Рай или Ад?

— Ну ты могуч, ебучий случай, – тихо ругнулся Хаск, обернувшись на Аластора. – И этот божий сукин сын прав ведь. Ты чего устроил, говнюк?       Теперь уже радиоведущий более злобно посмотрел на бармена, расширяя свою улыбку. Его костяшки побелели, когда пальцы сжимали столешницу кухни. Но на кота такой угрожающий приём не подействовал. — Прав? Этот, блять, прав? – уже встряла в разговор Ваггата, обращаясь к Хаску в высоком тоне. – Да я нихуя не поняла, кто пытался убить нас и Чарли. Аластор один раз просчитался, а вот Майкл… — Ну ты свою пиздакрылку закрой. Твоё мнение я пока не спрашивал. – теперь седоволосый обернулся к девушке. — Эй-эй, котёнок, ты свой рот мылом промой, – встрял в их конфликт уже и Энджел, который долгое время был достаточно молчалив. – Выражение правильные выбирай. — Ой, сука, напугал ежа голой жопой. Эта коза только и может орать на всех. Вы хоть Майкла послушайте, он тоже в этом моменте прав. — Да, и тебе бы лишь скинуть на Аластора вину. Красавчик. – блондин положил руки на стол, слегка хлопнув по деревянной поверхности.       Холодное напряжение перерастало в горячее раз за разом. Неизбежный конфликт был очень близок. Тихие голоса перерастали в более громкие.       Но тихий, едва уловимый скрип лестницы сзади в мгновенье ока заставил всех замолчать и обернуться туда. Лица сразу стали более мягкими.       Придерживаясь перил, слегка пошатываясь, показалась впервые за последние пару недель Шарлотта. Её фигура стала куда тоньше в пару раз, а синяки под глазами болезненно отзывались в душе каждого, кто был там.       Её появление, особенно в такой момент, никто не мог ожидать. Казалось, заточенная в своей комнате она просидит ещё очень долго, не желая никого видеть.       Хотя сама Чарли поняла, что изолировавшись в четырех стенах – ничего хорошего не случится. Её травма благополучно не исчезнет, а прошлое не сотрется.       Поджав свои губы, неуверенной походкой она спустилась на кухню. Было некомфортно чувствовать на себе большое количество внимания.       Уже у холодильника, Чарли взяла свой любимый йогурт, чтобы поесть. Так же выбрав и чайную ложку для него, она тихо прокашлялась. — Ал.. – сначала неуверенно, а затем более спокойно начала говорить она, – когда мы можем выйти на эфир?       Такой неожиданный вопрос застал в первые секунды радиоведущего врасплох. Но собравшись, тот опустил голову. Видимо, ещё от чувства вины, начиная спокойно произносить. — Думаю, завтра. В 11 начинается моя смена. В таком случае, мне следует оповестить начальство. — Хорошо, – тихо ответила она, собирая с собой еду в комнату. – Я так и не смогла сказать тогда… Спасибо вам всем большое.       Мило улыбнувшись, она на секунду положила свою ладонь на плечо Вэгги, пока покидала кухню. От такой неожиданности сероволосая даже дрогнула.       Когда та поднялась наверх, все, будто бы с облегчением, выдохнули. Непонятно, в какой момент появление, казалось, близкого друга - стало нечто необычным для них.       Возвращаться к спору, который прервала блондинка, более никто не хотел. — Ладно, – тихо сказал Хаск, потирая ладонью свой лоб. – Что было - то было. Другой вопрос, который нас всех тут мучает, но не озвучивает: что делать дальше?       Хаск попал в точку. Как все знали, за ними стали более тщательно следить, и за их безопасностью. Но какое-то недоверие к Майклу, после случившегося, было высоким. А с учётом того, что он руководитель "Протектората", что обеспечивает им безопасность, ситуация становилось более удручающей. — Оторвать яйца Эндрюсу и повесить на стену. — предложил Аластор, допив свой кофе. — Что, так и жить, будто ничего не было пару недель назад? – недовольно спросила Вэгги, осмотрев всех. — Ты горишь с энтузиазмом. У тебя есть идеи? – спрашивает шатен, улыбаясь. В ответ он получил одно молчание. – Вот и я о том же.       Далее все разошлись по своим делам. Почти все, кроме Аластора, пошли в свои комнаты. Вэгги удалось немного поболтать с Чарли, а Аластор вышел из дома, устроив себе неплохое развлечение ночью в виде пару десятков убийств…

