Сошедший снег

Дэшен сидел в своей комнате на стуле, сдирая старую краску с дряхлого дерева. Выглядел он вяло: глаза были наполовину открыты, а волосы, заплетённые в слабый хвост, были слегка растрёпанны. Обратив внимание на стол, подросток взял со него старые карманные часы, которые уже шесть лет стоят намертво. Переврнув их, он провёл пальцем по серебряной поверхности. Черноволосый юноша в сотый раз, по его мнению, посмотрел на дату на обратной стороне часов — "1901 год. Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии". Это были часы его дедушки по матери, которые он приобрёл в Великобритании. Он плохо помнил его: в памяти всплывало только несколько отрывков из бесед с этим пожилым, но добрым человеком. Он был единственным родным для него человеком, кроме матери и отца, которого он вообще знал. Он помнил, как в детстве спросил у отца про бабушку и дедушку, на что он не получил никакого ответа. Юноша встал со стула и направился к плите, желая заварить себе крепкий чай. На "живых" часах Дэшена был уже пятый час утра. Он собрался с мыслями и поставил чайник на огонь. В выходной он хотел поспать, но судьба распарядилась иначе. Дэшен заметил, что пол в его комнате начал скрепеть, а двери его старого шкафа с одеждой выглядели так, будто готовы в любой момент отвалиться. Ему это трепало нервы. В последнее время что-то ему всегда мешает нормально проводить свой досуг. Всё вокруг раздражает. Недавно его отец сделал ему много замечаний, касательно посещаймости занятий. От него Дэшену доставалось по голове не раз. В последнее время этого стало слишком много. Парень искривился в лице, когда вспомнил про последний выговор отца, который был только вчера. Дэшену хватило сил только тихо покрыть его матерными словами у себя в мыслях и уйти из его кабинета поздним вечером. Наконец завыл чайник. Лин-Куэй заварил себе крепкий напиток и направился к кровати. Она была ещё не застелянна. Дэшен также подметил, что постельное бильё давно пора менять. Юноша поставил чай на тумбочку остывать. После практически плюхнулся на кровать. Карими глазами Дэшен оглядел комнату: в ней был полный хаос. Одежда кучками висела на стульях, на обеденном столе ещё со вчерашнего стояли тарелки с объедками, в книжном шкафу, стоящим около кровати, навернека, уже гора пыли, ведь Дэшен там не убирал уже три года, насколько он помнил. Юнаша скривил своё недовольное лицо. Для него это положение, как комар над ухом. Вдруг он слышит стук в дверь и сразу напрягается. "Кто, чёрт возьми, это?" — думает парень, подходя к двери и недоумевая, кто мог к нему зайти в такую рань. — Кто это? — спрашивает Дэшен, подходя как можно ближе. — Это я, Дэшен, — слышится мужской голос за стенами. — Ибрагим. Сын Грандмастера открывает дверь и видит перед собой юношу лет 18-ти с карими глазами, немного смугловатой кожей и короткими тёмными волосами. — Куда ты так рано встал? — ещё сонным голосом спрашивает Дэшен, опираясь на открытую дверь. — Мы с ребятами хотим в карты сыграть, вот и собираемся в такую рань. — Ах, точно, — дошло до Дэшена, который приветливо пригласил Ибрагима внуторь. Его гость будто бы во всех ракурсах хотел осмотреть комнату и рассмотреть каждую поверхность. — Ну и бардак у тебя тут, — говорит с таким надменным "ревезорским" тоном Ибрагим. — Подожди, а нахрена ты ко мне припёрся, если тебе от меня ничего не надо?! — с раздражением твердит Дэшен, до которого только дошло, что Ибрагим даже не сказал цель своего визита к сыну грандмастера. Юноша ухмыльнулся и, раскинув ноги, плюхнулся на постель Дэшена. — Да так, решил навесть, если не спишь, — отвечает юноша. — Ты издеваешься надо мной!? Если бы спал, дверь бы выломал?! — Только пришёл, а ты уже огрызаешься на меня. Знаешь, начинаю думать, что Эд правильно о тебе говорил — ты стал просто невыносим. Внезапно Ибрагим берёт чашку и отпивает чай, чем вызывает у Дэшена гнев и зуд по всему телу. — Ты не обнаглел, а?! — рычит на него подросток, отбирая чай из рук, еле не пролив его, на что его гость только поморщился слегка. — Дэшен, это просто чай. Ничего не будет, если я из отопью немного, — лениво стонет юноша. — Это мой чай и моя комната! Ведёшь себя так, будто ты хозяин в ней! — Дэшен уже начинает закипать от надменности его соклановца. — Если тебе не нужно ничего от меня, пошёл нахрен отсюда! Дэшен с гневом на лице указал на дверь указательным пальцем, смотря на всё такой же расслабленное лицо Ибрагима, которого будто бы вообще ничего в данный момент не волнавало. — А он был такой вкусный, — ворчит юноша, вставая и потянув спину. — Знаешь, я начинаю понимать, почему тебя все кинули в последнее время. Ты просто сам на всех бросаешься, как бешанная шавка. Я помню, как ты Дэниалу вмазал позовчера. — Этот утырок сам напросился! — Но разговор начал ты, — ответил его гость, тыкая пальцам парню в грудь. — Ясно всё с тобой, Дэшен. Хочешь торчать тут один и вонять, как дерьмо, — пожалуйста. Я пошёл к остальным. Мы даже рады будем, что твои идиотские шуточки больше не прозвучат. После юноша обошёл его и, даже не посмотрев обратно, захлопнул дверь. Сына грандмастера просто разрывало изнутри от гнева. Он упал на колени перед кроватью, громко стукнув по матрасу кулаками. Даже сам факт того, что он — сын лидера клана, ничего не изменил. Он буквально всем друзьям и знакомым стал окончально безразличен. Они с удовольствием об него ноги бы вытрали, словно об половую тряпку. Дэшен хотел избить кого-нибудь из них. Его взгляд стал внезапно напоминать взгляд капризного ребёнка, у которого отобрали игрушку. Он ненавидит тот факт, что и отец, и так называемые друзья его просто откинули назад за какие-то разговоры. Дэшен смотрит на свой стол и видит эти старые словари по французкому и немецком языкам с пожелтевшими страницами. На шкафу он краем глаза заметил старые газеты и набор для шахмат, которые ему в детстве подарил отец. На книжных полках были видны кучу книг по физике, химии и географии, из которых торчали разные закладки. "Может, я зря пахаю, будто я чей-то раб? Мне уже надоело то, что на меня все плюют. Этот жалкий старик смотрит только на этих двух мальчишек, висящих на шее у Саб-Зиро. Особенно на Ониро... Ну конечно, у него же есть способности, а у меня нет. Я — обычный человек, а не какая-то тварь из Внешнего мира или любого другого Царства. Терпеть всех больше не могу..." Дэшен снова сел с новой кружкой чая на стол, смотря в окно, оперевшись на руку. Для него нет больше другого выхода как-то забыться. У него даже лошади своей нет, чтобы прокатиться хотя бы по территориям клана... Надувший губы парень просто ждал, пока его чай останет.