Skater-boy

      — Да, он немного закрытый, к сожалению, наша с мужем вина, но мы хотим это исправить, поэтому привели к вам, — немного улыбаясь, проговорила женщина, смотря на 10 летнего мальчика.       — У него у самого есть желание, просто если нет, то понимаете же да, что заставить мы его не сможем, — проговорила девушка за стойкой администрации.       — Желание есть, он сам попросил, да, Чонин? — мальчик кивнул и так же продолжил изучать интерьер помещения.       — Тогда хорошо, занятия начинаются завтра в 4 часа дня, он сам уходит, или вы его забираете? — заполняя договор, девушка протянула бумаги для их подписи.       — Сам, — ответила женщина и, подписав все, улыбнулась. Уже собравшись уйти, в Чонина врезается такой же мальчик лет 10-11 с винными волосами.       — Прости, — быстро извинился он и подбежал к стойке. — Здравствуйте, я не опоздал?       — Нет, как тебя зовут? — заглядывая в ноутбук, спросила девушка.       — Ли Минхо, я должен забрать договор, завтра принесу, — выдохнув, ответил он и стал ждать, пока ему выдадут всё необходимое.       Это была первая встреча. Первая встреча Минхо и Чонина. Кто бы мог знать, что после такого парни попадут в одну группу, так еще и подружатся, узнают, что у них очень много общего и станут лучшими друзьями, дружбе которых будет завидовать вся группа. Они узнали, что оба любят проводить время на природе, оба до безумия любят музыку и кататься на скейте, слушая поп-музыку в наушниках, а еще оба не так общительный, как многие другие, но находя «своего» человека, становятся настоящими экстравертами, с которыми будет не скучно гулять и болтать. Мама Чонина, узнав про Минхо, была рада за сына, что тот наконец начал заводить друзей и занялся любимым делом. Она знала про его мечты и делала всё для того, чтобы они сбылись, и сын был счастлив. Но навряд ли кто-то мог подумать, что его жизнь перевернется из-за одного юноши.       Прошло 5 лет, как Ян занимается в музыкальном кружке, включающий в себя: вокал, игру на разных инструментах и немного танцев. Он уже сам способен приходить и подписывать договоры на продление обучения, поэтому именно этим сейчас и занимается. Заполняя нудный документ, Чонин подписал его и наконец положил ручку, выдыхая.       — Молодец, Чонин, рада тебя видеть здесь вновь, — улыбнулась девушка, забирая бумаги.       — Ты говоришь это уже 5 лет, нуна, — хмыкнул он, попрощавшись, и, развернувшись, пошел к выходу. Напротив шел парень, тоже на вид лет 15-16, и случайно стукнулся плечом о плечо Чонина.       — Прости, пожалуйста, — тут же извинился тот бархатным голосом, но Ян даже не повернулся, продолжая свой путь. Он медленно остановился и, чуть повернувшись, показал черные глазки, что блеснули на свету и ухмылку, которая тут же пропала, как только Ян поставил скейт на землю и поехал вправо.       — Не обращай внимания, он всегда такой, — заметив поведение парня, озвучила девушка и улыбнулась, только тот повернулся.       — А это…       — Ян Чонин, хороший паренек, трудолюбивый, но необщительный, так что вот, ты пришёл записаться?       — Да, — ответил он.       — Имя.       — Ким Сынмин.

***

      Сидя с гитарой в руках, Чонин перебирает струны в придуманной мелодии и из-под черной челки смотрит на светловолосого парня, что болтает с новым другом. Ким Сынмин только записался на кружок, а уже знает всех и вся, все секреты, все истории про каждых пятерых людей из группы, но не пытается выяснить что-нибудь про Чонина, про которого навряд ли что-то расскажут с его-то общительностью, точнее ее отсутствием. Сынмин так же порой поглядывал на Чонина, и тот, немного задержав взгляд на глазах парня, опускал его на пол или струны.       Элегантные длинные пальцы задевают струны, и издается мелодичный звук. Проволока дрожит и заставляет дрожать сердце парня от мелкого счастья за игрой. Нет ни малейшей ошибки, звук четкий, струны на аккордах зажаты правильно. Все идет хорошо, но тут звук портится от скользящего кольца, которое задело самую низкую по звучанию струну, и мелодия вмиг ухудшается, и парень шипит, заканчивая игру хлопком по всем струнам. Он резко запрокинул голову и промычал от понимания того, что сбился вновь.       — Хей, мой хлебный друг, Йена, ты чего скис? — подлетел к нему Минхо и усмехнулся, глядя на покер-фейс младшего.       — Говори сразу, что нужно?       — Я не могу спросить, почему расстроен мой друг?       — Ты и так это знаешь, так что не прикидывайся и скажи уже, что хотел? — вздохнув, Чонин полностью опустил гитару на колени.       — У меня есть обалденная идея, от которой ты точно не откажешься.       — Прям-таки не откажусь?       — Прям-таки не откажешься, зуб даю, просто опупеешь, — довольно улыбнувшись, Минхо хлопнул младшего по плечу. — Но расскажу после занятий.       — Интриган, — хмыкнул Ян и кивнул, получая подмигивание от старшего.

