Кто такой Крис?

      Мне трудно испытывать эмоции. Каждый день мне приходится осознанно контролировать выражение своего лица, подстраиваясь под людей и происходящие со мной ситуации. Мне приходится часами примерять на себя эмоции перед зеркалом каждый день. С самого раннего детства, и сейчас, примерно до возраста 17 лет, это продолжается. Пожалуй, я завидую другим людям, они делают это естественно, а не наигранно, как я. Если бы я когда-нибудь мог бы по-настоящему почувствовать что-нибудь, наверное, я был бы действительно счастлив. Даже не пришлось бы имитировать фальшивую улыбку, ведь она наконец-то была бы настоящей. Думаю, это одно из самых заветных моих желаний.       Ох, что-то я слишком сильно замечтался.        Я встаю с пролёжанного матраса, откладывая скетчбук на стол. Он стоит в плотную к кровати, потому положить мои рисунки можно даже не отходя от постели. Я художник. Рисование - часть моей жизни. В моей комнате происходит творческий хаос. В углу под окном находятся мольберты и холсты. На подоконнике расположилось масло. Кисти, карандаши, фломастеры, мелки, маркеры расположились в коробке рядом со столом. У меня есть ещё тушь, чернила, акварельные краски, гуашь, витражи. Чего у меня только нет. Альбомы для рисования расположились на столе и не только. Если бы я мог что-то почувствовать, то сказал бы, что люблю и даже обожаю рисовать.       Пожалуй, сейчас можно идти на кухню. Одна из ног отрывается от земли, и я делаю шаг вперёд. Несмотря на то, что целый день у меня болит спина, я не сильно предаю этому значения, ноги передвигаются достаточно легко – так, словно ничего и не болит. Хоть спина и расцарапана в кровь. Ну да ладно, это не так сильно важно.       Я живу в двухкомнатной квартире. У меня есть спальня, зал, который также можно назвать коридором, совмещающим мою комнату с кухней, и уборная, одновременно являющаяся ванной. В этом нет ничего особенного и сверхъестественного. Думается, под это описание подхожу лишь я, хах. Плохая вышла шутка? Пожалуй, да.       Кухня встречает меня запахом застоявшегося пива, остывшей пеперони, запахом старой... старой и намокшей газеты. Но, помимо этого, в комнате стоит запах мяса, слегка протухшего и, кажется, начавшего разлагаться. Этот смрад отвратительно переплетается с алкоголем, создавая симфонию из вони. Нотки желчи и почти переваренной еды уже практически исчезли из кухни, и их заменила хлорка. Наверное, эти запахи окончательно покинут мой дом только через несколько дней. Или, по крайней мере, пока я не выкину их источники. Хорошо, что я додумался хотя бы до того, чтобы помыть пол. Хи-хи, все же я не тупая и бестолковая чернильница. По крайней мере, теперь стоит избавиться от протухшего мяса. Чёрный пакет незамедлительно оказывается в моей руке. До момента, когда я выйду, остаётся пара шагов. Звук домашнего телефона заставляет меня остановиться, непроизвольно показав удивление. Да, у меня иногда бывает так, что я начинаю непроизвольно показывать эмоции, но это, скорее, рефлекс. Что ж, если кто-то звонит, необходимо ответить ему. Я разворачиваюсь и иду в зал. На тумбе возле кухни как раз таки располагается источник надоедливой трели, а вместе с ним и сломанный кнопочный телефон. Почему же я до сих пор его не выкинул?       — Да? — Спрашиваю я, беря трубку телефона и прикладывая её к уху.       — Хей, Инк. — Из трубки разносится слегка хриплый голос звонящего. Он звучит, как и обычно, спокойно, в сопровождении шума статики. Вечное дополнение этого персонажа сразу отличает его от остальных. — Почему ты не отвечаешь на тот телефон, который я тебе дал?       —... — Я молчу в трубку. У меня нет ни малейшего желания отвечать этому голосу. Вот вообще.       — Ладно. Я буду ждать тебя на станции. Нам есть, о чём поговорить. — Так и не дождавшись моего ответа, человек на противоположной части провода сбрасывает трубку.       