Каджит на массе

       Загрузившись в Нормандию, первым делом сопроводили всех раненых в лазарет. Фактически, так или иначе, зацепили всех. Мне было насрать, так как я залечиваю себя ослабленными заклинаниями, да и не пропускала я попадание вольфрама в тело — броня превосходно держит простые песчинки вольфрама, сказывается и останавливающее действие гетского покрытия и высококлассная керамика бронепластин. Это не омником на коленке напаять. Конечно, всё это не панацея, да и я все-таки несмотря на маркер, слегка попортила броню своей биотикой. Что поделать — не могу я сдерживаться когда ситуация требует применять максимум из того, что я могу выдать в бою.        Зацепило Тали. Правда, не сильно, но ей прорвали уник выстрелом. Рана смешная, как от иголки, но у кварианцев с этим огромные проблемы — подавленный иммунитет вносит свои коррективы. Кварианку залили кровостопом, но уже под конец операции та покачивалась от подскочившей температуры.        Теперь же ей организовали стерильный пакет, обкололи целым списком разнообразных лекарств и оставили отсыпаться. Жалкое зрелище… Я едва удержалась от того, чтобы не наложить на девушку «Лечение». Это бы вытащило её из такого отвратительного состояния. Но, к сожалению, здесь суетится Карин и никого и близко не подпускает к больной. Увы, я ей не настолько доверяю, чтобы открывать свой маленький секретик — Чаквас остаётся кадровым военным медиком на зарплате Альянса. Впрочем, как и все остальные члены экипажа, что немного удручает.        Гарруса обкололи препаратами и отпустили — залечивать свои многочисленные синяки он может и лёжа под МАКО.        Эшли заработала пару прострелов от снайпера, но сцепив зубы, дорабатывала на химии и ослином упрямстве, потому ей почистили раны и перевязав, отправили отдыхать.        Кайден перегрелся, но почти отошёл к концу миссии, так что ничего серьёзнее жуткой мигрени и повышенного накоплении статического электричества, из-за чего он будет биться током, ему в ближайшую неделю не светит.        Джон получил сильнее всех — наш спектр буквально лез в самое пекло и получал вплоть до отказавших намертво кинетических щитов — несколько ожогов от плазмы, пара песчинок застрявших в костях, несколько дырок в левой руке… В общем, Карин едва не приковала его наручниками к койке, когда тот хотел тихонько сдриснуть после операции по установке шин на сломанные кости. Волевой мужик…        Лиару так же прописали в лазарет из-за общего истощения. Ну, и потому, что её пихать пока некуда. Погасили боевой коктейль в крови, трахнули мне мозги за применение боевого стимулятора на гражданский филей, принесли с кают-компании разогретый бич-пакет, как у нас прозвали эти безвкусные пищевые рационы, и оставили отдыхать. Все-таки, неделю провисеть в Т-позе без еды и воды… Да, азари выносливые, но и у них есть пределы. И Т’Сони была близка. А всё потому, что мы слишком долго шастали по планетам в поисках этой самой экспедиции, при чём, я до сих пор не понимаю, почему правительство человеческой колонии на Теруме никак не регистрировало толпу азари в качестве археологов…. У Шепарда много вопросов к Терумскуму руководству.        Ну, и Рекс. Он был первым, кто собрал на себя самые неприятные попадания, но пёр напролом как живой танк. У него броня даже покрепче моей будет, но и её прошибали. Тем не менее, зная кроганскую регенерацию, ему выдали пять рационов, два литра кофе и отправили спать.        Вот и вышло так, что все отдыхают, корабль стоит в космопорте и делать решительно нефиг… Почесав тыковку, принялась чинить броню. Себе, Шепарду, Гаррусу, уник Тали… В общем, всем, кто согласился. Рекс чинил свою броню сам.        Закончив и с этим, я разобрала все трофеи. Оружие отдельно, платформы отдельно. Первое пока отложила, а вторых разбирала на детали.        Больше всего меня интересовал активный камуфляж гета-охотника. Покрытие его кожи было особенным — какая-то жидкокристаллическая архитектура и я не понимаю, как это работает. Когда Тали выпустят из лазарета, я попрошу её заняться этим вопросом. Может быть у нас получится на пару сообразить что-то полезное.        Через три дня Карин всё же сжалилась над Джоном, выпустив его из лазарета. Подловив того в лифте и убедившись, что Джокер занят просмотром своего любимого порно с участием трёх азари и ханара, отрубила камеру и накинула на Шепарда мощную «Регенерацию». Джон охренел, но перед тем, как начать ругаться, ощупал прекратившие ныть места и задумчиво хмыкнул.        — А других так же можешь?        — Могу. Но как ты им объяснишь слишком быстрое лечение? Особенно Тали — ей лежать в пакете ещё неделю. А Карин?        — Мне кажется, ты слишком перестраховываешься. — Закатил глаза к потолку Джон.        — Группе высадки я еще с натяжкой могу поверить, что они будут молчать, хотя я им по сути никто. Но вот экипаж… Это ты для них икона, они за тебя горой. Я же для них мышь облезлая. Я прекрасно слышу их разговоры за спиной. А ломанув систему безопасности корабля, ещё и вижу кто говорит. Впрочем, то, что ты тащишь инопланетников на Нормандию тут мало кому нравится, а меня и вовсе вычеркнули из рядов людей благодаря хвосту и клыкастой морде.        — Я разберусь.        — И что ты сделаешь? Наорёшь на них? Так только хуже будет. Я понимаю, что могу сделать для всех и, если говорить предельно честно, хочу помогать своими способностями, но увы, многие из экипажа… Ненадёжны. Пока всё идёт условно обыденно, всё хорошо, но если я открыто начну здесь магичить, будь уверен, Пятый флот мигом затребует Нормандию в док, а меня отдадут головастикам.        — Я подумаю, как можно легализовать твои способности.        — Я открыта для предложений. Я тридцать три года пытаюсь придумать как это сделать. Меня ещё спасёт то, что я в твоей команде. И то, это под большим вопросом.        — Ты спасла Найлуса, не хочешь потребовать у него долг жизни и попытаться выдвинуться на должность спектра?        — Как будто это так просто! Меня даже в башню совета цитадели не пускают, какое уж там публичное вступление в СПЕКТРы? Да и тот же совет… Я им не доверяю. Я вообще политикам не доверяю. Да и Альянс не даст рекомендаций в мою пользу. Я обычный выродок в их глазах и доказательство грубейших нарушений законов о генетических вмешательствах. И вообще, мои цели — спокойная жизнь, а не работа на дядю всю свою вечность. Меня в этом мире держит только моя же увечность, из-за которой у меня нет сейчас необходимых знаний.        — Если ты готова помочь, я постараюсь что-нибудь придумать.        — Я всегда готова помочь тем, кто в этой помощи нуждается. Тебе нужен боец, и я им буду. Нужен маг? Буду. Но я не хочу сдохнуть от рук «союзников». Это будет слишком… Проблематично.        Так этот разговор ничем не закончился и я вернулась в свою обитель железок и проводов.        Руки наконец добрались до эмиттеров гетов и протеан. Полезная технология мобильных установок, аналогов которой у рас пространства цитадели по сути нет. Тут без Тали снова не разобраться, а потому я пока отложила всё и засела в свой угол, проваливаясь в медитацию.        Нужно разобраться с приоритетами. Попав на Нормандию, я получила очень много возможностей для совершенствования своих навыков. Полученные образцы технологий требуется изучить, что невозможно сделать быстро. Конечно, с огромной натяжкой, но можно сказать что у рас пространства цитадели в принципе есть что-то похожее. Но с очень большой натяжкой. Если же я смогу разобраться с этими технологиями и адаптирую их под себя, получу немалые преимущества, однако… Я не учёный, а для подобного нужно как минимум целый отдел головастых интеллектуалов, чтобы разобраться в образцах и сверстать прототип. То, что я делаю с оружием и бронёй, так, простое баловство на этом фоне.        Но, на самом деле, куда важнее мои магические способности которые нужно тренировать, хоть и не с нуля, и знания, которые есть, но в моей тупоголовой башке оседают не полными. Есть «Чертоги», которые в срочном порядке нужно разгребать… И, в целом, более простой метод — это искать обрывки конкретных воспоминаний, чем я во время медитаций и занимаюсь.        Хочу вернуть свой ножик. Мекста — это хорошо, но её не хватает. Сильно не хватает. Потому я и задумалась над воссозданием своего стеклянного клинка. Он практически полностью состоит из моей воли, так что все связки, узлы и концепции с символами я могу восстановить, но опять же, я не могу ткать реальное из энергии не зная всех нужных для этого символов этого мира. Потому мой имбовый режик сильно деградирует, но попытаться его воссоздать я обязана.        Выйдя из медитации, почесала тыковку ещё раз и выбралась из своего гамака, сразу уцепившись за межпалубную лестницу и пошла искать Джона. Тали всё ещё пускает пузыри в лазарете, так что и спросить важную для меня вещь по сути не у кого.        Прошлась по палубе, хватая на свою пятую точку странные взгляды, прогулялась по мостику мимо вечно занятого старпома Пресли, который больше прочих ворчит в мою сторону и заглянула в рубку к Джокеру.        — Где Шепард?        — Ушёл накручивать хвосты местному управлению за то, что просохатили все полимеры.        — Та блин…        — А чего хотела?        — Не поверишь, мне нужен алмаз. Не обязательно большой, главное — чистый.        — Зачем? — Охренел наш пилот.        — Да так, оружие хочу смастерить. Нужно что-то очень прочное.        — Ну у тебя и запросы… Сейчас дам канал связи, сама скажешь ему, что тебе нужно.        Джокер сказал, Джокер сделал. Выслушав причину вызова, охренел уже Джон.        — Нахрена?        — Нужен образец материала с идеальной кристаллической решёткой. Не обязательно алмаз, можно и иные углеродные образования, желательно, искусственные, но чтобы под микроскопом все было как по линейке — атом к атому и максимально плотно. Как срочники на построении.        — Промышленный алмаз подойдёт?        — Думаю, да…        — Отлично, Гаррус, отстрели зубец вон у той фигни…        Слышен гавкающий звук винтовки турианца сквозь установленную связь.        — Отлично. Эшли, отдашь это Джек, как вернемся. Ага. Да.        — Похоже, переговоры у вас идут весьма… Бурные.        — По другому до них не доходит. Ладно, Шепард, конец связи. — Сказал наш спектр и отключился.        — Джон любит вести вразумительные беседы. — Хмыкнул Джокер.        — Это точно.