***

      Главная мысль всей идеи была в том, чтобы остаться друзьями еще долгое-долгое время, а для этого нужно либо вместе учиться, либо вместе жить. Ребята выбрали все сразу. Парни оба любили музыку, только Минхо хотел связать свою жизнь с другой направленностью, а вот Чонин как раз с ней, оба стремились к идеалу и достигали этого идеала. Поэтому без проблем смогли поступить в престижный институт искусств. Так же еще с одиннадцатого класса, по соглашению их родителей, они съехались и жили достаточно дружно, заботясь друг о друге, как только можно и жалуясь на свои проблемы. Переезжать в общагу им не пришлось, поэтому они лишь пытались найти работу, потому что скоро их родители не будут платить за аренду квартиры, так как парни стали ответственные и самостоятельные. Ну по крайней мере они были в этом уверены. Честно, найти работу оказалось не так сложно. Особенно если идти как стажёр. К примеру, Чонин смог устроиться в местный ресторан, которому нужны были музыканты для развлечения посетителей. Он играл по вечерам на пианино, гитаре или барабанах, а зрители слушали и всячески его поддерживали. Псевдоним ему достался от Минхо, который вечно врывался в музыкальный зал перед занятиями со словами: «Йеннааа, ну что?». Так и зародился ник: I.N. по которому к нему и обращались слушатели, начальство, коллеги и Минхо. Что сказать про старшего. Он пошел против системы и стал барменом, в том же ресторане, что и Чонин. Ну, да, иногда мог вылететь на сцену, станцевать какой-нибудь зажигательный танец или поиграть с Чонином на каком-нибудь инструменте, а потом с задорным хохотом убегал от официанта за барную стойку, размешивая очередной коктейль. Ян все удивлялся, как его не уволили, а потом понял, случайно подслушав разговор владельца ресторана и его достаточно богатого дружка. Они там что-то говорили про рост спроса и увеличения посещаемости в ресторане. Этот богатый человек говорил, что молодое поколение принесло в ресторан красок, и выгонять Минхо просто нельзя. Наоборот его шалости нужно поощрять и может даже повысить зарплату, потому что они с Чонином принесли бешеный доход и репутацию этому ресторану по всему городу. Так и получилось, парни стали достаточно много получать и стали не то, чтобы стажёрами, а настоящими работниками этого заведения, которых обожали слушатели и посетители. Скорее всего с этим и возросла популярность Чонина в универе. В непонятный момент к нему стали клеится все. Абсолютно все. Только Яну это не нужно было. Он постоянно всех отшивал, был холоден, игнорировал каждого, и ему было по барабану на то, что чувствуют люди. Ему реально хватало Минхо, который видел его не в дорогих вещах и с зашибенной укладкой, а просто обычного парня в домашних шортах и футболке, с растрепанными грязными волосами утром, и который до одури готов себя вымотать, лишь бы он делал все идеально. Еще у Минхо был младший брат, который так же хорошо общался с Чонином, но они очень отличались. Если Минхо был более открытый, веселый и энергичный, всегда за любой движ, то Феликс, так его звали, был совсем другим. Он был серьёзным и до жути спокойным, всегда контролировал свои эмоции и обдумывал, что сказать, умел разбираться в людях и всегда наставлял Минхо на верный путь. Если их сравнить и поставить рядом, то можно даже перепутать, кто из них старше, но и это не мешало Феликсу влиться в их дружбу. Однако всё же Минхо и Чонин были неразлучны, если даже поступили в одно и то же заведение. Феликс же поступил куда-то в юридический.       Вообще отношения Феликса и Минхо это что-то с чем-то. Мало того, что Ликс всегда упрекает Минхо за его ветреный и вспыльчивый характер, так ещё при ссорах выводит того на эмоции своим спокойствием, вот серьезно. Если Минхо скачет из стороны в сторону, то Феликс стоит на одном месте, сложив руки на груди, отнекивается и фыркает, пока старший готов взорваться от злости. Но одно сходство этих братьев есть. Они готовы порвать кого угодно за друг друга. Вот где Феликс становится хуже Минхо, и они меняются местами. Ликс убивает словами, а Минхо добивает злым взглядом. Лишь потом они идут в обнимку с счастливыми лицами. Чонин, как лучший друг Минхо, всегда и везде со старшим, поэтому когда кто-то что-то плохое говорит про кого-то из двоих Ли, лишь закрывает глаза и бормочет под нос сожаления тому человеку, который вскоре выходит побитым морально, а может и физически.       Короче говоря, братья Ли абсолютные противоположности, но не стоит говорить про кого-то из них гадости, достанется от двоих.

***

      — То есть, ты реально ее отшил? — шокировано спросил Хо.       — То есть да, она слишком высокомерная, дай ей волю, она еще и обокрала бы меня, — тыкая в салат вилкой, Чонин устало выдохнул и посмотрел в окно.       — Подожди… ты реально хочешь сказать, что отшил ее? Ее?! Она же. Она сам…       — Самая популярная девушка 2 курсов, и к кому бы она не подходила, все соглашались быть с ней, да-да, я ее отшил, почему я уже сказал, а еще из-за ориентации, — хмыкнув, младший отодвинул тарелку с салатом и, стряхнув темные волосы с лица, вновь посмотрел на хена.       — Я в ахуе, ты прикинь, как она сейчас загоняется, потому что никто до этого ей не отказывал, — вмиг шок превратился в смех, такой радостный. — Туда эту стерву, так и думал, что к тебе она побежит быстрее, — втянув напиток из трубочки, Ли хмыкнул. Усмехнувшись, Чонин перевел взгляд за спину друга и опустил глаза на стол, еще раз усмехаясь, замечая на себе взгляд той девухи. — Мм, а го сбежим? На скейтах погоняем? — вдруг предложил Хо, чуть ли не давясь своим айс-американо. Лицо Чонина вмиг расцвело в ухмылке, и он медленно кивнул.       — Погнали, — улыбнувшись, он дал дружескую пятюню другу и, забрав рюкзак с учебниками, вылетел из столовки, направляясь в сторону спортивного зала и гардероба, где можно было подождать начала следующей пары, а там и улизнуть от глаз охранника.