На какое-то время я остаюсь в тишине, после же кладу трубку на место и сажусь сам. У меня нет ни малейшего желания тащиться на станцию, так что я точно не собираюсь идти туда. Сейчас мне куда более необходимо отправится в школу. Но меня вновь прерывает телефон. На этот раз мелодия другая. Это рингтон сломанного кнопочного телефона. Из-за него у некоторых по телу могут пробегать мурашки. Я беру источник более приятного звука в руки, прикладываю его к уху и нажимаю на кнопку, благодаря которой можно ответить.       — Ало?       — Крис...— Голос невероятно уставший, замученный. Он ощутимо тяжело дышит в динамик, даже его дыхание звучит умоляюще. — Впусти меня обратно... Я правда сожалею, я могу вернуться... Стать более полезным. Почему ты избавляешься от всех таким образом? А она? Хватит! Остановись! Вернись! Умо... — Не успевая дослушать эту речь, я сбрасываю трубку.       Мне незачем слушать бред сумасшедшего, что, наверное, перепутал номер. Или же не перепутал. Разве это важно? Не думаю, что это важно и в этом есть хоть какой-то смысл. Кладу телефон туда, где он и лежал. Боже, я отправлюсь сегодня в школу или же нет? Промычав что-то невнятное, я отправляюсь на выход. Теперь мне точно никто не помешает. Я возвращаюсь на кухню, проворачиваю щеколду и выхожу в подъезд. В нос ударяет запах клея, видимо, кто-то клеил новые листовки. Провернув ключ в замке два раза, я иду вниз по лестнице. На стенах действительно расклеены листовки о пропаже некого Киллера Кэноди.       С листовки на меня смотрит чёрно-белая фотография парня. Из-за того, что фото чёрно-белое, не удаётся рассмотреть неплохой переход пшеничной чёлки в грубые смольный корни. Волосы средней длины и собраны в неаккуратный пучок. Вместо улыбки, тонкие губы растянуты в ухмылке. Чёрные глаза слегка прищурены, а от них неизменно расположены шрамоподобные полосы. Было бы странно, если бы вечного атрибута не было на лице. Что касается носа, маленький с лёгкой горбинкой, слегка вздёрнут. В принципе, в таком положении и ракурсе это не удивительно.       Наверное неприятно видеть такие объявления на стенах подъезда. Да, пожалуй. Знал бы я какого это, неприязнь, было бы чуть проще. В любом случае, навряд ли это интересно именно мне, и самый лучший вариант - это пройти мимо, нежели рассматривать фото Кеноди дальше. Возможно, я когда-нибудь нарисую его в цветном варианте, не знаю даже и зачем, но, пожалуй, для себя, для души. Почему бы и нет?       Я иду вниз по лестнице, живу я на втором этаже пятиэтажного дома. Лифта у нас нет, а даже если бы и был, мне было бы незачем им пользоваться. Как только я спускаюсь вниз, то вижу приятную на вид девушку, это мисс Ториэль. Она очень добрый человек, слегка напоминающая чем-то козочку. Также она является главной в этом доме. Вроде как, это называется председатель, верно? Не помню. Когда я прохожу мимо неё женщина окликает меня.       — Куда же ты собрался в такую рань, юноша? — На лице женщины приветливая улыбка, я легонько приподнимаю уголки губ, стараясь выглядеть естественно и приветливо.       — Доброе утро, мисс Ториэль. Я всего лишь иду выбрасывать мусор.       — Сегодня возле баков много ворон. Надоедливые птицы. — Седовласая тётушка слегка хмурится смотря в сторону.       Полагаю, на этом наш разговор закончен. Я киваю и выхожу на улицу. В нос ударяет запах приятной утренней прохлады. Как и говорила старая Леди, возле баков много ворон. Мусор отправляется в контейнер, а я поднимаю голову на соседний дом. Кажется, он сгорел, и теперь от него осталась лишь заброшка. Кто-то говорит, что это произошло по случайности, кто-то уверяет, что это намеренный поджог, но я не знаю. Есть ли смысл вообще гадать? Нет, наверное. Лучше идти, ибо автобус, на котором я чаще всего езжу до школы, вот-вот прибудет.       