Рай или Ад?

      Шарлотта начала открывать глаза с ощущением лёгкости в теле, которой не было во сне. Такая лёгкость, словно она была у кого-то в руках.       Как только Чарли открыла глаза, она поняла, что ощущения были реальными. Она действительно была на руках.       Быстро распахнув глаза, девушка спрыгнула с рук, и оказалось, что её нёс Аластор, а рядом шла взволнованная Вэгги и Хаск, который лишь наблюдал.       Последнее, что помнила блондинка, это разговор друзей о том Ангеле, а дальше как пробел в голове, что поддавлял её желание открыть полные воспоминания.       Как только двое увидели, что Марнингстар очнулась, они удивлённо посмотрели на неё, не ожидая такой резкой реакции.       Девушка испугалась, и не понимала своего положения. Почему она на вообще улице и на чужих руках? — Ч-что произошло? — пыталась через бурю эмоций, что заплётывали язык, спросить Чарли. — Ты уснула, Принцесса, и— — Да нет... Как я оказалась на улице?! — А, так ты не помнишь? — со вскинутой вверх бровью спросил Аластор, — Мы коллективно пошли на крышу, подышали там, и ушли, оставив тебя наедине. Ты задремала, а потом, — что более поразительно — дёргаться в конвульсиях.       Глаза Шарлотты едва не полезли на лоб от услышанного. В голове напряглись все участки памятной области, но из этой идеи ничего не вышло, вдобавок, как назло теперь она себя чувствует пренеприятнише. — Точнее, конвульсиями это не назовешь, но ты билась так, что с крыши начала скатываться черепица, — продолжил шатен свой рассказ.       Через минуту девице удалось наконец успокоить своё сердце, однако её мозг находился в чертогах подсознания, пытаясь принудить его найти этот стёртый момент. — А что тебе снилось, Чарли? — ласково спросила сероволосая подруга.       Сейчас Шарлотте пришла мысль. О которой она моментально пожалела. Перед тем, как воспоминания девушки оборвались, она чувствовала, как тело становится мягким. Она проваливалась в сон уже тогда… Но при этом, блондинка продолжала стоять на месте. Она не падала. Вообще ни двигалась. Но её мозг явно перенёсся в Ад. — М-м... Я позже всё расскажу.       Вспомнив о дневнике, который она видела во сне, глаза Морнингстар загорелись огоньком. Она пообещала, что расскажет хорошую новость, если она кое-что проверит.       Чарли мягко улыбнулась и посмотрела на подругу. Вэгги напряглась от того, что блондинка не сразу сказала ей содержание сна, но потом практически сразу успокоилась. Всё-таки, не все изменения давались девушке легко.       Все шли молча, обдумывая последние события. Возможно ли вытащить Энджела из Лимба, и что вообще представляет из себя это необъяснимое место? Возможно, тот Ангел может дать ответы на их вопросы. Ещё и этот дневник Чарли, который таит в себе тоже какую-то тайну... Но нужно разобраться со всем по порядку.       «Сначала дневник, потом всё остальное. Энджел, Лимб...»       На последних двух словах, которые промелькнули у неё в голове, она серьёзно зациклилась. Лимб… Что же это такое?       По рассказам ангела, это место, которое выстраивается из «памяти и желаний» людей. Если туда попасть…       «...можно создать идеальный мир...»       Эта идея заставила сердце Морнингстар забиться сильнее. Её уголки губ, подобно Аластору, поднялись вверх. Создать мир, в котором всё будет идеально. Это ли не то, что хорошо пересекается с её мечтой?       Если раньше принцесса никогда не улыбалась в подобных ситуациях, то сейчас это вызывало серьёзное беспокойство у друзей, которые заметили это. — Что смешного в том, что ты вырубилась и не помнишь, как была с нами? Ты даже разговаривала как раньше… — вновь сердито спросил Хаск, которому явно не хотелось иметь двух «улыбашек». — Дело не в этом.       