Настоящее и прошлое

Лёгкие Чайлда начинает жечь от недостатка воздуха, но сознание не успевает ускользнуть, как хватка на горле всё же разжимается. В его лицо впивается яростный взгляд, из-за которого инстинкты предвестника буквально кричат: бей или беги. Рука больше не перекрывает доступ к кислороду, но всё ещё удерживает на месте. И Чайлд лихорадочно соображает, пытаясь понять, что сейчас произошло и почему Чжунли так сильно изменился. Как будто перед ним и не он вовсе. Тем временем мужчина ещё сильнее приближает свое лицо к шокированному Чайлду и начинает водить носом вдоль шеи, переходя на плечо. Горячее дыхание опаляет кожу Тартальи, заставляя его покрыться мурашками. Из головы вылетают и без того скудные мысли, оставляя её совершенно пустой. Удостоверившись в чём бы то ни было, мужчина хмыкает и, наконец, отпускает Чайлда, отчего тот, потеряв опору, медленно соскальзывает на землю. Наконец получив свободу и возможность отдышаться, Чайлд решает осмотреть получше, кто же на него напал. Божество, что было перед ним, лицом выглядело в точности как Чжунли, но впечатление производило совершенно иное. Он будто был выше, имел драконьи рога и массивный хвост, что яростно метался из стороны в сторону. Его белые одеяния были в крови, как если бы он только что вышел из битвы. Пожалуй, именно таким Властелина Камня и представлял себе Чайлд, когда читал о нём легенды из прошлого. Но то было прошлым, а сейчас настоящее. Может ли быть такое, что Чжунли неожиданно свихнулся и обратился в свою форму полудракона? Но откуда тогда кровь? — Другой запах… то место… время? — со стороны дракона раздавался невнятный бубнёж. Он, как и Чжунли до этого, осматривался по сторонам, что-то выискивая и абсолютно переставая обращать внимание на Тарталью, сидящего на земле. Чайлд устало прикрыл глаза и потёр саднящую шею, точно останутся синяки. — Кто ты? — Эм.. что? — подняв вверх взгляд, предвестник увидел стоящего над собой бога, что, казалось, ещё секундой назад был в совершенно другом месте. Мозг по-прежнему отказывался соображать, а мужчина лишь продолжал яростно махать хвостом и смотреть на него, как на мелкую глупую букашку. — Кто ты? И почему я оказался рядом с тобой? — тон божества не терпел отлагательств, и было стойкое ощущение будто бы Чайлд на допросе. Что ж, терпеть это предвестник явно не собирался. — Я - Чайлд Тарталья, и буквально только что я гулял вместе с вами, прежде чем вы напали на меня! И либо то, что вы ощутили до своего, — предвестник неопределённо помахал руками, имея в виду превращение. — Изменило вас настолько, что вы забыли меня, либо вы так решили поиздеваться надо мной? — Чайлд обвинительно указал на наливающиеся синяки на своей шее. — Где это видано, чтобы человека били, а потом делали вид, будто бы ничего не произошло! Брови божества удивленно взметнулись вверх, ещё никто и никогда не позволял себе говорить с ним в подобном тоне. Либо этот человек не понимал, кто перед ним стоит, либо он был невероятным глупцом. Кровь кипела в жилах, требуя наказать наглеца, но пока что дракон держал себя в руках. — Мы не знакомы, чего бы ты там не успел себе надумать, потому что я не из этого времени, — теперь пришла очередь Чайлда удивляться. — Я не знаю, в каких вы отношениях с будущим мной, соответственно, я не собираюсь рассказывать тебе что-либо обо мне, думаю, достаточно будет сказать, что сейчас мне немногим больше, чем 1300 лет, как думаешь, что это значит? — он хмыкнул, видя как синие глаза парня расширились от осознания происходящего. Чайлд лихорадочно вспоминал историю, складывая в уме цифры, и всё приводило к неутешительным выводам о том, что это действительно Моракс и что он невероятно молод в сравнении с Чжунли. Да, всё ещё старше, чем некоторые другие архонты, но теперь не удивительно то, что его характер был настолько другим. А Богиня Пыли? Они тоже ещё не знакомы? Он вообще знает хоть кого-то из нынешних адептов? О тех временах, из которых пришел Моракс, сохранилось невероятно мало записей. Кажется, что в то время происходили многочисленные войны в борьбе за территории, ведь и богов было куда больше. А учитывая, что сам