***

       Зубец от горнодобывающего бура мне принесли через пару часов. Размер у него примерно с блок сигарет, чего для моей задумки более чем достаточно. Сунув алмазный брус в подсумок, отправилась вслед за Шепардом, волоча за собой распечатанную прямоугольную металлическую рамку.        — Что опять?        — Нужно место, где меня никто не увидит. Твоя каюта — идеальный вариант.        — Не думаешь, что это повлечёт закономерные слухи?        — Мне пофиг.        — Ясно. Ну, поехали тогда. — Джон ткнул в верхнюю кнопку на панели лифта и медленная конструкция около минуты ползла на самую верхнюю палубу, которая является капитанской каютой и единственным блоком на всей палубе. На мой взгляд — самое нерациональное распределение дефицитного пространства, но, судя по всему, архитекторы сперва планировали прогулочную яхту, а уже потом в спешке переделывали это нечто в боевой корабль. Такое впечатление складывается из-за крайне отвратительной компоновки всех блоков на корабле.        — Ну и траходром… — Присвистнула, наблюдая самую настоящую двуспальную кровать. Слева, в половину стены, вмонтирован аквариум, а после него установлены личные шкафчики с оружием и бронёй. Справа рабочая зона с голокомпом, учитывая, как вынуждены проживать остальные, у капитана этого круизного лайнера прямо полный фарш…        — Досталось по наследству… — Немного смущенно оправдывается Шепард.        — Ладно, начну, пожалуй. — Поставила рамку к стене и та примагнитилась.        Отрубив камеры через омник, коснулась металлической рамы, передавая в неё заряд маны. Выгравированные руны на раме тут же полыхнули мягким светом и моя поделка заработала.        — Это что?        — Считай это планшетом.        Сконцентрировавшись, выпускаю из указательного пальца нить «воли». Сейчас она невидима для прочих, но только та попала в область пространства охваченного рамой, на неё налип свет, подкрашивая нить. Не теряя времени, начинаю вырисовывать объёмную фигуру до боли знакомого клинка — неказистый, кривоватый, с загнутым вперёд лезвием который будто вытёсывали из единой глыбы камня.        Сам процесс рисования занял минут пятнадцать, но, так как я и не подумала сдерживаться, то почти сразу полыхнула красной биотикой — нитей «воли» было очень много, они формировали объёмную модель моего кинжала.        В конце моих трудов, из-за сияния «задержанного света», в раме висел только белый силуэт. Но, это только начальная стадия. Рама питается моей магией, потому нити не рассеялись сразу же, как только я распустила более не нужные отрезки.        Проверив заготовку ещё раз, подкорректировала рукоять под свою человеческую руку, убрала бессмысленные угрожающие шипы на гарде и выпрямила кривое лезвие. Согнуть клинок я всегда смогу, а так, я уже, честно говоря, привыкла к прямой мексте. Теперь можно и наполнять.        Фактически, сейчас в раме висит кусок подсвеченного воздуха, четко ограниченный и пропитанный моей «волей» и в таких условиях я могу работать со свойством материала.        Достав из подсумка алмазный брусок, «познанием» найдя самый твёрдый и прочный участок с идеальной кристаллической решёткой, сперва выправила «волей» весь брусок, из-за чего мутный не прозрачный кирпич приобрёл алмазную прозрачность, правда, с жёлтым цветом самого материала. Увы, но так легко убрать примеси я не могу, да и не нужно это.        Отдохнув минут десять и дождавшись когда мои запасы магии немного восстановятся, а с постоянным расходом на поддержание рамки это было дольше ожидаемого, снова подала манну в глаза, активируя магический взор. Концентрируясь на сей раз на «символах» в бруске, начала поочерёдно переносить все из алмаза в воздух, постепенно меняя их местами. Работа сложная, кропотливая и долгая, но манна не выгорает с такой же силой, как если бы я пыталась эти символы из себя «выдавить». Таким образом я сохраняю кучу нервов и времени.        Когда последний «символ» отвечающий за прочность и атомарное построение был перемещён, брусок просто растворился в воздухе, став по сути им. Тут же, отключаю подпитку рамы и почти законченная заготовка падает мне в руки.        — Это… Меч? — Спрашивает Джон.        Обернувшись, увидела, как наш спектр с опаской выглядывает из-за проёма, ведущего в личную уборную с душем.        — Кинжал, если говорить точнее. В прошлом перерождении это было первое, что я увидела по пробуждению, когда старый хрыч-демонопоклонник пытался принести моё мохнато-хвостатое тело в жертву своему «богу». Я тогда словила лютый обсёр закончившийся состоянием аффекта и на инстинктах перебила всех в том зале. А потом этот стеклянный клинок был со мной до тех пор, пока я не сломала его о позвонки ледяного дракона. Жалко, блин… До сих пор жалко.        — Демоны, боги, драконы… Звучит как какая-то детская сказка. И, что дальше? Эту стекляшку действительно можно использовать как оружие?        — Ещё пару штрихов накинуть, и вполне...        Сев на пол, начала выкладывать собранные мной материалы специально для этого дела. Кусочек моей старой униформы — синий цвет примешался к жёлтому окрасив кинжал в глубокий изумруд. Сама структура ткани легла на рукоять в месте хвата, исключая возможность выскальзывания из мокрой кривой конечности.        