Тон, котором ответила девушка, поразил всех. Неестественный голос, словно девушка только что получила нечто желаемое. Все остановились, смотря своими круглыми глазами на девицу, пока та продолжала идти вперед, находясь в своих мыслях.       «Создать мир, в котором не будет войн, голода и других бед, где никто не будет грешить…»       Остановить фантазию девушки уже было невозможно. С каждой секундой, с которой она представляла «идеальный мир», улыбка становилась только шире. Друзей это пугало ни на шутку, даже Аластора, хотя тот виду не подал.       «Это же... Просто прекрасно, да? Ахах...» — Чарли, в чём дело? Ты...       Когда Вэгги попыталась коснуться руки своей светловолосой подруги, та резко отдернула её. Морнингстар обернулась, и на её лице была самая жуткая и ужасная гримаса, как показалось взволнованным ребятам. Улыбка до самых ушей, за которой было невозможно увидеть, о чём она думает. — Лимб... — первое, что та сказала, расслабив, наконец, мышцы лица. — Идеальное место для постройки мира, где не будет убийц... — взгляд пал на Аластора.       Тот только медленно выгнул бровь в абсолютной ошеломлённости из-за обстановки вокруг девицы. Захотел было что-то сказать, но не решился её прервать. Поведение Чарли навевало странные чувства, которые хотели вырваться из него конкретными вопросами, но он их заглушил, дабы не... разжигать в девушке ещё больше странностей. Он был в не меньшем шоке, чем ребята.       Через напряжённую паузу, в которой принцесса застыла с подёргивающимися кончиками губ и блестящими глазами, она вкрадчиво продолжила волновать друзей: — Не будет алкоголиков и наркоманов... — следующий взор был направлен уже на Хаска. Он аж до мелкой боли нахмурил густые брови, позже крутанув головой в сторону Вэгги и Аластора, проверить их ступоры. Будто их застывшие позы что-то бы изменили в этой патовой ситуации.       А когда Чарли повернулась к Ваггате, она не могла ничего сказать. Блондинка могла и хотела, ведь уже открыла рот и набрала в лёгкие воздух, но что-то не позволяло ей.       Друзья сделали несколько шагов назад от девушки. Они не понимали, что ей движет. Идея о создании чего-то идеального, или же иные силы? — Это как-то... Хуёво ей, что ли, — подытожил бармен основную мысль на данный момент.       Сероволосая девушка полностью разделяла его мнение, хаотично думая на эту тему, под молчание подруги. Настолько неожиданно Шарлотта свернула суждения про Лимб в заоблачную степь с искрами в глазах, что повела себя ужасно непривычно, и то не назвать маленькой радостью на подобный шанс сотворения идеальныго мира, с её же слов.       Вэгги захотела подойти к ней и спросить многое, но её опередили. — Принцесса, дорогая, — уверенный шаг вперёд сделал Радио-Демон. — Мне нужно убедиться, что с тобой всё в порядке. Ранее ты не проявляла признаки девиантного поведения... — Ха?.. Девиантного? — Имею в виду, твоё сейчас. Дрожаще-воодушевленное. И это не очень норма— — Какое, прости? Это странность?! — Морнингстар переменилась в серьёзном лице, и ровным голосом она перебила парня: — Почему мне сейчас не порадоваться, если меня всегда не брали всерьёз? А недавно нам сказали, что есть место, какое душа выстроит! Вы всё также скептичны ко мне и к моей упорности, после всего, что с нами приключилось по велению Господа? Бога! Он ведь откликнулся...       