дракон появился здесь в крови… и тут внезапная мысль заставляет поднять испуганный взгляд на Моракса. — А Чжу… То есть вы, ну, другой вы из моего времени, — быстро поправил себя Тарталья. — Я правильно понимаю, что сейчас он оказался в вашем времени? — он смотрит на окровавленные одежды, и на ум приходит одна мысль хуже другой. Подобная реакция не могла не заинтересовать Моракса. Действительно, это на сколько близкие у них отношения, что парень так затрясся, лишь подумав о нём будущем? Он ничего не ответил, а лишь молчаливо перевёл взгляд на стоящее в зените солнце. То, что они поменялись местами, действительно опасно, не только для них самих, но и для временной линии в целом. Поведя носом по ветру, Моракс примерно определил в какую сторону выдвинется в первую очередь и уже сделал шаг вперед. Не дождавшись ответа на свой вопрос, Чайлд предположил, что его догадка оказалась верна. Он мрачно смотрел на божество перед ним, как неожиданно понял, куда тот направился. И раньше, чем успел подумать, что творит, Чайлд быстро преодолел разрывающее их расстояние и вцепился в одежду божества. — Нельзя! — Моракс резко остановился от подобной наглости. Он удивлённо повернулся назад и посмотрел на смертного, в глазах которого читалась решимость. — Вам… — Чайлд тут же стушевался от грозного взгляда, но одернул себя и быстро заговорил, пока на него ещё смотрят. — Будущий вы не хотел бы, чтобы вы так опрометчиво шли в сторону гавани в подобном виде… Моракс одернул одежду, вырывая ткань из чужих рук, вот ещё, ему будут что-то указывать. Сейчас это не имеет значения, на кону стоит нечто более важное, чем разговоры людей об испачканной одежде. Поэтому кинув очередной презрительный взгляд, он отвернулся и попытался вновь пойти в выбранную сторону, как перед ним выскочил Чайлд, преграждая дорогу. В его руках была пара мечей состоящих из воды, а от былого страха не осталось и следа. — Я не позволю разрушить то, что дорого сяньшэну. Он не для того провернул… всё то, что провернул, чтобы вы разрушили это своим появлением за пару минут, — Чайлд и сам понимал, как глупо сейчас звучит, и видел, что терпение Моракса на исходе. Но он готов пойти на что угодно, чтобы остановить дракона, что раздражённо махал пышным кончиком хвоста, взметая дорожную пыль. Если сейчас эта ящерица явится туда, и все увидят, что Властелин Камня жив, то наступит хаос. Чайлд понимал, что шансов в бою у него мало, но есть надежда на то, что опыта у этой версии Чжунли все же поменьше… — Глупец, уйди с моей дороги, и я пощажу тебя! — Моракс начал угрожающе наступать на человека перед собой, заставляя того немного попятиться назад, но Чайлд все так же крепко держал в руках клинки, готовый в любой момент обороняться. — Для всех людей там, куда вы собрались, вы мертвы, и так и должно остаться. — Звучит как угроза, — божество оскалилось, призывая своё копьё. Этот смертный, его наглость заставляла кровь бурлить. Он будто специально нарывается. — Это не… — что ж, о том, что говорить подобное с оружием в руках будет угрожающе, Чайлд как-то не подумал, но уже было поздно. Вероятно, будь Моракс не только что из битвы, он бы спокойнее смог выслушать смертного, но сейчас его звериная натура взяла верх, и он, не дав договорить, ринулся вперёд, занося свое копьё для удара. Божество думало, что сможет быстро завершить этот бой, но смертный перед ним оказался достаточно умел. Пусть с видимым трудом, но он умудрялся поспевать за быстрыми ударами и, более того, даже отвечать, хоть и уворачиваться от его гидро клинков не составляло труда. Сам же Чайлд, отбиваясь от яростных атак божества, испытывал животный страх. Он скрёбся под кожей, оставляя неприятное липкое чувство, но поддаваться ему было нельзя. Тарталья будто снова оказался в бездне, где любая ошибка будет стоить жизни. У Моракса лицо Чжунли, но он им не является. Перед ним тот, кто, похоже, действительно вознамерился его убить. Ещё никогда Чайлда никто не вынуждал так скоро прибегнуть к использованию глаза порчи. Дракон невыносимо легко уворачивался от любого выпада Тартальи, будто заранее видел, куда он ударит. В таком темпе Чайлд ничего не