По осколкам Добра

Несколько часов назад. Утро в тайном логове темных начиналось невыносимо рано. А для некоторых такие понятия, как утро, день, вечер и ночь, уже окончательно смешались между собой, потеряв свой первоначальный смысл. Повстанцы, несущие огромную ответственность за все подразделение, которое базировалось именно здесь, почти не спали, доведя себя до состояния скелетоподобных зомби. Сталкиваясь с ними на общих перерывах в столовой, Ния порой даже не могла нормально поприветствовать их, ведь те выглядели настолько измученными, что засыпали на ходу и не слышали ее. Едва только линия горизонта озарялась бледно-розовым рассветом, как все солдаты повстанческого лагеря были на ногах и готовились к новому тяжелому дню в борьбе за свою свободу. По крайней мере, Ния свято убеждала себя, что они воюют за правду, за что-то настоящее и ценное, а не пытаются уничтожить всех фей, дабы отомстить за всех своих невинно убитых предков и еще недавних друзей. В глубине души Ния боялась, что ее хрупкие убеждения разрушатся, как только темным надоест играть роль праведных борцов за справедливость рядом с ней по приказу Огрона. Всю неделю, что она проживала под одной крышей с ними, ей казалось, словно среди темных магов намного спокойнее. Но в глубине души теплился мерзкий страх, что это все лишь фасад, который скоро рухнет. По ночам ее мучали кошмары с участием и фей, и темных, поэтому Ние было сложно понять, к кому она тяготеет больше. По правде говоря, ей не хотелось выбирать ничью сторону. Хотелось просто попасть домой к отцу и забыть обо всем, как о страшном сне. Нервы были на пределе круглые сутки. Однажды незнакомый рядовой решил провести ей экскурсию по лагерю, и Ния настолько расслабилась, что лишь под конец вспомнила, что рядом с ней крупный темный маг, причем мужчина, который в теории мог ее затащить в казармы и изнасиловать. Больше она не ходила по тем местам, избегая любых контактов, особенно с одинокими психически нестабильными военными. Ния не знала, когда у кого-то из них сорвет башню. Через пару дней ей удалось разработать относительно безопасный маршрут, чтобы спокойно исследовать лагерь и продумывать план побега. Хотя среди темных было не так странно тревожно, как среди фей, но плохое предчувствие все равно преследовало девушку повсюду. Кто-то, в особенности, молодые девушки и мамы с детьми, были к ней дружелюбны, и в их компании Ния правда чувствовала себя в безопасности. Все-таки ее магия позволяла чувствовать эту теплую искренность от них. Однако Ния все еще заставляла себя подозрительно вглядываться в удивительно честные и уставшие, с полопавшимися каппилярами глаза Огрона. Ведь кого и подозревать в обмане ее светлой наивной души, так это главного босса всего мероприятия, верно? Она все еще не понимала, как относиться к Огрону и шайке его близких друзей-магов. Доверять не хотелось никому. И вот, в одни прекрасные предрассветные сумерки Ния, отчетливо помня, что именно в это время все в их огромном заведении начинают просыпаться, принимала душ, который находился в соседней комнате от ее печально известной спальни. Вставать с первыми лучами солнца только первые два дня было невыносимо тяжко. А когда Огрон вечером второго дня двадцать раз проворчал, что больше их заслуженные повара не будут ждать на завтрак особенно любящую поспать землянку, Ния осознала, что он это серьезно. А еда — это святое дело, ее нельзя пропускать, особенно по утрам (повара из темных магов вообще-то отличные, и грех не поесть их блюда, которые точно стояли в очередь на звезду мешлена). Ванная комната, на удивление, выглядела чистой и новой. Белая плитка блестела всем своим лоском так ярко, что Ния первое время думала, будто эту ванную сделали специально для нее, чтобы хоть как-то угодить. Хотя она понимала, что темным вообще плевать на нее, но подобные мысли помогали игнорировать другие более важные аспекты ее пребывания в логове повстанцев. Ну, хотя бы тот факт, что ее наглым образом похитили. В остальном все было… Как бы поспокойнее выразиться? Нормально?.. Намыливая длинные волосы, которые за последние несколько дней сильно поблекли или даже поседели (а может, Ние так показалось) от пережитого стресса, Ния старалась окончательно продрать глаза и не грохнуться от недосыпа прямо в скользком душе. Умереть в таком молодом возрасте, да еще и таким глупым способом, очевидно, не хотелось, поэтому она переодически билась головой о холодную плитку, чтобы оставаться в постепенно ускользающем сознании. Эти добровольные пытки продолжались уже не первое утро, и Ния подозревала, что на лбу у нее назрела большая шишка, которая светила всем вокруг, словно маяк, сигнализируя о весьма скромных умственных способностях этой идиотки, пытающейся проснуться с помощью битья самой себя. Сегодня почему-то открыть глаза было совсем уже непосильным заданием, как будто на них накапали тяжелого горячего свинца, который буквально припаял веки к глазным яблокам. Ния бессильно вздохнула и опустила слабые трясущиеся руки по бокам, прижавшись лбом к стене под уже покрытым белыми разводами душем. — Почему надо вставать с рассветом?.. — устало выдохнула она, собираясь выходить. Ния покрутила вентиль, выключая воду: принимать душ больше пяти минут было запрещено в целях жесткой экономии. Это ей повторяли все, кому не лень. Выйдя из душа с уже раскрытыми глазами, Ния кое-как высушила волосы обрубком полотенца (или эти умники ее надурили, и это старая тряпка из каракуля) и оделась. Она посмотрела на заправленную постель, куда ее так и тянуло из-за очередного недосыпа, и потрясла головой, прогоняя остатки сна. Где-то за стенами ее комнаты раздался мелодичный звон, достаточно громкий, чтобы разбудить тех, кто еще спал, но слишком короткий, чтобы феи нашли убежище повстанцев. Ния тяжело вздохнула: «Не жизнь, а капец какой-то!». Затем она собрала длинные волосы в неаккуратный хвост и вышла на завтрак. Нельзя было сказать, что Ние не нравилось жить в логове повстанцев под клеймом слабой землянки, пока никто, кроме «верхушки» этого восстания в лице Огрона и Анагана, не знал о ее неопознанной силе. Ния догадывалась, что красноволосый маг ненависти приказал осматривавшим ее целителям держать рты на замке. Зачем ему это, она не знала, но интуиция подсказывала, что у Огрона свои планы на ее магию. Хотя он отлично располагал к себе и уровень доверия к нему рос с каждым днем, Ния старалась не поддаваться на его сладкие речи о скором возвращении на Землю к семье и вслушивалась в каждое слово. Уж очень подозрительно блестели его холодные глаза. Магический голод пока что держался на одной отметке, не усиливаясь и, к сожалению, не ослабевая. Накрывало систематически, три раза в день, как по расписанию. Ние даже удалось зафиксировать примерное время приступов, чему она, конечно, не особо радовалась, но зато могла быстренько сматываться из мест большого скопления людей и забиваться в самый дальний угол этого подземного логова. Как Ния поняла, что они под землей? Было нетрудно догадаться, увидев кусок мокрой почвы в стене, не залитый бетоном. Она и раньше размышляла над тем, как темным удалось так хорошо скрыться от фей. Почему-то в эффективности светлых отрядов она не сомневалась и даже моментами боялась, что их найдут. Ния еще не решила, что для нее страшнее: оставаться в логове повстанцев в качестве пленницы с привелегиями или вернуться в школу фей. Ей казалось, что эти два зла по силе одинаковы и меньшее выбрать не получится. Оставалось только надеяться, что темные ее хотя бы не убьют, и она успеет спасти Валтора, как свой главный гарант безопасности. В любом случае, разницы между Алфеей и логовом темных Ния не видела. И тут, и там ее ждет быстрая смерть. Она лишь могла выбрать, кто ее убьет и когда. «Как я вообще в это вляпалась?» — обреченно подумала девушка, медленно плетясь вниз по лестнице. А потом вспомнила, что в этой отвратительной истории она была замешана буквально с рождения, и снова вздохнула, закатив глаза. Подземный бункер повстанцев был воистину огромен. Каждый раз, когда Ния спускалась на первый этаж, то невольно поворачивалась вокруг своей оси, задрав голову вверх, чтобы лишние десять секунд восхищаться масштабом тайного убежища. Большое помещение уходило глубоко вниз на пять этажей, каждый из которых был разделен на несколько корпусов в связи со своей задачей. На самом верху находились дежурный и разведывательный корпуса, чуть ниже — резервные отряды быстрого реагирования, далее — учебный корпус новобранцев, затем — корпус медицинской помощи и производства артефактов. А в самом низу находились так называемый тыл и комнаты командования, которые часто пустовали, так как Огрон со своими людьми большую часть времени проводили с новенькими солдатами или с разведчиками. И чем ниже, тем больше темных обитало на этаже. Нию расположили в корпусе тыла, буквально рядом с кухней (не зря ее комната раньше была хранилищем сухих продуктов), чему она была рада больше, чем всему остальному ужасу, происходящему в ее жизни. Яркие запахи свежеприготовленной еды будоражили нос, и Ния находила в этом утешение, хотя местные повара делили пищу на относительно небольшие порции, и чаще всего она не до конца утоляла голод. Большие порции отправлялись действующим солдатам, и Ния, хоть и испытывала голодную зависть, но понимала. Это правильно, это благородно со стороны Огрона, ведь благодаря дежурным их еще не нашли феи. Серые бетонные стены освещались