волчица и охотница

Ты так честно и складно врешь, на всех земных языках:

''Если ты когда-то умрешь, то умрешь на моих руках''.

Я так честно и складно вру, забывая свои грехи,

Если я когда-то умру, то умру от твоей руки.

Крис бьёт её по лицу: кулаком, наотмашь. Пегги падает на спину, на бетон, локтями. Она не даёт сдачи, только смотрит, светит синими глазами и подначивает: — Если тебе станет легче, охотница, ударь ещё раз. У Пегги улыбка в крови: губа разбита, зубы блестят красным. Она дышит неровно и не двигается, выжидает, как хищница. Крис делает шаг навстречу, сжимает кулаки так, что тупые ногти впиваются в кожу. Крис едва держит себя, когда подаёт Пегги ладонь, когда помогает подняться. Хватит с неё и разбитой губы: и та уже зажила. Крис бережно-небрежно смахивает с её лица чёрную прядь: синяк на челюсти бледно-жёлтый, почти бесцветный. Пегги морщится, как будто это причиняет ей боль, но не отступает. Крис злит это до трясучки. Всё её тело — карта шрамов, и Пегги Хейл оставила слишком много из них: шея, спина, запястья, бёдра. На теле Пегги нет ни одного шрама, но дело, конечно, в другом. Это их первая встреча: после пожара, после комы, после смерти Кейт. — Я скучала по тебе, дорогая, — щерится Пегги, преданно заглядывая в глаза. Рука Крис почему-то остаётся у неё на щеке. От Пегги пахнет пожаром, пеплом, землёй и гнилью, она стоит напротив, необузданно живая, бессовестно целая, после того, как целый месяц была убита. Крис своими глазами видела, как Дерек распотрошил ей горло: после такого не живут, а Крис привыкла доверять глазам. Она не спрашивает — как, потому что не хочет знать. Крис видела и то, как Пегги распотрошила горло Кейт, и после такого тоже не живут, но это всё поэтика. — Я прострелю тебе голову, Пег, — доверительно обещает Крис, и, возможно, только возможно, это её способ сказать «я тоже по тебе скучала». Потому что за эти годы без Пегги не произошло ничего хорошего, потому что она устала строить из себя главу клана, а закон кодекса вдруг перестал работать так, как надо, потому что Эллисон почти восемнадцать, но она узнала об оборотнях только месяц назад, а не когда ей было шесть. Потому что Пегги, со всей своей ненормальностью, всегда делала вещи нормальными. Пегги чуть наклоняет голову в сторону: может, прислушивается по-собачьи, может, разрешает. Крис кажется, она искренне надеется, что когда-нибудь обещание будет сдержано. Этой извечной борьбе Хейлы-Ардженты нет конца и края, и Крис знает — только они обе могут убить друг друга. Когда-то, но не сейчас. Она говорит это вслух: — Когда-нибудь, но не сейчас, Пег, — Крис забирается пальцами, как паучьими лапками, ей в волосы, чешет череп. Злость уходит, как будто и не приходила. Пегги целует её запястье: след от губ горит, как след от клейма. Крис хочет положить конец этой чуши. Аконитовым пулям, серебряным стрелам, рябиновому праху. У Крис дома напуганная дочка, которой нет восемнадцати, и отец-психопат. Когда дело доходит до убийства детей, всё вдруг становится из серого таким чёрно-белым. Либо всё, либо ничего; либо свои, либо чужие. Крис целует Пегги, притянув за загривок. У Пегги кусачий рот и крепкие руки: они петлёй смыкаются у Крис за шеей. Между ними только одежда, и это правильно. Пегги лижет уголок её губ, и это правильно. Пегги прижимает к себе так сильно: кажется, что грудная клетка не выдержит и просто треснет — и это тоже до безумия правильно. На какие-то долгие мгновения это может унять тупую боль внутри Крис: она живёт со своими болячками, она получает новые, но сейчас они впервые за долгое время не болят. Если Пегги отпустит, Крис развалится на части у её ног. Крис думает, сколько болячек у Пегги. Крис думает, может, ей это тоже помогает. Крис скучает по ней. Крис ненавидит каждую секунду, когда они с Кейт охотились на неё, на Дерека, на Скотта. Когда границы размываются, порой удивляешься, на чьей стороне оказалась. — Горя в тебе хватит на весь Бейкон-Хиллс, и ещё немного останется, — шепчет Пегги, и Крис чувствует щекой её улыбку. Они раскачиваются вместе, как будто танцуют какой-то странный танец. Руки Крис на спине Пегги. Руки Пегги на плечах у Крис. Крис хочет оставить этот момент как фотокарточку и прибить его гвоздиками на разбитое сердце.