#61 Освободите лимб. Часть 2.
18 февраля 2024 г., 10:00
Примечания:
капец вы буйные. читайте наздоровье. вам понравится...)
1 час 39 минут до смерти Шарлотты.
***
— Да блять… – тихо ругнулся ангел, попробовав один вариант из сотни ещё одного антидота. Нервы Майкла были на пределе. В жизни он казался спокойным и слишком интеллигентным, так что слышать его маты было очень необычно. Прошло уже полчаса с того момента, как операция Шарлотты была окончена. Врачи считали, что через полтора часа она умрёт. Журналисты, что были заинтересованы столь необычным явлением, уже столпились около больницы. Заявление главврача о скорой кончине девушки повергло общество в шок. Неужели новая эпидемия ждёт их всех? Столь ужасная учесть, что и случилась с Морнингстар. Никто из простых смертных не знал, что это была специальная отрава, сделанная не на земле. Сказать им об этом никто не мог, да и не было в этом необходимости. Ваггата всеми силами старалась оттянуть время. Охранники не трогали помещение лаборатории только по её просьбе. Несмотря на то, что лаборантам нужно было работать, одноглазой удалось прикрыть своих друзей словами о том, что они из агентства по регистрации токсичных веществ и заболеваний. Аластор пытался помогать как только мог. Он подавал инструменты, и периодически давал дельные советы. Энджел же только и подавал то, сё, пятое и десятое. — Что же в Раю в программу обучения алхимии не входит этот цветок? – решил поинтересоваться радио-демон, пока наблюдал за действиями Майкла. — Этот цветок встречается исключительно в Аду. Никакой торговли, обмена важных вещей и тому прочее нет между нашими измерениями. Колба, в которую они налили содержимое, резко треснула. Всё содержимое пролилось на мраморный стол, прямо на заметки Майкла. — Да сук…! — уже замахнулся блондин, чтобы одним движением снести все предметы, что находились на столе. Он вовремя взял в себя руки, поняв, что этим он ничего не добьётся. — Ладно... Адама пережили, и эта хрень не по зубам. Энджел, что стоял у окна около закрытых жалюзи, посмотрел через плечо в сторону кричащего ангела. — Бедняжка. Хочешь минет сделаю? Расслабишься там... – с ухмылкой спросил он, пальцами раздвигая "лесенку", чтобы краем глаза посмотреть, что происходит на улице. – Народу на улице жопой жуй. Так все и хотят узнать, как умирает Чарли… От его слов тоска прокатилась по душе каждого из находящегося в помещении. Самое ужасное, так это то - что цветок почти полностью был выжатым. Для его регенерации нужно было какое-то время. Но "такого-то времени" у компании в запасе не было. Буквально выжимая из бедной розы последние соки, Майкл тяжело вздыхает. — Если проебёмся сейчас… – он решил не продолжать, чтобы не нагнетать и дальше обстановку. Залив жидкость в одну из колб, он открывает одну из пачек препаратов для смеси. — Самое разумное, что мы можем сейчас сделать — вколоть готовый первый вариант антидота. – предложил свою идеи радио-демон, помогая достать упаковки кубиков. — Если мы сделаем только хуже, мы ее не реанимируем человеческим способом. А я понятия не имею, когда будет готов этот вариант, – опроверг его идею Майкл, погрузившись в свои мысли и занимаясь химией. – Тоже самое, что попасть в её Лимб. Мало того, что тяжело уже попасть туда, так ещё нас обучали выстраивать сложнейшие лабиринты в Лимбе, чтобы защитить его. — А Лимб моей мамы был простым. – добавил Энджел. — Ну, за 300 лет проведения там навыки… Ну, не то чтобы потерялись. Скорее, ей это просто не нужно было. Защищать было так или иначе нечего. Твоя мать, Энджел, – обратился голубоглазый, посмотрев краем глаза на того, после возвращаясь к делу, – состояла в нашем подразделении "Протекторат". — Прикольно, конечно. – лишь сказал Энджел, дальше наблюдая за скоплением местных СМИ у входа в больницу. — Мг, ещё как. Курсантка ничего ещё не писала? – спросил Майкл. От такого необычного обращения на него повернулся и Энджел, и Аластор. — Курсантка? – переспросил