Тайга — особое место

Двумя днями ранее, четверг.

      Возвращаясь к концу разговора между Антоном и Ромой, последний пошел искать своего лучшего друга Бяшу, ведь тот смылся для разговора без лишних глаз. Как оказалось, бурят поджидал своего друга почти что за углом, опираясь на подоконник и рассматривая последний сделанный эскиз, что в скором времени превратится в ручную работу.       Заметив Рому, ранее задумчивый Бяша повеселел и тихо посмеялся над какой-то своей шуткой, всплывшей в уме. Брюнет не понял этого и задал логичный вопрос, выглядя в некоторой степени озадаченным.       — Ты че ржешь-то?       Достаточно быстро успокоившись, Игорь отмахнулся рукой как от чего-то неособенного и поспешно засунул тетрадь с эскизами обратно в полупустой рюкзак, чтобы двинуться со своим другом по коридору.       — Ниче, на. Просто смешно че-та.       Так же неопределенно ответил Бяша, когда те начали идти по коридору и лицезрели картину бегающих шестиклассников, как они могли опознать по их внешнему виду.       — Дебил ты че-та, Бяша       Остро ответил Рома, догадываясь о размышлениях и настоящей причине такого внезапного приступа смеха. Конечно, Игорь не согласился с подобным высказыванием и на его лице выстроилась недовольная гримаса.       — А че я дебил сразу, на? Сам дебил, понял?       На последнем слове бурят резко пихнул Рому в бок и тот отшатнулся на добрых два метра, будучи на грани потери равновесия и дальнейшего падения на холодный, деревянный пол с частично прогнившими половицами.       Естественно, Рома зашипел от боли и начал потирать ушибленный бок, уже ничего не говоря. С хмурым выражением лица он попер дальше, размышляя о полученном совете.       Если так подумать, то он и вправду слишком сильно навязывался к ней, вот и получал, судя по всему, отказы. Может быть, в этот раз получится.       Бяша же размышлял о чем-то своем. Так, в молчании, двое друзей прошлялись по этажу, прежде чем зайти по звонку в нужный кабинет на последний по счету урок. Ведь если они опять прогуляют его, то будет нехорошо.       Сейчас за этими двумя особо пристально следит классный руководитель, поэтому они осторожничают.       Естественно, что тот, что другой хулиган не слушал учителя и был занят чем-то своим. Либо же болтали шепотом, выдавая шуточки и тихо смеясь с какой-то чепухи, либо же Бяша дорабатывал свой эскиз, пока Рома смотрел и восхищался непревзойденной по личному мнению красотой первой скрипачки.       Она погружалась вся в учебу и записывала что-то в свою тетрадь под диктовку учителя, чей голос звучал затуманено и приглушенно для влюбленного юноши.       Наконец, раздался такой нужный и желанный учениками звонок, предвещающий о окончании последнего урока. От Петрова и след простыл, ведь тот собрал свои вещи в мгновение ока и так же быстро выбежал из кабинета.       Полина, как было замечено Пятифановым, оставалась в недоумении и смотрела на проход в дверях, которым воспользовались уже другие одноклассники, одной из которых была Смирнова.       Еще немного постояв на месте, девушка наконец взяла свою сумку и стала собирать школьные принадлежности, пока её ждали Андрей и Саша.       Рома грозно посмотрел на обоих и те переглянулись, мысленно согласившись друг с другом в исполнении простого, общего ухода.       — Полин, мы пойдем, а ты уже догоняй нас по пути.       Начал слегка нервный от угрожающего одним лишь взглядом хулигана Саша, а его друг подхватил данную идею.       — Да, мы будем ждать возле раздевалки.       Полина согласно кивнула, засовывая пенал в пространство между книгами и застежкой рюкзака на молнии. Оба поспешно покинули класс, Рома подошел к своему задремавшему другу, слабо толкнул ладонью в плечо и тот разлепил глаза, просыпаясь от подобного взаимодействия.       Пятифан помог Бяше быстро собрать вещи и вот они стали идти вслед за голубоглазой брюнеткой, направляясь к раздевалке на первом этаже.       Она, безусловно, заметила, что за ней следуют и даже догадалась, кто это мог быть. Именно по этой причине, не оборачиваясь и стараясь всеми силами игнорировать присутствие этих двоих, она нацелено смотрела вперед и шла по точно выстроенному в голове маршруту.       Болванчики шли следом и Бяша тихо забавлялся от этой ситуации.       К счастью, это всё происходило не так долго и Полина зашла в раздевалку, в то время как Андрей и Саша уже ушли домой, ибо понимали, что есть риск получить люлей от задиристого Романа, который поторопил Бяшу, дабы последний переоделся и смылся с глаз долой.       