***

      — Знакомое лицо, — задумался парень, смотря на брюнета, что смотрит в окно, а потом его самого осенило, и он опустил взгляд.       — Знакомое? Может в рестике видел, Чонин там работает, вместе с этим оболтусом Ли Минхо, — фыркнул его друг, замечая бордовую макушку.       — Чонин? — переспросил он и, получив кивок, в голове сразу всплыли воспоминания о необщительном мальчике из музыкального кружка.       — Ты его знаешь, Сынмин?       — Ну что-то типа, а ты знаешь Минхо, Джинни? — насмешливо посмотря на друга, Мин хмыкнул от того, как Хенджин сделал вид, что плюнул на парня.       — Лучше бы не знал.       — Так, а тут по подробней, — хихикнул младший.       — Этот Ли, — тяжело выдохнув с рыком, Джин вздохнул и попытался успокоиться. — У нас с ним одна направленность, и мы в принципе знакомы с начальной школы. Везде соревнуемся, но мне никогда не получается его обходить, еще и в одном и том же институте учимся, я не удивлюсь, если мы в дальнейшем на одной и той же работе будем работать, но не в этом суть, мы ненавидим друг друга, а всё потому, что Минхо выскочка и задира, когда у нас с ним тренировки, он становится самым худшим человеком, постоянно смеется надо мной, придирается к каждому моему движению, а главное, когда я спрашиваю, что не так, берет, разворачивается и уходит, это что вообще такое? А главное никогда на меня зло не посмотрит, такое ощущение, что я тупо предмет для его насмешек, бесит, — бурча, рассказывал Хван, а Сынмин, все это слушая, хихикал с факта того, что его друга может разозлить один человек. Поэтому решил подлить в огонь масла.       — А может ты ему нравишься, поэтому и решил так привлечь внимание, а? Не подумал? Или ты в него втюрился?       — Да что бы я, влюбился в такого? — округлив глаза, Хенджин посмотрел на Ли. — Да никогда! Никогда в жизни! Ни за что!       — Ну-ну, посмотрим потом на твои действия, — посмеялся Мин, а услышав фырк от друга, покачал головой, вновь переводя взгляд на Чонина с Минхо, которые, дав друг другу пять, с ухмылками вылетели из столовой. — А они ведь в параллельной группе?       — Ну да, а что?       — Ничего такого.

***

      И вновь столовая. Парень садится за стол, занимая места, и вздыхает от усталости. Целый месяц он работал без выходных, потому что в ресторане был бешенный наплыв людей, но помимо этого он старался на всех тренировках. Так случилось, что неожиданно тренер на одной из практик объявил, что уезжает на месяц, а из-за нехватки тренеров ему нужен человек, который сможет его заменить и поставить хореографию группе для дальнейших мероприятий. Сам тренер был нацелен на Хенджина. Тот старался и давал надежды. Но появился он. Все знали каков Минхо в танцах. Вся группа, точнее все 3 группы 2-х курсов знали, что уровень танцев Минхо превышает норму, и тот зверь в этом деле. Как раз в тот день, когда тренер озвучивал новость о его уезде, он увидел, как старается Ли, особенно помогая Чонину. Хенджин видел взгляд мужчины, поэтому, смотря на Ли, пыхтел и возгорался от злости. Он не хотел, чтобы какой-то Ли Минхо мучал его целый месяц, разучивая движения. Хван уверен на все сто, что если Минхо займет место тренера, ему покоя не будет, старший просто будет придираться к каждому движению, чтобы посмеяться над Джином и позабавиться, ведь такова его натура. После тренировки, когда тренер озвучивал свое решение, Ли стоял уверенно, приподняв подбородок.       «Напыщенный петух» — думалось Хенджину, и он тут же застыл, слыша имя старшего в итоге. Джин резко повернул голову к мужчине и, не веря на него смотрел, пока тот улыбался, смотря на Ли. Тот поклонился и хмыкнул, горделиво посмотрев на младшего, который, казалось, готов был рухнуть на пол и умереть, не желая подвергать своё тело пыткам, которые точно доставит Минхо на следующих практиках.       Это событие сказалось на их взаимоотношениях. Как и думал Джин, Минхо постоянно над ним издевался, смеялся и выделял каждую мало значимую ошибку. Видя пылающий огонь в глазах Хвана, Минхо счастливо вздыхал от удовлетворения. И сейчас, сидя за столом и ожидая Чонина, он усмехается, когда видит, как Хван недовольно входит в столовую. Его с этим лицом можно видеть все дни на протяжении недели диких тренировок. Только пришел Чонин, Минхо встал и поплелся к автомату с кофе, делая себе его любимый айс-американо. Он шел обратно в своих мыслях, иногда так бывает, когда ты просто идешь и смотришь пустым взглядом на пол, думая о пустоте. Ты вроде думаешь о чем-то, но не знаешь о чем, ты просто думаешь. Но он тут же приходит в себя и не замечает, как из-за колоны выходит Хенджин, с тарелкой в руках, который смотрел в телефон, не видя никого. Происходит бах. Кофе плескается, капает, картонный стаканчик сжимается. Минхо не успел понять, что произошло, как тут же проклинает Хвана.       — Твою мать… — прошипел Ли, медленно опуская взгляд на свою чисто белую толстовку с большим пятном от кофе. — Нужно смотреть куда прешь, чертов Хван, — поругался он, смотря на застывшего парня исподлобья. Встряхнув руками, Минхо снова прошипел и, выбросив стаканчик, поплелся к столу, за котором сидит Чонин, наблюдая за всем хаосом. Парень сердито плюхается на стул и начинает снимать толстовку, оставаясь в одной белой футболке, которая немного обтягивала крепкое тело.       Хенджин стоял, как вкопанный. Мало того, что от неожиданности, так еще и от того самого злого взгляда Ли, который впервые был на него направлен. По спине тут же пробежали мурашки от подступившего адреналина, и Джин посмотрел в след Минхо, который сел к другу и стал снимать грязную кофту.       — Джинни, что случилось? — подошел к нему сзади Сынмин и начал рассматривать лицо потерянного друга.       — Н-ничего, — придя в себя, Джин помотал головой и посмотрел на тарелку, которую он неосознанно крепко сжимал, от чего казалось, что та лопнет в его руках. Парни сели, а Чонин, проведя по ним взглядом, хмыкнул, узнавая лицо Сынмина.       — Сука, почему сегодня, вот почему сегодня происходит какой-то пиздец, что я сделал? — рассматривая толстовку, бурчал старший, — как же я его ненавижу, Господи, вот отыграюсь я на нем сегодня, резко растяжку устрою, не только все мышцы порвет себе, еще и пополам сломается, вот я ему устрою кузькину мать, — всё так же ругался он, а Чонин посмеялся.       — Постираешь, ничего страшного, своим тоном ты напугал его, видел бы ты его лицо, — хмыкнул Ян и немного отпил газировки.       — Пусть боится, благо под горячую руку не попал, а то пришлось бы Сынмину его по кусочкам собирать, — промычав, Минхо хныкал, — Это пятно теперь фиг отмоешь.       — Иди в туалет и там чисти, пока можешь, чтобы потом легче отмыть было, — посоветовал младший и прохрустел пальцами, потому что те немного затекли, а ими еще нужно будет вечером на пианино играть.       — Я еще не поел, — буркнул Хо, а Чонин вздохнул.       — Тебе сейчас что важнее, кофта или еда? — Минхо задумался. — Иди уже, я тебе принесу чего-нибудь, совсем забыл про друга, — толкнув старшего в плечо, Чонин подгонял его в сторону выхода. Минхо быстро кинул благодарственную улыбку и хлопнул младшего по плечу. Посмеявшись, Нин взял пустую тарелку с банкой газировки и, отнеся все к остальной грязной посуде, поплелся к буфету, где купил старшему пару булочек с сладкими начинками, как тот любит. Взглянув на Хенджина с Сынмином, он усмехнулся и покачал головой, а после и направился в сторону «любимого туалета» Минхо, где тот скорее всего сейчас в поте лица моет свою толстовку. Облокотившись о дверной косяк, Чонин хихикал с того, с каким отчаянием Минхо тер толстовку, и как ругался под нос, иногда хныкая, что результата почти никакого нет.       — Сука, — вновь прохныкав, Хо отчаянно завыл, бросая толстовку в раковину и облокачиваясь о стену.       — Хен, не переживай, — протягивая пакет с вкусностями, Чонин прошел к раковине и взглянул на кофту. — Не так уж и печально все выглядит, — а потом, бросив взгляд на то, в чем сейчас Минхо, Чон хмыкнул, — я бы сказал даже шикарный разворот событий.       — В смысле? — уже поедая одну булочку, не понял Ли, а потом так же посмотрел на свою белую, слегка обтягивающую футболку и, наклонив голову, вздохнул. — Придурок, — ударив младшего по плечу, он посмеялся.       — Ну а что, сто процентов девушки глаз с тебя не смогут оторвать, да и не только девушки, — хмыкнул Ян и еще раз получил по плечу.       — О чем ты думаешь, Йенни?       — О том, чтобы наконец тебе пару найти, задолбал одиночкой быть, — облокотившись о соседнюю стенку спиной, проговорил друг, а Минхо глаза вытаращил.       — И это мне говорит такой же одиночка.       — Мне можно, я младше.       — На пару месяцев, — посмеявшись, ответил Хо с тем же шоком от сказанного.       — Всё равно же младше, — пожав плечами, Чонин перевел взгляд на дверной проем, где стоял буквально пять минут назад, и увидел там Хенджина, что стоял с какой-то натянутой ухмылкой. Минхо так же перевел туда взгляд и замер, а после закатил глаза, вздыхая и продолжая жевать свою булку. Джин сверлил младшего взглядом, прося выйти, и, встретившись глазами со старшим, пошел к выходу, когда увидел кивок. В его голове сразу пролетела мысль, что хорошо, что нет Феликса, иначе бы совсем плохо было бы, но Чонин доверяет Минхо и знает, что тот глупостей не натворит. Выйдя в рекреацию, где тусовались студенты, он заметил Сынмина, сидящего на подоконнике, и, проведя по нему взглядом, повернул голову прямо, следя за тем, куда идет. Сынмин так же посмотрел на младшего как-то непонятно, и Чонин чувствовал, как тот продолжает провожать его взглядом, пока не скрылся за стенкой.       — И зачем пришел? — отложив еду, Минхо выпрямился и всё прожевал.       — Мне кажется и так очевидно, — проговорил Джин и встал напротив старшего, что сложил руки в карманы и немного опустил голову, смотря на парня исподлобья.       — Ну уж точно не прощения просить, да даже если и прощения, то все равно не прощу, — немного высокомерно сказал Хо, а парень хмыкнул.       — И почему же?       — Скажу честно, Хван, ты меня бесишь, еще с начальной школы, но до сего дня я сдерживался, сегодняшний инцидент порвал мою выдержку окончательно, — взяв в руки тяжелую мокрую вещь, Минхо быстро ее выжал и встряхнул капли, оглядывая пятно. Хенджин даже невольно засмотрелся на накаченные руки старшего и тихо сглотнул, переводя взгляд на толстовку. — Тебе повезло, что пятно не настолько большое и не достаточно впиталось, иначе я бы тебя порвал на месте, — натянуто улыбнувшись, Ли взял рюкзак и направился к выходу. — Ах, да, ты мне теперь должен за мой кофе, — кинул он и вышел, оставляя напряженного младшего, который, оставшись один, с досадой выдохнул и облокотился о стену.       Когда Хенджин вышел, то поплёлся к Сынмину с расстроенным лицом. Он даже в какой-то момент зло развернулся и стукнулся спиной о стену.       — Что у вас случилось, неужто не смог устоять перед Минхо? — издевательски проговорил друг, а Хенджин снова выдохнул и недовольно фыркнул.       — Конечно, еще чего, этот… даже не знаю, как его назвать, мало того, что даже слушать меня не стал, так еще и деньги потребовал за кофе, — проворчал Джин, а Мин хмыкнул.       — Я бы тоже потребовал деньги за пролитый кофе, особенно с того, кого я ненавижу, — пожав плечами, парень сел ровно и потрепал волосы друга.       — Ты на чьей стороне?       — На стороне справедливости, скажи спасибо, что он не заставил тебя стирать его толстовку или купить такую же, а если размером ошибешься, вообще ужас будет, так что не ной и отдай ему деньги, — спрыгнув с подоконника, Мин поплелся в сторону лестницы на другой этаж, а Хенджин за ним с такой же недовольной моськой. Подойдя к двери в аудиторию, Сынмин оглянулся, замечая людей из другой группы, и задумался, немного не понимая, что происходит.       — Ты чего? — спросил Джин.       — Какой день недели сегодня? — из головы резко всё повылетало, и Мин дернул ею, залезая в телефон.       — Среда, а что? — невинно спросил Хван, а Сынмин немного прикрыл лоб и глаза.       — Сегодня совместная пара с параллельной группой, — пробубнил он. Хенджин же не понял в чем прикол.       — И что? Всегда ж так было.       — Смотря какая параллельная группа, — подняв голову, Мин огляделся и заметил возле дальнего окна стоящих Минхо и Чонина.       — А?       — Дурак, сказали же, что с этого дня будет вторая параллель с нами, — слабо зарядив старшему подзатыльник, Мин выдохнул, а Джин наконец понял и более вымученно издал:       — А? К-как вторая параллель? То есть, мы теперь с… с…       — Да, с Минхо и Чонином, — ответил за него младший и повернулся к двери, проклиная этот день.       — Этот Хван, — Минхо продолжал ворчать, а Чонин смеялся и качал головой. Переведя взгляд на дверь, он задумался и засмотрелся, ничего не отвечая хену, который резко замолчал и перевел взгляд туда, куда смотрит младший. А смотрел он на Сынмина и Хенджина, которые о чем-то разговаривали. — Его еще и тут не хватало, — прохныкал Ли и отвернулся, пока Ян продолжал смотреть в ту сторону. В его груди бушевало странное чувство, непонятное, которое не могло оторвать глаз с светловолосого парня. Безумно кр… — Эй, Чонин, ты слышишь, что я говорю? — позвал Ли и помохал перед глазами парня рукой. Чонин опустил голову и посмотрел на старшего.       — Прости, задумался, — извинившись, Ян слушал старшего, иногда поглядывая в сторону, пока Минхо это не надоело.       — Йенни, ты меня не слушаешь, и почему ты всё время смотришь в ту сторону? Только не говори, что в Хенджина втюхался, — пробурчал Ли, а Чонин резко состроил рожицу, означающую отвращение.       — Иу, нет, ишь о чем подумал, — ответил он.       — Тогда зачем смотришь?       — То есть кроме Хенджина ты никого не видишь? — прозвучало двусмысленно, и Минхо понял не так, как думал младший, поэтому лишь покривился.       — Он просто вечно перед глазами маячит, — отмахнулся Ли и стал смотреть в окно, а Чонин, опустив голову, исподлобья вновь смотрел в ту сторону. Пока младший того не видел, Минхо тоже посмотрел в сторону Сынмина и Хенджин и тогда понял. Его глаза расширились, и он прокашлялся. — Стоп.       — М? — подняв голову, Чон встряхнул ею, убирая таким образом волосы.       — Тебе Сынмин понравился? — спросил Хо, и Чонин в этот же момент округлил глаза.       — Ты совсем? Я же говорил, что мне любовь пока не нужна, да и если нужна, то точно не с ним, — проговорил Ян и, проведя по Киму взглядом, покривился. — Уж точно не с ним.       — А что смотришь тогда?       — В аудиторию хочу, сесть, ноги устали, вот слежу, когда препод дверь откроет, — ответил Ян, а Минхо понимающе кивнул. — Дурак.       — Эй, что дурак-то сразу, ты смотришь в их сторону, ничего не говоришь, о чем я еще должен думать, — немного обиженно произнес старший, а Чонин, немного посмеявшись, поклонился.       — О, мой господин, простите, что оскорбил вас, — хихикнул младший, а Минхо закатил глаза и неожиданно увидел взгляд девушки.       — Ты глянь-ка, как смотрит та девуха, — слегка кивнув в сторону, Минхо хмыкнул. Нин посмотрел туда, куда кивал старший, и посмеялся с того, как гордится этим друг. — Йенни, у тебя вообще когда-нибудь были отношения?       — Были, в 14, ты что не помнишь, я тебе рассказывал, — приподняв бровь, немного с предъявой надавил Ян, а Ли почесал затылок.       — А, точно, тогда ты понял, что по мальчикам, ну сори, забыл чутка.       — Ага, аж на неделю, смотри, чтобы имя мое не забыл, — усмехнувшись, Чонин сделал серьёзное лицо, а Минхо тут же затараторил:       — Я помню, помню, Чонин, — и замахал руками, как тут же младший прыснул от смеха.       — Ну ладно, живи пока.       Дверь в аудиторию открыли, и все постепенно зашли внутрь, рассаживаясь по местам. Преподаватель прошел в центр и начал объяснять тему, которую запланировал. Во время пар всегда было тихо, что даже клонило в сон, и Чонин не удивился, когда с начала прошло 10 минут и под ухом послышалось сопение старшего. Благо тот запоминал даже во сне, из-за чего его оценки всегда были отличными, и сейчас, пока он молчит, Ян отдыхает. Потому что иногда жалующееся существо в виде твоего друга настолько надоедает, что когда его нет, мозг отдыхает от переизбытка мата. Чонин развалился на стуле и расслабленно писал, что запомнил, пока не почувствовал пристально обжигающий взгляд. Он медленно поднял голову и застыл, краем глаза видя Сынмина сбоку, на 3 ряду, который, немного повернув голову, оглядывал его. Чуть приподняв уголок губ, Чонин вновь опустил голову, продолжая писать, пока свободная рука скользнула к бедру и сжалась в кулак.       