеются. Соломея поправляет чуть не соскочившие очки.       Кроме однотипных кубических блоков, в подземном мире есть и другие дома. В элитных районах, где живёт исключительно привилегированное общество, люди могут позволить себе занимать много места. Подобные крупные и сложные сооружения зовутся “замками”. В них много слуг, много денег и много разврата.       Машина останавливается перед главным входом. Смех и разговор не умолкают. Мужчины выходят и один из них открывает задвижку на стальном корпусе. Подаёт руку, помогая выйти. Поглаживает по спине, указывая направление движения. Хохочет на гневные комментарии друга. Тайком от него же, склоняется к самому уху, обжигая шепотом. - Не соглашайся спать ни с кем кроме меня. Как тебя зовут? - Соломея. - Майкл.       Массивные бункерные двери открываются с шипением. Сторожевые камеры идентифицируют хозяина и его гостей. Красивые брюнетки в красном ослепляют улыбкой, ловко беря мужчин под руки и уводя с холла. Дворецкий киборг забирает вещи из багажника. Рассыпчатый свет зеркального шара скользит по стенам, потолку и полу, выделяя богатство и аляпистость убранства. - Вам приказано следовать в покои и помыться. Хозяин с гостем посетят вас после ужина.       Следовать перекинутому маршруту легко. Внутренний навигатор простраивает светящуюся линию прямо по полу, ведя её от самых ног. Нужно лишь послушно идти и когда цель будет достигнута, короткий сигнал возвестит о конце пути. Этот момент всегда неприятен. Словно тебя бережно вели за руку и вдруг бросили, оставив одну в незнакомом месте. И ты оглядываешься и ничего не понимаешь.       “Пожалуйста, следуйте в ванную комнату.”       Сообщение дворецкого приходит в личный чат, появляясь на экране. Отвечать не хочется. Мыться тоже. Но если не подчиниться, последствия весьма вероятно могут быть травматичны. Да и волосы, пора привести в порядок.       “Вам разрешено пользоваться всеми ванными принадлежностями по своему усмотрению. Время мытья не ограничено, но крайний срок 19:00 вечера. К этому времени вы должны находиться в постели.”       Горячая вода ванного бассейна нежно приобнимает плечи. Душистая пена целует шею. Вырывающийся пузырями воздух ласково разминает огрубевшую кожу. Всё же, помыться было хорошей идеей. Уже и забыла, как это бывает приятно. Дома ванну не держали, но Чарльз однажды устроил свидание в дорогой бане. Это был лучший секс в жизни. Горячий, пробирающий до мозга костей, всепоглощающий.       Окунаюсь с головой, задерживая дыхание. Подводный мир приглушает звуки, замедляет время, ограничивает движения. Ты словно выпадаешь из мира, почти как в сон, только наяву. Но в этом стесненном пространстве ты как в колыбели. Течения качают тебя, голоса воды поют тихие песни, вторя внутричерепному давлению. И если бы не вынужденность периодически вдыхать смесь кислорода, здесь можно было бы находиться вечно.       Выныриваю, попадая взглядом на ряд цветных пузырьков. Они не подписаны, но с этим легко справляется система, получившая временный доступ к имуществу дома. Жидкости получают подробные ярлычки и два из них заставляют протянуть к себе руки. Шампунь и алый краситель для волос. Именно то, что надо.       Через час я уже готова покинуть лучшее место на земле. Гранёные зеркальные стены, покрытые влажной испариной размыто отражают обнаженную красноволосую гостью. Закручивающиеся кончики прядей достают до поясницы, щекоча вернувшие чувствительность рецепторы. Походка разомлевшего тела становится мягче, движения бёдер соблазнительнее, взгляд туманнее и глубже. Даже если заключение дня разочарует, данный момент прекрасен и достоин полного самолюбования. - Я больше не могу есть. Хочу глянуть на свою…добычу. - Это…что, та замухрышка? А волосы разве были красными? А…       Вместе с мужчинами в спальню проникает запах алкоголя и пота. Ароматная воздушная масса из ванной переплетается с этими миазмами в дикий букет. Коридорный холод змеями скользит по полу к голым ногам, вызывая мурашки. Соски напрягаются. От контраста температур по телу бежит волна истомы, срывая с приоткрывшихся губ легкий вздох. - Чур я трахаю её первым. - Эй, пошёл к чёрту. Я брал её для себя. Тебе она даже не понравилась. - Но я хозяин дома! И я же не знал, что тут такое…Может вдвоём? - Тебе мало твоих пяти кукол? - Мало! - Не хочется прерывать ваш спор, но не вижу причин провести эту ночь втроём. - Видишь! Даже она не против!       