маленькими холодными сферами, которые каждые сутки обновляли ведьмы, находящиеся в тылу. Здесь жили недееспособные темные, которые не могли воевать в силу проклятий (жизнь до повстанчества у всех была самой разной), физических травм, слабой магии и возраста. Зато они могли готовить сухпойки для солдат или шить обмундирование, чем, собственно, и занимались. Ния старалась не обращать внимание на колдующих ведьм, которые почти закончили с расстановкой сфер. Ей все еще было тяжело привыкнуть к магии и ее проявлениям. Нападение темных на Алфею и яркая битва между феями и магами наложили свой отпечаток: теперь Ния невольно бледнела и вздрагивала, когда рядом с ней кто-то из повстанцев начинал читать заклинание. Швейный корпус располагался в соседнем зале, который был почти таким же, как тот, в котором располагались столовая и кухня. Различие лишь было в том, что у стен располагались каменные лестницы, на которых так же, как и на обычном бетонном полу, стояли швейные станки, таким образом умещая в маленькой комнате больше оборудования. Саму Нию пристроили на кухню в качестве помощницы, ибо, как ворчал Анаган: «Пусть тоже работает! У нас нет нахлебников!». Она была непротив — чистить овощи и фрукты умела. В семье именно она хозяйничала на кухне, когда они с отцом жили еще в Тусоне. Конечно, до изысков было далеко, но элементарные вещи Ния была в состоянии сделать. Обойдя длинные деревянные столы, навевающие ей воспоминания о совместных с отцом просмотрах Гарри Поттера в рождественскую ночь, Ния вошла в огромную кухню, где уже во всю кипела работа. — Ну где ты пропадаешь?! — сразу набросилась на Нию главная повелительница святилища еды — высокая коренастая колдунья уже весьма преклонного возраста. — Тэрра уже ушла, ты должна была сразу заменить ее! Тэррой звали сменщицу Нии, которая являлась обыкновенной девушкой, к удивлению землянки. Она не понимала, как простой человек влился в ряды повстанцев. Они на пару с Нией работали заготовщицами. Только Тэрра трудилась в ночную смену, а Ния — в дневную. — Простите, миссис Джинкинс, — выдохнула Ния, заранее приготовившись к нападкам старой поварихи. Работник из Нии был хороший, за одним исключением: она обожала спать до последнего. И в который раз уже опаздывала на утреннюю «каторгу». — больше такого не повторится. — Смотри мне! — Фиона Джинкинс погрозила Ние кулаком и, ощутимо шлепнув ее мокрым фартуком по заднице, подтолкнула в сторону ее рабочего стола. — Быстро за работу! Когда эта бойкая колдунья высыпалась, Ния не знала, но предполагала, что именно от постоянного бодровствования Фиона сошла с ума и у нее появилось маниакальное желание бить своих подчиненных по мягкому месту. Каждые пять минут в кухне раздавался возмущенный вой поваренка, которому досталось от строгой начальницы. Фионе могла не понравиться любая мелочь: от слишком жидкого супа до неправильного (по ее профессиональному мнению) наклона ножа. Ния заправила волосы в чепчик, чтобы темным не пришлось жевать их вместе с едой, завязала фартук и принялась за работу. Рядом с ней стояли мешки с картофелем и морковью, которые ей предстояло очистить за два часа. Ния уже не возмущалась, как в первый день (за что схлопотала целых десять ударов по многострадальному заду). Она молча начала орудовать ножом, очищая овощи к предстоящему обеду. Завтрак она получит позже всех: в качестве наказания за опоздание. Ния уже знала о строгих правилах миссис Джинкинс по рассказам Тэрры, с которой они виделись нечасто: лишь когда Ния приходила сменять ее, проработавшую всю ночь. Живот послушно молчал, не устраивая китового хора, как обычно. Повара начнут завтракать только после того, как раздадут всем утреннюю норму. Руки сразу же начали ныть, еще не привыкшие к такому фронту работ, и Ния сердито поморщилась. Она хотела закончить сегодня побыстрее, потому что первый приступ обычно случался ближе к обеду, а объяснять сумасшедшей Фионе сложную ситуацию с магией совершенно не хотелось. Женщина точно не поверит ее несвязной речи, а вызывать Огрона или Анагана Ния просто не желала. Они редко виделись, в основном по вечерам, когда эти двое спускались на ужин, и только тогда, когда Огрон серьезно смотрел на Фиону и та, цокая, отпускала Нию из плена. Общество двух темных магов помогало ей успокоиться, да и Огрон втихую подпитывал ее своими эмоциями. Анаган каким-то чудом не замечал откровенной халтуры своего друга, а Ния еле сдерживалась, чтобы не спросить у красноволосого, как это он так умеет. Мышцы сводило от боли, но Ния старалась не обращать на это внимание и продолжала резать с бешенной скоростью. Она не почувствовала, как за спиной выросла большая фигура и шлепнула ее половником по заду. — Ай! — Ния взвизгнула и от испуга выронила нож. Она повернулась к Фионе и прорычала: — За что?! — А нефиг так гнаться! До обеда все заветрится! Помедленнее! Если руки сведет судорогой, я их тебе ампутирую прямо на месте! — рявкнула повариха и тяжело втянула воздух. — Да я… — Ния постаралась отвлечься от наливающегося синяка на одной из ягодиц и прошипела: — Какая разница?! Сегодня в меню суп! — Я о тебе забочусь, дуреха! — еще один удар пришелся на вторую ягодицу. Ния дернулась и яростно оскалилась, впившись ногтями в ладони. — Но вчера я так же быстро закончила! И ничего не случилось! Я просто хочу быстрее освободиться! — Ния поджала губы. Не говорить же этой сумасшедшей любительнице БДСМ, что у нее приступ магического голода по расписанию… Все эти дни, которые Ния провела в логове темных, она старалась по возможности просто запираться в комнате на время приступа. Ломка была невыносимой, ее буквально размазывало по кровати, но Ния держалась. Вечером ее «подкармливал» Огрон, что немного облегчало ее состояние, но иногда, пока Фиона ругала очередного беднягу, который по ее мнению неправильно нарезал лук, Ния умудрялась высосать немного ее гнева и страх повара, чтобы дотерпеть до конца своей смены и сбежать в комнату. Порой девушка допускала мысль, что ее мастерство по изъятию чужих эмоций растет с опытом, и ее сердце в такие моменты начинало трепетать, осознавая, что она продвинулась в магии… А потом Ния вспоминала, какую опасность представляла для окружающих, и весь ее настрой сходил на нет. — Не торопись, — медленно, но грозно повторила Фиона и пригрозила ей половником. — Или еще получишь! Я не собираюсь отвечать за твою травму руки! Ния тяжело вздохнула и кивнула. Похоже, сегодня придется снова незаметно высасывать эмоции из поварят, которые трудились вокруг нее. Удар половника прилетел чуть пониже поясницы. — За что?! — вскрикнула Ния и от негодавания топнула ногой. — Я же кивнула! — Предпочитаю слышать ответ! — зло зыркнула на нее Фиона, нависнув над маленькой девушкой. — Хэй, ты опять за старое? — послышался мужской голос со стороны двери. Повара, Фиона и Ния синхронно посмотрели назад и удивленно застыли. В дверях стоял высокий мужчина и лучезарно улыбался. Он был довольно худощав, но черная безрукавка и свободные штаны с высокой посадкой идеально подчеркивали его тонкую талию и проступающие мышцы. Бледная кожа сильно контрастировала с ярко-розовым ирокезом и кислотно-желтыми глазами с вытянутыми зрачками. У незнакомца был острый орлиный нос и выделяющиеся худые скулы. На веках были бледно-фиолетовые тени и слегка размазанная подводка. На шее висели странные бусы и обереги — подобные Ния видела в учебнике истории, когда изучала цивилизацию Майя. В одном ухе висела длинная серьга с острым темным пером какой-то птицы. Треугольные покрашенные в черный ногти блестели при свете магических сфер и приковывали к себе внимание. Ния нахмурилась, рассматривая странного мужчину, напоминающего ей помесь индейского шамана и современного панка. Фиона почти сразу же расслабилась и подлетела к нему, заключая в крепкие объятия. Ния мысленно удивилась: мужчина был даже выше Фионы, хотя та была крупнее многих парней. — Думан! — ласково промурлыкала она, оторвавшись от него. — Как давно ты вернулся?! — Да час назад примерно, — улыбнулся темный, а Ния серьезно уставилась на него. Ей казалось, что она уже слышала этот чуть хрипловатый голос. Хотя такую яркую внешность она бы точно запомнила… Фиона махнула своим поварам: — Отрежьте ему запеканку! Самый большой кусок! Быстро! Это наш главный разведчик! Народ сразу же засуетился, признав в Думане какую-то знаменитость, а Ния погрузилась в свои мысли, рассматривая странного мужчину. С таким необычным имиджем он выглядел очень молодо, и она невольно задалась вопросом: сколько же ему лет? Думан перехватил ее взгляд и расплылся в улыбке. Почему-то от его плотоядного оскала веяло чем-то звериным, и Ния вздрогнула опуская глаза. — А где Тэрра? — спросил он, то ли у Нии, то ли у кудахтающей над ним Фионы. — А я сменщица, — просто сказала Ния и пожала плечами. Зрачки Думана сузились еще сильнее, почти потонув в яркой радужке. А в следующую секунду резко расширились, сделав глаза максимально черными. — Ты чего, Дум? — спросила Фиона, впихивая ему в руки тарелку с творожной запеканкой. Она посмотрела на Нию. — Эй, — маг отдал тарелку обратно Фионе и сделал пару шагов к Ние. — Мы уже встречались? «Так я не одна это почувстовала?» — удивленно подумала девушка, склонив голову набок. Думан резко приблизился, всматриваясь в ее лицо. Ния даже задержала дыхание, широко раскрыв глаза и выставив вперед руки в защитном жесте. — Кулон, — вдруг выдохнул Думан и кивнул на ее шею. Ния непонимающе нахмурилась и на