черноглазый Энджел, прищурившись. – Ты это о ком сейчас? От осознания своей ошибки Майкл тяжело сглотнул, замерев. Впрочем, через секунду он продолжил дальше работать. — Гх.. Прошу прощение, оговорился. Я имел ввиду Вэгги. – продолжил Майк, как ни в чем не бывало. Но Аластор с Энджелом, конечно же, не поверили. Блондин подошел ближе к работающему ангелу, пока Аластор сверлил его своей улыбкой. — Оговорился в плане того, что по привычке её назвал? – спросил паук, наклонившись к лицу Ангела, тоже давя на него взглядом. – Ты чего скрываешь от нас, мудила? От этих вопросов рука Майкла дрогнула. Он переборщил с дозировкой и только его быстрая реакция спасла положение. Введя другой раствор, реакция моментально прекратилась, спасая последние капли положительного сока. — Давайте не сейчас, а? Вы не видите, у нас дела посерьёзнее? – с грубым тоном фыркнул Майкл, пытаясь продолжить дело. — Продолжай-продолжай, друже. Как только мы спасём Шарлотту, мы обязательно зададим тебе пару вопросов. – угрожающим тоном сказал Аластор, расслабленно садясь на соседнее кресло.***
Кровохарканье Чарли давно прошло. Сейчас она сидела у стены, смотря в одну точку пустыми глазами. Память о её друзьях, родителях, почти стёрлась в небытие, как и часть души. Она едва помнила, как попала в Лимб, кто она и откуда. Молча ударяясь головой специально о стенку, блондинка пыталась уже ни о чем не думать. Она приняла участь и тот факт, что, вероятнее всего, она канет в небытие. За её страданиями с неподдельным интересом наблюдал Томас. Он сидел на диване, почти напротив девушки. Она того старательно не замечала. — Я стал понимать, что в тебе нашёл Майкл. – с ухмылкой сказал он, поднимаясь с дивана. – Ты красивая, амбициозная… Кажешься сильной. Но только не сейчас… Чем-то этот длинноволосый напоминал Аластора. Их необычное поведение, подобно хищникам - расхаживать рядом с жертвами, будто бы пугая их. Непредсказуемость - тоже одна из наиболее важных черт их схожести. Никогда нельзя узнать, в какой момент он нападёт… — …Ты сейчас слаба. Ты уже приняла своё поражение, не так ли? Шарлотта перестала биться затылком о стенку. Она молча покосилась на ангела, побаиваясь каждого его действия. — Пх-ах. Господи, твои глаза… – резко ухмыльнулся тот, скрывая свою широкую улыбку за кулаком, – Они всегда выдавали твой страх. Тебя читать легче, чем открытую книгу. Расстояние между ними стремительно сократилось. Страх стремительно брал над собой верх. Чарли отодвигается подальше, но Томас - на два шага приближается к ней. — Не переживай. Скоро всё закончится быстро и безболезненно. С ехидной ухмылкой он уже стоит над Чарли, свысока смотря на неё. Девица упирается в панорамное окно, которое показывала разрушенный мир Лимба. Теперь город, который ранее строила мать Энджела… Теперь был похож на руины. Но руины лежали в форме некого круглого лабиринта. — ..Тебе понравится.. Резко говорит он, в следующую секунду нападая на Чарли. Он валит её на пол, одерживая верх. Он блокирует любые движения, прижимая ее тонкие запястья к горячему от солнца ламинату. — Гх..! – блондинка пытается сопротивляться. Но разница в силе была колоссальной. Она ничего не могла противопоставить ему. Но что-то сделать и смогла - в какой-то момент Шарлотта пинает ногой его в бок, пытаясь тоже одержать преимущество. Бой набирает обороты. Томас принимает грубую силу, ударяя девушку по челюсти. Пока она была дезориентирована, он поднимает ее с пола, оказываясь сзади неё. — Сопротивление бесполезно… – соблазнительно шепчет фиолетововолосый ей на ухо. Его рука разрывает верхнюю одежду Чарли, оставляя ее торс в одном топике. Его пальцы грубо и больно сжимают её грудь. Пока лицо Чарли сморщилось от боли, Томас, кажется, наслаждается этим прикосновением…***
