Бегу к себе

      — Ну и ты написала? — Юна сидела на диване, поджав ноги, а голова Соки лежала у нее на коленях.       — Нет, — буркнула Сок и тут же получила по лбу ладошкой от разочарованной подруги.              — Ну и дура!       — А что я должна написать? «Милый, вернись, прости!»? — Соки зажмурилась, принимая еще один удар по лбу.       — Телефон дай!       — Не дам!       — Дай, говорю, телефон, а то хуже будет! — маленькая Юна имела характер боевого петуха, и подруга об этом знала.       Соки вытащила из кармана телефон и протянула Юне. Та подставила экран к лицу подруги, чтобы разблокировать устройство, и быстро нашла нужный контакт в Какао-Talk.       — Что ты там пишешь? — обеспокоено запищала Сок. — Дай!       Просвистел звук отправленного сообщения, и Юна победно улыбалась. А Соки вглядывалась в экран собственного смартфона расширенными глазами. До Сок: «Привет. Выпьем кофе?»

Ли Кан Джун: печатает …

***

We're Already — Kimmuseum

      Замеры на территории загородного курорта Чонгука велись уже несколько дней. Дело небыстрое, потому что ландшафт был неровный. Тэхён на эту чёрную начальную работу посылал «молодых», чтобы втягивались. Но сегодня решил съездить сам.       В общем-то особенного повода не было. Там и без него прекрасно справлялись. Но он сказал себе, что раз он руководитель проекта, то обязан проконтролировать. Что именно он собирался контролировать, Тэхён не решил.       Надо. Да, надо.       Хозяина клуба не было. Об этом слегка разочарованному Киму сообщил управляющий — «у господина Чона офис в Сеуле, он же занимается недвижимостью». Так Тэхён узнал, что загородные угодья для Чонгука были лишь частью бизнеса.       Время близилось к шести вечера, Тэхён уже порядком устал и собирался в город, когда к нему подбежал запыхавшийся управляющий:       — Господин Ким, я прошу прощения. Звонил господин Чон, я сообщил ему, что вы здесь. Он уже едет сюда. Не могли бы вы задержаться?       Тэхён сидел на детских качелях и смотрел на воду. Он уже отпустил геодезистов в город, а сам ждал Чонгука. Обсуждать было ещё нечего, работы по благоустройству в самом начале. Но он вроде как не мог отказать заказчику.       Чонгук неаккуратно припарковался около коттеджа и, точно волк на охоте, начал обходить территорию курорта в поисках ландшафтного дизайнера. Тот обнаружился на пляже, в закатанных брюках, с голыми ногами, в расстегнутой рубашке, на которой подкатал рукава — небольшими штрихами Тэхён превратил строгий офисный костюм в расслабленный наряд.       Чонгук затормозил на ходу, рассматривая изящную фигуру, которая раскачивалась на качелях. Внутри опять поднялась смесь из раздражения и любопытства. Тэхён притягивал своей непонятностью, его хотелось расшевелить и потыкать в него палочкой. При первом знакомстве Ким создавал впечатление замороженной рыбы, но позже оказалось, что он может быть и шаловливым, и смешливым, если расколоть скорлупу.       — Господин Ким, как рабочий день? — закричал Чонгук, давая о себе знать заранее.       Чон не ожидал, что Тэхён обернётся на него с такой яркой и широкой улыбкой. Солнце светило дизайнеру в затылок, обливая фигуру и волнистые волосы золотым сиянием. Чонгук затормозил на ходу от неясной тревоги и сбитого дыхания.       — Отлично! Как сегодня продавалась недвижимость, Господин Повелитель Квадратных Метров? — Тэхён был рад видеть Чонгука. Их рабочие переписки были вполне дружелюбными.       Обход территории затянулся на пару часов. Ким фонтанировал идеями, предлагая варианты по переделке, а Чонгук поймал себя на том, что соглашается со всеми проектами, что предлагает Тэхён.       — Давай выпьем? — вдруг предложил хозяин загородного курорта, когда оказалось, что уже стало темнеть и включились уличные светильники. — Я что-то устал за сегодня, мне нужна компания. Соки не будет переживать, если ты приедешь завтра?       — М-м-м. Мы расстались с До Сок, — Тэхён замялся. — Юна не говорила?       Чонгук нервно засмеялся и с удивлением посмотрел на собеседника.       — А мы расстались с Юной, — Чон не выглядел расстроенным или разбитым, только слегка смущенным. — Причину ты знаешь. Это было самое … э-э-э … ласкающее самолюбие расставание.       