автомате вытащила украшение, которое ей подарил один из повстанцев в знак благодарности, из-под одежды. Фиолетовый ликорис блеснул на свету. Фиона подошла к ним и выглянула из-за плеча мага. Она резко распахнула глаза и прижала одну ладонь ко рту, второй держа тарелку с запеканкой. — На кухне нельзя с украшениями! — рявкнула она, но Думан выставил в ее сторону руку и заставил замолкнуть. Он наклонился к Ние, чтобы их глаза были на одном уровне. — Это мой знак доверия, — серьезно сказал маг и снова расплылся в наглой улыбке. — Я вспомнил! Это ведь ты меня спасла! Ния молча ахнула, наконец сложив весь пазл в голове. Думан отошел на пару шагов, давая ей пространство, и девушка облегченно выдохнула. — Так это тебя Блум чуть не убила, — сказала она и посмотрела на кулон. — Но как… Что… — Те же вопросы у меня к тебе, красавица, — усмехнулся Думан. — Кто ты? И как здесь очутилась? Если бы Ние сказали, что лицо Фионы может побагроветь до такого свекольного оттенка, а вид у нее будет, как у преданного Хатико, то она бы просто покрутила пальцем у виска. Но теперь она видела это воочию и готова была просто рассмеяться от чувства удовлетворения. Справедливость все-таки существует! Думан радостно хлопнул в ладоши, не переставая хитро улыбаться: — Предлагаю обсудить все за завтраком! Он взял тарелку с запеканкой, а второй рукой взял Нию под локоть. — Фиона, я заберу твою очаровательную помощницу на время, ммм? — любезно спросил он, посмотрев на шокированную повариху. Женщина тяжело сглотнула и кивнула: — Ладно. Но к обеду… — О, не переживай, я верну ее. Ния с трудом сдерживала рвущиеся наружу смешки, глядя на эту картину. Думан явно был местным ловеласом — судя по тому, как девушки на кухне томно вздыхали и не сводили с него затуманенных глаз. А темный прекрасно знал об этом и активно пользовался своим статусом среди женского коллектива повстанцев. «Ну, Казанова прям!» — хихикая про себя, подумала Ния, выходя из кухни под локоть с Думаном. За длинными столами уже сидело несколько темных и торопливо завтракали. У раздачи выстроилась длинная очередь повстанцев, которые получали свою порцию. Звяканье столовых приборов и гул голосов резко прекратились, как только в общем поле зрения оказались довольный Думан и тихо хихикающая Ния, снявшая с себя чепчик. Их переплетенные локти дали повод для обалдевших взглядов более чем двухсот магов и ведьм. К вечеру весь бункер будет кишеть сплетнями. Ния неуютно поежилась от пронизывающих взглядов. Ее магия живо отозвалась на такое количество чистейшего шока, и девушка поморщилась от накативших эмоций. Думан поддержал за талию, когда понял, что у нее подкосились ноги. Со стороны длинной очереди, где было много девушек, раздался коллективный вздох. Темный помог ей добраться до отдельно стоящего стола, за которым по правилам сидело руководство. Ния села и облокотилась на спинку стула. Глубоко вздохнув, она наконец смогла прийти в норму. Для приступа было слишком рано, но кто знает… Может, именно сегодня их количество возрастет? Думан поставил перед ней тарелку с запеканкой и похлопал по плечу: — Ты как? Голова кружится? — Все уже прошло, — Ния махнула рукой, стараясь не подать виду, что очень испугалась. Она осмотрелась вокруг, игнорируя завистливые женские взгляды. — А почему мы сидим за этим столом? Он не для обычных… — Потому что он для руководства, — как ни в чем не бывало, ответил Думан и взял из стакана посередине вилку. Он отломил кусочек запеканки и отправил себе в рот. — Я знаю, но… Ты же просто разведчик, нет? Зрачки мага хитро сузились: — Я командир разведывательной группы. — О… Понятно. Ты знаком с Огроном и Анаганом? — Конечно, мы ведь четыре основателя восстания. Ния едва не подавилась слюной от такой информации. Она коротко кашлянула, растерянно хлопая глазами. Затем удивленно посмотрела на довольного Думана: — Чего?! Вас четверо?! — Ага, — глаза мага искрились озорством. Он внимательно наблюдал за реакцией Нии. — Ты забыла про Гантлоса. — Это как-то странно… — Что именно? — Ну, вы типа… Реально собираетесь начать восстание темных? — Да. — Но зачем? — Ты видела Магикс? Ния нервно захихикала: — Стой-стой! Я уже не в первый раз слышу это. Я знаю, к чему ты клонишь. Но… Ривен сказал мне, что в Магиксе есть специальный район для темных, где им можно тусоваться. Думан фыркнул, его улыбка стала напоминать оскал: — Ты не видела Магикс. — А почему все упирается в Магикс-то?! Я слышала, что есть другие планеты! Думан сморщился, как от боли, и с силой воткнул вилку в запеканку. — В Магиксе правительство, — прошипел он, кромсая бедный завтрак. — Это те люди, которые сделали нас такими. — А договориться? — Ния нахмурилась и запрокинула голову вверх, уставившись в потолок. Она косо посмотрела на хмурого Думана: — Не пробовали? — Двадцать лет уже пробуем! — рявкнул темный и вскочил со стула, который с грохотом упал на пол. Ния прикрыла глаза и прислушалась к своей магии. Легкие позывы приступа неприятно отзывались в груди. А рядом стоял взбешенный Думан, чей гнев был невероятно силен и привлекателен. Ния рискнула и мысленно потянулась к его необузданным эмоциям, по-немногу поглощая их. Кровь начала шуметь в ушах, мешая сосредоточиться, но она впилась ногтями в ладонь, отрезвляя себя. Утолив маленькую жажду, Ния медленно выпрямилась и посмотрела на Думана. Он выглядел ослабевшим, но не настолько, чтобы можно было заподозрить ее. Мага пару раз тряхнуло, и он уперся рукой в стол, держась второй за голову. Затем медленно выдохнул и выпрямился, сурово посмотрев на Нию: — Ты ни черта не понимаешь. «Кажется, не заметил,» — облегченно подумала девушка и придвинула к нему запеканку: — Ешь давай. Я ни черта не понимаю, потому что мне никто не объясняет. Может, потом поговорим? — Ния неуютно повела плечом. — В более спокойной обстановке. Из-за тебя у всех пропал аппетит. Думан молча кивнул и вяло продолжил жевать. Между ними воцарилось молчание. — Я Ния, кстати, — взбодрившись после новых эмоций, она чувствовала себя прекрасно, поэтому решила дать их общению еще один шанс. Вдруг Думан окажется хорошим союзником? Маг продолжал игнорировать, и Ния почувствовала явные волны обиды. — Прости, — выдавила она с трудом и протянула ладонь, чтобы похлопать его по спине, но в последний момент осеклась. Вдруг ему не нравятся прикосновения без разрешения? — Давай просто не будем обсуждать восстание, ладно? — Ладно, — кивнул наконец Думан. — О чем тогда поговорим? — Ты хотел знать, как я тут очутилась? — Я уже понял, что ты землянка. Та самая, которую наш новобранец смог заманить в лес, а остальной отряд тебя похитил. Верно? — Верно. А что на счет тебя? — В смысле? — Как ты попал сюда? — Я не попал, — Думан криво усмехнулся. — Я помог основать это место. «Какой гордый, — улыбнулась про себя Ния. — Чем-то похож на Ривена!» Спустя полчаса вымученных разговоров, дело пошло спокойнее и быстрее. Они избегали каких-то животрепещущих тем: религия, политика, повстанцы. У Нии и Думана оказалось много общего: любимое блюдо, книги, жанры фильмов, даже мимика у них была схожей — по словам подошедших Огрона и Анагана, если бы не большая разница в возрасте, они бы сошли за близнецов. — Уже привыкла к нашему темпу? — спросил Огрон, сев напротив девушки. Анаган устроился по правую руку от него. — Ну, вроде бы да, — Ния неопределенно пожала плечами и прикрыла рукой свой зевок. — Но на кухне у вас заведует настоящий абьюзер! Мне до сих пор сидеть больно из-за синяков! — для пущей убедительности она поерзала на лавочке и выдохнула сквозь сжатые зубы. Анаган прожег ее внимательным взглядом и усмехнулся: — Это, чтобы жизнь малиной не казалась. Ния раздраженно закатила глаза под молчаливые улыбки Думана и Огрона: — Можно подумать, моя жизнь хоть когда-то была нормальной. Что смешного? Ей предсказуемо не ответили, вернувшись к завтраку, а Ния тяжело сглотнула слюну, глядя на их аппетитные порции. В животе гулял ветер, а со вчерашнего ужина во рту не было ни крошки — провизию строго экономили, а на таких «нахлебников», как она, даже не докладывали суточную норму. В Алфее же кормили три раза в день очень сытно, не считая открытого в дневное время буфета, где феи часто покупали какой-то легкий перекус. Что ж, для повстанцев еда была роскошью. — Я пойду, — заявила Ния, вымученно застонав от урчащего живота. Она встала со скамейки и закашлялась от скопившейся во рту слюны. — Просто возьми завтрак и возвращайся к нам, — сказал Огрон, кивнув в сторону кухни. — У меня к тебе разговор. Ния поморщилась, чувствуя, как ее магия постепенно начинает бунтовать, и покачала головой, пытаясь взглядом донести до Огрона, что сейчас не время для разговоров. — Давай потом, — она махнула рукой. — Я пойду к себе. Наверное, что-то в ее взгляде выдало волнение, раз Огрон слегка прищурился, встал с места и подошел к ней. Ния ничего не сказала, лишь посмотрела на спокойные лица других магов. Видимо, от разговора ей не отвертеться. — Огрон, — тихо сказал Анаган, прожигая взглядом мага ненависти. ‐ Не занимайся благотворительностью. Она не одна из нас. Ния тяжело сглотнула, отвернувшись от него. По спине прошел табун мурашек. Анаган знал. Либо же догадывался о том, что Огрон помогает ей с магическим голодом. Выходит, остальные за столом тоже все знают?.. Насколько много? Сколько же у нее осталось времени, пока они не поймут природу ее магии? И есть ли у нее шанс уйти нераскрытой? Интуиция услужливо подсказывала, что Ния подписала себе