Шарлотта нахмурились, остановив поток решительных слов, и обведя всех присутствующих зорким взглядом. Ей тяжело видеть их угрюмые лица. — А мы до сих пор с тобой, и вместе всё это время находили решения разных проблем, Чарли, — к той осторожно подошла Вэгги, что обхватила свои плечи руками. — Нельзя ведь сейчас разрушать наш союз, не после всего.       Дослушав подругу, не перебивая, блондинка глубоко вздохнула и помрачнело дополнила свои чувства словами: —...Я не невинный ребёнок, слепо верящий в своё дело, а взрослая особь, действующая всё это время. Прекратите смотреть на меня так предвзято... Я смогу добиться своей идеи. Своего жизненного дела. Даже если это будет извне моего дома. — Ты знаешь, мы не были против тебя и в Аду, — мягко и полностью грустно Ваггата посмотрела на неё. — Но что касается твоего поведения сейчас, ты не замечала, что ты... — Что? — твёрдо, но с проблеском усталости спросила Чарли. — ...Одержимо смотрела. На нас. И куда-то в пустоту…       По окончанию слов подруги, принцесса слегка отдёрнулась, хлопнув ресницами. Она не понимала тогда, что вела себя диковато, даже не то что, не хотела понимать, а удивилась от себя же. Очевидно этим она и напрягла ребят, и они имели в виду её поведение именно при её говоре про Лимб. Не его содержание, а её разговорную подачу. Действительно ли так?.. Тогда она не придавала этому значения.       «Я же просто радовалась... На лице была лёгкость от мною осознанного, нет? Или...» — Я вмешаюсь с логичным вопросом. Как же твой отец, в таком случае? Мама? В Лимбе они могут быть не настоящими, там всё такое, и ты это прекрасно понимаешь.       Аластор вкорне стёр настрой вполне очухавшейся Морнингстар своим добивающим вопросом. Его улыбка растянулась шире, что нагнало на Чарли новую порцию гнёта. Понял ли он её слова, или всё бестолку, потому что это Аластор?.. — А им будто бы не наплевать. Им нужна наследница. Я делаю им одолжение, раз их дочь не оправдала их ожидания и высокие стандарты. Будет у них ещё ребёнок, который настоящий демон. Наш с тобой договор заканчивался тогда, когда я достигну своей цели. Да и там, где я могу создать сама… Есть версии лучше вас.       Слова от девушки, что раньше не могла высказать негатив в чью-либо сторону, воспринимались как самое болезненное оружие. — А разве не в этом весь смысл? Попытаться сделать всё самой? — подошел ближе Аластор. — Разве не интересно попытаться достичь силами, а не одной фантазией? Люди живут ради того, чтобы создавать всё самим.       Обстановка явно накалялась. Никто из друзей Морнингстар не знал, что она может выкинуть сейчас. — Да и к тому же… Договор мы не заключали, ты отказалась от рукопожатия. Да и как факт… Всем не плевать на тебя. Ты потеряешь всех нас настоящих, будешь жить с нереальными людьми. Когда тебе надоест, тебя никто от туда и доставать не будет. Подумай, дорогая, нужно ли тебе это?       Слова Аластора были на вес, как золото. Он был прав, но такое горькое, хоть и словесное поражение принимать Чарли не хотела. Хотя было понимание того, что она переборщила со словами, мимикой и действиями, всё же, идея Лимба не покидала её. — Вернись к нам, дорогая.       Парень вытянул свою руку к девушке, ожидая от неё того же. Последние слова звучали от него слишком тепло. Тепло для такого холодного человека? Да нет же, дело явно в чем-то другом.       Но девица поддалась ярому искушению и провокацией. В этой схватке победил Радио-Демон. — Хорошо, — протянув руку в ответ, их ладони скрестились в рукопожатии. — И не пытайся больше строить из себя мою нелепую копию. Получилось просто смехотворно, — сказал Ал, резко отпустив её руку.

