#25 Альберт Рейн.
22 сентября 2023 г., 09:00
Если дать человеку слишком много власти и возможности, ему вскоре всё надоест. Он купит и сделает всё, что он захочет. Предел лимитов и возможностей будет достигнут тогда, когда этому человеку будет совсем нечем заняться.
Так было и с Энджелом Дастом. Он понимал, что всё в Лимбе — неправда. Люди действуют только так, как хочет этого блондин. Все люди как под копирку друг другу, ничем не отличаются. Давать каждому свой характер? Слишком скучно. Строить всё, что захочешь? Уже понастроил, и тоже стало скучно.
Сейчас парень просиживал свою пятую точку в парке. Там, где он раньше часто гулял с «родителями». Хотя он помнил об этом мало, но его мать сильно постаралась над тем, чтобы возвести это заново.
И всё же, если отбросить мысли того, что этот мир нереален, то он, по крайней мере, очень реалистичный. Хотя большинство из людей были копией самих себя, то некоторые были особо детализированы.
Напротив озера, около которого сидел Даст, мальчик забирал воздушные шары у продавца, который надувает их за деньги. Ещё дальше гуляет компания студентов, что только закончили учебный день и идут развлекаться.
— Ухм... Сука!.. — громко ругнулся проститут, всё ещё сидя на скамье.
Прохожие то и дело, что оборачивались на него, но шли дальше по своим делам, забывая об этом. Ведь какое им до этого дело?
— Так вот, о чём Бог, да? — парень вскочил со скамьи. — Хочет, чтобы мои мозги отсохли и сдохли здесь?
Если прошедшие 12 дней в Лимбе, в то время как в реальности всего сутки, для парня казались невыносимой пыткой, то он не понимал, как с таким справлялась его матушка, проведя в этом ужасном месте более трех веков нынешнего времени.
— Да пошло оно всё нахуй, блять!
Блондин все ругался без конца. Он стал пинать всякий мусор, что лежал на асфальте. Посторонних «зевак» все больше оглядывалось на него. Но никто не снимал происходящее на телефоны и не пытался остановить парня. Это и понимал сам Энджел.
— Да что вы уставились, уёбки?! — реакция проекций очень сильно раздражала парня. Как можно сильнее замахнувшись, он ударил своим кулаком по одному из невинных прохожих, что смотрели на бушующего Даста.
Удар прошёлся по кому-то, кто был очень похож на сотрудника офисной компании. Очки бедолаги полетели на пол, с треском разбиваясь.
Парня было не остановить. Следом он ударил ещё прохожего, который так же упал на землю, держась за свой поломанный нос. И если раньше проекции не выражали никакой реакции, то теперь все, кто были в парке, одновременно остановились. Их пристальные, и очень подозревающие взгляды держались на блондине.
— Ха?.. — такое действие очень сильно взволновало парня, ведь раньше он не видел их иной реакции. — На что вы зырите, ублюдки?
Среди всей вымышленной толпы, парень разглядел бегущую к нему мать. Её не на шутку взволновали поступки Даста. Подбежав к своему сыну, та спешно отвела его из парка.
— Э?.. Чё такое, мам? — спросил парень.
— Что ты натворил, боже!!..
Женщина очень торопливо уводила юношу из парка. Словно он натворил самые ужасные вещи. Хотя так и было, но с точки зрения морали, бить своё же воображение — не под запретом.
— Да что такое-то? — никак не унимался блондин.
Как только женщина убедилась, что они отошли на безопасное расстояние, она, с облегченным вздохом, повернулась к сыну.
— Не делай так больше. Проекции очень агрессивно относится к чужим людям.
— Так, погоди, я не гость какой-то там, а считай, уже покровитель их. Принц или типо того…
— Нет. Не в том смысле. Если ты делаешь что-то против них, они считают, что ты чужой в этом Лимбе. У них так заложено, что они не должны подпускать кого-то чужого. Тебя могли—
— Растерзать на куски? И что бы было?
Парень не получал до этого внятного ответа о том, что бы было, если он погиб в Лимбе. Женщина точно знала ответ, но не торопилась делиться им с юношей.
