Фол в нападении

Асли всегда любила летать самолётом. Особенно ей нравился момент взлета, когда тело на мгновение будто замирает в невесомости, а внизу все становится совсем крошечным. Именно поэтому она выбирала места у окон. В этот раз тоже получилось так сделать. На своём ряду она сидела одна. Подруги по команде, тренер, второй тренер и врач получили места впереди и посередине. А ей, Асли, досталось кресло в конце салона. Так было даже лучше. Асли хотела побыть в одиночестве. Приземлившись на свое место у окна, Асли вытащила из рюкзака купленный накануне вылета роман Джоджо Мойес. Полет предстоял долгий: из-за закрытого неба над несколькими европейскими странами в воздухе следовало провести куда больше времени. Асли не хотела сидеть это время с кем-то, кто будет отвлекать ее разговорами и молилась, чтобы пустующее соседнее кресло никто не занял. Впрочем, радоваться пришлось недолго: почти перед самым взлетом рядом приземлился высокий мужчина лет тридцати пяти. Тёмные волосы и такие же тёмные глаза выдавали в нем соотечественника. Выступающие чётко очерченные скулы делали лицо харизматичным и мужественным. Нежданный сосед был одет во все чёрное. Он сел, пристегнул ремень, вытащил из кармана телефон, а затем со вздохом откинулся на спинку сиденья. И поймал взгляд соседки сбоку. — Что-то не так? — его голос был суровым и настороженно. Девушка вжалась в спинку своего кресла. — Все в порядке. Просто… вам не будет холодно в этом пальто? В Вильнюсе сейчас лежит снег. «И что за ерунду я несу?» — тут же отругала себя Асли. Незнакомец усмехнулся. — Я знаю. Ничего страшного. Асли кивнула. Проходящая мимо стюардесса напомнила пассажирам о необходимости пристегнуть ремни. Девушка дёрнула свой, но тот почему-то не поддался. — Что-то не застегивается, — смутилась она, глядя на соседа. Неожиданно тот приблизился к ней так, что их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Она даже ощутила его горячее дыхание на своей коже. — Что вы делаете? — воскликнула Асли, чувствуя ладони незнакомца на своих бедрах. И прежде чем она успела опомниться, послышался щелчок. — Теперь все в порядке, — оповестил её сосед и усмехнулся. Девушка до сих пор находилась в оцепенении, а сердце почему-то колотилось. — Спасибо, — одними губами произнесла она. Настроение читать роман Джоджо Мойес почему-то пропало. За все годы баскетбольной карьеры (а на первую тренировку Асли Чинар пришла двадцать лет назад, длинноногой, как лань, десятилетней девчонкой) она играла почти во всех европейских странах. Сезон во французском «Лионе», два — в Сербии, в клубе «Црвена Звезда» и столько же в греческом «Панатинаикосе». Это были не только матчи внутренних чемпионатов, но и выезды за границу. В две тысячи тринадцатом Асли впервые попала на Чемпионат Европы по баскетболу в составе национальной сборной. Её выпустили на площадку всего четыре или пять раз на несколько минут, но она была счастлива. Особенно когда турецкая команда завоевала третье место. С тех пор она постоянно попадала в состав сборной. Лишь в две тысячи девятнадцатом не удалось сыграть из-за травмы колена, поэтому она смотрела чемпионат по телевизору из палаты одной из крупнейших турецких клиник. А два года назад, летом две тысячи двадцать первого, все испортил положительный тест на коронавирус, из-за которого Асли не выпустили из отеля. Было обидно так ни разу и не выйти на площадку и провести летние дни взаперти. А вот в Литве Асли так ни разу и не была. Хотя много раз слышала, что баскетбол в этой стране очень любят. На матчах местных команд собираются полные залы, а уж как поддерживают национальную