Тот быстро накинул на себя пуховик с шапкой и убежал, пытаясь не разорваться от накопившегося внутри смеха.       Полина медленно, неспешно надевала пальто и увидела постепенно приближающегося Рому. Тот вспоминал слова Антона и старался выглядеть как можно мягче и приятнее в голубых глазах дамы сердца.       Он уже был в своей кожаной куртке с рюкзаком на левом плече и решался на разговор. Набрав полную грудь воздуха вперемешку со смелостью, Рома решительно заговорил, все еще пытаясь не напирать:       — Привет, Полина.       К сожалению, вся смелость моментально улетучилась.       При встрече с явно недовольным взглядом раздраженной появлением брюнета скрипачки, Рома заметно напрягся и всматривался в слегка потемневшие глаза, уже похожие на два озера, нежели на бескрайнее, чистое небо.       — Чего тебе, Пятифанов?       С долей злобы спросила Полина, начиная прожигать взглядом лоб юноши, отчего тот осекся и сжался.       — Да ничего, просто... Ты вот одна, опасно так ходить в наше время, маньячеллы разные шляются... Поэтому Антон попросил провести тебя до дома. Если не хочешь, то ладно, я отвяну.       Однако говорил он таким тоном, что он предпочел бы, если Полина сжалится и согласится. Та немного удивилась и задала интересующий её вопрос:       — Антон правда попросил тебя об этом?       С большой долей сомнения в голосе произнесла Морозова, взглянув Роме в глаза.       Будто там таился обман, где-то очень далеко за черными-пречерными очами, в данный момент показывающие лишь надежду на соглашение, а в следующий момент положительный ответ на вопрос, сопровождающийся резким кивком.       Несколько мгновений раздумий и Полина тихонько вздохнула.       — Ладно... Так уж и быть. Веди, проводник.       Прежняя личина веселого и энергичного парня вернулась моментально. Рома радостно заулыбался и в такт Полине зашагал к выходу из раздевалки, а потом уже и к главному выходу из школы.       Вот, они уже шли по заснеженной дороге, хрустя снегом в своем ритме шагов, который идеально сочетался друг с другом и создавал приятную музыку треска.       Полина смотрела под ноги и размышляла о чем-то своём, о чём смотрящий на неё Рома мог только догадываться.       Не то, что бы его не устраивала такая тишина, но и поговорить, узнать девушку получше тоже хотелось, даже очень.       — Ну... как прошел твой день?       Полина вновь вздохнула, как-то грустно и расстроенно.       — Да никак... Уроки и простая болтовня с ребятами на переменах ни о чем.       Девушка подняла свой взор на небо, покрытое множеством маленьких, растянутых облачков такого же белого, как хрустящий снег под ногами, цвета.       Черные волосы развевались под воздействием слабого, морозного ветра по спине женского, хрупкого телосложения, а вместе с ними и развевался ежевичный аромат, который почти сразу чувствуется. Стоит сделать лишь один глубокий вдох и этот запах не будет покидать ваш разум еще долгое время.       Вот и Роман, очарованный этим запахом, часто делал глубокие вдохи, чтобы насладиться им сполна и не расставаться с этими необычными, но определенно приятными чувствами еще долгий промежуток времени.       Пытаясь поддержать опечаленную девушку, парень стал рассказывать о совсем недавнем приключении, которое случилось во время начала второго семестра и из-за которого классный руководитель теперь держит за хулиганами глаз да глаз.       — Да, скучновато живешь как-то. Не то, что мы с Бяшкой... Училка терь палит за нами из-за ситуевины одной.       Ну, короче, у нас терки были с пацанами из другой школы и те постоянно палки в колеса ху- Вставляли, то есть, и вот, они перешли в нашу школу из-за пропажей. И, короче, устроили мы с Бяшей и Семой замес прямо в коридоре, как увидели этих д... дураков, да.       Успев получить по затылку легкий удар от Полины, обозначающий никаких матов в её присутствии, Рома исправил ситуацию и старался больше не повторять ошибок.       Пусть удар и был легким, но отдавался болью слишком хорошо, чтобы позволять использовать маты вновь и вновь. Если, конечно, вы не мазохист и не любите когда вас бьет красивая девочка.       — И нужно было вам их донимать? Забыли бы просто, меньше беды было бы... Надеюсь, они тебя не сильно тронули.       Теперь же, Полина проявляла некого рода сочувствие и сопереживание по поводу данной ситуации, что было заметно как по выражению лица, так и по слегка поникшему голосу.       Рома слегка удивился от этого, а потом слабо засмеялся от внезапной перемены в настроении девушки.       — Пхах, Полин, ты чего? Да все нормуль было, они меня даже не черканули, я им быстро всыпал. Просто опять эта Катька влезла, спалила и донесла классухе. Как же бесит эта гадюка.       Брюнет отмахнулся как от надоедливой мухи, мол это все было не больше, чем ерундой, не требующей внимания. Это, конечно же, успокоило голубоглазую, но в следующее мгновение она вновь приуныла, в виду упоминания о бывшей лучшей подруге.       Рома не настолько тупой, чтобы не заметить этого, вспомнить о случившемся несколько лет назад и попробовать сменить тему.       — Кхм, ну это все такое... мелочи короче. Сейчас посидим тихо пару дней и училка от...станет от нас.       Рука автоматически потянулась за пачкой сигарет в кармане спортивок, но побыла там несколько секунд, прежде чем отпустить её и оказаться в кармане куртки.       Все-таки при музыкантше, курить сигареты не есть хорошо, вряд ли она одобрит подобное. Полина, вроде бы, не заметила странных движений грубой левой руки, и славно.       За прошедшее время этого, казалось бы, короткого разговора, парочка прошла уже половину всего представленного пути и перебиралась через переулок, чтобы дальше идти просто по прямой, никуда не поворачивая и не затрачивая больше времени.       Зимой темнеет быстро, поэтому нельзя нигде задерживаться. Однако Полина особо об этом не переживала. С Ромой, который известен превосходным умением драться, она была как за каменной стеной.       Сама того не заметив, брюнетка взяла Пятифанова за руку и шла по заснеженной дороге, где отсутствие проезжающих машин было абсолютной нормой в таком малонаселенном и малоизвестном поселке.       Парень, естественно, смутился от этого, но отвернулся и смотрел в сторону, чтобы не показать своего раскрасневшегося не из-за мороза лица.       Однако Морозова все равно заметила смущение и тихо хихикнула, пленительно улыбнувшись юноше, который сразу улыбнулся в ответ. Теперь была её очередь рассказывать какую-нибудь забавную историю.       Слегка поразмыслив, девушка выбрала недавно сложившуюся ситуацию, когда мальчик из третьего класса случайно задел одну книжку, подпиравшую остальные в классе музыки.       От такого грохота шкаф задрожал и начали падать другие вещи с полок повыше. Учитель, конечно же, успел спасти мальчишку от участи попасть под "обстрел" из тяжелых вещей, но самому на голову упала толстая книга.       В общем, смеху в классе было полно от представленной картины. Роме тоже было смешно из-за этого, забавно все-таки.       Из-за рассказа такой уморительной истории, ребята скоротали еще немного времени и вдали открылся вид единственного в ближайших ста метрах округи нормально выглядящего дома, в котором и жила, собственно говоря, Полина.       Остальные дома были заброшенными или там жили бомжи, неспособные держать дома в адекватном состоянии, что и делало те же здания на вид покинутыми.       Странно, что Морозовы жили на окраине поселка. Но не страннее места, где живет Антон со своим дедушкой.       И вот, они добрались до заветного крыльца с огромными, деревянными ступеньками. Несколько половиц с краю ступенек были надломанными или с глубокой трещиной, что явно давало намек на то, что здесь нужно сделать ремонт.       Да, дом был в более-менее хорошем состоянии, но реставрация действительно не помешала бы. Однако, сейчас мало кто сможет это сделать.       — Вот и всё. Спасибо, что вызвался провести меня, сейчас и вправду опасно. Но с тобой мне было не страшно!       Полина, неожиданно для юноши, подошла к нему вплотную и обняла, сомкнув свои худенькие ручки за его крепкой спиной и приложив голову к грудной клетке, где сердце застучало быстрее обычного.       Лицо опять принялось пылать жаром и краснеть похлеще сваренных раков, но не один Рома смутился.       Девушка, отпустив Пятифанова, быстро обернулась, отчего кончики черных волос коснулись парня - и зашагала ко входу в дом. Открыла слегка скрипящую входную дверь и влетела в открытый проход, захлопывая её за собой прямо перед лицом Ромы, который и слова обронить не успел.       Только вслед что-то себе под нос буркнул:       — П-пока...       Обернулся и осмотрел крыльцо вновь. Перила были покрыты несколькосантиметровой дорожкой снега, которые так и хотелось убрать рукой.       Захватив кистью рукав кожанки, Рома сгреб снега и вытолкнул его с перил, параллельно спускаясь по громадным ступенькам вниз и идя по вытоптанной ранее дороге.       Улыбка, обозначающая в этом случае только одно - счастье, расплылась и застыла на обычно хмуром лице хулигана, пока тот шел в поселок и буквально надулся от счастья в теле, готовясь вот-вот разорваться на маленькие частицы.