смертный приговор, когда только попала в плен к темным. Огрон ведь понял все с самого начала. Вся руководящая верхушка восстания понимала, что она владеет магией. Ния была в западне все время. «Надейся лишь на себя. Молчи. Терпи. Скрывай!» — холодно повторила она про себя, сжав кулаки до посинения. Даже если Огрон помогает ей, даже если в логове повстанцев она в большей безопасности, чем в Алфее, это не значит, что можно расслабиться. Она четко помнила слова Валтора: эмпаты это не тёмные. И даже не светлые. А значит, обе стороны могут ее убить, если посчитают опасной. Светлые уже считали. А времени, чтобы гадать на счет темных, не было. — Я ухожу на разведку через несколько часов. Лучше будет сейчас всё обсудить, — сказал Огрон, подтолкнув её в сторону лестницы. Анаган возмущённо фыркнул, всадив вилку в запеканку с такой силой, что почти пробил дно тарелки. Ния невольно сглотнула: маг явно представлял на месте завтрака её голову. — Огрон! — Всё под контролем, — отмахнулся тёмный маг, приструнив друга жестом. Ния перехватила проницательный взгляд Огрона, который явно пытался сказать ей что-то важное, и медленно кивнула: — Хорошо. «Мы пойдем в кабинет?» — она уже не спрашивала, так как знала ответ. Огрон пытался узнать природу ее магии. Он делал вид, будто заботился о ее безопасности, допрашивая на эту тему только в своем кабинете, подальше от любопытных ушей, но Ния всё понимала: никто не печётся о ее безопасности. Огрону просто хочется узнать её тайну, а потом… Что будет потом, когда всё вскроется, Ния не знала. Что Огрон будет делать с её магией? Его план оставался загадкой. Они прошли к лестнице и поднялись на второй уровень корпуса. Ния неприятно ёжилась, чувствуя на себе многочисленные взгляды темных из столовой. Огрон пропустил её первой в лифт и зашёл следом. За ним были ещё двое магов, от которых Ние стало не по себе: магия недовольно ворчала внутри, что от этого дуэта надо держаться подальше. — Командир, ‐ приветствовали незнакомые маги Огрона, а тот кивнул им. Ния снова поёжилась: хоровое приветствие показалось ей жутковатым. Да ещё и эти двое, хоть и не были близнецами, но стремились к этому всеми способами: они были одеты в одинаковые темно-фиолетовые плащи, кожанные берцы, белые шелковые платки на шее, даже их волосы были выкрашены в одинаковый пепельный цвет, а на руках были парные браслеты из странных переливающихся бусин. У них была одинаковая длина волос и одинаковые кольца с нефритами. Оба тёмных посмотрели на Нию со смесью презрения и интереса и одновременно скривили губы. — Командир, почему землянка всё ещё среди нас? — спросил один из них. Ния отметила, что у него были темные, почти черные глаза, в которых она видела лишь пустоту. — Почему мы вынуждены питаться тем, что готовит она? — с недовольством добавил второй. «Я просто шинкую овощи! Даже не готовлю!» — хотелось завопить Ние, но тяжелая рука Огрона опустилась на ее плечо, призывая молчать. — Потому что я так решил, — сурово отрезал красноволосый, после чего оба мага одновременно закатили глаза. Ние больших трудов стоило сдержаться и не показать им язык. От странной парочки веяло надменностью. — Хотите оспорить мое решение? Маги переглянулись между собой, вызвав волну неприязни у Нии. — Хотим, — ответили они, плотоядно посмотрев на нее. — Отдайте ее нам. Она все равно бесполезна. Ния напряглась. Такого она точно не ожидала. Раньше ей казалось, что Огрон держит весь бастион повстанцев в железных руковицах, и никто никогда не посмеет ему перечить. А это что? Буквально… угроза переворота? И они хотят над ней надругаться, в назидание Огрону или что?! — Вот и сообщите об этом всем на совете вечером. Я с радостью выслушаю ваши претензии, — спокойно ответил Огрон, ни чуть не испугавшись. Ния возмущенно повернулась к нему, собираясь хоть как-то защитить свою честь, но двери лифта открылись, и он потащил ее на выход. ‐ Если вы уйдёте с должности, то отдадите нам землянку! — в унисон сказали жуткие темные, а их хор еще долго раздавался в голове испуганной Нии. Огрон жестом приказал ей сесть на свободное кресло перед его столом, а сам подошел к огромной карте на большой доске, на которой магией были отмечены какие-то точки. Самая крупная из них, мигавшая зеленым, была расположена где-то в горах, в одном из ущелий и имела интересное название — «Муравейник (Центр)». ‐ А у тебя есть чувство юмора, — усмехнулась Ния, кивнув на карту. — Оно как-то само придумалось. Думан предложил разбить лагерь под землей, чтобы феи не смогли нас найти, а мы как-то быстро согласились. Почти двадцать лет строили эти катакомбы. Когда мы только заселились, то многие стали звать это место муравейником из-за снующих туда-сюда людей. По утрам это особенно видно, — Огрон повернулся к ней и расслабленно улыбнулся. Ния неловко отвела глаза, не понимая, почему красноволосый сегодня такой добрый. Огрон прошел к длинному шкафу у стены и достал оттуда пачку пирожных и банку забытого яблочного сока. Он отдал их Ние со словами: — Ты ведь не завтракала. Лучше поешь здесь, а то запеканка не доживет до твоего возвращения. Ан иногда пополняет мои запасы, говоря, что я так поглощен работой, что не могу прийти на обед. Ния с удовольствием откусила сразу большой кусок и запила соком. От еды настроение сразу улучшилось, и она довольно кивнула: — Это очень вкусно! Я такое никогда не пробовала! Где он их берет? — Ворует, наверное, в Магиксе. Ния шокированно вылупилась на Огрона. Тот тихо фыркнул: — Мы повстанцы, не забывай. Ния продолжила есть и осматривать кабинет. Ее очень привлек красивый хрустальный шар с разноцветными пузырями внутри, которые переодически меняли свое положение и размеры. Он стоял на столе, близко к ней, поэтому Ния с интересом провела пальцем по запотевшему стеклу, заставляя пузыри прижаться к тому месту, где был ее ноготь. — Что это? — Ния повернулась к Огрону, который в ожидании окончания ее завтрака, что-то чертил на карте. Он отвлекся и бросил короткий взгляд на нее. — Это шар для телепортаций. Очень полезная вещь, когда опаздываешь. «Телепортация… — глаза Нии загорелись особым блеском. — А это идея!» Она нахмурилась, пытаясь понять как работает этот шар. Затем Ния скосила взгляд на Огрона, который продолжал возиться с картой, и решила, что можно сыграть дурочку. — То есть… С помощью него можно попасть куда угодно? Даже на другую планету? — Да. — Но это ведь просто шарик. И я думала, вы сами умеете открывать порталы и все такое. Огрон не особо обращал на нее внимание, его бдительность ослабла, и Ния поняла, что вот он, ее шанс! — Умеем, но чтобы открыть портал, нужно очень много сил. Не каждый маг способен открыть портал, особенно если потенциал слишком мал. Даже у сильных магов и фей уходят десятилетия, чтобы научиться использовать так много магии за раз. Некоторые могут открывать портал раз в год, а потом ждут, когда сила восполнится. Поэтому есть такие редкие артефакты для быстрого перемещения. Ния кивала с умным видом, словно студентка на лекции, а сама кропотливо изучала хрустальный шар. — Получается, — она склонила голову вбок, доедая последнее пирожное. — С его помощью ты отправлял землянок домой? Просто потряс его и назвал место?.. — Да, — Огрон наконец оторвался от изучения карты и взглянул на нее. — Для землянки ты слишком проницательна. — Так это же логично! Ну, смотри, это похоже на снежный шар. А снежные шары обычно трясут… Вот и я подумала, что было бы логично… — поприседав Огрону на уши пару минут, чтобы отвести подозрения, Ния удовлетворенно улыбнулась, уже празднуя удачный побег. Впрочем, ее радость быстро потухла, когда она вспомнила, что заклинание Омеги где-то у темных, а она не знает, где. Огрон тяжело вздохнул, привлекая ее внимание и серьезно произнес: ‐ Ну, раз ты поела, то перейдем к сути. Ты ведь слышала, что сказали те двое в лифте? Улыбка слетела с ее губ, поняв, что сегодня привычного допроса на тему ее магии не будет. Ния сжала дрожащие ладони в замок и выпрямилась, глядя прямо в холодные глаза Огрона. — Слышала. — Они действительно могут сместить меня. — И забрать меня? — В том числе. ‐ Но зачем?.. Огрон тяжело вздохнул и коснулся ладонью карты. Поверхность ее зарябила и изменилась. Теперь на коричневой бумаге были нарисованы те самые странные маги, которых они встретили в лифте. — Они знают о том, что у тебя есть магия, — сказал Огрон, и внутри Нии оборвалась последняя надежда. Она с трудом открывала рот, панически вдыхая воздух: — Но как? Ты же приказал целителям молчать! — Защитное заклинание на твоей душе скоро спадет. Твоя магия рвется наружу, и они это почувстовали. — Но для чего им я?! Кто они такие?! — Марк и Кастор — маги хаоса. Они берут силу из других существ. Их род был уничтожен несколько десятилетий назад, но Марк и Кастор каким-то чудом выжили. Из-за потери близких они сошли с ума и желают отомстить феям. Обычно они поглощают низших монстров Тьмы или слабых магических животных. Но, — Огрон серьезно посмотрел на Нию, заставив просто застыть от ужаса. — Эти двое прославились тем, что поглощают фей. Лично я этого не видел, но многие говорят, что до присоединения к восстанию, Марк и Кастор охотились на фей и пожирали их магию. Ты для них диковинка и автоматически воспринимаешься как фея. Огрон замолчал, давая время на переваривание информации. Ния откинулась на спинку кресла и закрыла лицо руками, не в силах поверить в услышанное: — Они хотят меня поглотить? Это типа убить? — Да, — кивнул Огрон и