Тэхён хмыкнул, поджал губы, чтобы не рассмеяться:       — Тогда давай выпьем за нашу холостую жизнь. Ну, и пусть нам повезёт, — было что-то странно ускользающее в их разговоре и обтекаемых фразах.       Тэхён бросал короткие взгляды на Чонгука, когда тот отворачивался. И не замечал как тот рассматривает его в ответ, когда не видел Ким. Тревогу от нахождения рядом хотелось заглушить алкоголем. Растопить вином мутные, неоформившиеся мысли. Сознание подавало непонятный сигнал опасности. Подсознание, наоборот, заставляло подойти поближе, побыть подольше, прикоснуться.       Стоп!       Они выпили уже достаточно, пока Чонгук жарил мясо на гриле, и голодному Тэхёну алкоголь быстро ударил в голову. Он неловко потянулся к столику, чтобы взять еще один лист салата, покачиваясь сделал неловкий шаг, запнулся и всем телом полетел на открытый огонь.       Ким успел ощутить жар в сантиметре от лица, но в ту же секунду почувствовал, как стальные руки перехватили его под рёбра. Чонгук дёрнул резко, мгновенно и не раздумывая. Притянул к себе рывком и зафиксировал в жестких объятиях буквально на пару секунд.       — С-с-спасибо, — прохрипел Тэхён, когда через мгновение Чон уже разомкнул руки и быстро отошел в сторону.       — Не уебись, — грубовато ответил Чонгук, пряча своё замешательство, и Ким рассмеялся.       Мясо вышло вкусным, вино было терпким, огонь грел и не обжигал. Правда, свет от него всё время привлекал каких-то насекомых, которые вылупились к середине лета и теперь летали огромными стаями. Тэхён без конца вздрагивал, когда в него врезались особо крупные букашки. Но никак не ожидал, что один из жуков внезапно приземлится ему на волосы.       Ким заорал от отвращения, когда почувствовал копошение на своей голове, начал беспорядочно размахивать руками и стряхивать насекомое с волос.       — Да стой ты! — Чонгук зафиксировал Тэхёна за плечи, и не давая пошевелиться, скомандовал: — Наклони голову! Вот он. Всё. Достал. Успокойся!       — Ненавижу этих сикарак, прям бр-р-р! — в свете костра было видно, как покрылась мурашками кожа на шее Тэхёна.       Чон отступил, убирая руку с плеча. Он слишком часто сегодня прикасается к этому человеку. Ким будто бы не замечал всего этого: он вечно то валится в огонь, то борется с насекомыми. А Чонгук ощущал под ладонями крепкие мышцы и жар кожи. Эти незначительные касания рождали ненужные эмоции.       Почему-то невольно пьяные мозги Чона начинали сравнивать ощущения от прикосновений к женскому и мужскому телам. Какая мягкая талия и бёдра были у Юны, и каким жёстким показался под рукой Тэхён. Его торс опутан грубыми верёвками мышц и сухожилий, а плотная кожа упруго пружинила под пальцами.       Они снова пили и болтали до полуночи, и снова Чон выдал Тэхёну знакомый комплект из шорт и майки. Ким сидел на постели, держал одежду в руках и длинными пальцами гладил по ткани.       Что-то происходило сегодня, чему он не мог дать определения. Внутри словно тренькал какой-то нерв — болезненно, раздражающе. Будто бы он всю жизнь ходил с анестезией, как после посещения стоматолога, а теперь заморозка отходила и появлялась чувствительность.       Ему не нравилось.       Он невольно возвращался мыслями к секундным прикосновениям Чонгука. И мышцы на теле начинали рефлекторно сжиматься. Тэхён вытянулся на постели и попытался расслабиться. Это было трудно. Он постоянно вспоминал и почти ощущал, что за стеной спит Чон.       Чонгук не помнил точно, что именно ему снилось. Наутро остался лишь привкус. Но где-то на краю сознания мелькала крепкая шея, обвитая знакомыми цепочками, мурашки на загорелой коже, и хриплый стон, из-за которого Чон проснулся в оргазме.       Блять!       Сон слетал быстро, как дымка. Но мокрое пятно на трусах было неоспоримым фактом. Чонгук с ужасом соскочил с кровати и поспешил в душ. Он с остервенением тёр кожу мочалкой и второй раз намыливал волосы, поливаясь холодной водой.       Тэхён уже был на кухне, когда мрачный хозяин загородного клуба спустился вниз. Разговор не клеился с самого начала. Ким невольно ёжился от вновь ставшего агрессивным Чонгука, от мимолётных колких фраз и подчёркнутого отстранения.       Они расстались напряжённо, не глядя друг на друга. Тэхён заторопился в город, объясняя, что ему надо переодеться перед работой. Чон лишь хмуро кивал, сжимая зубы.

