Каджит на массе

       Разделившись, мы принялись за дело. Джон прав — не стоит тратить слишком много времени, тем более, что вся наша орава в этих узких коридорах друг другу больше мешает чем приносит реальную пользу. Располовинив группу, мы с тем же успехом можем заняться двумя проблемами разом.        Глянув через весь хаб в коридор, где лифт с командой Джона поехал вниз, пожелала им удачи, нажимая на панель и начиная подниматься. На этом моменте мне на омни-тул пришло сообщение от трояна в ядре ВИ. Моя пакость прописалась там как у себя дома до того, как антивирусные программы успели её обнаружить и я с чистой совестью отдала команду на уничтожение всех аудио и видеозаписывающих устройств. По всему комплексу, в том числе и в лифте раздались лёгкие потрескивания и завоняло палёным пластиком.        — Мы горим? — Удивилась Эшли.        — Нет. Сожгла камеры. — Ответила сразу всем, так как и от группы Джона пошли те же вопросы.        — Понимаю. — Хмыкнул Джон и переключился на свою группу.        ВИ брони приглушил радиопереговоры другой группы, чтобы не создавалась мешанина из голосов. А она создавалась бы, ведь по выходу из лифта, что первая группа, что наша, вступили в бой, только вот Джону достались геты, которые судя по всему были оставлены Бенезией дабы никто не смог запустить реактор, то мы вляпались в жуков. В целом, жуки могли предоставить проблемы, не будь у нас бойца ближнего боя в моём лице, заткнувшего собою коридор.        Пользуясь случаем, Гаррус разложил снайперскую винтовку и оказывал ощутимую поддержку, настреливая мне через плечо. Лиара контролировала биотикой жуков, которые оказались достаточно умны чтобы улучив момент, прошмыгнуть мимо меня, а Эшли с мстительным рычанием расстреливала паразитов.        Так или иначе, но мы постепенно прорубались сквозь мясо а я захватывала души. Маленькие, как у варренов, но всё равно, души.        Жуки перли без остановки. Сначала стянулись те, что прохлаждались в промерзших коридорах, а потом начали выламывать решётки коммуникаций на полу и воздуховодов на стенах, создавая бесконечный поток свистящих, пищащих и визжащих тел. Это был буквальный зерг-раш, который разбивался о наше оружие.        Не знаю, что хотели получить корпораты, но в итоге я наблюдаю как от моей брони отрывают целые куски синт-плоти, а мой режик из раза в раз отрубает щупальца со смертоносными наконечниками и разрубает хитиновые морды. Эх, столько мяса даром пропадает… Я ведь знаю, как заготавливать жучатину — у меня в гильдии было несколько умельцев-данмеров из Морровинда, что поделились секретом приготовления вяленой скрибятины.        В один момент поток нечисти просто закончился. Стою, тяжело дыша, обновив «крик» и понимаю, что дальше будет ещё пачка жуков, которые решили не переть напролом. Впрочем, мне же лучше — полученная передышка была как нельзя кстати.        Проведя ревизию камней душ, поняла, что зарядила больше половины от сотни. И, пока отдыхала физически, сидя на трупе жука, формировала «волей» новые шарики, взяв за основу битое стекло под ногами. Учитывая количество этих тварей, мне всё равно не хватит…        — Что это? — Гаррус обратил внимание на то, как я «из ничего» создаю непрозрачные шарики.        — Камень душ. Очень полезная вещица, незаменимая при использовании одной из школ наложения чар.        — И, что они делают?        — В них я ловлю души убитых существ. — Закончив формировать камень, кинула его в подсумок и растянув его, показываю турианцу целый завал этих шариков в зачарованном мешке, что слегка источает мягкое бледное свечение.        — Как-то это жестоко… — «Нахмурился» турианец, по особому склонив голову.        — Тот мир, где это было нормой сам по себе жесток. Но, на мой взгляд, лучше провести часть своей вечности в предмете, чем попасть в лапы к «богу», которому молится твой вид чтобы стать простой батарейкой и быть выпитым досуха, до развала личности без шанса на перерождение.        — Но, ведь здесь, не тот мир. — Подмечает Гаррус.        — Нет, но пока я не знаю, как тут устроено с душами, не вижу смысла не использовать этот способ. И про турианскую религию я прекрасно в курсе, но я ещё не видела ваших духов, так что, для меня это не аспект.        — Духов нельзя увидеть. — «Пожимает плечами» Гаррус.        — Можно, если ты маг. А я — маг. И не самый плохой, хочу заметить. Я даже создавать духов могу, но пока в этом нет смысла.        — Ты правда можешь создать духа? — Удивился турианец.        — В одном из миров я нашла существ, что близки с духами, они мне и объяснили как с ними общаться и как можно их создавать. В том мире, куда я хочу вернуться, их подобие называют атронахами. В мире с шаманами — элементалями. Хоть они и подходят под турианские поверья, сомневаюсь, что ваши предки имели в виду это.        — Тем не менее, если решишь создать духа, я бы по присутствовал при этом.        — Ну, думаю, простой дух воды на корабле нам точно не повредит… — Задумалась я. — Хотя я могу создать пока что только духа природы и духа молнии. С остальными нужно ещё покопаться в памяти.        — Тогда я сооружу маленький храм для этого духа. И, нужно будет сделать памятный столбик.        — У тебя в предках не было шаманов?        — Нет, а что?        — Духи любят капища и тотемы. Если всё получится, я научу тебя общаться с духом.        — Было бы здорово.        Гаррус улетел в свои мечты. Лиара что-то записывала себе в омник а Эшли давила бронированным сапогом головы тараканам. Сильно они её обидели. Впрочем, если бы мне разорвали кишки в трёх местах, я бы тоже обиделась. Нужно записать — сделать для всех зачарованные медальоны.        Уговорив себя посидеть ещё пять минуточек, залила омнигелем дырки в броне. Жуки очень постарались, угробили мне всю электронику, так что я оставила только самые важные магистрали, отключив лишнее. В целом, против таких противников моя тяжелая броня вовсе не рассчитана — здесь нужна такая консерва, как у Рекса, чтобы хитин обламывался о листовую сталь. Мою же сегментарную броню просто раздербанили.        Заделав дыры и высосав маг-батарейку, дала всем сигнал приготовиться и перечислила расположение противников за шлюзом. Жму на кодлок, дверь открывается, меня обдаёт ледяным ветром и кидает в шлем плюху снега. Вот мы и на крыше…        Корпораты знатно обосрались, рассчитывая на то, что жуки сдохнут от холода. О, нет. Они себя на холоде прекрасно ощущают и двигаются ничуть не медленнее, переползая по металлическим конструкциям.        Тут уже жадничать было нельзя и загавкало моё стреляло. Вот уже оно часто ваншотило гадов и если не разрывало хитиновые головы, то пробивало их тела насквозь, превращая плоть и хитин в кашу. И тем не менее, твари оказались крайне живучими — если песчинки они съедали в количестве достаточном для перегрева ствола на любом морозе, то пуль у снайперской винтовки они принимали не меньше шести штук. В голову им было сложно попасть. Несмотря на то, что жучки в человеческий рост, двигаются они очень быстро и их голова всегда в движении. Но, Гаррус справлялся — не зря он прекрасный стрелок. Даже у меня реакция была хуже, и мне приходилось чаще нашпиговывать корчащиеся на полу тела пулями чтобы добить гадов.        Зато на открытом воздухе от души разошлась Лиара, подбрасывая жуков в воздух для Эшли, которая не стеснялась дожимать гадов до визга ВИ своего оружия — все равно ствол остывает быстро. У меня же с перегревом проблем в принципе не возникало — ветер прекрасно уносит тепло с пассивного радиатора а маг-батарея на поясе всего пару раз подавала импульс маны для охлаждения ствола. Лепота…        Десять минут мы выколупывали жуков из всех щелей на крыше. В один момент они так же резко кончились и кроме завывания ветра больше ничего не было слышно. Две трети камней душ были заполнены, так что моя каджитская душонка была довольна.        Убедившись, что никакая ебака не выскочит на нас, я сбила наледь с щитка в котором скрывалась панель управления и открыв, подключилась к системе. Как ВИ и сказала, стоило перезагрузить систему роутера, как аппаратура сама начала подключение и через минуту связь между лабораториями Вершины 15 была восстановлена. Только вот это нам толком ничего не дало кроме разблокировки монорельса.        Спустившись на лифте обратно, застаём первую группу, что сидит в хабе, отдыхая после перестрелки.        — Всё работает. Можем отправляться к монорельсу. — Отчиталась Шепарду.        — Отлично, проблемы были? — Джон осмотрел мою потрепанную броню.        — Жуки. Много.        — Это плохо.        — Но, тактику мы отработали. — Говорю, на что моя группа кивает.        — Дай угадаю, использовать тебя в качестве затычки в коридоре? — С иронией в голосе говорит Джон.        — Именно. Я достаточно живучая, чтобы выдержать их натиск, у Гарруса хороший прицел, а Лиара с Эшли так вообще прекрасно работают в паре.        — Значит, с жуками так и будем разбираться.        — Без проблем.        — Идем.        Очередной лифт. Я так скоро привыкну к ним… Впрочем, это не важно. Поднявшись на пару этажей, мы вышли в коридор и дошли до станции монорельса, где жуки уже добивали гетов. Посмотрев на разорванные в клочья платформы, половина команды шумно сглотнула. Я же, привлекая внимание жука блеском алмазного режика, ушла в биотический рывок.        У тварей довольно примитивный разум. Очень быстро проглядывается шаблон поведения, благодаря чему у меня получается на этом подлавливать нечисть раз за разом, сперва отрубая их тентакли а следом отрубая или разрубая голову. Атаки в прочие части тела малоэффективны и приводят к простой трате времени.        Зачистив причал станции, подключились к терминалу монорельса и разблокировали кабину. Ох не доверяю я подвесным кабинам… Но, увы, это единственный адекватный способ добраться до «Расселены», где находится наша цель, так что, закончила мысленно ныть и полезла в кабину.        Ехать нам минут пятнадцать, так что все неплохо отдохнули. Я же, сняв повреждённую броню, перевешивала на уник-поддоспешник подсумки и арсенал. Честно говоря, от брони уже нет толку — жуки её добили окончательно, так что пора заканчивать со сбором душ и начать концентрироваться на бое. Жаль, что для моего метода пленения душ не подходит простое заклинание «Захват душ». Из-за этого мне приходится тратить много внимания на контролирование процесса «волей», из-за чего я часто пропускала удары хитиновых тентаклей. Несмотря на не особо толстые отростки, жуки лупили с такой силой, что пару раз меня едва не уронили. Теперь же клинок будет исключительно вспомогательным оружием, ведь мне больше не требуется подходить вплотную.        На станции нас встречали. Снова жуки. И здесь их было куда больше, чем в головном отделе — они как только увидели нас, попёрли из всех щелей. Благо я уже сосредоточилась на отстреле и не подставлялась. Тем не менее, нечисти было столько, что мне всё же пришлось перейти на весёлую нарубку жуков, только в этот раз я была без тяжёлой брони и имела куда больше мобильности. Это и позволяло мне в последний момент уходить от хитиновых копий, используя всю нечеловеческую гибкость что я закладывала в это тело не щадя генетического материала. В ход шла и биотика и магия. Даже ту’умнула разок от души, устраивая на станции монорельса жучиный дождь из ошмётков — фусрода не прощает ошибок. А кучкование — ошибка.        Наигравшись, перехожу на свои привычные «Искры», заливая толпы тварей высокоамперными молниями, дорезаю подранков клинком и заплёвываю новеньких «призванными дротиками». И, как стало обыденным, волна жуков резко закончилась, а я обнаружила себя посреди горы хитиновых дымящихся тел, с занесенным над головой клином с маг-батарейкой в руке.        У кабины монорельса, из которой сделали укрепление, картина была не менее красочная — десятки туш тварей, разбрызгивая зелёную кровь и кишки, застилали пол так, что ступить было некуда.        Обхожу гору тел и помогаю открыть заклинившую дверцу кабины.        — Когда ты рванула в толпу, думал, всё, хоронить буду. — Джон с укоризной посмотрел на мою довольную рожу.        — Да уж… Давно я так не развлекалась. — Улыбнувшись, машинально прикуриваю сигарету. Курить хотелось — пи*дец как. Так у меня всегда после серьёзных нагрузок. И выдохнув едкий дым, кивнула в сторону раскуроченного шлюза, ведущего в недра лаборатории. — Как думаешь, их там еще много?        — Думаю, нам всем хватит. — Буркнул Джон.        — Это точно. — Хекнул проходящий мимо кроган.        — Никто не ранен?        — Чудом никого не задело. Сама как?        — Пару раз проткнули, но ничего серьёзного — показываю две дырки на унике на спине. Раны давно затянула «Регенерация», собственно, из-за чего мне и пришлось опустошать маг-батарейку. Эх, скучаю я по двойному манарезерву…       — Пять минут и идём дальше.        Кивнула, набрасывая на пол отапливающую печать чар, куда сразу же набились все наши мерзляки в лицах Гарруса, Тали и Лиары. Остальные, не став корчить из себя крутых, тоже подтянулись со временем. Все же, станция монорельса на открытом воздухе и просто так здесь находиться было неприятно.