*** 26 минут до смерти Шарлотты. ***
Чувство, что время поджимает - невероятно давило на мозг Майкла. Он старался сделать всё возможное, чтобы как можно скорее доделать антидот. Аластор и Энджел очень нетерпеливо ждали конца приготовления. На любую просьбу ангела - что-либо подержать или принести они отзывались мгновенно, чтобы ускорить процесс. — Сколько ещё? – спрашивает Энджел, подавая в руки Майклу очередной инструмент. — Немного… Я на финишной прямой… – сказал он, аккуратно разрезая долю таблетки надвое. — Нет, – сказал Аластор, стаскивая готовый антидот с ядовитым соком со стола, – больше ждать нельзя. От этой наглости Майкл разозлился. Он было уже хотел наорать на радиоведущего, но тот оказался быстрее и за секунду испарился из лабораторной, убегая в сторону палаты Чарли. Многие врачи были на выступлении главврача больницы, что с большим прискорбием сообщал о плохих новостях, касающихся самочувствия Морнингстар. Выступления Джонатана, как главврача - всегда были завораживающими и интересными. Отчасти, это было ему на руку. Ваггата в палате была одна, держа за руку свою подругу. Увидев Аластора - в её серых глазах загорелся лучик надежды. — Это худший вариант антидота. – говорит он, передавая ампулу в руки Ваггаты. От этих слов она окончательно померкла. Вера в то, что этот пузырек спасет жизнь их подруге - почти испарилась. Но стоять и смотреть более нельзя было. В физраствор капельницы врач вставляет иглу, начиная вводить то, что сделали парни. Поначалу, датчики не передавали никаких изменений в организме девушки. Но уже в следующие секунды приборы, показывающие её давление, мозговую активность и её пульс в мгновение ока стали выдавать четкую и ровную полоску на экране, сопровождая это надоедливым и ужасно-бесячим писком. Цифры ноль сопровождали это на мониторе. — Блять! – крикнула та, в спешке выбегая в коридор. – Мне нужна реанимация! Срочно!! Кричит она в холл. Медсестры подбежали к стойке регистрации, беря стационарный телефон в руки. Ближайшие медперсонал подтянулся к палате. Аластор отошел в сторону, холодным и уже бесящим взглядом смотря за хаосом.***
— Реаниматологи, код синий, палата 7. Реаниматологи, код синий, палата 7. – слышится голос из динамиков, что отдавал четким эхом. Майкл оторвался от своего дела, смотря в колонку, откуда только был звук. Его острые глаза прищуриваются, осознавая неизбежное. — Это чё значит? – спрашивает Энджел, опираясь локтями об стол. — Если потребовали реанимацию… Значит, мы всё же убили её. – сказал Майкл, томно выдыхая. От его слов Энджел напрягся, в ужасе смотря на Майкла. С трудом сглатывая слюну, он поднимается со столешницы. — Давай же… Дай мне реакцию, пожалуйста… – молит Майкл колбу, в которой жидкость поначалу была темного желтого цвета, с каждой секундой становясь всё темнее. Но такая реакция была слишком медленной.***
Томас продолжал "прелюдию" с бедной Шарлоттой. Его руки едва не раздирали её белую кожу, пока он исследовал, если можно так сказать, её тело внизу. В какой-то момент, Морнингстар перестала подавать признаки сопротивления. Поначалу Томас подумал, что она сдалась, принимая свою участь. Её руки опустились, а глаза оказались прикрытыми. Он решил полностью избавить девушку от одежды, чтобы продолжить с ней развлекаться, как с игрушкой. Но неожиданно, та выпала из крепкого хвата ангела, падая на пол. Это было странно. С тем учетом, что руки длинноволосого обвивали всё тело блондинки. — …Ха…? – с отдышкой спрашивает будто себя, недопонято смотря на тело упавшей девицы. Она выскользнула из его рук… Прошла насквозь. Она потеряла свою материальную оболочку. Через секунду она постепенно стала превращаться в белую пыль. Солнце особенно подчеркивало очертание каждого "праха" её тела, когда та испарялась. Пока Томас пытался одуматься, тело Чарли полностью оказалось испарённым, превратившись в пепел. Теперь в этой комнате он был один. — Как-то рановато. Неужто её добили свои же друзья? – задаётся он вопросом, присев на корточки, осматривая оставленную горстку пыли на полу. – …Не могли ведь её тупые друзья спасти её…***
2 минуты 52 секунды после смерти Шарлотты.