все-таки сел за стол, почему-то стараясь не смотреть на нее. — И если они сместят меня сегодня, то я не смогу тебя защитить. — Но почему они вообще могут лишить тебя… — Ния всплеснула руками и вдруг осеклась. Она нахмурилась. — Огрон… Ты что, не руководитель восстания? — Нет, конечно, — маг устало изогнул одну бровь, словно не понимал, как ей пришло это в голову. — Я просто управляю Муравейником. — А… тогда кто у вас главный?.. — Он погиб пару лет назад. Я не знаю, какой магией он обладал, но он был очень силен. Чтобы победить фей, он хотел собрать кодекс и обрести абсолютную силу, но в итоге сошел с ума. Отказался нас слушать и начал сам нападать на силы Света, и его подземный замок нашли феи. К тому времени он окончательно лишился разума. Говорят, его убили какие-то второкурсницы из Алфеи. Ния растерянно хлопала глазами, пытаясь собрать все воедино. Голова кипела от новой информации. — Много же у вас сходят с ума из-за магии… — Всякое бывает. Все волшебные существа учатся держать магию в узде всю жизнь. Она растет и меняется, поэтому нужно усердно работать над ней. А если голова забита не тем, то и про магию забываешь. Потом она дичает и подчиняет тебя себе. Многие темные не выдерживают и сходят с ума. У них нет подходящих школ, чтобы научиться контролировать себя, как у фей. У них нет собственных книг, которые оставили предки, чтобы научиться чему-то самостоятельно. У них нет свободы, — Огрон с толикой грусти посмотрел на Нию. Кажется, для него эта тема была личной. — Поэтому мы сейчас здесь. Нию кольнуло чувство вины, и она ничего не ответила. Она понимала, чего хотели добиться темные, собирая восстание против фей. Но ее не покидало ощущение, что это далеко не все причины. Ния многое не знала о ситуации между Светом и Тьмой, поэтому не спешила с выводами. Хотя сердце уже было на стороне темных магов, и Ния с тревогой гадала, что же ждет ее моральные принципы дальше. — То есть, сейчас у вас нет главного? — пробормотала она, пытаясь вернуть нить разговора. — Выходит, что так. — А как же… А ты? А нападение на Алфею? — Этот план предложили мы с ребятами на совете, — Огрон просто пожал плечами. — Все одобрили. Командиром операции назначили Думана, так как он часто шпионил в Алфее и знал все слабые места. Я просто руководил тылом. После смерти Даркара никто не решился объявить себя его преемником. Сейчас у нас… что-то вроде Смутных времен. Ния раскрыла рот в полном шоке, резко осознав, что от положения Огрона зависит и ее жизнь тоже. Она взволнованно развела руками: — Вот это капец… Тогда стань главным! Предложи свою кандидатуру на совете! Огрон тихо усмехнулся и посмотрел на нее так, словно Ния была ребенком, который заявил, что луна сделана из сыра. — Не все так просто. У меня нет поддержки. Я просто один из многих последователей Даркара, один из его приближенных соратников. Да, я и несколько других темных помогали ему собирать людей, но это не делает меня главарем. Я не особо стремлюсь к власти. Я не подхожу на роль лидера восстания. Я же не умею банально сохранять мирное настроение в лагере. Да, я не был согласен со многими решениями Даркара, но никогда не говорил этого вслух. Ему никто не перечил, потому что он был сильнее всех нас вместе взятых, а за любое неповиновение мог убить. Я не такой. Ния поморщилась, будто съела целый лимон. Глядя на Огрона, она ярко представляла его в роли грозного диктатора, который готов был устроить кровавую резню, если ему что-то не понравится, но… Она вспомнила, как тепло он общался с Анаганом и Гантлосом. Как уважительно здоровался со старшими, когда видел их. Как он лично поручился за нее перед Фионой, когда устраивал на кухню. Как помогал с магическим голодом… — Ну, может, ты действительно не жестокий босс, — неловко пожала плечами Ния, глубоко задумавшись. — Но чтобы бороться за свой народ, необязательно убивать всех подряд. А те двое… Они могут стать главными всего восстания, да? — Вполне. Их многие боятся, поэтому точно поддержат, — Огрон развел руками. — Сейчас неофициально я исполняю обязанности руководителя всего восстания, но если кто-то заговорит о настоящих выборах… Вероятнее всего меня сместят. После смерти Даркара ничего не изменилось. Просто я стал предлагать различные планы на советах, а мы всем коллективом решали. И все сделали вид, будто ничего не изменилось. Будто Даркар до сих пор жив. Он и раньше появлялся только на обсуждении каких-то особо крупных операций, а все остальное оставлял на нас. — Это странно… — Он всегда был странным. Феи страннее. — Как они его победили? — Мне кажется, собственная магия поглотила его. Вот и весь секрет. Они его не убивали, просто он истощил свой магический потенциал. Они еще немного помолчали, думая о своем. Ния растерянно придумывала хоть какой-то план, чтобы сбежать. Теперь обстоятельства работали далеко не в ее пользу. Скоро ее отдадут тем двоим, а Огрона сместят с должности. Ее не спасут. И доступ во все уголки корпуса будет закрыт. Огрон давал ей более-менее свободу. А эти двое точно не дадут (если не убьют вообще). До совета оставалось несколько часов — если он будет этим вечером, как сказал один из магов хаоса. Соответственно, времени у Нии было не очень много. А еще ведь Валтор и заклинание для Омеги… Словно услышав ее мысли, Огрон негромко откашлялся и достал что-то из верхнего ящика стола. Ния затаила дыхание, рассматривая знакомый серебряный тубус со свитком внутри. — Я тут недавно выяснил, что это за штука, — медленно начал Огрон, внимательно следя за ее лицом. Он положил заклинание между ними. — И мне хотелось бы узнать, как ты умудрилась украсть самое охраняемое заклинание во всем Магическом Измерении? «Он не сказал, что это заклинание Омеги. Может, он блефует! Я ему так просто не сдамся!» — Да оно просто лежало… — Это заклинание Омеги. «Ладно, сыграю дурочку в следующий раз.» Глаза Огрона хищно блеснули: — Зачем простой землянке заклинание, которое может освободить самых опасных преступников во всей вселенной? — Оно правда не шибко-то охранялось. Я случайно наткнулась на Архив ночью и увидела, как хранительница прячет его, — Ния пыталась ослабить бдительность Огрона каплей правды. — Мне стало интересно, что это и я спросила. — А потом? — А потом украла. Огрон потер переносицу, тихо хихикая со всей этой ситуации: — Поверить не могу, Думан столько раз пытался найти Архив… А ты наткнулась на него случайно! Поразительно! Хах!.. Ние постепенно становилось неуютно. Смех мага заставлял сжиматься и чувствовать, как холодок бегает по спине. Эмоции Огрона бушевали: сплошная ярость и отчаяние. Кажется, перебранка с магами хаоса задела его. И при этом еще очередной допрос Нии… Видимо, мужчина, как временно исполняющий обязанности главаря восстания, слетал с катушек от такой ответственности. Но сказать ему правду Ния не могла. Негативные эмоции Огрона были очень сильны, поэтому их было легко поглотить и напитать свой восстанавливающийся организм. Ния впилась в собственную руку, чуть не исцарапав ее до крови от напряжения — контролировать поглощение было сложно. Огрон медленно опустил локти на стол и со стоном впечатал уставшее лицо в широкие ладони. Он тяжело дышал, и Ния на секунду испугалась, что переборщила, но маг почти сразу же тихо сказал: — Спасибо. Наконец-то полегчало. Ния смущенно поджала губы и кивнула: — Да не за что… Ты нормально?.. — Да, просто устал. Они снова замолчали. Ния наконец расслабилась в кресле и прикрыла глаза на пару секунд, чтобы привести мысли в порядок. — Так зачем ты его украла? — спокойно спросил Огрон через минуту, чуть прищурившись. — Ты ведь знала, что это. Тебя кто-то надоумил? Кто-то попросил? — Нет, все не так… — Ния, — Огрон сурово нахмурился. — Кто бы это ни был, у него корыстные цели. Такое заклинание не могут попросить добрые люди. Они используют тебя. «Я знаю. Я всего лишь отдаю долг.» — Этот человек опасен, понимаешь? «Не опаснее тебя.» — А еще ты подвергла опасности весь мир, понимаешь? В Омеге находятся самые безумные и жестокие преступники. На их руках миллионы невинных жизней. Некоторые из них уничтожили целые планеты. Цивилизации. Если они выберутся на свободу, нам всем придет конец. И тебе тоже. Тебя не пожалеют, даже если ты их лично освободишь. Ты хоть понимаешь, что натворила? В глубине души заскреблась совесть. Ния жутко покраснела, скрестив руки на груди. Нужно было срочно чем-то крыть железные слова Огрона. — Ты тоже опасен для меня. Как и все в восстании, — напряженно сказала она, прожигая мага гневным взглядом. — Ты ведь тоже подвергаешь мир опасности, Огрон. Ты руководишь восстанием. Это может превратиться в войну, понимаешь? Огрон сжал челюсти. — Армия злодеев Омеги будет посерьезнее. — В твоих рядах два слетевших с катушек мага хаоса. Мы оба подвергаем мир опасности, Огрон. — Не сравнивай. Я борюсь за свободу своего народа. — А я борюсь за свою свободу. Мы похожи, не находишь? — Ты эгоистка. — Ты тоже. Огрон снова загорался от гнева. Ния с готовностью поглощала его злость, сбавляя градус напряжения. — Хватит это делать… — Огрон раздраженно зарычал, ударив кулаком по столу. Ния вздрогнула и потеряла концентрацию. — Уходи из моей головы! Верни мне контроль над собственным сознанием! Ния поспешно избавилась от контроля и отшатнулась к двери. Она не думала, что когда-нибудь ее сила станет настолько мощной, что она чуть ли не лишит Огрона собственной воли. С Блум было как-то проще — та была в каком-то магическом трансе, когда чуть не