Немного жижи из нашего пищевого пайка. Более мерзкой жидкости на всём корабле сложно сыскать. Вместе с баночкой технической смазки из инженерного отсека и пузырьком анального лубриканта из личных запасов, я перенесла на лезвие концепцию скольжения, чтобы максимально снизить трение при контакте. Так же, прикрутила эффект люминесценции при подаче манны напрямую в клинок. Есть группа приёмов которые неплохо работают с отвлечением внимания, так что лишним не будет.        И, самое сложное. Погрузившись в «Чертоги Разума», ускорила течение времени для себя на максимум, который мог выдержать мой мозг. Примерно, в шестнадцать раз. И начала искать обрывки пергамента с зарисовкой моего обручального кольца.        На поиски нужных фрагментов ушло около тридцати семи часов копания в полном хаосе, что чуть более двух часов в реальности. Но, даже так я смогла найти лишь три обрывка, которые удалось восстановить. Благо, плетения на привязку были небольшие и мне просто повезло найти нужную часть воспоминания. Однако, теперь нужно заставить этот мир «признать» чужие для него символы. Это не сложно, но муторно, нужно постоянно продавливать «волей» нужную связку узлов и «символов».        Нанеся связку на клинок, тот принял начертанное и началось самое нудное — проверка на барана. Кто из нас упрямее, я или мир? В целом, я знаю, что я упрямая скотина и воля, как и «воля» у меня сильна, особенно после нескольких лет жизни в мире порно-версии игры Скайрим, когда со всех сторон хлещет искушение развалиться на плесень и липовый мёд, отдаваясь миру с удовольствиям до беспамятства и источником половины этой дряни является собственная тупоголовая башка, что под влиянием извне зарождает порой такие контринтеллектуальные выверты, что когда попускает, шерсть дыбом встаёт. А я на фантазию никогда не жаловалась. Но, я удержалась. Частично, не полностью, но смогла сохранить частичку себя прежнего, которая теперь вплавилась в саму душу.        Спустя час, мир уступил, пойдя на компромисс. Он переиначил символы на свой лад, а я тут же зарисовала их в свой омник.        — Не знаю, чем ты занималась, но скоро начнется ночная смена.        — Я кончила… — Устало приваливаюсь мокрой спиной к стене.        — Я заметил. — Шепард усмехнулся, видя лужу пота, что натекла с моего напряжённого тела. — Шуруй в душ.        — Ага. — оставив клинок как есть, вытерла тряпкой лужу и в расковырку поковыляла в соседний отсек, где под горячей водой и помылась и прополоскала уник. Там же на моднявой сушилке-дигидраторе полностью просушила вещи и с удовольствием напялила чистое обратно.        Вернувшись в каюту, обнаружила Шепарда с моим клинком в руке, обсасывающим порезанный палец.        — Мономолекулярная заточка. — Догадалась я о причине пореза.        — Я заметил. — Повторяет Джон и получает в лоб шарик лечебной магии, от чего порез затягивается за считанные секунды. — Ты уверена, что кинжал — оптимальное решение?        — Я кромсала гетов туринской мекстой. Ты не смотри, что я сопля мелкая, дури во мне как у крогана в период полового созревания.        — Боюсь спросить сколько это…        — Без биотики могу пробить кулаком тонкий лист металла до двух миллиметров. С биотикой, до шести.        — Ну, и про твою выходку с колесом МАКО я тоже в курсе. Но, ты ведь понимаешь, что ближний бой у нас происходит не часто?        — С биотикой и магией я могу постоянно сближаться с противником. Броня и щиты дают вполне сносную выживаемость, плюс, когда разберёмся с эмиттерами полей массы, я попробую реализовать пару задумок. В общем, за мою сохранность в бою можешь не переживать.        — Учту. Всё, чеши отсюда, дай проспаться. И передай Джокеру, что мы можем покидать эту помойку.        — Куда летим?        — На Ферос. Пришло сообщение от командования — связь не восстановили до сих пор.        — Хреново. Ясно, скажу Джокеру, чтобы готовил птичку к отлёту.

***

       Создание клинка, на самом деле, долгожданное и знаковое лично для меня событие. Знаковое потому, что это доказательство правильности моих действий. Может, слегка преждевременное, так как Джон все же прав — это не Нирн, где дальний бой ведётся луками и арбалетами и где я могла быстро сократить дистанцию. В этом мире всё иначе. Здесь боем правят автоматы с пулемётами, танки с самолётами и космические корабли. И ковырять это всё консервным ножиком будет проблематично.        Но теперь моей душе чуть спокойнее. Плюс, я заполучила в свой альбом очень непростые связки — маяк и телепортация. Там есть ещё символы, но они не столь ценны как эти структуры.        Суть привязки в том, что предмет становится не теряемым в принципе. Его можно оставить ненадолго, но спустя пару минут он телепортируется мне в руку. По той же причине предмет невозможно потерять или украсть. Не прыгает в ладонь он только тогда, когда находится в пределах метра от моего тела, так что я смогу спокойно хранить его в ножнах.        Следующий немаловажный шаг… Мне очень нужны заклинания сворачивания пространства. Вот просто кровь из носа.        Передав капитанское распоряжение Джокеру через старпома, я спустилась вниз, в ангар. Рекс, вопреки привычке занял мой верстак, подкручивая что-то в своём дробовике, так что закопаться в железки снова не выйдет.        