Храбрые копы, злые злодеи и немного романтики

Нахальное солнце пробралось своими лучами сквозь неплотно закрытые шторы и, по обыкновению, принялось светить прямо в глаза. Пребывавший в сонной неге Гэвин недовольно заворочался, переворачиваясь на бок. Крепче обхватил руками подушку, которую сцапал со второй половины кровати еще ночью, и зарылся в нее лицом. Ему снился очень приятный сон. Знакомая мягкая улыбка с маленькими, аккуратными клыками, темно-каштановые волосы, светло-серые глаза. И голос, который не спутать ни с чьим другим. Этот голос звал, умолял, просил. Гэвин застонал, потираясь пахом о подушку, и тут же подскочил на кровати, почти мгновенно просыпаясь. С головы до ног окатило знакомым, пока еще мягким жаром, под живот подхватило слабостью, а заострившиеся клыки, больно впились в нижнюю губу, когда Гэвин негодующе зарычал. Только не сегодня. Когда угодно, блядь, но только не сегодня! Нужно было действовать быстро. Метнувшись в ванную и нашарив на полке свои колеса, Гэвин закинулся сразу двойной дозой, чтобы наверняка. Уже стоя под душем, для верности пару раз подрочил на светлый образ Ричи. «Да, — кивнул он себе после в зеркале, наяривая зубной щеткой. — Испанский стыд подкрался незаметно». Но будет совсем ужасно, если у него встанет на напарника в самых неподходящих для этого обстоятельствах. Уж лучше так. Клыкасто улыбнувшись отражению напоследок, Рид быстренько оделся и поехал в участок. «Клоуны» были на редкость предусмотрительными и хитрыми, поэтому оставить Ричарда без своей помощи Гэвин просто не мог, как и не мог пропустить поимку засранцев, знатно портивших им жизнь и выставляющих полицию на посмешище последние несколько месяцев. Он почти не опоздал, но в кабинет к Фаулеру прибыл последним. Там как раз обсуждалась сегодняшняя операция, в которой должен был принять участие не только их отдел, но и два ближайших. С такой поддержкой все должно было получиться наилучшим образом, но все равно так хотелось скрестить пальцы на удачу, что те аж чесались. Фаулер коротко изложил последовательность действий, обозначил границы возможностей и напомнил о разрешенных методах воздействия на преступников. Все благоговейно внимали, так как в такие моменты авторитет и командный голос капитана делали свое дело, заставляя сплотиться ради великой цели. Гэвин бросил взгляд на Ричарда, тот ответил короткой улыбкой и снова сделал вид, что увлеченно слушает начальство. Хотя они вместе провели два дня над разработкой всевозможных вариантов и запасных планов на случай, если что-то пойдет не так. Фаулер закончил и отправил всех надевать экипировку, попросив Рида задержаться. — Ты, Гэвин, в пролете, — сказал он не терпящим возражения тоном. — Я вообще не понимаю, какого хрена ты сегодня приперся, от тебя же несёт, как от стада диких енотов. Разве? Сам Гэвин не чувствовал, но по тому, как-то бледнел, то краснел находящийся с ним в одном помещении Ричард, стало понятно, что Фаулер не врет. — Стада енотов не бывает, — нашелся с ответом Гэвин. — Они стаями шарятся. — Ты меня понял, — не заценил его стеба кэп. — Чтобы через пять минут духу твоего здесь не было. Ричард, выйди подыши, ты мне нужен сегодня на задержании. Гэвин тихо выругался, глядя, как быстро Ричард покидает кабинет. Все-таки идея припереться в участок была по шкале тупости десять из десяти. Но на подавителях его неплохо отпустило, и перспектива поучаствовать в задержании казалась очень даже неплохой. Фаулер любил поговаривать, что, когда кажется, надо перепроверить еще раз двадцать. Капитан-параноик — горе в отделе. — Ричард не может участвовать в такой операции без напарника, — зачем-то принялся оправдываться Гэвин. — Я принял колеса, думал, что прокатит. — Индюк тоже думал, Рид. Все, вали отсюда, не желаю ничего слышать, — отмахнулся Фаулер. — Ничего с твоим Ричардом не сделается, его напарником на сегодня буду я. После получите неделю отпуска, и чтобы раньше я вас тут обоих не наблюдал, нечего мне рабочую дисциплину разлагать. — Кэп, мы не это… — Гэвин ощущал себя все большим