убила Думана. А потом Ния вспомнила, как сделала это с Анаганом. Он был в адекватном состоянии, как сейчас Огрон. А она буквально лишила их… свободы. Сделала марионетками. Огрон подскочил к ней, и Ния вжалась спиной в дверь. Она вскрикнула и выставила вперед правую руку. Огрон остановился буквально в паре сантиметров от нее. Он застыл, словно статуя, не в силах пошевелиться. Его стеклянные яростные глаза смотрели прямо в душу. Ния потерянно дышала, пытаясь прийти в себя. А потом на нее резко свалилось осознание того, что она сейчас сделала. Она лишила воли человека. Она подчинила его себе. И не абы кого, а предводителя повстанцев, который защищал ее до недавнего времени. Ния испуганно юркнула ближе к столу, оставив Огрона в неподвижном состоянии у двери. Паника накатывала с каждой секундой все больше и больше. Что делать? Выхода нет. Куда бежать? Ее убьют за это?.. Анаган точно убьет. Он клялся ей в этом при каждом удобном случае. Ния затравленно сглотнула и заозиралась по сторонам, надеясь найти выход из положения. Взгляд зацепился за шар для телепортаций и лежащий на столе свиток с заклинанием. Времени оставалось все меньше. Нужно было срочно принять решение. Прошло пять секунд, которые показались Ние вечностью. Она схватила заклинание в одну руку, в другую — хрустальный шар. Потрясла его и шепотом назвала место. Разноцветные пузыри закружились в вихре и вырвались за пределы шара. Ния вздрогнула, опустив холодный хрусталь обратно на стол, когда пузыри образовали дыру в воздухе, через которую был виден холодный ледяной коридор Омеги. Она оглянулась на Огрона. «Он точно меня убьет… Была ни была!» — подумала Ния и рванула в портал. Осознание того, что она без куртки и может получить обморожение, пришло спустя минуту непрерывного бега. Нужно было срочно найти зал, где располагалась капсула Валтора. Мороз кусал лицо, холод пробирал до костей, ветер путал волосы — но Ния бежала, крепко сжимая в руке нужное заклинание. Сердце отбивало бешенный ритм, пытаясь снова привыкнуть к безумным нагрузкам. Страх и отчаяние охватили каждую клеточку ее тела. «Нужно найти его. Валтор поможет! Он спасет меня и отправит домой!» Наконец, Ния выбежала в просторный зал и тут же споткнулась, больно ударившись коленями о каменный пол и содрав кожу. Она вскочила, негромко шипя от боли, и быстро осмотрела ледяные капсулы. Рука, держащая заклинание, мелко тряслась. Выдыхая сквозь стучащие зубы, Ния дохромала до центральной глыбы, сталкиваясь с уже знакомыми голубыми глазами. Трясущимися руками она открыла тубус и развернула заклинание замерзшими пальцами. «Нужно ведь просто прочитать, да?.. — со страхом думала Ния, пытаясь собрать воедино разбегающиеся слова. — Надеюсь, получится. А то замерзну здесь насмерть!» — Лед, что был когда-то водой, камни, что были когда-то землей, я обращаюсь к вам со всем почтением и желанием. Освободите узника холода, освободите его мысли и чувства, искорените его связь с Омегой, ибо я признаю, что он больше не осужден. Потерянный в пустоте, но найденный в свободе. Клянусь великим именем Дракона-Созидателя, что этот узник чист перед народом и моим… — Ния запнулась, пытаясь прочитать все без запинок. — И моим сердцем. Пускай же он станет вновь свободным от оков льда. Тюрьма больше не его дом. Я признаю… Я признаю, что он светел. Я клянусь, что он… — Ния! Не смей! — крикнул Огрон, ворвавшись в ледяной зал. Кажется, магия Нии перестала на него действовать, и он сразу же рванул за ней. Ния вздрогнула и повернулась к Валтору. — Я клянусь, что он не виновен! Огрон сердито застонал. Капсула Валтора засияла ярким золотым светом. Свиток в руках Нии вдруг нагрелся и обжег ей пальцы. Она вскрикнула и уронила его. Свет ослепил ее на несколько секунд, и Ния упала на колени, взвыв от боли. Она закрыла глаза руками, пытаясь не лешиться зрения окончательно. Свет прекратился. Легкие горели от обжигающего холода. Ния медленно открыла глаза и судорожно всхлипнула. Ледяная капсула быстро начала трескаться. Послышался финальный хруст, и лед с кусками инея медленно посыпался вниз, освобождая узника. На нем был длинный бардовый плащ, белая рубашка с жабо и высокие черные сапоги. В его пшеничных волосах остались крупинки льда. Бледное лицо, напоминающее маску, вдруг исказилось. Словно треснуло, как и капсула минутой ранее. Впервые за семнадцать лет маг Валтор провел онемевшим языком по бескровным губам и нахмурил глаза, всматриваясь в плачущее лицо девушки напротив. Она сжимала в руках чуть светящийся пергамент со словами. — Ния?.. — с трудом произнес Валтор, вдруг узнав ее. Он шагнул к ней, но, не удержавшись на ногах, поскользнулся и упал на одно колено. — Что ты здесь делаешь?.. Огрон вдруг оказался перед Нией, схватил ее за плечи, поднял на ноги, и яростно посмотрел на Валтора, грозно прошипев: — Не подходи к ней! Валтор выставил вперед руки, желая показать, что не причинит никому вреда. Огрон образовал в ладоне небольшую темную сферу и нацелился на демона. Второй рукой он поддерживал Нию и толкал ее назад к порталу. Сама девушка продолжала молча плакать и дрожать, звонко стуча зубами. Она стала еще бледнее, а ее глаза светились агрессивно-голубым цветом. Сама она напоминала тряпичную куклу. Валтор молча осмотрелся, с недовольством заметив много других капсул с заключенными. «Их безумие не отпускает ее!» — понял он и кивнул Огрону: — Послушай, ей нельзя тут находиться, а то она лишится рассудка! Узники сошли с ума, и она слышит их мысли! Надо увести ее! Огрон бросил взгляд на дрожащую девушку и раздраженно вздохнул. — Ты с нами не идешь! — отрезал он и пошел вместе с Нией к порталу. Возможно, Валтор так и остался бы в Омеге, если бы не одно обстоятельство. А именно: змея. Белая морда появилась прямо перед Огроном и Нией. Змея громко зашипела, высунув бледно-голубой язык. Огрон едва успел отскочить в сторону вместе с Нией. Хранительница сердито фыркнула и проскользила по гладкому камню, закрывая собой все выходы к отступлению для мага и девушки. Огрон не растерялся и выпустил несколько темных сфер прямо в морду огромному чудовищу. Однако это никак не повлияло на жизнь змеи: она широко раскрыла пасть, показав острые блестящие клыки, и зарычала, собираясь заморозить непрошенных гостей. Огрон впился в руку погруженной в транс Нии и потянул ее в сторону. На том месте, где они стояли раньше, теперь красовалась огромная глыба пустого льда. Змея, заметив, что ее заморозка не увенчалась успехом, снова зашипела и двинулась на ребят. Сзади на нее вдруг напал Валтор. Он бросил в змею несколько крупных валунов и ледяных капсул (они все равно не разобьются). Чудовище резко повернулось к нему и оскалилось. Демон слегка поморщился от запаха тухлого мяса и мороза, проникшего прямо в его нос и заморозив все внутренности. Валтор кое-как призвал свой Огонь Дракона и возвел стену из пламени вокруг змеи. Она громко зашипела, забив кончиком хвоста о каменный пол, чтобы потушить его. Змея сжалась кольцами вокруг огня и гортанно рычала, не спуская озлобленных глаз с Валтора. Демон с трудом выдохнул: бой сразу же после освобождения из капсулы оказался очень изматывающим, хотя он использовал лишь два заклинания. Тело ныло и болело после семнадцати лет в неподвижном состоянии, а голова жутко кружилась. Естественно, вся выносливость, присущая ему раньше, тоже испарилась. Он посмотрел на удивленное лицо Огрона из-за змеи. Тот прижимал к себе вконец отъехавшую Нию, у которой подгибались колени. Ее глаза по-прежнему светились и выражали полнейшую пустоту и безумие. Валтор кое-как протиснулся мимо стены огня и стены изо льда Омеги и подошел к ним, слегка прихрамывая на правую ногу. В районе груди неприятно кололо, но он надеялся, что это пройдет, стоит ему привыкнуть к свободе. — Ты кто такой? — грубо спросил красноволосый маг, загородив собой Нию. — Я не причиню вам вреда! — повторил Валтор, сипло откашлявшись. Скользкая слюна застряла в пересохшем горле. Тело ломило от усталости. Даже такая небольшая активность после долгого заточения ощущалась, как целый марафон. И вдруг Огонь перестал гореть вокруг змеи, зашищая от нее троицу гостей Омеги. Валтор почувствовал, как собственная магия подвела его и пропала, и резко повернулся к трепетающей в злости хранительнице. Огрон схватил его за руку и подтолкнул вперед, ближе к стене. — За мной! — рявкнул он, вырываясь вперед, пока змея набирала магический лед в пасти для нового выстрела. Желание жить открыло в Огроне второе дыхание — он подхватил несоображающую Нию на руки и на всех парах рванул к узкой расщелине в ледяной стене, из которой они и вышли. Обогнув змею с невиданной скоростью, маг ненависти ловко перепрыгнул ее длинное скользкое тело и еле успел прошмыгнуть в проход. Хранительница, все-таки немного дизориентированная дымом, яростно зарычала и начала поворачиваться к ним, но ее ледяное дыхание настигло лишь узкую трещину в стене. Валтор еле успел втиснуться всей своей комплекцией внутрь, сжав зубы, когда почувствовал, что убийственная заморозка змеи задела его спину. На плаще осталось сверкающее пятно из крупинок льда. Они быстро пробежали несколько метров, и демон увидел портал в просторную комнату, с куском магической карты на стене. Он вышел туда вслед за неизвестным магом с Нией на руках — та все еще пребывала в полубессознательном состоянии. Огрон поставил ее на ноги, вернее, попытался. Ния ухватилась за его плечо, все еще плохо держась на ногах, а второй рукой решила