Моё внимание привлёк Гаррус, что так же не был занят своим обыденным делом в виде калибровки, а мирно сидел на своей койке и втыкал в потолок. Почесав тыковку, полезла в свой шкафчик и отцепила от брони ножны с мекстой, по пути скинув в верстак на печать ножны.        — О чем задумался? — Села на короб рядом с койкой турианца.        — О семье. — Задумчиво приговорил турианец и будто очнулся. — Джек? Ты что-то хотела?        — Мне нравится то, как ваш вид так «залипает». — Хмыкнула я, подмечая, немного смущенную «улыбку» мандибулами.        — У вас, людей, интересное… М… Это. — Он повертел пальцем у виска.        — Волосы? — Не сразу дошло до меня.        — Они самые. Интересно, что натуральный окрас у вас часто разнится. У тебя, вот, чёрный.        — Генетика, штука непредсказуемая. Хочешь, подарю сувенир?        — Какой?        — Я слышала, что вы украшаете мексту лентами.        — Но, у меня нет мексты…        — Теперь есть. — Сунула в руки турианца клинок в ножнах.        — Джек… Я хотел спросить раньше, но, было как-то…        — Откуда ножик?        — Да. — Кивнул Гаррус.        — Отняли у бандита.        — Турианца?        — Да. — Я села на ящик поудобнее, подобрав под себя ноги и сложив под собой хвост кольцом. — Была у меня операция, по зачистке одного криминального канала… Я тогда с кроганом сцепилась…        — Гонишь. — Буркнул Рекс, возвращаясь к своему трону.        — Отвечаю. Лови. — И скидываю направленным каналом на омник крокодила ту самую запись с дрона, после которой меня заказали батары.        — Вейрлок… Крыса помойная. — Выплюнул Урднот Рекс.        — Слыш, Рекс, ты, конечно, мужик нормальный, но если ещё раз оскорбишь Модда, я тебе въ*бу.        — А силенок хватит? — Оскалился крокодил.        — Теперь хватит. — На полном серьезе говорю крогану.        — Нарываешься, пыжачатина?        — Нет. Вейрлок Модд спас самое дорогое мне существо в этом мире, выхаживал и до сих пор защищает. Я обязана ему двумя жизнями моих сестёр. Если кто-то ни за что его будет при мне поносить, я сломаю ему лицо.        — Серьёзное заявление. — Хмыкнул кроган. — Вошкаться со всякими хиляками — не воинское дело.        — Он дал слово. Он сдержал слово. Лишь это важно.        — Согласен. — Кивнул здоровяк и потопал обратно к своему трону.        Рекс, конечно, крокодил серьёзный, со своими понятиями о чести и прочем, что, в целом хорошо. Да и боец он, судя по его досье, которое лежало на голокомпе Шепарда, превосходный. «Мастер войны», это не просто титул, это признание его навыков и силы. Но, увы, он кроган, что налагает отпечаток на характер. Хотя он давно уже не молодняк, но кроган не будет кроганом, если не будет пытаться мериться гениталиями. Таков их крокодильский уклад жизни.        — Так вот, — говорю Гаррусу. — Модд пристрелил бандоса, что хотел меня этим режиком покромсать. Его тогда нанял бандитский главнюк и пока этого микробарончика гасили в соседнем здании, мы устроили честный забив на холодном оружии. Мексту я с трупа сняла и с тех пор она мне верно служила.        — Что изменилось? — Гаррус мягко извлёк особый туринский клинок из ножен.        — Я снова обрела своё, родное оружие. — Сняла со спинного захвата на военном унике свой кинжал.        — Позволишь? — Турианец осмотрев мексту, со всем почтением вложил её в ножны.        — Ага. — Лёгким движением подкинула клинок и поймав за лезвие, протянула рукояткой вперёд турианцу.        Гаррус взял клинок и едва не уронил — общий вес алмазной структуры больше трёх килограмм. Огромнейшая разница с полукилограммовой мекстой, к тому же, я уверенно держала за самый кончик, создавая обманчивое впечатление о лёгкости кинжала.        — Неожиданно. — Хмыкнул Гаррус. — Выглядит дико.        — Считай, с чем родилась, к тому и привыкла.        На это Гаррус поднял вопросительный взгляд, на что я ответила небольшим наклоном головы, что у турианцев заменяет пожатие плечами. У того взгляд стал ещё более задумчивым.        — Джек, мне кажется, или ты копируешь турианские повадки?        — Привычка общения с вашим видом. — Набрав команду в унике, приглушила записывающие модули в ангаре. Смысла мало, но Джокеру, а от него и другим пока не стоит лишний раз это слышать. Конечно, ангар не пустой и помимо нас троих, тут ещё шоркается наш крысюк-снабженец, но он весьма удачно отошёл посрать и тут я не при делах. — Просто те, кто стали мне сёстрами на Элизиуме — турианки. И мы, довольно много времени провели вместе. Все увалы я проводила с ними, и, тут хочешь или нет, но выучишь язык тела.        — Я слышал, что Элизиум был экспериментом. Люди хотели доказать, что они способны мирно уживаться с другими видами.        — Да, был. — Видя мой потухший взгляд, Гаррус понял, что озвучил тему, которую не следовало, но я не дала ему перевести её. — Элизиум был, наверное, самым светлым местом в моей жизни. Там я обрела верных друзей и близких, там я научилась очень многому, там я поверила в то, что этому миру стоит дать шанс. А потом случился Блиц, головорезы всех мастей при поддержке армии Гегемонии обрушились на райский мир орбитальными ударами и лавиной вольфрама. Сотни тысяч загубленных ни за что жизней, десятки тысяч уведённых и замученных в рабстве просто за то, что они счастливо жили там, где, как кто-то решил, что это место им принадлежит. Тогда я думала, что всех потеряла. Мой отряд словил взрывпакет из подствольника, Модд отправился за девочками, но… Младшая словила головой вольфрам от азарийской шалавы, но чудом выжила, хоть и пролежала все эти годы овощем. Старшую уже в небе на подбитом корабле залило топливом, благо аптечка была недалеко. Но, тогда, я этого ещё не знала. Мне казалось, что этот мир решил меня вогнать в самый ад, забрать единственный лучик света, оставив на растерзание духов, но… Верный ствол кромсал подонков, прогрызал бронепластины, гасил пилотов, а мекста пила гнилую кровь ублюдков, решивших развязать эту адскую бойню. Моя биотика выкручивала конечности и отрывала их. Я провалилась в этот ад всем своим сердцем, ступила на тонкую грань, где только убийство врага даёт право на шанс выжить и увидеть следующий день. И, стоя на крыше разрушенной школы с фаером в руке, видя спускающиеся челноки с десантниками… Лишь тогда я поняла, что свой шанс выгрызла зубами. Как и всегда. Но именно тогда, с ног до головы в крови, своей и чужой, проходя между рядами тел… Я надеялась не увидеть знакомых лиц. Однако, видела. Только когда Модд скинул запись, что он каким-то чудом проскочил до ретранслятора, Я перешагнула ту грань. Очнулась уже в дурдоме, грубо говоря. Сестрёнка… Она меня вытащила. Недавно из комы вышла младшая, так что ещё один камень с души упал. Да, не только у меня. Риналин… Она ведь натерпелась тех же ужасов пока её уводили с планеты.        — Риналин? Которая в СБЦ работает? — От удивления присвистнул-сипнул Гаррус.        — Вы знакомы?        — Пили каф пару раз после работы… — Мандибулы Гарруса немного дрогнули, но турианец быстро собрался, помня что я прекрасно различаю мимику его вида. — Как же тесна порой вселенная.        — Вот же, а мне она не говорила, на кого именно глаз положила.        На это Турианец нервно сцепил пальцы, положив мой режик себе на колени.        — Хочешь сказать, что… Я… Ну… Мы… Эмм…        — Да я видела вашу переписку. — На возмущённый взгляд Гарруса я просто слегка развела руки с раскрытыми ладонями — аналог человеческого жеста с поднятием ладоней к собеседнику. — Случайно на открытом голокомпе увидела, но не вдавалась в суть переписки. Расслабься. Она девочка с характером. Моя школа. К тому же, пережив похищение на подставном свидании и наглядную демонстрацию насильно расширяющихся отверстий на моём примере, то, что она пошла пить с тобой каф — жест доверия. Так что ты ей определённо понравился.        — Ну… Мне она… Как бы тоже… Несмотря на шрам, она… Ну…        — Мямлить перестанешь — окажешься в койке намного быстрее. — Чуть наклоняю голову вперед, демонстрируя жест доверия. — То, что я увидела, знаешь, я не имею ничего против вас. Мне даже интересно, как ты отнесёшься к последствиям.        — К-каким последствиям? — Гаррус аж нахохлился с испугом.        — На не напрягайся ты так. Потом узнаешь. Ничего предосудительного. Просто, приятный бонус, можно сказать. Ты, главное, Рину не обижай.        — И в мыслях не было!        — Вот и замечательно. А то у турианцев яйца находятся внутри тела… Выгрызать будет сложно…        Рекс заржал на своём троне, подавившись кофе. Гаррус же непонимающе щелкнул мандибулами, выражая крайнюю степень удивления фразой и ожидая пояснения.        — У Рины спросишь. Или у Модда. Крокодил захаживает после работы мелкую проведать.        — Кроко… А, понял. — Усмехнулся Гаррус. — Знаешь, это всё равно был странный разговор.        — То ли ещё будет… — В полголоса проговариваю, задумываясь о ближайшем будущем. — Так вот, насчёт украшения.        Притянув к себе кинжал биотикой, от чего Гаррус едва заметно дрогнул, занесла клинок за голову, намериваясь укоротить волосы. Они у меня длинные, собранные в конский хвост. Конечно, по уставу их нужно держать не длиннее определённого значения, но, после того, как с ними не справился даже резак омнитула, мне особым приказом разрешили их отращивать. Один хрен, под броней не мешают.        Так вот, мой клинок «воли» спокойно отсёк хвост, укорачивая прическу. Потом подровняю, а сейчас, стянув с пучка волос резинку, под свечением биотики, начала сплетать телекинезом тонкую но широкую ленту.        — Открою тебе маленький секрет, как возможному члену нашей семьи.        — Какой?        — Волос древнего водного духа. Невозможно разрезать без одобрения того, на ком этот волос растёт.        На меня как-то очень странно покосились. Впрочем, у турианца и так вечер эмоциональных качелей. Эх, обожаю сношать мозги разумным…        — Сейчас поймёшь.        Шли минуты, лента ткалась телекинезом. В итоге вышло чуть меньше метра, но этого было даже больше чем надо. Намотав концы ленты на запястья, я натянула её перед собой.        — Руби мекстой.        — Не жалко? — Очень скептический взгляд турианца.        — Руби давай.        Туринский клинок покинул ножны и Гаррус взмахнул им. Лезвие ударилось о натянутую ленту и просто соскользнуло, не нанеся вреда. Повредить мексту очень сложно, но можно и новый её хозяин тут же выставил клинок режущей кромкой вверх, острым взглядом проверяя сведение заточки. Не найдя к чему придраться, турианец перевёл взгляд на чёрную ленту.        — Духи…        — В каком-то смысле, да.        — Ты — Дух?        — В каком-то смысле, да. — Повторяю фразу.        — Расскажешь?        — Рина расскажет. Ты — брат по оружию, я даю тебе своё одобрение. Птичка ты хорошая и хоть мы пока мало знакомы, я чувствую, что душой ты наш парень. Я доверю тебе свою спину. — Протягиваю ленту турианцу и тот осторожно берёт и пропускает её через маленькое кольцо в месте, где обычно в рукояти мечей делают яблоко.        — Да потрахайтесь вы уже… — Бурчит Рекс со своего трона. Впрочем, понять его можно, мы тут филиал «Дом 2» развели, будь он неладен.        — Рекс, иди в клоаку. — Махнула я рукой.        — Ага, после тебя, мелочь.        — Так то я там уже была, могу проводить, ты тока не отставай.        — Хе, неплохо… — Одобрил кроган. — А что ты про духов там чешешь?        — Скажи мне, Рекс, тебе просто делать не*уй, или с какой целью интересуешься?        — Цель сейчас у меня одна — Сарен. И сейчас мне скучно.        — Не пи*данёшь то, что я сейчас скажу, кому налево? — Всё же решаюсь я высказаться.        — Не имею такой привычки. Знаешь, от этого быстро отучают. Обычно — пулей в голову.        — В это я поверю.        — Ну, и что там?        — Скажем так… Вы же оба понимаете, что тело у меня, ну, не совсем человеческое?        — Скажем так, — Передразнивает меня кроган. — Хвостатых людей я до тебя не видел.        — Заковырка в том, что душа в этом теле са-а-амую малость не человеческая. Да и человеком я быть давно перестала.        — И как это связано? — Не понял Гаррус.        — Это далеко не первая моя жизнь. Изначально, родилась я человеком, да, но потом сдохла, переродилась в представителе другого вида, снова сдохла, переродилась в другом мире, благо связанном с предыдущим, пооткручивала кучу голов в процессе, но вернулась обратно, и… снова сдохла. И, вот, меня занесло сюда. Сложно объяснить всю механику процессов, но память я сохраняла при перерождении, при этом сохранялись и мои силы, вполне привычные по прошлым мирам. Одно из перерождений было не в физическом облике, а в энергетическом. Более совершенном, чем смертное создание и это сохранилось. Правда, последняя смерть едва не оказалась окончательной и я по дурости, желая поскорее воскреснуть, вляпалась в этот мир. По сути, я сейчас больше инвалид каличный, чем что-то адекватное, потому и моё тело приняло усредненный образ — я очень плохо контролировала процессы что запустились в мертвом несформировавшемся до конца плоде, а когда заметила, было уже поздно. Пришлось выжигать массу генетического ресурса дабы привести этот ошмёток в презентабельный вид. И вот, уже больше тридцати лет я пытаюсь вырваться из-под тщательного надзора, дабы спокойно зализать свои раны.        — И, что тебе мешает это сделать? — На удивление, кроган не стал ржать.        — Тело человеческой сопли не выдерживает моих способностей. Оно вообще не предназначено для них и перестаравшись, я могу выжечь себя насмерть. Более того, я отравлена нулевым элементом и мои силы резонируют с ним, извращая и демаскируя меня. Духи, да мне пришлось на живую выжигать в плоти специальные каналы чтобы не вспыхивать как фонарик при любой попытке каста.        — Каста? — Не понял Гаррус.        Набрав пару команд на омнике, я зациклила камеры в ангаре на приличный отрезок времени, благо мы не особо меняли позы и не всматриваясь, можно не заметить подмены записываемой информации.        Решив на сей раз не поджигать конечность, задумалась, что же можно продемонстрировать. Молния отпадает сразу — все датчики мгновенно взбесятся. Огонь — надоело… А больше, из эффектного, ничего и нет. Вернее, есть, но я по большей части ориентирована на разрушение… Строить красочные иллюзии — не мой профиль. Хотя, кое-что есть.        Беспалочковая магия, конечно, не мой конёк, да и заклинание это, скажем так, не из рядовых. Однако, пользуясь арсеналом магии из мира волосатого горшечника, ради морального удовлетворения не могла это заклинание не освоить.        Самое счастливое моё воспоминание? Сложно сразу так сказать… Да и не смогу я выбрать что-то одно. Хотя с моим эмоциональным диапазоном надломленной зубочистки, в каком-то смысле даже проще в этом вопросе…        Первый секс в теле футанари? Не думаю, это скорее было просто ужасно, хоть и в каком-то смысле забавно. Воспоминание о том, когда я приняла решение не искать путь домой? Пхе… Это была настоящая катастрофа… для всего живого в радиусе километра. Не то…        Осознание того, что мой, на тот момент ещё даже не супруг, полностью мне открывается, доверяется мне и я с той же осторожностью доверяюсь ему… Первый настоящий поцелуй, первый настоящий секс, свадьба, хоть она и была окончена просто ужасной бойней… Усатая каджитская морда, искренне произносящая «Сейчас и навсегда!», Встреча со вторым будущим мужем, замечательный, крышесносный секс втроём, пробуждение зажатой между потных мускулистых мохнатых тел, кислые рожи друзей не выспавшихся из-за стонов затянувшего тройничка в соседней палатке… Пьянка всей гурьбой в нашем первом доме, счастливые мордашки наших усыновленных детишек, момент осознания, что я, тогда ещё психически парень, был морально согласен на вынашивание ребёнка от моих супругов, снова свадьба, наши женщины, наше логово, первые дети…        — Экспекто… Патронус… — Шепотом, из-за сдавившего эмоциями горла произношу слова заклинания и вытянув руку перед собой, смотрю, как с кончиков пальцев слетает белая светящаяся дымка. Магический резерв просел на половину, но сейчас было уже не до этого.        