Неожиданно, она достала кое-что из своей сумки, протягивая это Дасту. Это было похоже на красную игральную кость. Только цифра «5» повторялась два раза.
— Это поможет тебе. Когда ты вернешься... — её слова звучали твёрдо, как факт. — ...Ты будешь теряться в настоящем мире. Запомни, что в реальности эта кость никогда не упадёт на цифру «5», но в Лимбе она будет падать только на эту сторону.
Парень очень неуверенно забрал своими пальцами с рук матери игрушку. Назвать это игрушкой было сложно, поскольку парень не до конца понял её смысл.
— То есть, в Лимбе только «5», а в мире… Другое?
— Так и работает этот тотем.
Обозначение такого предмета, как игральная кость, тотемом, звучало немного смешно для Энджела, даже при его нервном состоянии. И он очень предвзято подумал в сторону предмета, окрестив его игрушкой, когда тот являлся прототипом навигатора для бродящих по Лимбу, что запутались в сути этого мира.
Проще говоря, из любого предмета бродящий может сделать свой собственный тотем. Таким образом не сойдёт с ума и не спутается между реальным миром и Лимбом.
Миры похожи, но в тоже время разнятся своей оболочкой, в Лимбе которой бродящий может забыть даже собственное «Я»...
***
Чарли проснулась ближе к вечеру, что не удивительно, ведь за последние бессонные сутки она сильно вымоталась. Она надела тапочки и неторопливо спустилась на первый этаж, где, на её удивление, находились все жители дома, хотя время было всего восемь утра. Последние дни выдались напряженными, но все делали вид, что ничего не было. Все продолжали чем-то заниматься. Хаск сидел на диване, как-то неохотно выпивая пиво и смотря в монитор телевизора. Аластор читал очередную книгу, Вэгги сидела в кресле. Как день сурка, честное слово. Разумеется, отсутствие Энджела Даста чувствовалось. Словно из небольшого пазла убрали важную деталь. Чарли подошла к Вэгги. На ее лице не читалось ещё, как казалось, позавчерашнее горе. Обычное спокойствие. На деле, сероволосая пыталась не думать о произошедшем, стараясь отвлечься на что-то другое. — Кхм, с утречком... — мягко начала Шарлотта, чтобы не напугать подругу. — Ты в порядке? — На самом деле не очень. Сама как? — одноглазая отложила книгу текстом вниз на диван, слушая Чарли. — Я тоже... Морнингстар присела рядом с подругой, откидываясь на спинку дивана. Взор её устремился на потолок. — Просто... Я не думала, что терять друзей так... Сложно. Я очень странно себя чувствую. От слов блондинки, скулы Ваггаты напряглись. Она так не хотела думать об этом, но увы, от этого не убежать. Она старалась говорить максимально спокойно и хладнокровно, стараясь заглушить свою боль. — Ага... — сероволосая тоже откинула голову назад, смотря в потолок. — Даже неизвестно нифига, что это за Лимб такой. И ещё херов ангел, бесполезный кусок го— Но продолжить свои мысли девица не успела. За спинами девушек послышался глухой звук, похожий на тот, при котором тело падает на пол. Хаск, посмотревший им за спину, устало ругнулся: — О-о, святой кретин вернулся. Девушки мигом одновременно обернулись и увидели перед собой фигуру ангела. Он, как и всегда, выглядел очень спокойным. Его красивые и острые глаза светились золотым светом, а нимб над головой, что ранее демоны не видели, отражал свет солнечными бликами. Парень осмотрел всех в помещение, изгибая бровь, и спросил бархатным голосом: — А где ещё один? Хаск встал с дивана и молча пошёл на кухню. Через секунд десять он вернулся с Аластором, который улыбался до самых ушей. Ничего хорошего такая улыбка из множеств вариаций подобных не сулила. Пока все ждали двух мужчин, блондин практически неотрывно смотрел на Чарли, но без лёгкой улыбки, как в прошлый раз. Он был очень задумчивым. Вэгги смотрела то на подругу, то на ангела, с ярко выраженным удивлением. Но когда ангел резко перевел взгляд на сероволосую, той стало не по себе. В его взгляде читалось презрение и откровенное осуждение девицы. Всё