Наступил 10-ти минутный перерыв и, недовольно покривившись, Чонин начал разминать шею. Минхо, как по часам, проснулся прямо тогда, когда озвучили про отдых, и потянулся, протирая глаза.       — Чонин, — к парню медленно подошла девушка и улыбнулась, смотря на подругу. — Когда ты в ресторане работаешь, мы бы хотели прийти и посмотреть, как ты играешь? — спросила она, а ее подруга кивнула. Чон же сдержался, чтобы не закатить глаза, и лишь вздохнул, думая, что уже все выучили его расписание, но нет.       — Сегодня, в пятницу и в воскресенье, в остальные дни, вы меня там не найдете, — честно ответил он, понимая, что это тоже посетители, поэтому не стал врать.       — Мы придём, — подмигнув парню, девушки, хихикая, отошли к своим партам, а Чонин наконец смог закатить глаза, так же разминая шею и длинные пальцы.       — Какие приставучие, — в полу сознании проговорил Хо, а Чонин немного взбесился и хлопнул прямо возле его уха, чем заставил старшего подскочить и окончательно проснуться. — С ума сошел?!       — Хватит спать.       — Ну, Йенни, у нас будет тяжелый вечер, надо выспаться и набраться сил, а ты тут меня будишь, обалдел совсем? — недовольно сложив руки на груди, пробурчал Хо, и вдруг ему прямо в лоб прилетает бумажка. Выпучив глаза, Ли оглянулся, но все остались в том же положении, пока под боком Чонин пытался не засмеяться. Раскрыв бумажку, Минхо цокнул языком и протянул руку другу. Тот взял листочек и прочитал слащавое признание в любви, которое заставило свести зубы, словно от безумно сладкой конфеты или мороженого. Скомкав его, Ян встал и дошел до мусорки, выбрасывая испорченный листочек. Минхо округлил глаза сильней и покачал головой.       — Что ты так смотришь, я уже говорил, что отношения мне не нужны, особенно сейчас, — довольно громко, но в то же время размеренно сказал Нин и хмыкнул, когда парень на две парты спереди вздохнул с грустью.       — Жестоко, это жестоко, мистер Каменное сердце, — смотря прямо на друга, Ли кивнул головой и невольно перевел взгляд за младшего, на которого смотрел Сынмин. Тот тут же отвернулся и сделал вид, что ничего не произошло, вот только кончики его ушей неожиданно окрасились в розовый. Увидев взгляд старшего за собой, Нин аккуратно повернул туда голову и вновь развернулся к Минхо с приподнятой бровью. Тот помотал головой и, еще раз бросив мимолетный взгляд на Сынмина, хлопнул себя по щеке, чтобы прийти в себя.       — Мы сегодня перед работой будем по городу кататься? — неожиданно спросил Нин и заглянул в телефон, смотря сколько время. Его тело затекло, и он потянулся, хрустя плечами.       — Ну можно, если кое-кто снова не передумает и не будет песню дописывать, — недовольно фыркнул Хо.       — Не будет, всё равно пока нечего писать, я даже мелодию не придумал для конца.       — Да ты фто? — специально зашепелявив, Ли отвернулся. — Именно по этой причине мы не катались в прошлый раз.       — Потому что вдохновение от меня ушло, я думал смогу дописать и пойти, а в итоге засиделся.       — Я думаф фмогу допифафь и пойфи, а в итофе зафиделфа, — всё так же обиженно пробубнил Ли и повернулся к младшему, чтобы сделать вид, что плюнул в него. Чонин театрально стер все с лица. — Повезло тебе, что у меня день плохой, иначе бы отказался.       — И как это связано? — дернув бровью, Чонин взглянул на пришедшее сообщение и тяжко выдохнул.       — Что там?       — Чиджи пишет, чтобы мы пораньше пришли, столы все забронировали, — дав почитать сообщение, Чон быстро достал из кармана масло для губ и чуть-чуть нанёс его, сразу распределяя по сухим губам.       — Достал пользоваться этим маслом, я уже задыхаюсь от этого винограда, — отдав телефон, Минхо покривился, хотя мельком глянул на губы младшего, потому что они выглядели очень красиво, переливаясь на свету.       — А что поделать, тебе повезло, что губы у тебя не сохнут и уж точно не трескаются, — стрельнул Ян.       — Потому что я их не кусаю, — показав язык, Хо фыркнул.       — Скоро начнешь, когда стрессовать будешь.       — Это какой такой стресс у тебя, что ты губы так часто кусаешь? Жизненный? — спросил Ли, а Чонин лишь обвел его взглядом и отвернулся.       — Их ссоры напоминают ссоры женатой парочки, — где-то посмеялись, а друзья, услышав это, замерли и, переглянувшись, прыснули от смеха.       — Минхо-хен, — дав руку старшему, Ян подмигнул.       — Йенни, — старший взял его за руку и хотел было уж поцеловать, как друзья разразились смехом и дали друг другу пять, хлопая в ладоши.       — Так и запишу тебя в контактах «Муженек», — посмеялся Нин и шуточно покривился, вздыхая.       — Не дай боже, быть с тобой супругами, — отдышавшись, Хо развалился на парте, потому что начиналась вторая часть пары.       — Эй, за языком следи.       — Понял, понял, господин Ян, простите вашего покорного слугу, — сделав молитвенный жест, Минхо развернулся к одногруппникам и показал на него пальцем. — Видели, да, он манипулятор, — только сказав это, Минхо прилетает подзатыльник, ойкнув, он растер больное место и добавил: — Еще и абьюзер.       — Ты никогда не заткнешься, да? — спросил Ян, ущипнув старшего за бок.       — Всё, всё, понял, прости, — шикнув от боли, Минхо лег на парту, как тут же началась пара.