добьется. Когда в Моракса полетело электрокопьё, а не стрелы, заряженные гидро как он ожидал, то на его лице не отразилось и капли удивления, хотя он и видел подобное впервые. Электричество неприятно прошлось рядом, опаляя своими щекочущими искрами влажную кожу. Пусть предыдущие атаки Чайлда и не смогли достичь цели, но они выполнили свою главную задачу перед другим элементом — намочить врага. Моракс сощурил глаза, в его времени никто из смертных никогда не применял две стихии одновременно, что это было? Но даже такое небольшое замешательство не снизило внимательности божества. Удар за ударом, руки уже звенели от напряжения, в любой другой день Чайлд упивался бы этой битвой. Когда ещё выдастся подобный случай? Но сейчас перед ним стояло нечто большее, чем простое желание развлечься. Применять форму Короля Демонов абсолютно не хотелось, но он чувствовал, как с каждым ударом его выносливости становится всё меньше, а бог напротив него будто и вовсе не собирался уставать. "Чёртов Чжунли, я ему всё выскажу, как только верну сюда, будет мне по гроб жизни обязан!" Когда Чайлд отскочил, увеличивая расстояние, Моракс уже готовился вновь уворачиваться от стрел, копья или что ещё в него мог запустить этот мальчишка, но этого не произошло. Он смотрел на то, как тело смертного опутывают водные вихри, изменяя его. И вот перед ним стоит существо, что даже превосходит размерами самого бога. Теперь лицо скрыто за непроницаемой маской, увенчанной рогами, а когтистые руки уже сжимают огромную глефу причудливой формы. Вот это действительно не на шутку удивило его. Но времени на размышления о том, кто такой на самом деле Чайлд Тарталья не было, так как тот, приняв новую форму, с неожиданной скоростью кинулся в бой, оставляя за собой лишь всполохи тёмных частиц. Это уже перестало походить на бой с обычным смертным. От Чайлда веяло незнакомой силой, столь отвратительной и мерзкой, что в пору было сравниться лишь с кармой мёртвых богов. Моракс не знал, чего ожидать от этого существа, тем более, что теперь он явно ощущал, как силы их стали практически равны. Так просто уворачиваться уже не получалось и пришлось поставить щит, что звенел от каждого случайно пропущенного удара, как будто так и грозясь тут же рассыпаться. Что-то столь отвратительное не должно спокойно существовать и ходить по земле, но если будущий он оставлял это подле себя, значит на то были причины, и лишь это сейчас удерживало Моракса от убийства мальчишки. Давно Тарталье не приходилось сражаться столь серьезно, но после трансформации он не мог не заметить, что дракон так же будто стал сильнее. Неужели бог с самого начала не бил в полную силу? Неужели, даже приняв эту форму, у него нет и шанса? Копьё божества прошлось лезвием по плечу, неприятно ранив, но, к счастью, в этой форме боль почти не ощущалась, а вот потом… то будет потом. Битва затягивалась, и это не могло не напрягать Чайлда. В любой момент мог пройти случайный путник и увидеть их бой. Надо было это заканчивать, тем более, что усталость от сражения на пределе возможностей начала сказываться, а поддерживать свою форму становилось все труднее. Чайлд стал пропускать всё больше и больше жалящих ударов, что не ранили слишком серьёзно, но заставляли терять много крови. Становилось очевидным, что в начале боя Моракс сильно щадил его. И вот наступил момент, когда Чайлд допустил последнюю и самую серьёзную ошибку, забыв о том, что в арсенале божества было не только копьё. Это оказалась колонна, дурацкая гео колонна, о которой он совершенно позабыл. Это единственная колонна, которую поставил Моракс за бой, но её было достаточно. Вначале его сбило с ног от ударной волны, и тут же следом в спину прилетел выбивающий из легких воздух удар. Силы стремительно начали покидать Чайлда, а трансформация спала. Теперь, когда битва была окончена, Тарталья, стоя на коленях, осознавал насколько велика была между ними пропасть. Запыхавшийся, с кровоточащими ранами и разрываемый от боли после трансформации, но всё ещё живой, он боялся поднять от земли взгляд, не зная, чего ожидать. Но не последующих ударов, ничего не произошло. Моракс же наконец