***

Two Weeks — FKA twigs

      — Время — пять утра! Ты с ума сошла! Ты чего телефон отключила? Соки, почему ты плачешь? — вопросы из Юны сыпались со скоростью пулемёта.       До Сок медленно скидывала у порога туфли и вытирала лицо ладонью, размазывая под глазами разводы от туши. Подбородок её трясся от тихого плача, опухшие губы кривились.       — Сок-и-и, крошечка моя, ты чего? — Юна обхватила подругу за талию, пытаясь утешить эту всегда сильную и язвительную молодую женщину.       — Он сказал, что ему надо подумать, — Соки выдавила первую фразу. — Подумать. Ему звонила его девушка. Она звонила всю ночь, он трубку не брал. А потом он сказал, что он запутался.       Соки некрасиво и судорожно зарыдала, и Юна повела её в ванную, умывать как маленькую.       — Сначала он сказал, что любит меня. Любит, как никого никогда не любил. А потом… что надо подумать. Вот.       Встреча за кофе с бывшим мужем пошла не по плану с самого начала. Ли Кан Джун сжигал Соки взглядом, пальцы его тряслись, когда он взял бывшую жену за руку и не отпускал очень долго.       Она встала, чтобы успокоиться в уборной, а он перехватил её прямо у выхода из дамской комнаты. Поцелуй был каким-то сумасшедшим. У обоих сорвало тормоза.       Соки почти не помнила, как они оказались в лав-отеле, как без прелюдий в первый раз занялись диким сексом. Бывший муж целовал и ласкал её тело, как шептал в рёбра, что «любит-любит-любит». Звонили телефоны, но они не замечали их.       Он брал её раз за разом, и они никак не могли насытиться. Она плакала и просила прощения, а он сцеловывал её слезы и снова любил её.       — Часа в четыре ночи она снова позвонила, и он ответил, что скоро приедет, что задержался по делам, — Соки невесело хмыкнула, истерика уже прошла. — Это я его дела. Бывшая жена. А теперь любовница, с которой он изменяет своей девушке. Они живут вместе уже четыре месяца.       Юна молча поставила перед подругой стакан, в который накапала успокоительного. Соки молча выпила.       — Вы хоть предохранялись?       — Да я без понятия.

***

If our love is wrong — Calum Scott

      «Показалось»       Вот уже три недели после того вечера за городом Тэхён крутил в голове заезженную пластинку странных мыслей. Они скрипели, заедали на одной ноте, как поцарапанный винил.       «Все эти мысли — неправильные. Воспоминания — неправильные. Ощущения — неправильные»       Он весь — неправильный.       Лучший друг думал, что Тэхён переживает из-за расставания с Сок, и Ким не стал разуверять Чимина. На самом деле, отношения с девушкой забылись — как будто их и не было. Они с До Сок немного удивленно кивали, улыбались друг другу на работе и безмятежно расходились по своим делам.       Зато каждое деловое письмо от Чонгука вызывало какой-то сумасшедший всплеск неконтролируемых эмоций. Тэхён с трудом открывал е-мейл, потом собирал мысли в кучку, чтобы ответить. В итоге он сгрузил переписку на Чимина, который безропотно взялся помогать другу «с разбитым сердцем».       Теперь Чимин ездил на объект, при необходимости общался с владельцем загородного клуба и полностью вёл этот проект. Но каждый раз, когда Пак разговаривал по телефону с Чоном, Тэхён замирал в надежде услышать низкий голос собеседника на другом конце линии.       «Это неправильно»       Ему двадцать восемь, у него было несколько отношений с девушками. Бог свидетель, он никогда не думал ни о чем порочном. Никогда!       Но фантомные прикосновения к телу мучили его, как только он оставался один в квартире. Невидимые касания к плечам сильных и грубых рук ощущались миражом.       Он отрицал. Потому что нет, не может быть.       Он злился. Чёртов ублюдок, зачем он вообще ловил его у костра и трогал!       Он торговался. Показалось. Конечно, просто показалось.       Он впал в уныние. Теперь он неправильный, поломанный механизм.       Он принял.       Он принял. Сознание треснуло и разошлось расщелиной, как после землятресения. Стало в сто раз больнее.       Всю жизнь он думал, что его любовь просто родилась и умерла сто, а может, двести лет назад. Та девушка, с которой не получилось встретиться в этой жизни — они просто не пересеклись. Так бывает. Поэтому он такой: не умеет любить, не чувствует ярко.       А если это не девушка?       А если этот мужчина живёт с ним в одном городе? Нормальный, неиспорченный, обычный мужчина, который сначала ебанёт ему кулаком в челюсть, а потом растопчет сердце презрением?       Тэхён сидел в душе на корточках, скрючившись. Он уткнулся лбом в колени и ощущал как на затылок и спину льётся вода. Вода не смывала боль. Просто колола спину холодным дождём.       Он сломался.