Взгляд Майкла обдает холодом. Он злится, это понятно. Но что-то случилось, там, под водой. Шёпот течений вернул подзабытое ощущение своего мнения. Горячие пузыри воздуха всколыхнули растоптанный прежде характер. Алый цвет через волосы проник прямо в жилы, раздув где-то внутри залитое пламя.       Разворачиваюсь и молча иду к разложенной кровати. Для меня секс уже начался. Наличие или отсутствие кого бы то ни было теперь не сыграет значительной роли. Химические цепочки в мозгу уже запущены. Удовольствие доставляет даже прикосновение кожи к ледяному шёлку простыни. - Ладно, согласен.       Тело женщины создано для любви. Тело мужчины - для завоевания этой любви.       На огромной постели места хватает всем. Из-за чересчур близкого контакта температура повышается. Запах пота усиливается, а дыхания перетекают вслед за скольжением языка и движением губ. Мужские руки сдерживают, ограничивают и направляют. Бёдра приподнимаются и опускаются в такт. Грудь сминается под напором и скачет в момент разгона. Губы целуют и обнимают набухшую плоть. Послушное горло не сводит спазмами, оно принимает всё, что проникает внутрь.       Время блуждает в потёмках спальни. Ночной режим освещения, тусклый и багряный придаёт силуэтам загадочность и идеальность. Соломея лежит на постели блестящая от выплеснутой спермы. Двое мужчин лежат рядом, лениво переговариваясь между собой. Их голоса невзрачны и вплетены в общий звуковой фон. В голове тишина. В груди спокойствие и умиротворение. На расслабленном лице лёгкая улыбка. Сегодня не шлюха. Женщина. Почти человек. - Ты куда? - В ванну, потом спать. - Спать?! - Вот тебе и девка с помойки!       Поднимаюсь, не обращая внимания на вялые попытки остановить. Тело лёгкое и свободное. Отдельные локоны падают на лицо, их цвет удивительно гармоничен. Красный - приводит к изменениям.       Постоянно поддерживаемая температура и дорогостоящие фильтры позволяют наслаждаться ванной круглосуточно без необходимости менять или подогревать воду. Повторная встреча с горячей стихией нисколько не умаляет прежнего ощущения счастья. Оно вспыхивает, удвоенное, утроенное кусочком великодушной реальности. В комнату заходят. Это Майкл. Он раздет, но уже не раздражен. - Купаешься? Зачем волосы покрасила? - Тебе не нравится? - Это странно. - Разве? - Ты - странная.       Он садится на край, опуская ноги в воду. Цвет его глаз сомневается между голубым и зелёным. Темные волосы коротко подстрижены. Флуоресцентная оранжевая татуировка плющом вьётся через всё тело. - Соломея, да? - Да. - И давно ты стала киборгом? - Месяц назад. - Почему? - Ради парня. - Я так понимаю… - Он обратил меня и бросил. - Мудак. - Я его уже простила. Тем более, что, в какой-то степени, это было моё желание. - Понятно. - Хочешь меня поцеловать?       Приближаюсь, касаясь его икр и внутренней стороны бедра. Приподнимаюсь, давая пене медленно ползти по груди вниз. Он берёт мою голову в руки, приникая к губам, проникая языком в рот. Целует. Зарывается в волосы. Рычит. Целует шею, кусает. Спрыгивает в воду.       Трахаться в горячей бурлящей воде приятно. Заниматься любовью - тем более. Он держит меня, заставляя подчиняться его ритму. Сжимает, ласкает, удерживает. Даже не оборачивается на звук открывшейся двери, игнорируя насмешливый присвист. - Я-то думаю чего ты тут застрял. А тут вон оно что. Трахаетесь, значит? В моей-то в ванне. И без меня! - Пошёл к чёрту. Она моя. - А это мой дом.       Майкл рычит, делая особо жесткое движение. Впивается в шею. Кончает. - Мы сейчас уедем. - Так и знал, что зажмотишься. Да пошли вы! И шлюхе своей не забудь заплатить, как наиграешься. Могу скинуться.       Слушать пререкания людей отдельное развлечение. Особенно, когда тебя ни во что не ставят и упоминают в третьем лице. Быть призраком выгодно. Никто ничего не ждёт и не подозревает. Ты практически свободен и можешь вынашивать в своей голове любой план. - Пошли. Вылезай и одевайся. Поедешь со мной.       Мужской профиль величественен. Особенно напряженные гневом скулы и сведенные судорогой ярости мышцы рук. В такие моменты кажется, что вот-вот и услышишь в воздухе электрические раскаты. И неосознанно желаешь ощутить их мощь. - Чего застряла? Вылезай говорю.       Улыбаюсь. Ну-ну.       На переднем сидении куда удобнее, чем в багажнике. Дорога бежит вперёд ломаным трехмерным зигзагом. Геометрические фигуры улиц пересекаются, математические последовательности домов рушатся и воссоздаются вновь. Облака технического пара вырываются из голодных ртов коллекторов. Бестолковая человеческая мошка кружится возле неоновых баров.       Цветной дым дорогих наркотиков заполняет лёгкие этого подземного мира.