***

      У Шарлотты со всеми этими проблемами и заботами не останется свободного времени на изучение этого мира. Хотелось узнать как можно больше, но на её хрупкие плечи свалилось столько всего, что сложно было нести всё это. Психика явно работала против неё. Нервы сдавали, что было видно по ее поведению.       Хотелось прямо посреди улицы встать, и как маленький ребёнок разреветься, но сдержав этот порыв, Чарли взглянула на поникшую подругу, которая тихо шла рядом. Все всё ещё были ошарашены её поведением, но поднимать эту тему никто точно не имел желания.       У неё был прикрыт глаз и опущена голова. Она шла, будто её тащат не по неё воле на страшные мучения, с которыми она уже давно смирилась. Чувство стыда разрывало на куски девушку.       Блондинка нежно положила руку на плечо Вэгг, на что получила полную нежности и благодарности улыбку. Ту, которую не получила сероволосая несколько минут назад.       Молчание прервалось навязчивой вибрацией, видимо, телефона. Никто не понимал, откуда идёт звук.       Аластор резко остановился и его улыбка растянулась шире, хотя казалось, что ей уже некуда деваться. Он засунул руку в карман пиджака и достал самый обычный телефон. Было непривычно видеть Ала с какой-либо современной техникой в руках, которая его так сильно раздражала.       Он поднёс телефон к уху, нажав на кнопку принятия вызова.       Казалось, что даже Хаск удивился такому повороту событий и удивлённо уставился на друга, как и остальные. — Здравствуйте, босс, — очень тщательно скрывая раздражение своим привычным тоном, вежливо поздоровался с мужчиной на том конце телефона Аластор.       Шатен продолжил идти в сторону дома, остальные поспешили за ним.       Никто не мог слышать то, что говорил хозяин радиостанции, но от его слов у Аластора глаза выражали неподдельное удивление. Возможно, оно было даже весьма приятным. — Я спрошу у неё. Это будет весьма интересно, — сказала Аластор. — До скорого, босс.       Ал выровнял дистанцию между ним и принцессой, и внимательно посмотрел на неё. Подобрав правильные слова, тот промолвил: — Ты хорошо проявила себя на стажировке. Не хотела бы ты работать на радиостанции?       Чарли была в замешательстве, ведь она даже не задумывалась об этом. Вопрос был столь неожиданным, что та даже не сразу ответила. — Я... я не знаю. После того, что я сделала… Мне так сложно думать… — Не волнуйся. Босс просто хотел, чтобы ты вела со мной эфиры. Ему понравилось то, как ты в первый раз справилась. Твоя стажировка, на удивление, — последнее Аластор произнёс весьма тихо: — оказалась очень результативной. Рейтинги только поползли вверх. Что думаешь?       Шатен вёл себя достаточно холодно, когда упоминал хозяина радиостанции, но при этом с девушкой ввёл тёплый диалог. Неужели это из-за того, что произошло? — Я… Ладно… Я не против. Но если я тебе буду мешать, то я откажусь.       Аластор в удивлении приподнял брови. — Не думаю, что ты помешаешь нашей работе. — Надеюсь, что оправдаю твои ожидания, — Чарли с шуточным подозрением посмотрела на радиоведущего, и улыбнулась.       Шарлотта уже в более приподнятом настроении продолжила идти, не обращав внимания на усталость.       В голове крутилась ещё одна мысль, наравне с новой должностью: когда вернётся в дом, то сразу же ляжет поспать. После того, как проверит дневник, конечно же.

***

      Через час, Морнингстар находилась уже у себя в комнате. Она достала из своего тайного места дневник и ещё около минуты смотрела на него, не решаясь открыть.       Всё таки поборов внутреннюю тревогу своим высоким интересом, она открыла последнюю запись.       «Мама и папа любят тебя» — увидела Чарли под своей последней записью. Девушка прижала дневник к себе. Слезы в мгновение ока оказались на её глазах.       Получается, её личный дневник это и есть способ связи с Адом? Если это действительно так, то это поможет решить некоторые проблемы. Теперь её родители знают, что случилось.       Чарли залезла рукой в тумбочку и достала ручку. — Мама, папа, — начала Шарлотта выводить слова на бумаге, проговаривая их вслух. — Если вы увидите эту запись, то скажите, как всё происходит в Аду, и нашли ли вы какую-либо информацию по этому поводу. Я вас тоже люблю.       Руки тряслись от волнения и блондинка захлопнула дневник, откладывая его на другой край кровати.       Шарлотта упала лицом в мягкую подушку и сама не заметила, как уснула.