сборную! Девушка знала нескольких баскетболисток оттуда — одна из них в семнадцать лет попала в ее «Лион». Хотя там уже с тех пор много чего поменялось… Да и сама Асли два сезона подряд играла под номером шестнадцать в «Фенербахче». Самолет уже набрал высоту, и табличка «пристегнуть ремни» погасла. Сосед сидел, закрыв глаза и заткнув уши беспроводными белыми наушниками. Странно, что в его облике было хоть что-то белое, подумала Асли. Она отстегнула ремень, чтобы выйти в туалет. Мужчина рядом отреагировал, пропуская её, и смерил взглядом. Асли опустила глаза. Оказавшись у туалета, она обнаружила, что он закрыт. Она развернулась со вздохом и уткнулась в мужское плечо. От неожиданности девушка вздрогнула. Перед ней стоял и ухмылялся сосед. — Там занято, — сообщила она. — И я в очереди жду, если что. В том конце салона есть ещё один туалет. — Я знаю, — сказал он. — А ты красивая. — Спасибо, — смутилась она. Послышался щелчок замка, и сосед притянул её к себе, освобождая проход пассажирке с маленьким ребенком на руках. Асли уперлась спиной в мужскую грудь и почувствовала на своей талии крепкие ладони. Сердце снова заколотилось, она не сразу сообразила, как отреагировать. И лишь словив взгляд стюардессы, которая проходила мимо и явно с удивлением уставилась на парочку, вывернулась из кольца рук соседа: — Что вы делаете? С ума сошли? Скрывшись в кабинке, Асли щелкнула замком и включила воду, протирая начавшее пылать лицо. Давно она ничего подобного не испытывала. Профессиональный спорт в принципе был слабо совместим с личной жизнью, это Асли поняла ещё в юности. Но ей нравился её выбор. Её вполне устраивали гостевые отношения, когда двое живут каждый у себя и встречаются раз в неделю. Это не мешало плотному графику спортсменки. Мысли о любви на всю жизнь она отбросила уже очень давно. Какая еще любовь? Даже ее мама, и та бросила отца и детей и уехала в поисках лучшей жизни. Теперь живёт где-то в Европе. Как-то Асли даже видела её фото в соцсетях: счастливая женщина в загородном доме в окружении цветов и собак. Асли вздохнула, спуская воду в унитазе. «У тебя просто давно не было мужчины, вот и все, — сказала она самой себе. — Дура ты, Асли Чинар. Сейчас нужно сосредоточиться на играх. Слава Аллаху, ты отделалась от Халюка, и теперь тебе ничто не помешает». Роман с Халюком у Асли закончился чуть больше двух месяцев назад. Это были все те же гостевые отношения, к которым баскетболистка уже давно привыкла. Игры в «Фенербахче» позволяли жить в Стамбуле без постоянных разъездов, ходить на разные мероприятия. На одном из них они и познакомились. Асли тогда надела свое лучшее платье (чёрное, с вырезом от бедра, идеально подчеркивающее фигуру), нацепила украшения одного молодого турецкого бренда (его основательницей была актриса из её любимого сериала), накрасила губы вишневой помадой и уложила волосы. Халюку, недавно разведенному директору одного из футбольных клубов, этого хватило. Тем же вечером они с Асли поехали к нему. Выходные девушка стала проводить у него в большом загородном доме. Она не рассчитывала на что-то большее, кольцо, там, или предложение руки и сердца. Но когда Халюк вдруг завёл разговор о том, что Асли пора бы дать дорогу молодым спортсменкам и заняться домом, не выдержала: — Ты, конечно, извини, но рожать я не собираюсь. У меня материнского инстинкта нет. Да и лет пять ещё есть поиграть. Хочется на Олимпиаду попасть, может, на Чемпионат мира, попробовать попасть в НБА. И вообще, Левченко из Беларуси карьеру в сорок лет закончила. — Милая, когда тебе будет сорок, мне стукнет уже пятьдесят пять, — пытался вразумить её «бойфренд». — Ты