***

       Идя дальше по коридорам лаборатории мы всё чаще видели последствия стычек гетов с жуками. Последним было просто раздолье — довольно продуманная планировка комплекса с приподнятыми над полом решетчатыми настилами стало для жуков идеальным местом для перемещения. Они как тараканы там ползали, сплющиваясь почти вдвое и трением хитина о металл издавая просто отвратительные звуки.        Тем не менее, нечисть довольно быстро дохла по одиночке, ибо наваливаться зергами он пока не решались. Да, разум у них примитивный, но это не значит, что они совсем тупые.        Прокатившись на ещё одном лифте, мы вышли в зал, перекрытый баррикадой. Над наваленными кучами мебели торчали головы и стволы выжившей части персонала. Увидев нас, сникерс в белой броне дал команду к отбою и нам расчистили проход.        — Извините за холодный приём. Черт его знает что творится на монорельсе.        — Эти твари могут управлять монорельсом?        — Фактически, я ни в чём не уверен. — Пожал плечами левая палочка твикс. — Вы человек и этого достаточно, чтобы я не начал стрелять. Но, все-таки, кто вы?        — Шепард, Спектр.        — О, такому тяжело вооружённому коню в зубы смотреть не стану.        — Какая тут обстановка?        — В общем и целом, на той неделе пришельцы захватили риск лаборатории. Оттуда выбрался только Хан Олар, да и тот не в себе. Мы и глазом не моргнули, а эти твари уже ломились на мой пост. Фактически, тогда нас было куда больше.        — Вас застали в расплох, вы были вынуждены защищать гражданских. Вы хорошо справились.       — Да? Фактически, я в этом не уверен. Совет директоров прислал одну азари чтобы решить проблему. Вчера она вошла в риск лаборатории и с тех пор ничего не изменилось.        Джон снова присел на уши, так что мы успели разбрестись по залу, осматривая баррикады и тушки жуков. Судя по влажным разводам их периодически куда-то оттаскивали чтобы они не захламляли помещение. Эти люди продержались довольно долго под натиском нечести, не удивительно что они все сидят на стимуляторах — десятки пустых ампул валяются на полу как в обычном наркоманском притоне. Я бы посочувствовала им, если бы мне было чуть менее плевать. Но не признать их сильную волю я не могу. Там, за их спинами десятки чудом выживших в этом аду гражданских.        Шепард быстро срисовал то, что у капитана охраны мозг заклинило от стимуляторов, а потому, смачно облизывая героизм бойцов и прочее-прочее, потихоньку вызнавал достаточно важную информацию. Конечно, безопасники многое и не могут знать, но парочку моментов нам все же слили. Жуки действительно содержались в лаборатории.        — Я не дам вашим людям погибнуть.        — Все, что я могу, это держаться и защищать гражданских. Возле монорельса есть лифт. С этой карточкой вы его активируете и он доставит вас в риск лаборатории. — Сникерс передал Джону пластиковую карту. — И, да, если нужна медицинская помощь — доктор Коин внизу, в лазарете.        Когда разговор стал затихать, мы услышали характерные постукивания хитиновых лапок по воздуховоду. Капитан СБ аж задергался и громко прикрикнув, открыл упреждающий огонь по решёткам. Воздуховоды заблаговременно заваривали с помощью омников различным мусором, но твари были усерднее и они просто выдавили заплатки, хлынув волной на баррикады. Делать нечего, мы достали оружие и принялись помогать.        Судя по радостным выкрикам бойцов, эту волну они пережили на порядок легче. Впрочем, с нашим участием так оно и было. Мне же пришлось притворяться обычным биотиком, поплевывая биотическими бросками и закидывая тварей гранатами, тем не менее, так хотя бы моё маг-ядро немного отдохнёт.        — Спасибо за помощь. Каждые пару часов из тоннелей выбираются эти твари. Когда заблокировали лифт стало полегче. — Сникерс выдохнул с облегчением, убирая автомат за спину. — Не понимаю, зачем они бросаются под огонь. Фактически, даже зверю понятно, что не надо совать нос туда, где больно.        