***

If our love is wrong — Calum Scott

      «Где он? Что с ним? Как спросить о нём?»       Чонгук смотрел, как по территории флешем передвигается Пак Чимин, успевая раздавать указания сразу и везде. Проект аллеи с беседками уже утрясли. Пока остальные участки еще были в разработке, аллею уже начали высаживать. Чимин Чону нравился — этот парень держал всё под контролем. С виду какой-то мягкий, пухлогубый и нежненький, но стоило ему открыть рот, как ангел превращался в машину для убийств. Так что территория за полтора месяца уже преобразилась в лучшую сторону.       Чимин часто упоминал Тэхёна, потому что формально руководителем проекта оставался Ким, но «Тэхён занят объектом в Пусане», и Чон лишь мрачно кивал на это.       Полтора месяца.       «Где он? Что с ним? Как спросить о нём?»       Чонгук не дурак, не истеричка и не страдает сентиментальностью. Он сел и поговорил сам с собой как мужик с мужиком. «Всё это дерьмо. Я просто сто лет нормально не трахался. С Юной ни хрена не получалось. Спермотоксикоз».       Спермотоксикоз он снял парой походов в ночной клуб. Желающих помочь Чонгуку расслабиться было много. Красивый, накачанный, видно, что при деньгах.       Сумасшествие в паху девушки сняли, сумасшествие в голове лишь усилилось.       Хотелось просто увидеть Тэхёна. Просто посмотреть. Не трогать, не разговаривать, ничего дурного, чем можно испачкать его.       Перед глазами был образ Кима, которого обливало жидкими золотыми лучами солнце. Он сидел на качелях на пляже и улыбался Чонгуку. Сколько часов Чон уже провёл на тех же качелях? Сколько раз хотел подойти к Чимину и спросить:       «Где он? Что с ним?»       — Тэхён-а, привет, ты уже дома? — Чимин и не знал, что у Чонгука сейчас не уши, а звукоулавливатели. — Я сейчас стартую от загородного клуба, подгребай к нам с Юнги через часок?       Чонгук не слышал ответ, он стоял у своей машины, а Пак уже садился в свою.       — Тэхён, дружище, тебя что-то вообще не вытащить, — Пак обеспокоено говорил в трубку. — Сегодня отдыхай, завтра мы заедем к полудню и выведем тебя гулять и пить. Всё, отказы не принимаются, придурок!       «Что с ним? Как спросить о нём?»       Чонгук знал адрес Тэхёна. Но абсолютно не было повода приезжать и заваливаться к Киму домой. Даже если прикрыться работой, то это будет выглядеть по крайней мере странно.       Чонгук сел в машину и поехал к Тэхёну, не анализируя и не задавая себе вопросов.

***

Тэхён снова сидел в душе на корточках. И снова голова утыкалась в колени, а сверху лилась холодная колющая вода.

      Чонгук стоял под дверью квартиры Тэхёна и смотрел на тёмный глазок.

Осознание ударило, когда он уже был на этаже и увидел звонок.

Он не сможет нажать. Нет, конечно, не сможет.

Вода холодная, неприятная, от неё хотелось еще больше спрятать голову. Неправильный. Почему это произошло с ним?

      Чонгук сел на пол спиной к двери и пытался услышать из квартиры хоть какие-то звуки.

Шаги, хлопанье двери, музыку. Ну хоть что-то.

Хватит. Правда хватит наказывать себя. Тэхён поднялся и закрыл кран. Он никому не сделал ничего плохого. Никому ничего не сказал. А с этими мыслями, которые отравляли кровь, он постепенно справится. Он больше никогда не увидит Чонгука. Это легко устроить. И это пройдёт.

      Показалось? Будто бы хлопнула какая-то дверь? Чонгук напрягся всем телом,

мышцы окаменели. Он вскочил на ноги. Нажать на звонок?

Тэхён медленно дошел до спальни и обессилено рухнул в постель. Это пройдёт. Просто нужно время и не нужно кормить сознание лишними встречами.

Чонгук не смог нажать на кнопку. Он снова опустился на пол и

прижался спиной к двери. Полчаса.

Он дал себе полчаса слабости. И ушёл.