серьезно думаешь рожать после сорока? — Когда захочу, тогда и рожу, — буркнула Асли. — Не нравится — можем разойтись. Так и произошло. Приехав домой, Асли заблокировала номер Халюка. А когда он заявился у нее на пороге, просто не открыла дверь. Больше они не виделись. И вряд ли увидятся скоро. Если это вообще когда-нибудь случится. Асли осторожно открыла дверь туалета. Возле него стояла какая-то пассажирка, а вот соседа не было. Девушка выдохнула и пошла к своему месту. Каково же было её удивление, когда она не увидела его и там. На глаза почему-то навернулись слезы. Неужели это из-за неё? Подавив всхлип, Асли уткнулась в роман. Страдания главных героев (чересчур преувеличенные, по мнению баскетболистки) показались ей нелепыми и смешными. Но неплохо помогали убить время. Сосед вернулся только в конце полёта, когда самолёт начал погружаться в густые облака. Асли сунула книжку в рюкзак и пристегнулась, на этот раз сама. Мужчина рядом хмыкнул и качнул головой. Асли с вызовом посмотрела на него, и он отвернулся, улыбнувшись уголками губ. В голове роились разные мысли, и чтобы отвлечься, девушка стала смотреть в окно. Самолет снижался над оранжевыми фонарями литовской столицы и вскоре коснулся посадочной полосы. Асли дернулась в кресле. Уже не терпелось покинуть воздушное судно. Дождавшись остановки самолёта, она встала, чтобы вытащить куртку с полки над сиденьем. Однако сосед, не торопившийся вставать, мешал это сделать. Внутри проснулась злость. — Расселся тут, как дурак, — буркнула Асли, плюхаясь обратно на свое место. Кажется, мужчина расслышал, потому что снова улыбнулся. Его улыбка показалась баскетболистке идиотской. Он встал одним из последних, когда большая часть пассажиров уже покинула самолёт. Асли тоже выбралась следом. Её подруги по команде уже давно были снаружи, и теперь она испугалась, что не найдёт их. А ещё предстояло забрать багаж. Чемодана с формой, снаряжением и витаминами пришлось ждать долго. Асли даже забеспокоилась, что он улетел куда-то в другую страну, из-за чего она завтра не выйдет на площадку. Но нет, на ленте показалась знакомая красная обшивка. Девушка подхватила чемодан и заторопилась к выходу, следуя за указателями. В холле, где встречали пассажиров, никого из её команды уже не было. На улице тоже. Видимо, команда уехала в гостиницу, не досчитавшись её. Хотя сегодня вечером должны прибыть ещё две спортсменки: они не жили в Турции и поэтому добирались в Литву отдельно от остальной команды. Асли поежилась: ее теплая одежда не спасала от пронзительного литовского ветра. Очень скоро зубы начали стучать от холода, она почувствовала себя одиноко. К глазам подступили слезы обиды. — Никто не встречает? — послышалось сзади. Асли вздрогнула и обернулась: рядом стоял сосед в чёрном. — Не твоё дело, — сказала она. Он вздохнул, будто принимая какое-то решение, и скомандовал: — Идём. — К-куда? — В машину. Подвезу тебя. — Я тебя не просила, — в Асли взыграла гордость. — Ты замёрзла. Идем, — он подхватил её чемодан и устремился в темноту. Асли поспешила следом. Выхода у нее и впрямь не было, ведь она даже не знала города. Да и наличных, чтобы расплатиться в такси, не имела. — Вообще-то я не сажусь в машину к незнакомым людям, — зачем-то заметила девушка. — Можем познакомиться. Я Ферхат. Ферхат Аслан. — А я Асли Чинар. В машине было прохладно, но теплее, чем на улице. Трясущимися замёрзшими пальцами Асли разблокировала телефон в поисках заметки с адресом отеля, где поселили команду. — Куда едем? — спросил её водитель. — Сейчас… Вот сюда, — она протянула ему гаджет. — Самый центр, — усмехнулся он, заводя двигатель.