Кивнув капитану, Джон повёл нас в жилой блок и дал час на отдых. Разумное решение. В постоянных зарубах мало смысла, если держишься из последних сил — высок риск вывезти отсюда кого-нибудь в цинковом гробу.        В качестве развлечения, Джон начал доколёбываться до всех и каждого, а я устроившись у вытяжки, снова закурила. Тут же ко мне набежали разумные и расстреляли всю пачку, начав смолить всей толпой. Войдя в положение, оставила им запасную пачку сигарет, всё равно больше нет, а после нас, скорее всего, всё закончится.        Отойдя в тихий уголок, села на пол и пыхнув биотикой, вошла в состояние медитации, слегка взлетев над полом. Это не для восстановления сил, это для восстановления нервов — за этот день я получила нервных тиков больше, чем за всю жизнь в этом мире, так что нужно было стабилизироваться.        Примерно через десять минут ко мне подошла одна азари в бело-желтом унике, и изучающе присела рядом.        — Что? — Я приоткрыла глаз. — Церебральный секс не интересует.        — О, я не за этим. Меня привлекли ваши мутации.        — Знали бы вы как часто я это слышу от азари и как часто меня пытались изнасиловать.        — Девы? Они такие несдержанные.        — Если вас не интересует потомство, с какой целью интересуетесь?        — Я занимаюсь молекулярной генетикой. Я специалист по биотическим усиленным аллеле специфичным гибридам.        — Не мой профиль.        — Я умею отслеживать наследуемые вариации генных последовательностей. Вам вряд ли это будет интересно.        — Знаете, меня уже пытались разобрать на составляющие. Если постараетесь, можете найти всё, что вас интересует без попытки меня пропустить через секвенсор.        — С радостью этим займусь, когда ситуация в лаборатории разрешится. Позвольте просто вас рассмотреть.        — Против этого ничего не имею.        — Замечательно. Знаете, не часто можно встретить человеческого биотика, настолько хорошо чувствующего тёмную энергию.        — Просто я не воспринимаю свои способности как оружие.        — А как вы их воспринимаете?        — Скорее, как инструмент. Да, опасный, но просто инструмент. Так то, обычной пипеткой можно убить любого разумного шестью способами, но это не делает лабораторный инвентарь смертельным оружием. Так и тут, нужно просто понимать, что вы хотите от своих сил и научиться их использовать. — Я мягко опустилась на решотчатый пол и сформировала между рук маленькую сингулярность. Они у меня корявые, но в этом их прелесть — противнику сложно предугадать, когда способность усилится или наоборот, схлопнется. Тут же, разматываю сингулярность в биотический вихрь и отпустив один из концов, демонстрирую разлёт тёмной энергии а виде диковинного цветка.        — Интересная точка зрения. — Улыбнулась азари. Краем глаза подмечаю Лиару, что явно слышала меня и теперь задумчиво смотрела на свои руки. — Зачем вы здесь?        — Мы ищем матриарха Бенезию. — Говорю, ненавязчиво следя за реакцией азари. Увы, но она никак на это не отреагировала.        — Я слышала, что она недавно прибыла сюда и ушла в риск лаборатории.        — Спасибо. — Кивнула, получив бесполезную информацию.        Так наш разговор и затих. Странно, что все время нашего диалога я ощущала что-то… Что-то странное от этой азари. Она держится ото всех особняком, довольно спокойная, хоть и выглядит достаточно молодо. Лет на триста. В целом, это может быть просто чертой характера, а может, чем-то большим. Не хочу лишний раз наговаривать, но тем не менее, я остаток часа наблюдала за ней.        К сожалению, отдых закончился и я нехотя отклеилась от своего уютного угла, допивая вторую флягу минерального раствора. Тварей ещё много, да и геты нет-нет да протрещат где-то очень далеко. С моим слухом я это всё улавливала посреди подавленной и притихшей атмосферы в жилом блоке.        Если такие вылазки будут и дальше, то без тонизирующих зелий мне никак не обойтись, да и команду придётся подсаживать на бутыльки. Пахать на износ… Так мы долго не протянем на этой работе.        