***

      — Хен, ты готов? — крикнул Чон, надевая кроссовки.       — Бегу, — в ответ крикнул Минхо и прибежал, доставая обувь с полки. Он быстро напялил кеды, выдохнул, смахивая челку, и поправил круглые очки. Младший покачал головой и, открыв дверь, взял с порога скейт, так же сделал Ли и, выйдя из квартиры, закрыл дверь. Они спустились вниз и только вышли из подъезда, поставили скейты на землю, отталкиваясь. Колеса шумели, доски немного скрипели, и ветер освежал пылающие лица, что только что носились по дому в поисках своих вещей. — У тебя сегодня пианино?       — Ага, а я даже пальцы не размял, — выдохнув, Чонин оттолкнулся ногой и поехал быстрее.       — Ничего, приедем, разомнешь, — хмыкнул Ли. Быстро добравшись до здания ресторана, парни зашли внутрь, кланяясь своим коллегам.       — Снова мы из-за тебя не покатались, — буркнул Минхо, кладя доску возле вешалки с одеждой персонала.       — Не вини меня, это ты долго одевался, еще и линзы снял раньше времени, знал ведь, что мы раньше на работу пойдем, — так же буркнул младший и нацепил на толстовку бейджик со своим псевдонимом. Минхо сделал так же, и парни разошлись по своим местам. Старший стал сразу принимать заказы, а Чонин быстро сел на стульчик и стал разминать пальцы. Они хрустели и почему-то по странному болели, но парень стерпел боль и быстренько достал бутылку с водой из рюкзака и поставил рядом на пол. Он начал играть. Приятная мелодия разносилась по заведению, а шепотки чуть стихли, потому что люди стали наслаждаться песнями, которые играл младший. Они немного покачивались в такт музыке и расслабленно улыбались.       — Какое поколение растет, — одобряюще говорили некоторые мужчины и кивали тому, как Чонин сам наслаждался от своей игры. Он счастливо улыбался и порой смотрел на зал, в котором сидели люди и тихо болтали или смотрели в ответ на парня. Когда музыка закончилась, и Чонин опустил руки, вновь разминая их, слушатели похлопали ему, а сам он благодарно улыбнулся и кивнул, прежде чем попить воды. Вдруг к нему подбегает девочка и смущенно улыбается, порой смотря назад, но протягивает коробку конфет. Ян, не ожидав этого, слегка засмущался, но улыбнулся и принял подарок, протягивая руку малышке, та ее неуверенно пожала и убежала к родителям, которые, улыбнувшись, кивнули Чонину. Он так же им кивнул и отложил коробочку, начиная играть новую мелодию.       — Чонин сегодня прям увлечен игрой, — подходя к барной стойке и забирая пару стаканов с напитками, сказал официант.       — Серьезно отнесся к большому количеству людей, — ответил Хо и, проводив коллегу взглядом, неожиданно замер. Среди посетителей он увидел знакомое лицо человека, который расслабленно наблюдал за Чонином. Он отвлекся лишь на то, чтобы поблагодарить официанта за напиток и дальше продолжил смотреть и слушать прекрасную музыку.       — Мне пожалуйста, красное вино, — издался знакомый низкий голос, и Минхо, развернувшись, округлил глаза.       — А не рановато ли тебе, Ликс? — усмехнулся он и отбил кулачок брату, который вымученно сел на стул.       — Ну пожалуйста, я устал, надо освежится, — подперев щёку рукой, Феликс посмотрел в глаза брата молящим взглядом.       — Тогда уж бери шампанское или коньяк с колой, — посоветовал Хо и усмехнулся с того, как младший зевнул и показал 2 на пальцах. — Что случилось, братец? Усталый не как обычно, — наливая газировку в стакан и добавляя немного алкоголя, Хо протянул напиток и уперся в стойку руками.       — Курс только начался, а нас уже на практиках мучают, будто мы на войну готовимся, — сделав глоток, младший прикрыл глаза, расслабляясь от спокойной музыки.       — А ты как хотел? Юридический тебе не шутки, особенно оперативные службы, — вновь посмотрев на Сынмина, проговорил Минхо и выдохнул, качая головой. Вторая песня закончилась, и спустя пару минут заиграла новая. Такая спокойная, пробирающаяся до глубины души. Подходит для свиданий. Многие парочки, что находились в зале, с улыбками друг на друга глянули или приобнялись. Хо немного улыбнулся и в такт мелодии покачивался.       — Прикольная песня, я ее раньше не слышал, — заметил Феликс.       — Конечно, Чонин ее только написал и то, не дописал, уверен, что он сейчас будет на ходу выдумывать, — хмыкнув, старший продолжил наслаждаться песней и перемешивать разные напитки, отдавая официанту.       — Он так до сих пор и один? — так невзначай спросил младший Ли, а, увидев кивок старшего, понимающе приподнял бровь. — Странно, а кажется будто влюблен.       — В смысле? — не понял Минхо.       — Не каждый может так писать музыку, с чего-то же он взял идею, а в большинстве случаев музыканты ориентируются на своих чувствах, — пояснил Феликс и, оглядев зал, наткнулся на Сынмина. — Вот тот парень к примеру, он кажется тоже влюблен, но не могу сказать, как сильно, может продолжительно, хотя может и очень сильно.       — И как ты это понял, малец? — хмыкнул Ли, но неосознанно задумался, начиная внимательно слушать брата.       — Я много чего понимаю, у этого парня искры в глазах, будто звездочки, не от света, а от чувств, должно быть раньше он забывал о своей любви, но обстоятельства повернулись по другому и в итоге она обернулась большой волной, которая окутала с головой, — разглядывая Сынмина всего, Ликс еще заметил детали, поэтому говорил все еще с большим энтузиазмом. — Так же он довольно крепко сжимает стакан, хотя его лицо расслабленно, он продолжает скрывать свои чувства.       — Ну ты даешь, братец, — удивился Хо и глянул на друга, который играл на сцене. — А про Чонина можешь что-нибудь сказать?       — Я тебе гадалка что ли, про людей рассказывать, может мне тебе на картах разложить? — фыркнув, Феликс перевел взгляд на Чонина и стал вглядываться, будто сканируя его всего, даже то, что творится в душе. — Про него трудно сказать, Чонин всегда был закрытый и недоступный, поэтому готовься услышать малость.       — Давай, вещай уже, — облокотившись о столешницу, парень приблизился к брату, чтобы получше его слышать.       — Взгляд направлен куда-то в пустоту, думает о чем-то и должно быть о чем-то серьезном, эту часть песни ты слышал? — для достоверности своих мыслей спросил младший, а старший отрицательно помотал головой. — Довольно мастерски пытается что-то скрыть, мелодия меняется каждый раз, но, кажется, что всё однотипно, такое ощущение, что он тоже пытается скрыть свои чувства под неприступным образом, — проговорил он, а мелодия стихла, и Чонин взял бутылку с водой. — Я уже сказал, трудно прочитать Чонина, слишком долго был закрыт, отлично скрывает чувства и в принципе нутро, сам-то ничего странного в нем не замечал? Может и правда влюбился, только тебе говорить не хочет.       — Исключено, он всё мне рассказывает, всегда слушает мое мнение и…       — Ну не может же он вечно действовать, как ты думаешь, особенно в таких делах, сердцу не прикажешь, — пожав плечами, Феликс сел ровно и кинул взгляд на Сынмина, что не сводил глаз с Яна. Хмыкнув, Ли покачал головой и отпил немного колы.       — Ты чего? — спросил старший.       — А эти двое случайно не знакомы? Просто взгляд того парня говорит о том, что они могут быть близки, — снова на легке уточнил Ликс.       — Знакомы, мы в одном универе учимся, а еще раньше ходили в один музыкальный центр, — кивнув, Минхо стал прожигать взглядом Чонина, потому что в его голову забрались не очень хорошие мысли.       — Да? И какие у них отношения?       — Никакие, они даже не общаются, — ответил старший.       — Скоро начнут, хотя… — вновь приглядевшись к глазам Чонина, Феликс вздохнул. — Они начнут либо ссориться, либо продолжат так и дальше не обращать друг на друга внимания, пока один из них не влюбится в кого-то другого, — сделав вывод, парень допил напиток и щелкнул языком, пока Минхо кивал. Но тут до него дошел смысл фразы, и он резко повернулся к брату.       — Что?! — шокировано спросил он. — Они… нравятся друг другу?       — А не видно, как тот парень смотрит на Чонина? Они явно нравятся друг другу, но не знают об этом, не признавались.       — Быть такого не может, Чонин сегодня отлично дал понять, что ни за что бы не стал встречаться с Сынмином, не-а, — отрицая будто для себя, Хо встряхнул головой и фыркнул.       — У Сынмина случайно нет знакомого или друга, который тебе не нравится?       — Есть, — послушно ответил старший Ли, и тогда он понял. — Твою ж…       — Ага, подумай сам, твой друг влюблен в друга человека, который тебе не нравится, чтобы ты сделал если бы узнал о его чувствах, — будто надавливая, спросил Ликс, а Минхо опустил голову от некого стыда. — Вот так, он бы конечно тебе не сказал бы, еще бы взъелся на него, что вот «какого черта, этот Сынмин вообще-то общается с кем-то там, кто мне не нравится»…       — С Хенджином, угу, — перебив, добавил Хо, и Феликс еще более понимающе вскинул бровями.       — Тем более, если Сынмин общается с Хенджином, Хван твой враг номер один, а сейчас мы заподозрили, что Чонин влюблен в его друга, прекрасно, теперь понятно почему он может скрывать свои чувства, — сказал Феликс и перевел взгляд на пустующий стул возле пианино.       — А где Сынмин? — так же заметив пустой столик, Минхо повернул голову на сцену, и его брови сошлись к переносице.       — Пошли разбираться в отношениях, — хмыкнул Ликс и тут же застыл от пристального взгляда брата. Поняв, что тот хочет, младший вымученно вздохнул. — Хен, он сам разберется, зачем тебе знать, что между ними?       — Прошу, Феликс, — сделав молящий жест, Минхо посмотрел в сторону туалета.       — А если они там непристойными делами занимаются, мне слушать это все? — чуть-чуть с опаской спросил он.       — Нет, сразу вернешься, ну пожалуйста, братишка, — все вымаливал Хо, и Ликс сдался. Он, вздохнув, прохныкал, но все же встал и поплелся к туалету, прислушиваясь, что происходит внутри.       — Что ты здесь забыл? — спросил равнодушный голос Яна.       — Пришел послушать, как ты играешь, — спокойно ответил голос Сынмина, а после последовал смешок.       — Ты хотя бы не страдай такой фигнёй, и так половина группы собрались сегодня, — немного устало произнес Чонин.       — Ну не стоит сравнивать меня и их, если они пришли на тебя поглазеть, не нужно думать, что и я тоже, я лишь хотел живую музыку послушать, — все так же на легке отвечал Сынмин.       — Мог бы сам сыграть себе, у тебя получается не хуже моего, у нас же был один педагог, — услышав усмешку, Феликс закатил глаза, понимая, что Чонин начал стебаться. — Я скажу тебе честно, Сынмин, я не хочу, чтобы ты и остальные люди из нашей параллели сюда ходили, но так как им я такого сказать не могу, говорю тебе, не ходи сюда, противно видеть знакомые лица, и так вас каждый день наблюдаю, — равнодушно произнес парень и пошаркал по полу.       — Чонин, — позвал Сынмин, но оказалось безрезультатно. Феликс понял, что тот пошел к выходу, поэтому рванул к брату за стойку и сел как ни в чем не бывало с задумавшимся лицом.       «Неужели я ошибся по поводу его чувств, все-таки Чонин отлично скрывает их, а вот Сынмин… и правда влюблен в хена» — чуть поразмышляв, Феликс глянул, как Чонин вновь выходит на сцену и садится на стул, начиная играть новую мелодию.       — Ну что? — спросил Минхо, протирая стаканы.       — Они поссорились, Чонин грубо ответил Сынмину, поэтому скорее всего на его счет я ошибся, но вот по поводу второго не уверен, он кажется всё же влюблен в хена, — кивнув для себя, младший перевел взгляд в сторону столика, где сидел Сынмин, и увидел, как тот лишь забирает сумку и уходит чуть с поникшей головой. Ян проводил парня взглядом и вздохнул, следя за своими пальцами.       По окончанию рабочего дня, столы опустели, и Чонин уже собирал рюкзак, обдумывая слова, которые скажет старшему.       — Йенни, пошли? — позвал Хо, а Ян прикусил губу и подошел к другу.       — Хен, ты едь домой, я прогуляюсь немного, — натянув слабую улыбку, Чонин кивнул Феликсу и вновь глянул на старшего.       — Ладно, если что напиши, когда домой пойдешь, — хлопнув младшего по плечу, Минхо взял свой скейт и вышел с Феликсом. Как только братья Ли вышли, Чонин вздохнул и, подождав немного, взял скейт и достал из кармана наушники.       Проезжая по велосипедной дорожке, ветер обдувал лицо парня, и тот в свою очередь вздыхал. В груди бушевала боль, царапала грудную клетку и так хотела вырваться через горло, но Чонин вовремя ее усмирял. Только не до конца, как оказалось. По щеке неожиданно скатилась слеза, и Чонин поспешил ее стереть. Остановившись около холмика, с которого видно закат, Ян забрался на него и сел на траву, поджимая ноги к груди. Все внутри болело и ныло, будто кошки скребутся. Не в силах сдержать эмоции, Чонин опустил голову на руки и стал тихо плакать, прокручивая небольшое мутно-белое колечко из горного хрусталя. Взглянув на украшение, слезы полились новой волной, накрывая как цунами.       — Прошу, исчезни из моей жизни, — прошептал Ян и вновь уткнулся в руки. До невозможности больно и лишь от всплывающих воспоминаний Чонин готов был провалится под землю, лишь бы не помнить своего прошлого. — Зачем ты вернулся?