это было странным, но еще загадочнее то, что одноглазая... Как будто понимала причины этих чувств? Наконец Аластор сел на диван рядом с Хаском, нагло забрасывая ногу на ногу. — Уважаемый, Вы заявляетесь к нам уже второй день подряд. А с учётом того, что Вы наш, как сказали, «куратор» я бы очень хотел узнать ответы на некоторые интересующие не только меня, но и моих соратников, вопросы. Говорил Аластор наблюдая за тем, как парень рассматривает девиц. Ему это очень не нравилось, поскольку не полностью доверял святому. — Для начала — зовут меня Майкл. Мой позывной «Протекторат-86». Я агент специального парадизского отряда, как бы смешно не звучало, «Протекторат». Меня поставили на вашу защиту и благополучие, чтобы не случилось... То же, что случилось с вашим другом. Тембр голоса ангела был спокойным и басовым. Это вселяло надежду на то, что он поможет компании с Энджелом. — Какой ахуенный кадр. Вот прям ебать мой хуй, защищал круто, — громко выругался кот, что был явно недоволен работой их куратора. — ...Это будет первый вопрос, на который я отвечу, — с иронией сказал юноша, беря себе стул и садясь напротив ребят. — Как вы уже знаете, на вас планировалось покушение. Нам известны лица, и ведем работу, чтобы найти их. Группа лиц саботировала множество... Скажем, «событий», из-за которых наш отряд разделился, и ваша защита ослабилась. Но прочитав сон вашего друга Аластора, мы выяснили, что будет. И как понимаете, практически предотвратили инцидент. Кстати, друг мой, спасибо Вам за ваше ведение. Блондин мило улыбнулся Аластору, а улыбка последнего стала только больше. Не ясно, была ли ирония в словах Майкла, или нет. — Все, кроме самого заказчика, были задержаны и ликвидированы на месте. Помните ли Вы, Хаск, — парень повернулся к бармену: — как снайпер застрелил одного из них? Моя работа. И поскольку из-за наших просчетов мучался ваш товарищ, мы приняли решение усилить вашу охрану. Пока добавить мне нечего, вы можете задать— Голубоглазый не успел договорить, как резко ему задал вопрос Аластор: — Были задержаны все, кроме заказчика. Вы ведь знаете его. Кто это был? Что ему нужно? И откуда у меня ведение? — Ваше ведение... — Майкл облизнул свои губы, пытаясь подобрать правильные слова. — Чутье, что было у Вас в Аду. Вы наверняка знаете и читаете людей, как открытую книгу. Я читал ваше досье, я знаю. Вы чувствовали опасность. А вот заказчик... Восемьдесят шестой выдержал паузу. Есть некоторые конфиденциальные вещи, о которых разглашать он не мог. То ли ради их безопасности, то ли чтобы не разгорелся новый конфликт. — Тут всё не так просто. Есть человек, что желает заполучить душу и тело Шарлотты Морнингстар. От части, Вы здесь и находитесь. Прошу прощения, большего сказать я не могу. Хотя его ответ вызывал больше вопросов, чем давал ясности, Аластору этого хватило, чтобы он успокоился. Чарли же, заметно напряглась. Она не может спросить подробнее, ведь понимала, что не получит ответа. Ей стало страшно, потому что сейчас она была уязвима как никогда раньше. — Как нам вернуть Энджела Даста? — задала свой вопрос Вэгги, которая ждала ответа на него больше всех. — Чтобы вытащить его из Лимба, вам понадобятся специальные предметы. Так как, мне приказали помогать вам, то я смогу вам принести их, и, соответственно, вернуть. — А просто умереть, нет? — раздражительно спросил Хаск. — Умерев вы попадете в свой Лимб. Это не сработает. — Свой Лимб? — вновь спросил Хаск, но его вопрос проигнорировали. — Так, хорошо, а как нам попасть в этот мир? — задавала вопрос одноглазая, пытаясь разузнать побольше. — Вам нужна книга и кинжал Альберта Рейна. — Кого? — переспросила Ваггата. — Для начала, я вам расскажу, как был открыт Лимб...***