идиотом. — Вы то, ага. Я уже сказал, что слышать ничего не желаю. А не свалишь прямо сейчас, пойдешь после отпуска протирать штаны в архиве, помяни мое слово. — Ладно-ладно, — криво улыбнулся Рид, поднимая руки в шутливом защитном жесте. — Я понял, ухожу. Внутренне он неистово бесился. Гребаный гон! Дикая охота, блядь. Ведьмак, мы все проебали. Как же не вовремя. Его снова кинуло в жар, подавители уже не справлялись, нужно было срочно ехать домой. Нужно было выловить Ричарда. Нет! Нужно вызвать такси и валить отсюда как можно дальше. Он просто увидится с Ричи, чтобы пожелать ему удачи, ничего ведь такого, да? Ничего. Телефон разразился трелью, один за другим пришли сразу несколько смс от Ричарда. «Вали домой, Гэвин» «Даже не пытайся меня найти» «Я серьезно» От сообщений сквозило раздражением и совсем немного страхом. Ричард тоже понимал, что если они сейчас пересекутся, то никто не поедет ни на какое задержание. Вся работа коту под хвост. Отношения, возможно, тоже. Гэвин видел это очень даже ясно, инстинкты требовали охотиться, мозг рационально втирал, почему этого делать не следует. Гэвин старался слушать мозг. Он вызвал такси и отправился домой. Связи с Ричардом не было весь день, за который Рид успел два раза залезть под прохладный душ, выпил шесть чашек кофе, сделал сто десять отжиманий, планку и бесчисленное множество раз проверил сообщения. Его неотвратимо накрывал гон, и он просто не знал, что будет делать, если Ричард сегодня решит поехать к себе. Возможно, он устанет или, еще чего хуже, будет ранен. В эту сторону думать не хотелось, башню рвало, и Гэвин во всех кровавых красках представлял, как сносит бошки обидчикам Ричарда мачете. Ричард, слава всем богам, после успешного задержания направился прямиком к нему. Как только Гэвин открыл дверь, все переживания улеглись, чтобы после обрушиться на него волной невыносимого жара от губ Ричарда, веса его тела, которое пришлось подхватить, потому что Рич без лишних разговоров ринулся в его объятия. Гэвин с восторгом заметил, что тот так и не снял полицейскую форму, которая чертовски ему шла. Облегченный бронежилет с эмблемой департамента на груди, оружие в кобуре на поясе, руки в перчатках без пальцев. Внутри себя Гэвин пищал, как восторженная фанатка. От Ричарда разило порохом и жаром, немного кровью, и все это, вместе с его усилившимся естественным запахом, могло запросто повалить Гэвина с ног. Но он удержался сам и удержал своего желанного омегу, затаскивая его в квартиру и захлопывая за ними дверь. Ричард отцепился только для того, чтобы скинуть бронежилет и кобуру, толкнул Гэвина так, что тот с размаху сел на диван, и тут же оседлал его колени, целуя жарко и горячо, так, как хотелось уже очень давно. — Все прошло отлично, — решил поделиться Рич в перерывах между поцелуями и стягиванием одежды. И действительно. Заранее подготовленный персонал банка, пара подставных клиентов и оперативная группа, только и ждавшая команды «фас». Преступники повелись и за сгребанием денег из сейфа не заметили, как ловушка, в которую они залезли за слишком большим куском сыра, захлопнулась. На этот раз бежать было бесполезно, все пути отступления были продуманы теперь еще и полицией. На каждом из них юмористов ждал очень не смешной сюрприз, а именно: гранаты со слезоточивым газом и готовые принять их в распростертые объятия копы. Без боя говнюки не сдались, начали отстреливаться, но Мэтт перед самым выездом успел заменить все патроны на пульки с краской. «Клоуны» знатно прифигели, когда поняли, что к чему, но было уже поздно. — Я так рад, что ты в порядке, — хрипло прошептал Гэвин, целуя куда мог дотянуться. Он успел напереживаться настолько, что сейчас чувствовал себя крепко обдолбанным от радости и облегчения, что его омега наконец-то рядом и в безопасности. — Теперь все будет хорошо, — ответил Ричард наконец-то улыбаясь так, что в груди все сжалось от переизбытка чувств. Эта улыбка и свет в его прозрачных, льдистых глазах, в который раз сразили и так беспомощно влюбленного Гэвина прямо в сердце.