ощутил, что начал успокаиваться. Эта небольшая стычка помогла ему выпустить пар и умерить желание убивать, что бушевало в нём, когда он только появился в этом мире. Смертный оказался куда интересней, чем думалось. Дракон впервые видел такого человека. Владел двумя стихиями, причем, настолько противоположными, что мастерство их использования не могло не восхищать. И та дьявольская форма, хоть от неё и веяло чем-то невероятно мерзким, всё же она вывела смертного на новый уровень, но она же, судя по всему, и высосала из него все силы… Человек перед ним выглядел куда хуже, чем до применения трансформации, и дело было очевидно не только в нанесённых ранах. — Твои навыки достойны похвалы. Так и быть, я выслушаю тебя и решу, как поступить. — от этих слов лицо Чайлда озарила надежда. Бой всё же прошел не зря! Пусть он и проиграл эту битву, но ещё не все потеряно. — Что тебя не устраивает в моём внешнем виде, из-за чего я не могу явиться пред другими людьми, и почему меня вообще считают мертвым? — Тарталья попытался подняться, но у него ничего не вышло, поэтому он продолжил сидеть на коленях. Но хотя бы смог более-менее выпрямиться, всяко лучше, чем вести диалог, смотря в землю. Теперь главное правильно подобрать слова. — Это очень сложно объяснить, но будущий вы предпочли скрываться среди смертных, не показывая кто вы есть. И для того, чтобы "исчезнуть" вы разыграли свою смерть. А ваши рога, кожа и хвост... всё это слишком выдает в вас нечеловека. В этом времени подобное людей шокирует. И кровь… это вызывает вопросы… и… — Чайлд смотрел на лицо Моракса и видел, как от каждого "и" его взгляд мрачнел. — А может мне просто стоит добить тебя и уйти? Почему я должен как-либо менять свой облик, чтобы угодить тебе? — на деле возмущение было напускным, ведь мальчишка ещё в бою смог захватить его внимание. Он определённо не собирался более нападать и с интересом слушал, что ещё придумают ему сказать, чтобы убедить. — Да почему мне?! — Чайлд в негодовании повысил голос, уже забыв, что пытался быть более вежливым с богом. — У нас нет времени на драки! Я скорее превращусь в сморщенный изюм, чем вы наконец услышите меня. Вот вроде бы столько лет разницы, а ваша упёртость, независимо от возраста, невыносима! — Моракс пропустил смешок, смотря на возмущенного Чайлда. Только кое-как отдышаться пытался, а теперь откуда-то нашёл силы, чтобы возмущаться. — Что с вами не так?! — от злости Тарталья даже уже встал в полный рост, несмотря на разрывающую боль в мышцах. — Вначале вы душите меня и смотрите, будто я пустое место, потом избиваете, а теперь еще и смеётесь?! Я и Чжунли то не всегда понимал, а вы ещё хуже… За своей гневной тирадой Чайлд даже не сразу заметил то, как к нему приблизились, снова смотря сверху-вниз, но теперь уже во взгляде не было былой опасности, а лишь хитрый прищур. Моракс схватил опешившего человека за подбородок, и, немного вздёрнув его лицо к себе, быстро примкнул к губам. Глаза Чайлда в шоке распахнулись, чужое горячее дыхание опалило его лицо, вызывая странное тёплое чувство внутри. Он хотел было оттолкнуть от себя это божество, что уже второй раз за их короткое знакомство так нагло нарушает его личные границы, как неожиданно начинает ощущать, что и без того скудные силы, оставшиеся после боя, стали иссякать. Сознание постепенно уплывает, а мышцы расслабляются, переставая удерживать Чайлда в прямом положении. — Дарую тебе свое благословение, смертный, чтобы ты не успел превратиться в изюм, пока помогаешь мне вернуться обратно, — Моракс усмехнулся, повторяя фразу про жухлую ягоду. Он понимал, что Чайлд уже его не слышит, тому понадобилось совсем немного, чтобы уснуть. Придерживая человека, чтобы он не ударился от падения, дракон еще некоторое время с интересом разглядывает безмятежное лицо уснувшего Чайлда, подмечая, насколько тот ещё был молод. — Вначале я не понимал, что будущий я нашёл в тебе, Чайлд Тарталья, ведь смертные и их короткий век мне абсолютно неинтересны. Но ты всё же смог достаточно заинтересовать меня. Так и быть, я послушно подожду твоего пробуждения. Думаю, наше дальнейшее сотрудничество будет весьма любопытным.