опереться о кресло, но она неудачно соскользнула со спинки, и девушка отшатнулась ближе к нему, задев бедром хрустальный шар, который все еще проецировал внутри изображение зала Омеги, где был заточен Валтор. Он неуверенно качнулся и упал на пол, рассыпавшись на кучу осколков. Из артефакта брызнула магическая жидкость, намочив ботинки всех троих. Огрон смачно выругался. Портал, потеряв связь с шаром, начал дрожать и закручиваться в спираль, поднимая ужасный ветер. Валтор не смог поймать равновесие и улетел в стену, больно приложившись плечом о картину. Та предсказуемо упала, ударив его еще и по пальцам ноги. Демон приглушенно зарычал. Огрон оттолкнул Нию к двери, что-то крича о том, что ей нужно выйти, а сам подвернул ногу, пытаясь отойти подальше от тяжело закрывающегося портала. Морозный воздух Омеги стал покрывать стены кабинета инеем. Новый порыв ветра, вырвавшийся из ледяной тюрьмы, смел все, что было в кабинете. Карниз и тяжелые плотные шторы (все же помнят, что они под землей? Карниз был дизайнерским решением Думана, который вместо окна повесил большую картину с пейзажем какой-то деревни) рухнули и прижали к земле бедного Валтора, который неудачно отошел к ним, пытаясь спастись от ветра. Ния рухнула на колени, ударившись лбом о закрытую дверь. Наконец портал загудел в последний раз и растворился прямо в воздухе, оставив маленькое облачко пара. — Я тебя убью… — тихо прорычал Огрон, вставая на травмированную ногу и шипя от боли. Он яростно посмотрел на дрожащую спину Нии, которая, кажется, плакала, сжавшись в комок перед дверью. В руках она все еще сжимала пергамент с заклинанием. Валтор быстро выпутался из штор, потирая ушибленные ребра, и подошел к ней, похлопывая по плечу. — Как себя чувствуешь? — спросил он, пытаясь не потерять сознание после изнурительной битвы с хранительницей и всего этого хаоса… Он все еще не мог поверить, что выбрался из Омеги. Ния с трудом повернулась к нему, и Валтор увидел ее красное лицо с пятнами от мороза тюрьмы. Из носа ручьем текла темная кровь и пачкала шею и одежду. В глазах застыла дикая усталось и страх. — Т-т-ты в п-п-порядке?.. — всхлипывая, спросила Ния. Валтор рывком поставил ее на ноги и подвел к креслу Огрона, силком усадив туда. — Больше не слышишь их голосов? Голова не кружится? Голод чувствуешь? — продолжал спокойно спрашивать Валтор, проигнорировав ее вопрос. Она вцепилась в его ладонь и быстро зашептала: — Вроде нет. Просто… дышать трудно. И руки трясутся… Валтор кивнул и стал гладить ее по спине, тихо приговаривая: — Спокойно, все уже позади. Вслушайся в мой голос. Дыши вместе со мной. Раз-два, раз-два… Паника постепенно отступила, и Ния спокойно вздохнула, вытерев кровь ладонью. Лучше не стало, и кровь размазалась по половине лица. — О Дракон, не делай так! — фыркнул Огрон, немного отошедший после такого приключения, и дал ей откуда-то взявшуюся пачку салфеток. Ния вытерла лицо и осторожно спрсила, не глядя на красноволосого: — Ты убьешь меня, верно?..

***

Настоящее время — Ты дурная совсем?!.. Я не угрожал тебе! — возмущенно сказал Огрон, прожигая Нию взглядом. — Рассказывай правду! — Ты сам не захотел рассказывать! — возразила Ния. — Я всего лишь рассказываю так, как сама запомнила! — Так, угомонитесь. Огрон, она потом просто отдраит тебе кабинет, не кипятись! — прервал их Анаган и устало помассировал переносицу, словно спрашивал у мироздания, за что ему эти мучения. Он исподлобья посмотрел на все еще молчавшего Валтора. — Я только не понял, кто это. — Это Валтор. Он демон, который уничтожил королевство Домино, — просто пожала плечами Ния, будто сказала самую обычную вещь на свете. Валтор искоса посмотрел на нее, будто не до конца мог поверить, что она так легко выдала всем правду о нем. Огрон и Анаган напряженно переглянулись, молча о чем-то договариваясь. Затем они со смесью страха и недоверия взглянули на хмурого демона. — Интересные у тебя знакомые, — протянул Огрон. — И ты рисковала жизнью ради… убийцы? Ния поморщилась из-за последнего слова и уверенно покачала головой: — Он не убийца. — Вообще-то… — хмыкнул Валтор, но Ния заставила его молчать одним гневным зырком. — Ты больная, — со вздохом заключил Анаган. — А я говорил, что не надо ей доверять! Ты меня снова не послушал! Придет день, и она придушит нас всех и сдаст феям! От нее одни проблемы, а я ведь предупреждал… — Черт, Ан, захлопни пасть! — заорал на него Огрон, чье лицо стало почти таким же красным, как и волосы. — Я прекрасно знал, на что шел! Ты и сам знаешь, что нам иначе никак! У фей непонятный план, надо разгадать его как можно скорее, но ты просто ноешь без конца, что кругом прав! Хоть раз мог бы и помочь! Я один несу ответственность за тысячи жизней в этом месте, а ты в любой момент можешь сбежать! Ты можешь от всего отказаться, в отличии от меня! Это я горбачусь тут каждый день, придумывая, как нам победить, а ты просто нудишь под ухом! Мне надоели твои пустые капризы! Если требуешь от меня чего-то, то будь добр поднять свою задницу и хоть что-то сделать на благо нашего народа! Только чесать языком и умеешь! Оба мага стояли друг на против друга, почти соприкасаясь носами, и яростно фырчали в нахмуренные лица, чуть ли не вгрызаясь в глотки. Кажется, конфликт накалился до предела, и теперь ни один из них не хотел идти на компромисс или хоть что-то, чтобы все уладить. Ния неуютно поежилась от тяжелых эмоций вокруг. Ей не впервой было поглощать гнев в таких количествах, но раньше он не казался ей настолько густым и почти перетекающим в ненависть. «Похоже, это у них серьезно. Очень серьезно!» — поняла Ния и постаралась не издавать ни звука, сосредоточившись на выкачивании злости из этих двоих. Они ведь даже не заметят… Ния пропустила момент, когда слишком увлеклась и поглотила чересчур много чужих эмоций, восстанавливая собственную менталку. Огрон и Анаган отошли друг от друга, растерянно переглядываясь, словно не могли понять, куда делась их злость. Огрон бросил взгляд на подозрительно застывшую Нию и тут же взорвался новой волной гнева: — Ты опять за свое?! Не смей лезть в мою голову! Я не посмотрю на то, что ты девушка! Ты такая же волшебница, как мы, так что спрос с тебя будет таким же! Ты не имеешь права воздействовать на других, если это не самооборона! Я достаточно терпел твои выходки! Я покрываю тебя перед всеми! Даю тебе кров и еду! Скажи спасибо, что ты спишь в собственной комнате на мягкой кровати, а не в темнице! Я делаю все, чтобы тебе было безопасно здесь! А ты смеешь забирать мою волю прямо у меня на глазах?! У тебя нет на это прав! Ты обязана слушаться меня, хотя бы потому что только благодаря мне ты еще жива! Каждая собака хочет тебя убить, потому что ты была в логове фей, но именно я не даю им до тебя добраться! Я хотя бы волнуюсь за тебя, в отличии от… — Огрон посмотрел в сторону Валтора и презрительно фыркнул: — В отличии от этого преступника, который, я повторюсь, использовал тебя! Что бы он тебе не пообещал, он этого не сделает! Когда ты уже поймешь своими недалекими мозгами, что твои поступки приводят только к полному кошмару?! Ты только что освободила узника из Омеги, твою мать! И теперь он среди моих людей! Что я им должен сказать на этот раз?! Извините, но он тут по желанию какой-то землянки! Придется потерпеть его пару деньков! Так я их должен успокоить, по-твоему?! Каждый раз из-за тебя происходит конец света! А ты что?! Просто поплачешь и надавишь на жалость! И все сразу тебя пожалеют, хотя это ты принесла проблемы! Анаган положил ладонь на дрожащее плечо своего лидера, чтобы хоть как-то успокоить. Кажется, даже категоричному магу скорости стало неуютно от криков Огрона. Вдруг Ния вскочила со стула и, глядя прямо в яростные глаза Огрона, рявкнула, набрав в грудь побольше воздуха: — ЗАТКНИСЬ! Анаган молча раскрыл рот в полном шоке, теперь смотря на нее. Ния предупреждающе зыркнула на него: — И ты не смей издавать ни звука! Она глухо зарычала, сжимая кулаки до тряски. Слова Огрона задели за живое, и Ния не собиралась молчать и раздумывать над тем, стоит ли что-то говорить или оставить в мыслях. Ее терпению пришел конец. — Ты меня похитил! — прошипела она, ударив Огрона в грудь и заставив отшатнуться на полшага. Ния приблизилась к его лицу почти вплотную и продолжила говорить: — Запомни раз и навсегда: это твоя была идея похитить землян. Ты похитил меня, а перед этим твои люди напали на Алфею. Из-за них я теперь вижу кошмары и не высыпаюсь. Из-за тебя я постоянно нахожусь в страхе, что меня убьют! Я считаю себя пленницей! Я вынуждена работать на своих похитителей, чтобы выжить! Каждую чертову ночь я трижды проверяю, точно ли я заперла дверь в комнату, потому что боюсь, что меня зарежут во сне те, с кем я батрачу на кухне! Я вынуждена думать над планом побега и на свой страх и риск обходить корпус вдоль и поперек, надеясь, что меня не изнасилует какой-нибудь солдат и не пустит по кругу! Это ты меня похитил, Огрон! И еще что-то требуешь?! Уважения?! Доверия?! Я не могу уважать своего похитителя! Я не хочу тебе доверять свой секрет, усек?! Думаешь, я расслаблюсь в вашей компании?! Никогда! Это твоя вина, что я истощена физически, и теперь я даже убежать не смогу, в случае чего, потому что банально упаду через пару метров! Это твоя вина, что мой магический голод растет! Это ты меня похитил! Еще смеешь звать меня неблагодарной?! За что я должна сказать спасибо?! За то, что теперь постоянно оборачиваюсь, ожидая нападения?! За то, что