Белое облако разрастается, быстро формируясь в огромного волка, что принялся тут же скакать по воздуху в пределах всего ангара не приближаясь к замершим в изумлении инопланетникам.        Повинуясь жесту и мысли, громадный белый волк приземляется рядом и садится на пол. Забавно, раньше мой патронус был куда мельче…        — Что… Это? — Первым заговорил Гаррус.        — Одно из проявлений моих способностей. — Утираю покатившиеся по щекам слёзы. Все-таки, я очень скучаю по родным. — Заклинания — часть моих сил. Это — телесный патронус. Отгоняет злых духов, но, так же, является многофункциональным полуразумным существом. Может передавать сообщения и искать знакомых мне разумных.        Коснувшись патронуса, ощутила тепло и спокойствие. Не удержавшись, почесала его за ухом.        — Никогда такого не видел. — Резюмировал кроган. — Что ещё можешь?        — В основном, лечить и калечить.        — А что можешь вылечить?        — Любые виды ранений и некоторые виды болезней.        — Я болен генофагом. — Заявляет кроган. — Вылечишь?        — Это генетическое вмешательство, а не болезнь. Посмотрю, но обещать ничего не могу.        — Что от меня надо?        — Сидеть и не рыпаться. — Слезла с ящика и пошла к крокодилу.        Коснувшись его лобной пластины, понемногу начала формировать диагностические заклинания.        — Камни в почках, второе сердце барахлит. Третье лёгкое схлопнулось и склеилось, вторая печень срослась криво, две из четырёх почек практически отсутствуют. В остальном, всё нормально.        — Ну, я ведь кроган в самом расцвете сил! — Улыбается крокодил. — Ничего нового я не услышал.        — Сожми зубы.        — Зачем?        — Отрастающие из ошмётков почки — это достаточно больно.        Кроган только и успел захлопнуть пасть и я вливаю в него манну из рассеявшегося за ненадобностью патронуса, докидывая сверху ещё треть резерва. Надо отдать должное — Рекс даже не пискнул, хотя ощущения должны быть просто ужасными. Организм, на мой взгляд, был далеко не в самом хорошем состоянии. Ему то ли шесть сотен, то ли восемь сотен лет, так что, ничего удивительного. Однако, теперь, после моего вмешательства, крокодилу капнуло сверху минимум две сотни срока времени копить этот мир.        Открыв глаза, тот вдохнул полной грудью. Выдохнул. Вдохнул ещё раз. Пересчитал языком выросшие зубы. И упёр взгляд в меня.        — Что за это хочешь?        — Лояльность и поддержку.        — В чем?        — В желании сделать этот мир не таким дерьмовым.        — Я предпочитаю конкретику.        — Мне просто нужен надежный товарищ, который не воткнёт нож в спину при удобном случае.        — Считай, что один такой у тебя есть. Особенно, если повторишь такое ещё лет через двести. Хотя, люди столько не живут.        — Я не человек, Рекс. Войдя в силу, я переживу даже азари. Что касается Генофага… Это не болезнь. Это вмешательство в устойчивую видовую идентичность. Здесь нужен толковый генетик.        Здоровяк на это просто кивнул.        — Зачем ты нам это рассказываешь? Не просто ведь потому, что так подвернулся момент и я… Эмм… Понравился Риналин? — Опомнился Гаррус. — Хотя, в то, что я увидел, поверить всё ещё сложно.        — Мы заперты в тесной коробке посреди вакуума. И бегать, случись нужда помагичить, в каюту Шепарда, я затрахаюсь довольно быстро. И не в том смысле, в котором вы подумали. А злиться на вас просто потому, что я не смогла вам довериться… Просто не хочу.        — Шепард в курсе?        — Сам спросил недавно. После зачистки астероида. Не люблю врать, так что сказала как есть.        — И, он?        — Думает над тем, как легализовать такую красивую меня, дабы пользоваться преимуществами боевого мага официально.        — Не вариант. — Отрезал кроган. — Стоит Совету узнать и тебя разберут на кусочки по всей галактике, пытаясь выяснить, как ты это делаешь. И плевать им будет на собственные законы.        — Да знаю я. Но Шепард, похоже, рогом упёрся и будет долго думать. Хрен его знает, что он придумает, но если получится, я ему памятник из палладия поставлю. Размером с Нормандию.        — Кто ещё в курсе? — Задумался Рекс.        — Мои сёстры. Может, я где по детству спалилась, но без конкретики. И всё.        — Уже не плохо. Что с камерами корабля?        — Полностью под контролем. Чёрный ящик мёртв, хотя аппаратура утверждает обратное.        — Паранойя? — Усмехнулся крокодил.        — Здравое опасение за мою хвостатую задницу! — Важно ткнув пальцем в потолок поправляю Рекса. — Впрочем, первый же техосмотр в доке выявит это. Но, я с рут-доступом, так что, следов не оставляю.        — Что по боевому применению?        — Могу жахнуть… — и пошло перечисление всего магического, на что меня хватит в данном состоянии. Конечно, не так много как было и хотелось бы, но, если грамотно комбинировать это с биотическими способностями, то можно крайне неприятно удивить на поле боя любого противника…        Таким образом я смогла довериться двум разумным. К чему это приведет в будущем, остаётся только гадать…