FLASHBACK 1861 Светлое, даже слишком ослепительно белое пространство с ампировыми и мраморными зданиями расстелилось на километры, окружённое тут и там пушистыми облаками, словно они служат заборами на растилившихся улицах. Привычная для всех здесь трогательная сердцу мелодия доносилась отовсюду, на каждый угол улицы, в то время, как проходящие и пролетающие мимо существа не очень громко перебивали её, беседуя между собой, зная, что лелейные звуки часть их города, и фоном мелодия играет всегда, вне зависимости от местоположения источника звука. Большинство точно и не знали его, но думали на чудесную руку Всевышнего. Человеку или демону такая сияющая красота резала бы глаза, а то и подавно бы ослепила. Но местным жителям подобное явление было домом, и сияние окружало их в этом месте очень давно... По одной из таких белоснежных улиц шагали трое мужчин. Они что-то бурно обсуждали, моментами отвлекаясь на прохожих, перекидываясь с ними приветствиями. — Утра, господа! Хорошего вам дня! — с улыбкой сказал один из мимо прошедших. — Утреца, друг мой! Сегодня пожелание нам пригодится, — тепло поприветствовал его шатен в очках, именующий себя Филлис Моррисон. — Здравствуйте, любезный, — также само поздоровался второй мужчина, вскинув делового вида шляпу. Грегори Гриффин был низкого роста, кожа его смуглая, а из под белой шляпы выступали черные волосы, и такая же квадратная борода оттопырилась на подбородке. — Вам тоже благополучия на предстоящий день! — задорно добавил и третий, по имени Альберт Рейн, и дёрнув светлыми усиками, вежливо махнул вниз рукой. Затем троица пошла дальше по извилистой дороге, вскоре добравшись до широкого и позолоченного здания, которое объявляло собой на округу, что вот она — администрация. В просторном зале за обширным круглым столом сидело с десяток херувимов высших чинов, ведя конференцию. Вдруг в двери постучали. — Да, входите, — ответил один из крылатых, с виду похожий на молодого парня с длинными платиновыми волосами. Трио учёных вошли весьма уверенно, на что дисскутирующие херувимы заинтересованно повернули головы к мужчинам. — Вы к нам с новостями? — спросил второй божественный — красноволосый парень, внимательно их оглядев. Филлис прошёлся востребованным взглядом по всем херувимам, и, держа лицо, сказал: — Извините за вторжение, но да, с очень важными. Выслушаете? — Хм, если так, прошу, говорите, — в одобрении махнул рукой первый херувим Темиль. Спустя некоторое время... — Так вы говорите, что попросили у архангела один из его кинжалов, чтобы сделать с ним что?.. После нескольких минут объяснений устами ученых, херувимы задались характерными вопросами. — Сделать из священного кинжала ключ для выхода из Лимба, сэр, — закончил Альберт речь. Наступила тишина. Все крылатые за столом мысленно переговаривались между собой, с абсолютным интересом. — Темиль, — недавно приветствовавший ученых красноволосый херувим Варель обратился к соратнику. — Это нужно рассказать Господу. — Согласен... Товарищи, — после обращения трое мужчин посмотрели на главного. — Если я правильно думаю, и у вас получилось, то... вам нужно в срочном порядке встретиться с ним.***
По прошествию одного дня прославившиеся, в некоторой мере, учёные получили одобрение от Всевышнего на тестирование кинжала, но с предупреждением от него же. Ещё ни один ангел не смог найти выход из «разлома» — в небесных кругах так иногда называли Лимб, по причине его размещения между Раем и Адом. Исключением не был даже сам Бог, тут и он не знал. Сама нужда как для Господа, так и для его посыльных с обычной проверкой в Лимб подразумевала благополучное возвращению посыльных, но этого ещё никогда не было, за исключением единиц ангелов, которым посчастливилось найти выход. Почти всегда их души оставались заточенными в закрытом мире, и их считали пропавшими. От вечного факта «замка без ключа» Бог невероятно скорбил по своим ангелам, однако тут он наконец услышал от учёных — бывших людей — заклинание выхода. Перед тем как предупредить ангелов, Господь уточнил какие действия нужно провернуть с кинжалом, уже находясь в пространстве Лимба. По словам учёных, заклинание требовало нужных слов и пореза вен на обеих запястьях этим же кинжалом. Мужчины также поведали Богу, чем они покрыли кинжал, которым оказался Дифульсин — элемент смеси пыльцы с нимба архангела, и слёз серафима, которого они невзначай попросили поплакать в колбу. Выслушав их, Господь сказал, что при таких стараниях ученые должны быть уверенны в своём изобретении и умах настолько, чтобы после суметь вернуться.***