Я подхожу к остановке. Кажется, мой автобус только что подошёл, я подхожу ближе, затем полностью заходя внутрь. Я лениво передаю зевающему водителю за проезд. Он берёт протянутую мелочь и, даже не пересчитывая, кладет её к себе в сумку, затем протягивая мне билет. Я беру бумажку в руки и сажусь на свободное место возле окна.       В автобусе практически нет людей. Хотя, если бы и были, то мне бы не было никакой разницы. Я бы, как и сейчас, продолжил смотреть пролетающие мимо пейзажи. Поездка выдалась тихой и спокойной. Кто-то бы даже не сдержал скучающих зевков, но не я.       Выйдя из внутренностей автобуса, я смотрю на большое здание напротив. Это школа. Она имеет три этажа и два крыла, также есть свободный выход на крышу. Я иду вперёд. Прохожу по пешеходному переходу и захожу в здание. Меня встречает гул из голосов, но самым различимым из них является тот, что самым первым доносится до моих ушей.       — Интересно, что полиция забыла в школе...?       Полиция? Хах, стараясь рассмотреть всё и вся, я забыл про то, что находится под носом. Полиция. Хотя наверное мне нет смысла беспокоится, я ведь не преступник. Потому я прохожу мимо параноика. Пока что я не хочу слушать ничьи разговоры, как говорит мой друг, подслушивать это плохо, потому я просто иду. До уроков относительно большое количество времени, потому пока я могу спокойно посмотреть на награды. Здесь много всего. Одна из наград присуждается Эпику Риста за активное участие в мероприятиях, этот ученик за два года обучения в школе сделал из актового зала невероятно прекрасное место, находится в нём одно удовольствие. Хм, Эпик Риста? Тот вечно суетливый парень, любящий дурачиться и тем самым привлечь к себе внимания. "Актёр" ему более чем подходит. Следующая награда присуждается Киллеру Кэноди, благодарим данного ученика и ценим за невероятные познания в области химии. Кажется, Килл рассказывал что-то об этом награждении, наверное, жаль что меня не было во время него. Следующая награда присуждается Ласту Дженкинсу за то, что данный ученик достиг высот в изучении около двух языков. Два языка? Французский и японский, наверное, насколько я помню, Киллер тоже хотел научится французскому.       — Почему таким людям, как Киллер, всегда везёт? — Задаёт мне вопрос стоящая рядом девушка. Я пожимаю плечами. — Или как Ласт Дженкинс, хотя я слышала, что вне школы он тот ещё растеряха, который носит в сумке запасные ключи, если основные потеряются.       Девушка продолжает пялиться на награды, я же выдыхаю и прохожу в зал. Возле уборной и входа во второй коридор стоит парень, это мой бывший друг – Дрим. Он является достаточно богатым парнем, чуть ли не каждый день готовым устраивать вечеринки, которые будет портить его младший брат. Пусть они и родились, как двойняшки, но Найтмер всё равно считается младшим, хотя разница в возрасте у них в несколько минут. Как только я подхожу ближе, желая поздороваться, солнышко махает мне и улыбается, как всегда достаточно широко.       — Привет, Инк, я удивлён, что ты решился появиться в школе. — Дрим тихо посмеивается. Энергетик, что был в его руке, медленно падает в ведро. Он продолжает баловаться энергетиками? Видимо, да.       — Да, привет. Думаю, хоть иногда мне стоит появляться здесь. — Я слегка приподнимаю уголки губ и приоткрываю рот, имитируя улыбку. Лицо Дрима же приобретает хмурый оттенок.       — Лучше бы ты продолжал сидеть дома. Найтмер с той вечеринки сам не свой и в основном винит в этом тебя. Когда он узнает, что ты здесь, он просто с ума сойдёт от злости... — Блондин опускает голову вниз. Черты его лица кривит выражение, именуемое грустью. Уголки тонких губ опускаются вниз, а широко открытые, жёлтые глаза становятся полузакрытыми. Кажется, вдобавок его дыхание замедляется. Пальцы руки подрагивают, и всё это он испытывает за считанные секунды, после поднимая взгляд и широко улыбаясь, как ни в чём не бывало. Эмоции людей порой восхищают.       — Оу, прости. — Моя память шалит в последнее время. Я точно помню вечеринку, что нажрался там в хлам, а что именно я сделал Найтмеру не помню.       По видимому, короткий разговор с моим позитивным другом окончен, ибо, поднимая вибрирующий телефон из кармана, он подрывается с места, бросая мне в след что-то вроде "Прости, мне нужно уйти". По видимому, что-то случилось. Мне не до этого. Проще всего просто пойти в класс.       Я захожу во второй коридор. Меня встречают идущие в кабинеты группы учеников. Мой кабинет находится на третьем этаже, возле крыши. Руки закидываются за голову и я спокойно шагаю к лестнице, пока меня кто-то вновь не окликает. Повернувшись к источнику голоса, я вижу двух парней. Это Калор и Эпик. Я не то, чтобы общался с ними хорошо, насколько я знаю, среди них должен быть кто-то третий. Кросс? Хотя нет. Он является лучшим другом лишь для Эпика, хотя главный сплетник и лжец - Ласт, как-то рассказывал, что видел, как монохромный прижимал анимешника к стене, глубоко целуя того в губы, чуть ли не готовясь вставить любителю печенья прямо на улице, в переулке, потому я не уверен, лучшие они друзья или некто больше. Но Ласт тоже хорош, всегда готов пообсуждать кто с кем спит, часто врёт и не краснеет. Пожалуй, многих он и бесит тем, что лезет, куда не просят, и часто пошло шутит. Можно сказать, даже я его недолюбливаю, а это удивительное явление. Сам Ласт? Навряд ли, хотя удивительно, что я его действительно ещё не видел.       — Хей, Инк — Из раздумий меня выводит повторный оклик от Эпика. Похоже, анимешник выглядит серьёзным, что на самом деле тоже редкость та ещё. — Ты знаешь, где Киллер. — Это был скорее не вопрос, а утверждение, из-за которого стоящий рядом Калор выдохнул через зубы.       — Извини, Инк, и не будь таким прямым, Эп. — Он был настроен относительно добрее, чем Эпик, но я так и не понял, что в итоге они оба от меня хотят. Я безусловно не знал, где сейчас Кэноди. По крайней мере, судя по объявлению, он пропал, может, его похитили, может, убили, почему это должен знать я? —Инк, как ты себя чувствуешь?       — Я в норме. Что именно случилось? — Моё лицо приобретает слегка удивлённый окрас, когда я наклоняю голову в бок, приподнимая одну из бровей и слегка приоткрывая рот, что, вроде как, означает, что я удивлён.       — Ну, Килл пропал, и мы думаем, ты хоть немного знаешь, что случилось...— Калор неловко отводит взгляд в пол, как ребёнок в теле взрослого человека.       — Братан, это серьёзно не смешно. — Эпик сжимает руки в кулак, стараясь глубоко дышать. — Как бы мне не нравились мемы, этот реально ужасный. Хах... Просто скажи где он.       — Почему вы думаете, что я это знаю? — Я продолжаю строить удивлённое лицо, при этом скрещивая руки на груди.       — Бро, вы оба уходите с вечеринки Дрима, пропадаете на две недели и не отвечаете на звонки, а сейчас только ты приходишь в школу, как ни в чём не бывало, и ты считаешь, что это не подозрительно? — Кажется, я умудрился взбесить анимешника. Его зубы плотно стиснуты, а брови нахмурены, пальцы то и дело сжимаются и разжимаются в кулаках.       — Эпик, успокойся! — Слегка прикрикивает на друга парень с радужной чёлкой, правда, в этой радуге нет красного цвета. —...Инк, нам действительно важно знать, что с Киллером... В это вмешалась полиция и Ласт у директора.       — У директора? — От чего-то на лице появляется ухмылка. — Ребят, что он успел вам наплести про меня? — Брови хмурятся и я становлюсь более серьёзным — Вы ведь знаете, что Ласт славится своим враньём?       — Хей, не говори так. Ласт наш друг, как и Киллер, потому, даже если вы переспали, это не отменяет того факта, что мы хотим найти его. — Слова Калора меня озадачивают. Разве между мной и Киллером было... Ах... Ласт. Ему вечно необходимо приплетать к своему вранью пошлый контекст. Я слишком мало общался с Кеноди, чтобы между нами что-то было, и, если бы что-то и было, я бы помнил, верно? Я просто бы не смог забыть свой первый раз, тем более с парнем.       — Хватит. — Этот диалог мне кажется бессмысленным, я стискиваю зубы и сильно хмурю брови, я всем видом не настроен на разговор, потому бесцеремонно отворачиваюсь и иду вперёд к лестнице.       Меня не собираются останавливать, вновь окликнуть и поговорить. Зачем? Хотя, даже если они меня окликнут, я не обернусь, если подбегут, начав расспрашивать, я не отвечу. Для кого-то, может быть, звучит зло, но я ведь тоже имею право не тратить время на всякую чушь. В голове словно появляется голос, новая мысль, что кажется и вовсе не моей. Стоит ли мне повиноваться, отдаться этим мыслям с головой. Возможно, да, а, может, и нет. Кто его знает, что мне делать, думать и какую эмоцию показать людям.       Об этом можно рассуждать долго, но надо и заниматься делом. Второй этаж, левая дверь. Это не мой класс. Сейчас, наверное, я не собираюсь идти туда. Сейчас есть желание найти Ласта и поболтать с ним об его вранье, что перешло границы. Проходя вперёд, я вижу человека. Парень сидит, делая что-то в телефоне. Мне навряд ли это интересно, но этот человек кажется мне знакомым. Наверное, я встретил его на вечеринке Дрима. Наверное, да. Человек со временем обращает на меня внимание. Натянув капюшон синего худи на голову чуть сильнее, он смотрит на меня. Кажется, впивается взглядом, рассматривая каждую деталь моего образа. Из-за такого пристального взгляда многим может стать некомфортно, и, чтобы показать это, я слегка поджимаю губы, делая чуть более задумчивый взгляд. Вроде как, это должно помочь, но знакомый продолжает вглядываться, кажется, даже пялясь на меня так, словно я восьмое чудо света или же всеобщий враг народа.       — О, хех, извини, что так откровенно пялюсь на тебя. Привет, ты что-то хотел? — Слегка пухлые губы расплываются в приветливой улыбке.       — Ничего страшного. И привет. — Я улыбаюсь парню в ответ, стараясь вспомнить его имя.       — Ох, ты выглядишь знакомо. Ты, случайно, не тот парень, что был на вечеринке у Дрима, хах?       — А, хах, да, это я. Я, кстати, помню тебя. — Странно, что я решаю сказать такую чушь, совершенно не помня его. Но, в целом, наверное, и не важно, ведь я улыбаюсь и мне верят.       — Да? — Парень наклоняет голову в бок и ехидно улыбается. — Тогда как меня зовут?       Я не ожидал такого вопроса. Явно вляпавшись по полной я... Что мне показать!? Удивление само лезет на лицо! Я не знаю! У.... улыбка! Улыбка! Улыбка!       — Скоундрел Хёго? — Я улыбаюсь, слегка как придурок. Гордо закрывая глаза, стараясь показать уверенность в своём ответе.       — Вообще-то, Денс Сайр. Пхех, похоже, память у тебя никудышная.       — Да, ты прав. — Я слегка посмеиваюсь. Но через время на лицо вновь возвращается нейтральное выражение. Похоже, он поверил. Иногда улыбка хороший выбор, но не всем может понравится такое. Теперь можно перейти к главному. — Кстати, на вечеринке ты был вместе с Ластом, вроде как, да? Не можешь подсказать, где его класс?       Ласт у директора. Зачем мне его класс? Я сам точно не могу знать, но что-то подсказывает мне, что, прежде чем искать его по школе, нужно туда. Хм... Забрать его запасной ключ от дома? Пожалуй, так. Припёртый к стене своей квартиры, он навряд ли будет отпираться, а в школе у него есть вариант свалить от меня.       — А, класс Ласта. Хех, это кабинет рядом с этим. Взгляни туда, дружище. — После этих слов парень возвращает свой взор в телефон.       Меня больше ничего здесь не держит, потому я могу идти вперёд. Прямиком в класс Ласта. Ну, собственно, я и иду. Выхожу из кабинета и ноги несут меня в соседнюю дверь. Я оглядываюсь. Стол и компьютер учителя, парты, шкаф, доска. В этом нет ничего необычного.       