Связь

Рассвет эпохи связей.

Так называют время, которое наступает на планете. Время перемен, время обмена опытом, время кардинальных изменений, время объединения — время связей. Вы спросите: да что тут происходит? А происходит величайшая смена системы ведения внешней политики. Если раньше правители всех стран встречались только для того, чтобы согласовывать новые установки касательно того, что не будут вмешиваться на чужие территории, то сейчас правители устраивают для пресс-конференций акт «пожать руку в знак примирения» на трансляции, доступной для всего мира. Конечно, в такой обстановке нас интересует не политика, а то, что вытекло из неё. Закрытые страны шли по собственным путям. Кто-то развивал технологии, кто-то вложился в животноводство, кто-то усилил сферу услуг, кто-то расширил рынок, кто-то разделил страны на княжества, кто-то достиг нейротехнологий, а кто-то… кто-то просто достигает всего вышесказанного, но в своём медленном темпе. Нужно принять во внимание то, что люди из разных стран устроены отличительно.

Совсем по-другому.

Тэхёну чётко сказали: «нужно отхватить себе самый лучший союз». Он следует установке, сканируя присутствующих взглядом. Они находятся на вечере по случаю успешного подписания всемирной декларации. Обычный приём для знати со всех стран. Конечно, для тех, у кого есть понятие «сливки общества». Тэхён видит дам в красивых платьях, длинных и коротких, тёмных и цветных. Мужчины тоже иногда в длинных робах. Он осматривает каждого, определяя, какие украшения ценятся, что за ценность у государства и какие у них представители общества. Наверное, Тэхён привык к тому, что изыск — это утончённая красота, гладкая и белая, как жемчужина. Именно поэтому Тэхён удивлённо выгибает бровь, смотря на парня, который тянет в его сторону бокал, чтобы поговорить. У него на губе металлическое кольцо. Над бровью тоже что-то металлическое, продетое в кожу. В ушах сияющие серьги, как у девушки. На нём свободная майка, из-за чего Тэхён видит, что у него набита татуировками рука. Весь рукав. Его колени видны из-за порванных джинс. Тэхён хочет спросить: «Вы поранились?». На автомате. Но колени в нормальном состоянии. Разве что румянец на них виден из-за молочной кожи. Тэхён обескуражен. — Ох, я засиделся у… Фумио, вроде, — указывает на мужчину позади. — Сидеть на коленях неудобно. Он обращается к нему. Тэхён выпрямляется, стараясь выглядеть серьёзным. — У Вас так не принято? — Я уважаю чужие традиции. Почему бы и не сесть, чтобы поговорить? — парень улыбается. — Моя страна тебя наметила. Я просто подошёл сказать, что искренне заинтересован, пока алкоголь позволяет мне болтать. Тэхён вздрагивает от сказанного. Он хмурится, смотря на парня. Никакой формальности. — Вы в своей стране представитель знати? — Тэхён удивлён. — Да, — тот смеётся. — Я сын министра культуры. — Министр? — А, — парень щурится, проводя параллель, — если судить по вашим классам, то я что-то вроде герцога. — Не может быть, — Тэхён шокирован. Как герцог может выглядеть… так? Он мог быть собраннее. Надел бы не рваную одежду, что-то посолиднее. Краше. — Вы… — Тэхён не находит подходящее слово, — специфичный. — Да? — тот щурится, снова улыбаясь. — Чонгук, — протягивает руку. Но… он протягивает тыльной стороной. Так делают в стране Тэхёна дамы. Тэхён поэтому не знает, что делать. Он надеется, что в традициях Чонгука это тоже как-то обговорено, так что поднимает свою, осторожно взяв за пальцы, чтобы наклониться и оставить поцелуй. Рука пахнет нежно, как мыльное средство с цветами, никакой едкости. — Это было приятно, — Чонгук потирает ладонью шею. Он поджимает губы. — Вы, должно быть, привыкли к этому от знакомых людей? — Нет. У нас не целуют руки. Тэхён мрачно смотрит на улыбающегося и светящегося Чонгука. Тот смеётся, хлопая его по плечу. — Брось. Это правда было мило. — И почему тогда Вы протянули её так? — Хотел посмотреть, что ты сделаешь, если это будет мужчина, — Чонгук снова щурится. Тэхён из их короткого общения уже усвоил, что подобный жест явно не к добру. — Ну, реакция меня вполне устраивает, — Чонгук облизывает губы. — Ещё увидимся, Тэхён? — Откуда Вы знаете моё имя? — Тэхён хмурится. Но он при этом чувствует, как бешено и в беспокойстве бьётся сердце, когда Чонгук шепчет, наклонившись и почти касаясь губами уха: — Конечно, я знаю имя самого сексуального посла. Тэхён вздрагивает. Он резко поднимает руку, хватая парня за плечи. Чонгук не дрожит. Он просто смеётся, смотря в глаза Тэхёну. Это грязно — намекать на то, что заинтересован в ком-то в таком плане. Тем более, он мужчина. На нём не одежда, а лохмотья какие-то. Дерзость. Непристойность. Бесстыдство.

Дайте Тэхёну два.