мой отец сейчас один без меня, а у него никого кроме меня нет?! Ты вообще в своем уме?! — Ния вдруг замахнулась и порывом магии оттолкнула Огрона к стене. Сила вырывалась из нее тонкими голубыми всполохами. — Я имею право бояться, понял?! Я имею право рыдать каждый раз, когда не выдерживаю! Я имею право высасывать из тебя эмоции, потому что только так могу обезопасить себя от тебя! Лучше бы ты меня сразу убил и все! Всяким лучше, чем жить в постоянном страхе! К этому времени слезы снова заполнили ее глаза. Ния тихо всхлипнула и отошла ближе к Валтору, коснувшись кончиком указательного пальца его рукава. Затем осторожно окинула размытым взглядом пораженного Анагана и побледневшего еще больше Огрона и резко бросила: — Я вас ненавижу. Анаган сожалеюще протянул к ней руку: — Ния, ты не так все поняла… — Я и не хочу понимать, — отрезала Ния. — Я не хочу здесь находиться! Среди таких ублюдков, как вы! Думаете, вы лучше фей? Абсолютно такие же. В глазах Огрона вспыхнула боль: сказанное Нией его действительно задело. Анаган устало вздохнул и провел ладонью по завязанным в хвост дредам. — Давайте все успокоимся и поговорим потом. Пока что разбежимся по делам. Мы с Огроном, — он серьезно посмотрел на мага ненависти, который хотел ему возразить. — Да, нам уже пора! А вы, с господином… эээ… — Валтор, — подсказал демон. — Да, спасибо. А вы с господином Валтором пойдете в лазарет. Там вас подлатают и отпустят. Ния покажет ему корпус. — Он не человек, а демон! — протестующе зашипел Огрон, на что Анаган только махнул рукой: — Уже поздно. Вечером мы вернемся и спокойно поговорим с вами обоими, особенно с господином Валтором. Ния тихонько заплакала, потерла руками стремительно краснеющее лицо, пытаясь скрыть все, в меру возможностей. Она кивнула Анагану и стрелой выбежала вон из разрушенного кабинета. Знала, что они все равно вернутся к этому разговору. Вот только сердце нещадно болело. Она все-таки сказала то, о чем так усердно думала все эти дни. Ния добежала до своей коморки и заперлась, вжавшись спиной в дверь и спустившись, обняв колени. Она больше не плакала, хотя ее все еще трясло. Сейчас хотелось побыть в тишине. К ней постучались. Слишком вежливо для Анагана и Огрона. Ния громко выдохнула, встала и медленно отворила дверь. За ней стоял Валтор, чей эмоциональный фон поблескивал от легкого беспокойства, и она впервые за столько времени искренне улыбнулась. В душе поселилось спокойствие от присутствия родного демона. — Так и знала, что это ты, — сказала Ния, пропуская Валтора внутрь. На ее лице написано облегчение. — Нужно в лазарет, — ответил демон, внимательно осмтривая ее раны на ногах. — Это подождет. — Если ты лишишься ног, я не смогу пришить их обратно. — Это просто синяки и царапины. Все в порядке. Валтор всем своим видом показывал, что ему то ли плевать на ее состояние, то ли действительно хочется помочь, но Ния лишь коротко улыбнулась: сил на полноценную улыбку больше не было. С возвращением Валтора в ее жизнь картинка реальности приобрела точность и ясность: среди темных ей тоже опасно. Теперь рядом с демоном она ощущала враждебность лагеря повстанцев, и ее магия стремилась оградить девушку и бывшего узника от окружающего мира. Ния окончательно успокоилась, снова чувствуя отголоски истинных эмоций демона: он все-таки волновался за нее. Это было приятно. Она села на кровать и похлопала по месту рядом с собой, приглашая Валтора. Демон неприветливо оглядел бывший склад продуктов и презрительно фыркнул: — Условия, как во дворце. Как ты здесь вообще оказалась? — Меня заманили в ловушку и похитили. Темные планируют восстание против фей, а Фарагонда придумала какой-то план, где ей нужны земляне. Темные ничего не поняли и решили, что поймут, если проверят нас на наличие магии, — Ния растерянно вздохнула, пытаясь упомянуть все. Валтор все же сел рядом, не касаясь ее. — Огрон сказал, что Фарагонда кого-то то ли ищет, то ли еще что-то задумала… Всех землянок объединяет отсутствие матерей. Валтор приподнял бровь: — Действительно, ценная информация. Ния согласно кивнула: — Дв, я тоже не поняла, почему они к этому так привязались. В любом случае, Огрон и Анаган знают, что у меня есть магия. В тот день, когда ты меня спас, я… ну, использовала ее. Случайно! Я не знала, что умею подчинять себе людей. Я убежала из Алфеи, а потом… — она вдруг ахнула: — Офер пропал… Это какой-то маг с Андроса, и он помог мне, снял заклинание с Алфеи… А потом исчез. Я не успела спросить, что он там делал… Ладно, не важно! Как я уже сказала, Огрон и Анаган знают, что у меня магический голод. Они не знают, что я эмпат. Но сегодня… мою магию почувствовали странные маги здесь… маги хаоса, кажется. Они обезумели, и Огрон сказал, что когда-то они поглощали фей. И они хотят сместить Огрона и забрать меня. Нужно бежать. Не сегодня, так завтра. Ния посмотрела в серьезные глаза Валтора, который явно о чем-то думал. Через пару секунд он поднял голову и взглянул на обшарпанный потолок. — А заклинание Омеги? Как ты его достала? И почему… — ему было сложно говорить. Он тяжело сглотнул и поджал губы. — Почему освободила меня? Ния неловко опустила глаза: — Когда наша связь пропала… Я вдруг поняла, что не смогу без тебя. Феи и темные опасны. Раз я не принадлежу ни к тем, ни к другим, то скорее всего, меня убьют. С секретностью у меня не очень, как ты понял. Скоро они все поймут. Заклятие, скрывающее мою магию, вот-вот спадет. Я очень хочу домой, Валтор. Я не хочу оставлять отца одного. Для этого мне нужен ты. Ты единственный, кому я доверяю. Валтор не смотрел на нее, хотя Ния искала зрительный контакт. Для поддержки. Для понимания. Вместо этого демон сказал: — Я не оправдаю твоих ожиданий, Ния. Я не могу дать тебе безопасность. — Почему? Ты ведь обещал вернуть меня домой. Сейчас самое время. Я даже готова уговорить отца, чтобы дать тебе пожить у нас, пока ты не освоишься в мире… — Я не смогу. Ния резко побледнела: — Почему нет? Ты же обещал… Валтор наконец посмотрел на нее глазами, полными сожаления: — Моя магия слаба. Очень слаба. Я не смогу открыть портал на Землю. — Но… ты же сильный маг! Сам мне говорил! — Я и сам не знал, пока ты не освободила меня. Я не смог убить змею-хранительницу. Я не смог удержать свой Огонь. Моя сила ушла. Ния пораженно уставилась на него и вдруг вскочила. Ее распирало от отчаяния и разочарования. Она быстро зашептала: — Да быть не может! Валтор, ты же обещал… Нужно бежать именно сейчас! Совет уже сегодня, понимаешь? Огрона сместят сегодня! Меня убьют, понимаешь это?! И тебя, видимо, тоже! Ния тревожно вздохнула, пытаясь снова придумать план. Снова нужно бежать. Но куда? Их везде могут убить. А нужно домой к отцу. На Землю. Кто может им помочь в такой ситуации?! Вдруг в голове что-то щелкнуло. Ния посмотрела на Валтора и тихо сказала: — Нам нужно найти Ривена. Он один из повстанцев. Валтор тоже встал и нахмурился, будто пытаясь припомнить, кто это. — И как ты планируешь найти его? — спросил он. Ния задумалась на несколько секунд, прокручивая в голове все, что она знала. Мысленно сделала пометку рассказать Валтору как можно больше о ситуации с темными и светлыми, чтобы он перестал смотреть на нее с немым вопросом в глазах и тоже участвовал в обсуждении, а не казался ведомым дураком на ее фоне. Она действительно верила в то, что демон совершенно не глуп и мог бы придумать выход, но пока только она располагала всей информацией. Валтор слишком отстал от времени, и ему в любом случае понадобиться восполнить пробелы в голове. — Если я правильно понимаю, то Ривен играет роль шпиона в Красном Фонтане. Он же должен передавать сведения, да? Наверняка, он делает это через разведчиков. Можно у них спросить. Валтор закатил глаза и вздохнул, явно уже жалея, что его освободили из Омеги: — Я не думаю, что они ответят тебе. Вряд ли здесь все настолько наивные. Тебя могут посадить в карцер. Разве что ты успела обзавестись друзьями-разведчиками, пока жила здесь? Глаза Нии радостно блеснули. — Думан! — она победно улыбнулась, быстро выстраивая идеальный, по ее мнению, план действий. — Он любит поболтать, так что это будет несложно для меня. Ты посидишь тут, а я пойду на обед, чтобы не вызывать подозрений. Заодно наберу еды нам в дорогу! Валтор, судя по всему, относился к ее идее скептически. — Ты уверена, что этот Ривен поможет? — спросил он. — В крайнем случае, я воспользуюсь той магией, что у меня осталась. На заклинание невидимости для двоих должно хватить. Я примерно знаю эти горы в Магиксе. Мы можем дойти до города и под видом туристов купить билет на космолет до ближайшей к Земле планете. А там я придумаю, как переправить тебя домой. Возможно, придется подкупить контробандистов. Лучше поискать что-то ценное, что можно выгодно толкнуть им. — Невидимость понадобится, — кивнула Ния, проигнорировав большую часть его слов. Она была воодушевлена своим собственным планом. — Можем оставить твой план, как запасной. Но если я заставлю Ривена довезти нас до Земли на Сове… — Как заставишь? Ния нервно улыбнулась, будто сама была не уверена в своих словах: — Я подчиню его себе. Он обычный человек, он не сможет сопротивляться. Валтор продолжал с недоверием смотреть на нее. Ния раздраженно махнула рукой, пытаясь успокоить и его, и себя: — Да все пройдет хорошо! Вот увидишь, моя магия меня не подведет! Хотя что-то ей подсказывало, что ее «идеальный» план пойдет не так, как планировалось, с самого начала. Что ж, надежда умирает последней.