Мои глаза впиваются в монитор. Фамилии, имена, адреса всех учеников. Отлично. Для исполнения пусть и глупого, но плана, мне нужен адрес Ласта. Без него, даже с ключом, куда я уеду? Пф, естественно никуда. Вот и он. Я нашёл его адрес. Хорошо, что у меня неплохая память. Остановка "советский дом", дробь "3", квартира "105".       Отлипнув от монитора, я подхожу к первой парте на которой лежит милая розовая сумочка. Пф, похоже, Ласт забыл эту сумку. Мне же к лучшему, но это достаточно неплохое совпадение. Слегка дёрнув за молнию, даже, можно сказать, женская сумочка открывается и первое, что из неё вываливается, это прокладки. Зачем они парню я не сильно понимаю, но по видимому мало, что своим поведением и внешностью, так и своими повадками, он старается походить на девушку. Господи, как отвратительно то с одной стороны. Глубоко выдохнув, я нащупываю ключ с милым белым котиком в качестве брелка. Убирая средства женской гигиены обратно в сумку и закрывая её, я иду на выход.       Здесь я сделал всё, что мне было необходимо. Закинув ключи в карман, я убираю прядь выбившихся из чёлки волос. Надо бы её укоротить. Ах, точно. Посторонним мыслям не стоит лезть в мою голову, по крайней мере, пока я не закончу.       Ноги ступают на лестницу наверх. Дальше лишь крыша, но мне необходимо проветриться, а после этого я смогу вернуться к поискам Ласта. Рука кладётся на перила. Она медленно проскальзывает вверх, собирая на себя пыль, что спокойно будет вытерта о брюки. Пусть полы и моют, пыль со шкафов и лестниц не убирает практически никто, что, полагаю, звучит странно, но как есть.       Наконец-то передо мной распахиваются двери крыши, и я могу вздохнуть полной грудью. Свежий, слегка холодный воздух. Наверное, это приятно, не могу сказать точно, ведь не испытываю ничего. Но это не так важно. Мои глаза упираются в сидящего на лавочке возле края розововолосого парня. Вот и он. Значит, я не отдохну. Ну и ладно, пожалуй. Я подхожу к нему, и, когда женоподобный парень поднимает на меня взгляд, то сразу же вскакивает, как ошпаренный, и прижимается к перилам, что не дают неосторожным ученикам упасть.       — И-... Инк... — Дрожащим голосом произносит Ласт. Я не знаю от чего, но, кажется, он боится меня. Как любезно с его стороны.       — Да, Ласт. Это я. И нам есть о чём поговорить. — Я делаю шаг вперёд. Мой хмурый взгляд прямо таки скользит по парню. Я выдыхаю сквозь зубы, собираясь продолжить и завершить свою речь, но, вместо этого, кто-то нас окликает. То есть, меня.       — Хей, чернильное уёбище. — Повернувшись, я вижу злого Найтмера. Ой, встречу с ним я точно не хотел бы проводить именно сейчас. Ко мне подходят, грубо хватают за воротник и встряхивают его. — Где Киллер?       — Почему ты думаешь, что я знаю? —я хмурюсь, что явно не нравится моему собеседнику. Оу, похоже, я выбрал неправильную эмоцию. Как... Жаль?       — Где, блядь, мой парень!? — Как же сильно он злится. А я решаю ответить злостью на злость.       — Я не знаю! — Кричу я на него в ответ. Из-за этого крика я вновь злю негатива ещё больше.       На меня замахивается чужая рука, удар по щеке и носу. Это больно. Сделав пару шагов назад, я касаюсь кончиками пальцев своего носа, а сам кошмар наступает. Я не знаю почему, но вместо того, чтобы защищаться, я лишь принимаю удары в живот, всё больше и больше отходя назад. Вот, я у перил.. Нога брата моего бывшего друга бьёт меня уже по моим ногам. Руки бьют в грудь. Моё тело перевешивает и, вытянув руку вперёд, я лечу. Свободное падение. Кажется, я слышу звук своего собственного позвоночника и всё становится как в тумане. Кто-то вскрикивает, когда моё тело падает на асфальт, но вместо крови из него вытекают чернила. Закрыв глаза, кажется, я совершаю свой последний вздох. Хм... Вот так я и умру? Какая же это нелепая смерть. Хах..