Ещё задолго до встречи с Богом, один из учёных, по имени Альберт Рейн, с доработанным кинжалом открыл себе вход в Лимб, отправившись сам найти там инструменты для заклинания выхода, который доселе никто из ангелов не знал. Если же выразиться правильнее про суть возможностей закрытого мира, то Альберт вознамеревался сотворить ещё и с помощью собственной ангельской магии дополнительные вещи к заклинанию. Поскольку кинжал даёт возможность лишь войти в свой Лимб, но не выйти. По его просьбе друзья-ученые вынуждены были остаться в Рае, и в случаи чего прийти Рейну на помощь извне. Несмотря на рискованность и одинокий уход в Лимб, они посчитали это разумным, иначе бы при несчастливых обстоятельствах застряли бы там вместе с Альбертом, и даже Господь бы их не вытащил. — Ты смотри там. Хотя мы итак вместе трудились над кинжалом, но вызвался идти один ты, — Филлис передал оружие Альберту для пореза его вен, и готовился с Грегори читать заклинание входа. — Мне хватило духу на это решение. Но это наше общее творение, друзья мои, поэтому на вас возможное спасение. Меня. Рейн забавно усмехнулся, очень несоответственно кропотливой ситуации. — Не дай Бог, — перехрестившись, сказал Грегори. После чего двое мужчин принялись читать текст с книги Рейна, больше похожий на молитву — настолько мелодично звучало — но с несвязными словами. Несвязными они могут быть для человека, но ангелы понимали все слова. В мгновение после чтения, Филлис быстро всучил книгу Альберту в порезанную руку, и тот испарился золотым свечением.***
То, что предстало перед глазами мужчины спустя минуты отправки в Лимб, и стоя уже на его поверхности — уютное местечко. Местечко, что может свести с ума. Повсюду был будто спёртый воздух, но было не неприятно, а даже как-то спокойно. С учётом того, что ангел мог и не дышать, это не было проблемой. Также перед его взором расстелилась знакомая ему улица, а он знал, что Лимб выстраивает пространство на основе особенных воспоминаний хозяина. Вдобавок, в воздухе летало подобие дымки, еле заметной, с падающими на землю лучами солнца. Он знал, что это подобие облаков, полосками кружлявшие вдоль дороги. Сразу же после лицезрения пространства, Альберт почувствовал в руке свою книгу, и взял её поудобнее, в другой держа кинжал. К слову, порезы на руках исчезли. — Ну что ж, была не была... — взглядом он нашёл ближайшую лавочку, и сел нее, раскрыв книгу. Взмахом руки, уже излучающей ангельскую магию, он провёл ладонью прямо по странице, где аккуратным почерком был выведен текст. Для начала нужно проверить теорию, как если бы одно заклинание работало и для входа, и для выхода. — C̍͒ǎń͑imî ṋo͗ ḋ̅ur̎t̓̈ẽ̑s wā kvàp̐̓o̅m̐ m̊ỏin ûrͅuͅț͆ͅ w̚a. Не сработало. Учёный всё так же сидел на лавочке в Лимбе. — Тогда самое время познать всю здешнюю энергию, — произнёс он, положив книгу на скамью, а сам выставил руки вперёд, накапливая свою магию и ожидая реакции частиц пространства.***