*****

Суббота, девятнадцатое января.

      На маленьких, механических часах со звонким будильником, показывало точное время - 5:33. В скрученном положении, прижав одну из ладоней к левому глазу, из которого шли горькие слезы сожаления о содеянном грехе, носитель белоснежных волос сидел на прогнувшемся матрасе невероятно старой кровати и прокручивал в своем сознании отчетливые воспоминания жестокого убийства Семена Бабурина.       Это явно нехорошо отпечаталось на ментальном здоровье юноши, который уже поставил на себя клеймо монстра и убийцы. И все же, он пытался найти в этом печальном положении какое-нибудь утешение.       Все-таки не зря умер этот, пусть и противный, но все же человек. Все же, Антон в личине Ворона втерся в доверие как нельзя лучше и может неожиданно присвоить звание Хозяина леса, а потом уничтожить зверушек одним махом.       Отчаянный смешок прошелся по пустой комнате, окутанной непроглядным мраком.       — Я убийца... Я ебанный убийца...       С искусанных в мясо губ стекала теплая кровь, но оказывалась проглоченной тем же человеком, что кусал свои же губы.       Регенерация была улучшена, поэтому через какое-то время они восстановятся и никто об этом не узнает. Так же, как никто не узнает об убийстве от рук самого же Антона, что сейчас был в стрессовом состоянии.       Параллельно этому, в голове шептал голос Мора: о том, что сам Антон не виноват, не он убивал, а жестокая, звериная натура, вызванная самим Хозяином леса.       Однако, Антон продолжал морально травить самого себя. Размышлял о произошедшем, действительно ли виноват Хозяин леса в том, что парень не мог сопротивляться "зову" и убил человека, очень жестоко убил.       Металлически-соленый привкус крови не покидал юношу еще какое-то время, пока губы не стали залечиваться. В бессмысленных размышлениях прошло еще полчаса и альбинос ничего толком и не придумал.       Ему просто стоит смириться с тем, что дети будут погибать от его рук и станут кормом необходимой силы.       Такое чувство, как совесть, еще долгое время будет терзать душу Антона, но пока он будет пытаться жить дальше, показывая своему единственному родному человеку, что он живой.       Уже не худощавый, но все еще долговязый юноша поплелся из комнаты на кухню, делать все тот же черный чай.       "Нужно жить дальше, будто ничего не произошло..."       Как бы не хотел, однако с такой идеальной памятью, данный инцидент забыть попросту невозможно. Да даже человек с обычной памятью никогда бы не запамятовал подобное.       Теперь Антон жевал безвкусный бутерброд, запивая таким же безвкусным чаем. Пусть не был голодным и чувствовал физически себя лучше некуда, но парень все равно сделал себе завтрак и поглощал его, наблюдая за открывшимся из окна видом на заснеженную опушку возле начинающегося леса, где около десяти часов назад танцевал он сам вместе с другими зверятами.       — Мда...       Парень оставил недопитую чашку чая вместе с тарелкой полной крошек от хлеба, а сам ушел в прихожую, накинул на себя куртку с шапкой и вышел на улицу, проветриться так сказать.       Остудить пыл, развеяться, возможно прямо сейчас разорвать каждого зверя по отдельности с той же жестокостью, снова показать свою зверскую натуру. Однако Мор достаточно быстро и находчиво объяснил, что это очень плохая затея.       От бессилия, Антон грохнулся коленями на холодный снег, а потом и вовсе зарылся лицом в нем. Огромная волна отчаяния и тоски, словно цунами, накатила на ранее сильного духом юношу.       Любой бы сломался после такого. Пролежав так минуты три, парень все-таки поднялся и отряхнулся от снега. Вдохнул утреннего воздуха на полную и пошел, куда глаза глядят.