***

      Энджел шел вместе со своей матерью по миру, который она и построила. До жути он был похож на обычный мир, и свыкнуться с той идеей, что это всё нереально, было непросто. — Так, ты ведь построила всю эту адабра-кадабру? — Так и есть, милый...       Их прогулка была такой же, как в самом раннем детстве Энджела. По сути, это было одно из немногочисленных счастливых воспоминаний, который помнил паук со своей мамой. — И-и-и... сколько ты его строила? — Около 325 лет. — Что?!       От услышанной цифры паук потерял дар речи. Он не был готов к таким высоким показателям, и было сложно в это поверить. — Но в реальном мире это… Всего 26 лет. — Почему?       Мать остановилась, а вместе с ней и Энджел. — Время в лимбе идет быстрей, чем в реальности. 1 час в Лимбе это около 12 часов в реальном мире.       Женщина с Дастом дошли до здания. До того здания, где они вместе жили, когда Энджелу исполнилось только 5 лет. — Как ты построила все это?.. Как такое возможно? У государства на это уходит миллионы людей и долларов, а ты это сама? — О нет. Эти здания не строятся по материалам, они строятся из воспоминаний. — То есть... Я могу попробовать построить всё, что хочу? — Конечно. Попробуй.       Энджел посмотрел на поляну, и от туда начал выстраиваться кирпичный домик. Тот самый домик, где сейчас живут друзья Энджела — Чарли, Вэгги, Аластор и Хаск. Уж до боли он скучал по ним, и хотел вновь с ними объединиться. — А люди? — посмотрев вокруг, парень обратил внимание на проходящих мимо «граждан». — Это их проекция, они... — Тоже строятся из воспоминаний? — перебил блондин свою маму догадкой. — Да, но ты можешь делать с ними все что угодно. Ты можешь дать им новый характер, новые воспоминания и новый психологический паспорт. — М-м, даже так...       Энджел очень резко напрягся и очень пристально смотрел на дом, откуда стали видны тени четырех людей. — Ты очень напрягся, когда строил дом, и еще больше, когда возводил проекции. Ты создавал что-то… Знакомое? — Ага...       Энджел направился в сторону дома, и когда дошел, открыл её. Он вошел и увидел Вэгги, которая что-то делала на кухне.       Хаск же сидел на диване, как и всегда. Но здесь он выглядел очень опрятным, и чистым. А читал он какую-то книгу. Аластор и Чарли же сидели за кухонным столом, что-то бурно обсуждая. Они остались без изменений. — П-привет...       Пауку было очень неловко разговаривать с той, с которой только недавно прощался при смерти. — Привет, дорогой! — отвлеклась на секунду Ваггата, чтобы посмотреть на блондина, а после она вновь отвернулась к еде. — Ты что-то… Готовишь? — Твой любимый салат, как ты любишь! — эта проекция говорила слишком наиграно и неестественно, словно неуклюжая актерская игра начинающегося студента. — Но я... а как ты...       В дверном проёме дома стояла мама Даста, которая наблюдала за происходящим. Как Энджел начал отходить, Вэгги снова начала резать салат. — Они знают обо мне то, что я не рассказывал... — Ну да. Ты сделал эти проекции так, как ты хотел. Ты захотел, чтобы она начала готовить салат, она и начала. — А если к нам попадет настоящая Вэгги?       Мать сначала долго думала, но после чего ответила: — До того, как ты сюда попал, я построила твою проекцию, и... как только эта проекция пропала я сразу поняла, что появился настоящий человек, по кому образу я строила проекцию... — То есть, если Вэгги сюда попадет, то— — Эта проекция испарится. Но скажу точно, она тут не появится. Это невозможно, потому, что в чужой Лимб не так-то просто попасть. Могут только родственники. — А как ты сюда вообще попала?       Мать очень долго думала и мешалась, стоит ли рассказывать сыну что-то. Но долго подумав, она сказала: — Да в Раю нагрешила, чтобы тебя увидеть. Знала я, что в Аду будешь мучаться. А меня в эту тюрьму засадили.       Женщина слишком быстро тараторила и так же быстро ушла из дома, не желая продолжать разговор. Даст остался один вместе с людьми, которые наполняли этот дом. С куклами, которые будут вести себя так, как хочет он.