К великому чуду, мужчина сумел добиться реакции пространства Лимба спустя часы прибывания в нём. Брожения и глубокая медитация казались ему не такими уж и долгими за усердной работой, когда в реальном мире прошёл уже день. За счёт навострившихся на концентрацию мыслей и скачку его ангельской магии, он заметил, что в голове сложились новые строки текста. При всём этом, ему довелось чувствовать волны на протяжении всего процесса преображения, проходящие по его конечностям. Они слегка покалывали, и что-то сродни импульсов протекали с пальцев ног, по всему телу, к голове. Пелена, что осветила его глаза полностью в светящийся голубой, затуманила взор, но разум оставался ясным, и даже наполнен новым знанием. Поняв, что это то самое, Рейн не медля прошёл обратно к скамье, не шатаясь, когда всё также плохо видел. Нащупав и лавочку, и книгу, он уселся на первую, и попытался отыскать на листах книги закреплённую ручку. Найдя, он без промахов прошёлся ею по листу, записывая размашистым почерком слова нового заклинания, не совсем видя перед глазами, что пишет. После чего зажал ручку между листов, дабы не упала, ангел достал из кармана пальто кинжал, и приставил его к запястьям рук. Взмах одной рукой, и порез горизонтально прошёлся по венам. Второй, уже окровавленной, надрезал первую руку также. Обеими подрагивающими он положил кинжал на страницу книги, и выставил над написанным текстом вновь заискрившиеся руки, зачитывая скорее с головы, чем с листа: — Pű̓r͆o̍t̔ȯ ḏ̚ẹ͊śâẃ̅ ĺ̓ỹ͋p̓ f̆ȃr̂ȉ̅ñ͗ì̀ m͒̃ǒ̋ dḁ̐̏ḿi̊̚ĺ. После, стоит отметить — пропетых слов, его тело прошибло будто молнией, что было даже больно, и на лавочке от него осталась лишь яркая пыльца...***
Альберт Рейн был неуверен в том, что происходит. Он не успел ничего понять, как привычное белое светило райского места заслепило глаза, как в первый раз. К слову, этот «раз» произошел с ним... десятки лет назад? За эти годы, что он попал в Рай, учёный потерялся во времени, ибо на небесах оно просто-напросто не течёт — то есть временные рамки там застывшие, как он слышал от других ангелов. За это же время открыл немало полезного из научного и оружейного, что впридачу доработал архангелам такое как: копья и стрелы, полностью впитавшие в себя священную магию, что были опасны низнаходящимся демонам. Временная пауза сказалась и на зданиях райских улиц, поскольку они оставались в утонченном и роскошном виде, что не прировнять к земным архитектурным стилям. Современность или древность там не играют роли, а он не мог объяснить саму суть времени в Рае. Однако, как неиронично, но время сейчас было важно, и мужчина наконец вернулся на небеса с явным результатом. Не теряя это время, он вновь встретился с Господом, и передал на осмотрение «обновление» святого кинжала, который сменил цвет на перламутровый, и также показал книгу с новым заклинанием. — Это... Обнадёживающе. Альберт, в будущем ты спасёшь этим многие ангельские жизни. Может быть, дашь и людским шанс на милость, — сказал ему Бог, поглаживая кинжал. — Для некоторых я не знаю, куда направить их души, и на это приходится Лимб... Частично не подвластный мне. END FLASHBACK***
Длительный рассказ, что растянулся до вечера, наконец, закончился. К удивлению, все присутствующие внимательно слушали, впитывая больше информации. — Проще говоря, грешные вы мои, по щелчку пальца нам туда не попасть. Нужен еще человек, что достанет другого. Я буду лишь наблюдать, поскольку только у Бога нашего есть возможность влиять на Лимб. Но ему не до этого. Нужно будет прочесть одно заклинание из той книги. После чего порезать вены на двух руках, и только потом душа переместится в Лимб. Все глубоко задумались. Молчание прервалось голосом Ваггаты, что с прищуром смотрела на блондина: — А какой шанс того, что мы действительно сможем вытащить оттуда Энджела? — Там уже все зависит от того, уговоришь ли ты своего друга воспользоваться кинжалом или нет. Смерть для многих страшна и я думаю, что он не исключение. Каждый человек, побывавший в Лимбе, хочет вернуться туда раз за разом. Чем дольше человек в Лимбе, тем самым он начинает перепутывать реальность и сны. Поэтому уговорить его будет сложно. Так же Филлис Моррисон придумал тотем — эта вещь— Внезапно у ангела побелели глаза, Чарли уже успела запаниковать, но через секунд 10 всё стало нормально. — Ох, я прошу меня извинить, меня срочно вызывают, — после этих слов Майкл мгновенно испарился, оставив демонов наедине со своими мыслями.