Джонатан выступал перед прессой. В его лицо то и дело лезли микрофоны корреспондентов, что пытались уловить четкий звук его голоса. Как бы это не раздражало, приходилось сдерживаться от ярых порывов накричать. То и дело, с толпы слышались вопросы, вроде: "что нас ждет?", "насколько это опасно?", и прочие. — […]Я вас уверяю. Прошу, будьте спокойны. Это не вирус, и никакой не… Договорить ему не дал санитар, что выбежал к главврачу, что-то очень быстро тараторя ему на ухо. Тот лишь с шоком посмотрел на него, и, ничего не сказав прессе, убежал внутрь больницы. Это странное поведение мужчины в одно время и заинтриговало общественность, и в то же напугало. Реаниматологи пытались завести сердце Чарли вновь. Медсестры вводили растворы в её тело, врачи подавали разряд тока в её тело через дефибриллятор. Но ничего не помогало. Аластор стоял у входа в палату, смотря в окно за действиями врачей. Его улыбка спáла до минимума. Рядом стоящий Хаск с ужасом и волнением кусал пальцы своего кулака. Там же Вэгги с ужасом смотрела за действиями докторов, что пытались продлить жизнь Чарли. Она обняла себя руками. По ее щеке скатилась одинокая слеза. Неужели, это конец? Никто не пожелал бы такой девушке столь мучительные испытания. Её борьба завершится здесь, и сейчас. Но громкий бег тяжелых ботинок вернул её в реальность, заставляя обратить на это внимание. К ней бежал Майкл, держа в руке уже готовый шприц. По активно выходящим пузырькам в жидкости было видно, что антидот ещё не был полностью готов. — Готово! – крикнул он, передавая его Ваггате. Та несколько секунд осматривала предмет в своей руке. Далее она вошла в палату, отодвигая перед собой реаниматологов. Под шумы врачей и их суету, она ввела жидкость в тело Чарли. Из-за высокой плотности содержимого пришлось постараться быстро ввести антидот в организм. Но ожидаемых результатов не было. Та же полоса, с тем же звуком. Ощущение, что Аластор собственноручно добил Чарли ужасным вариантом антидота не покидало ощущение всей группы. — Всё, хватит… – сказал главврач, перестав делать массаж сердца. – Пора объявлять. Все врачи отошли от тела Шарлотты, в одну секунду смотря на часы, что висели над ее койкой. Как бы не хотелось воскликнуть Вэгги, как профессионал, она понимала - что теперь всё точно бесполезно. Чувство бессилия перед этим пожирало Ваггату изнутри. — Время смерти 12 часов 27 ми- Не успел сказать он, как неожиданно для всех Шарлотта поднимает голову с подушки. Резким движением она срывает датчики дефибрилятора на своем теле, капельницы и катетеры, присаживаясь на постель. Делая глубокие вдохи, она с ужасом смотрит в стену. Зрачки сужены до минимума, а её глаза широко распахнуты, будто в ужасе. От такой неожиданности все в комнате дрогнули. Кто-то схватился за сердце, кто-то с ужасом смотрел на "воскресшую" Чарли. Чарли взялась за свое горло, впервые почувствовав свежий, не удушающий её кислород, что приятно наполнял тело. Сразу же подбежали Аластор, Энджел, Хаск, Майкл, окружив ее со всех сторон. Чарли прижимает свою голову к пиджаку Аластора, начиная сначала тихо, но с каждой минутой только громче рыдать. Своим маленьким кулаком блондинка сжимает края одежды Аластора. Память к ней вернулась не вся, но чувство нечто родного, очень близкого дало понять девице, что она была в руках надежного для неё человека, что не причинит ей больше вред. Аластор присаживается рядом с ней, приобнимая её. Свою ненависть к тактильности в этот момент он позабыл - счастье и радость заполнили его. Маньяку, что был убежден, что он никогда не сможет такое почувствовать вновь. Хаск всё еще в шоке смотрел за живой Принцессой, не скрывая свою улыбку - нечасто он ярко и по-настоящему улыбается, радуясь за кого-то. Майкл с облегчением тоже смотрел за ними. Энджел поджимал губы, чтобы не расплакаться от такой прекрасной картины, что, наконец, могла согреть его душу. Вэгги пришлось воздержаться от эмоций, чтобы не выдать себя за близкого человека Чарли. Им было всё равно, что вокруг них стоят врачи, которые были в шоке от происходящего. Почти умерший мозг, легкие… И Чарли, будто действительно воскресла. Она же продолжала громко плакать в ткань одежды Аластора. Её слабый хват едва ли не рвал прочный лацкан радиоведущего. После мучительного пребывания в Лимбе чувство свободы казалось очень прекрасным ощущением. Тот Ад, что был с ней, наконец, закончился. Демон поглаживал голову девушки, тепло улыбаясь. Он прикрыл глаза, наслаждаясь таким надоедливым, но очень приятным прикосновением девушки. — Всё хорошо, Чарли. Ты дома… – тихо говорил он. Кажется, сейчас впервые он говорил тёплым голосом. Не было сомнений, что Демон был невероятно рад возвращению девушки. Камень с его души наконец упал. Но на его место пришел другой груз - ощущения того, что перед ним был золотистый котенок, которого бросили, которого подвергли страшным каторгам...