***

      Рано утром каждый участник дома вышел на работу. Хаска приняли в не самый лучший бар города, но зарплата всё равно была неплохая. Энджел же решил устроиться санитаром в больницу, где работала Вэгги. Медицинское образование не нужно. Главное, что нужно уметь - правильно пользоваться койкой, уметь приводить в порядок палату, операционную, и другое.       Впервые за последние несколько дней весь дом станет пустым до вечера. Наконец, все смогли хоть как-то найти себе хоть какой-то источник финансов, чтобы не сильно зависеть от не очень щедрого Аластора.       Пока Шарлотта шла вместе с Аластором в тишине, мужчина несколько раз подмечал странную и необычную походку девушки. Она была неуверенной, слегка пошатывающейся.       Оно и ясно - Чарли провела слишком много времени в Лимбе, в основном, сидя на полу. Хотя ее физические показатели особо не стали плохими, всё же, год в заточении душевно сказывался на походке.       И впервые они шли плечом к плечу. До этого, между ними было расстояние минимум в метр.       Может, так Чарли чувствует себя в безопасности? Или дело в самом… Аласторе?       Как бы то ни было, идеальную тишину никто прерывать не хотел. Шатен шёл со спокойной улыбкой, веки слегка прикрыты. Его красный пиджак сверкал после ночной стирки.       А блондинка, едва не краснея, цокала своими каблуками по асфальту, пока её рубашка слегка развевалась на ветру.       Наконец, набрав в грудь побольше воздуха, девушка решила первой заговорить, прерывая тишину: — Я слышала ваш разговор вчера… С Майклом, – тихо говорит она, неловко смотря на спутника. – Ты правда… Ввёл мне…?       Аластор на это ответил и вроде уклончиво, а вроде и решительно. — Да. Возможно, я подверг тебя опасности, что было бы недопустимо. Но всё же…       Договорить ему не дали: — Всё хорошо. Я... Я понимаю, что ты делал это из-за того, что боялся потерять меня. – необычно тихим, и почему-то милым голосом говорила она.       Аластор вопросительно взглянул на Шарлотту, не ожидая такой спокойной реакции от неё. — Я ведь в порядке, не так ли? – с усмешкой спрашивает она, очень слабо пиная своим локтем в бок мужчину. – Спасибо, что старались ради меня.       На это радиоведущий решил ничего не отвечать. Не потому, что в ответе не было нужды… А потому что ничего сказать он не мог на это.       И хотя поведение Чарли стало подозрительно милым, шатен не решался более провоцировать своими расспросами бедную девушку. Он был уверен, что она итак знает о последствиях пребывания в том мире.       Но странное чувство не давало покоя демону. Слишком... необычно было находиться рядом с Чарли. Нет конкретной причины таким ощущениям. — Я написала стихотворение, в том Лимбе. – она поворачивается к Аластору, всё ещё держа ровную улыбку. – Когда я его писала, я не помнила ваши лица. Образы... Просто потерялись. Но больше остальных я помнила тебя...       Держа в руках сверток со стихом, который Чарли раз за разом писала уже после Лимба, она прижимает его к сердцу. Этот лист бумаги с небольшим текстом даёт тепло душе Чарли. — Благодаря ему я не сошла с ума. – всё ещё тепло, но в то же время грустно улыбаясь, продолжила она, идя шаг в шаг за Аластором, не отставая. – Твой образ в памяти храня... Я жила, там, лишь для тебя.       Прикрыв свои глазки, она улыбается. Аластор вопросительно, с неясной улыбкой наблюдал за речью Чарли.       В этот момент она оступается. Каблук наступает на щель в асфальте, из-за этого Шарлотта начинает падать лицом вниз.       Но молниеносная реакция клубничного сутенера предотвращает падение принцессы. Он ловко ловит её, слегка пригнувшись к ней.       Их поза выглядела так, будто они были на фигурном катании - когда один партнер нагибается к другому, обвивая своей рукой талию девушки, а расстояние между их лицами минимальное.       Блондинка чувствует прерывистое и слишком частое дыхание Аластора. То ли от перепуга того, что она могла вновь пострадать, то ли от того, что говорила ранее. — Ты не представляешь, как сильно я волновался... – тихо молвит ведущий, не выпуская из рук Чарли. Улыбки почти не было на его лице, лишь слегка приподнятые уголки губ. Дыхание такое же нечеткое, отчего воздух из его рта распространяется на бледной коже блондинки будто с задержкой. – Я... Очень сильно... Скучал... Хотя прошло всего несколько дней. Но я знал, что ты пробыла там год. И я чувствовал этот разрыв так же, как целый, сука, год...       Но в следующую секунду он ставит девушку вертикально на асфальт, а сам поправляет свой пиджак. — ...Но раз всё хорошо, то больше нет повода для беспокойств. Нужно торопиться.       Сказал он, спешно разворачиваясь и идя в сторону студии, все еще нервно поправляя свою одежду. Чарли еще немного смотрела на его спину, походку, обдумывая его слова. Теперь мужчина вел себя так, будто этого необычного диалога только что не было...       На секунду он открылся ей? Уже неважно. Сначала Морнингстар вопросительно и непонимающе смотрела на отдаляющуюся фигуру, но потом мило усмехнулась с его поведения... — Тот самый Аластор, что никогда не покажет себя... "Жестокий убийца, сердце моё покорив".       Думает про себя девушка, начиная догонять Аластора с той же непринужденной улыбкой. В голове так и крутилась строчка из её же стихотворения.

"Жестокий убийца..."

"...Сердце моё покорив..."