Перед выходом, в соседнем отделе, Джон наткнулся на того самого волуса, что чудом выжил и сбежал из риск лаборатории. Хан Олар. Мы уже все стягивались к командиру, когда их разговор начался. Перепуганному колобку нужно было выговориться. Он и выгововаривался, с радостью отвечая на вопросы.        — Я Олар. Хан Олар. Вы здесь, чтобы разузнать о них? — Пшикнув обогатителем воздуха своего комбинизона спрашивает волус.        — Мне нужно больше знать об этих тварях.        — О рахни? — Уточнил волус.        — Рахни? — Сильно удивилась Лиара. — Это невозможно.        Рекс же сильно напрягся.        — Откуда они взялись?        — Нашли на заброшенном корабле. Яйцо. Осталось ещё с войны. Привезли его сюда.        — Заткнитесь! Боже… Вы хотите, чтобы нас убили? — Один из учёных-людей слышал наш разговор и триггернулся. Олар, видать, совсем крышей потёк, рассказывая нам это.        — Я не властен над тем, кто выживет, а кто умрёт. А вы? — Колобок небрежно махнул короткой тонкой лапкой.        — Хотите сходить с ума — делайте это тихо. — Нервно бросил довольно молодой «безликий» турианец-ученый.        — С ума? Я здоров. Боже, как я здоров. — Уверенно приговорил колобок, который явно перебрал с веществами.        — Мне нужно знать об этих рахни всё. — Вздохнул Шепард.        — Я сказал все, что мог. Мы возродили рахни. Теперь я понимаю, что это была плохая идея.        — Вы были в риск лаборатории. Как вам удалось выйти оттуда живым?        — Я убил её.        — Кого? — Наивно спросила Лиара.        — Доктора Зонмуа. Мы собирались обедать, когда включилась тревога. Я побежал к монорельсу. И захлопнул двери. Она стучала в окно. Потом её разодрали на куски. Голова разлетелась, словно дыня. — Продекларировал без эмоций волус. Теперь я понимаю почему он съехал с нарезки, вопросов, как говорится, не имею. — Я закрыл дверь. Я убил её.        — Расскажите, что вам известно. Пусть ваше спасение не будет напрасным.        — Думаете, мне нужно отпущение грехов? Его не бывает. — Шумно вздохнул колобок        Джон задумчиво глянул на меня. Я задумчиво глянула на волуса.       — Матриарх могла выжить в лабораториях?        — Это возможно. Образцы были чувствительны к биотикам.        — Как мне попасть в зону техобслуживания?        — Допуск есть у любого начальника группы. Например, у доктора Коэна. Он в лазарете.        — Спасибо. Нам пора идти.        — Да… — Махнул лапкой волус и отошёл к кушетке.        — Идем…       Жилые модули мы прошли быстро и вернулись к лифту. Поднялись и завернули в соседний коридор к ещё одному лифту. Эх… Это место издевается надо мной…        Скушав карту доступа кодлок окрасился зелёным и активировал лифт в риск лаборатории. Снова спуск, но на сей раз недолгий и мы попадаем в просторный зал с кучей столов и оборудования.        Посреди всего этого добра, которое я с горем пополам различала и незаметно ставила метки «волей» чтобы потом телепортировать на Нормандию, на стуле сидит человек явно славянской наружности. При том, судя по его лыбящейся роже, он обдолбан в говнище.        — О! — Он вяло запрокинул голову смотря на Шепарда и начал говорить, пьяно растягивая слова. — Вы пришли разобраться тут со всем?        — Вы как, держитесь?        — Эхе-е-е… Вы меня послу-ушайте… Если мы тварей назад не загоним, нас тут разбомбят с боевых станций… Вы понима-аете?        — Вы выпустили их?        — Э-эх… Я просто де-елал, что прика-азали… Байнери Хеликс нашла яйцо. Оно тысячи лет дрейфовало на брошенном корабле. А корабль принадлежал рахни. Внутри в анабиозе лежала целая куча яиц.        — И из яйца в тысячу лет что-то вылупилось?        — Да… Столько лет в заморо-озке — не шутка… Эхе-е… Прямо диву даешься, как оно столько прожило. Байнери Хеликс хочет клонировать рахни. Наладить массовое произво-одство. Создать а-армию. Но когда его привезли, оказалось, что в яйце не просто рахни. Это царица. Она отложила ещё яйца и её перебросили на Рассе-елину. Думали, что без неё детишки вырастут послу-ушными.        — Погодите, разве, чтобы она отложила яйца, не нужен самец?        — Царицы от рождения несут в себе генный код своих отцов. Яйца они утаскивают из колонии и там в одиночку высиживают. Царица может класть яйца уже через несколько часов, а через пару дней уже будет колония. Вот как быстро они плодятся.        — Как я понимаю, разделение детей и матери не помогло.        — Э-эхе… Вот этого-то и не надо бы-ыло де-ела-ать…        Он тяжко вздохнул опустив голову. Немного помолчав, он снова посмотрел на Джона стеклянным взглядом.        — Я так думаю, что без царицы, рахни неправильно развиваются. Их разум формируется её разумом. Эти же, вышли неуправляемыми.        — Тогда, нам нужно привести её сюда.        — Нет. — Он метнул головой. — Хоть и жаль, а это не сработает. Этих рахни уже не спасёшь. Жалко их, но придется умертвить из гуманности. Я так думаю, надо включить нейтронную очистку.        — Что за система очистки?        — Та… Даёт вспышку нейтронного излучения. Всё в лаборатории убивает. А снаружи наносит генетический ущерб разной степени.        — Как только система будет запущена, нам придётся прорываться с боем. Дайте нам немного времени на подготовку.        — Та, ради бога. Я тут подожду. Я теперь особо не ходок, верно? Хе-хе… — И заулыбался по дебильному. Впрочем, он прав, под таким слоем стимуляторов и наркоты не ходят. Ползают. И то, не факт. — Маманя всегда говорила, что я плохо кончу…        Мы расползлись по лаборатории. Я остановилась перед стеклянной стеной, рассматривая грубый технологичный экстерьер снаружи лаборатории. Шепард прошёл дальше, через шлюз, в техническое помещение и доколебался до терминала ВИ. Потрещав с ней пару минут, он дал отмашку на готовность. Дабы не тратить больше сил и внимания, телепортирую помеченную технику в свой Шкаф на Нормандии. В лаборатории резко стало как-то пустовато. Тут уже Гаррус глянул на меня с лёгким осуждением.        Джон собрал всех в техническом зале, пытаясь уговорить ВИ станции на активацию нейтронной очистки. Но та не успокоилась, пока не зачитала длиннющую инструкцию по использованию этой очистки. А потом запросила пароль.        Пригорев с этого, Джон вернулся к обдолбышу. Тот начал говорить, но внезапно, его насадил на свой тентакль таракан. Мужик с удивлением посмотрел на костяной шип торчащие из груди. Он был обдолбан настолько, что не чувствовал боли. Рахни выбрался из-под пола и небрежно швырнул тело в стеклянную стену, по которой уже мёртвый учёный стек на решетчатый пол.        А после, хлынули жуки, да с таким напором, что повыбивали хрупкие прозрачные стены и нам пришлось отстреливаться, отступая к техническому помещению. Видя количество рахни, решила не экономить, начав щедро разбрасывать блинчики гранат. Грохот взрывов дезориентировал жуков, что неплохо так их притормаживало и мы в три биотических жала старались устраивать максимальную вакханалию среди скоплений тварей.        Только вот, запасы электролита у нас не бесконечные и Джон это прекрасно помнил, утащив Тали к панели управления в подсобке. Та занялась взломом, пытаясь без пароля получить доступ, но время шло, а жуков меньше не становилось.        — Есть, валим отсюда! — Крикнула Тали, отключая свой омник.        Освещение лаборатории с уверенно белого изменилось на ядовито красный, а ВИ станции начала отсчёт. Две минуты.        Выдохнув и сцепив зубы, использую «взрыв биотики», направив его от нас по всему залу, сметая и перемалывая жуков. Это обошлось мне дорого — нервы горят, в глазах потемнело. Сама бы я и с места не сдвинулась, но пробегающий мимо Рекс подхватил меня и закинул себе на горб, унося вслед да остальными.        Уже в лифте, сидя на полу слышу, как внизу подрываются микрозаряды с ядерной начинкой, щедро заливая радиацией все риск лаборатории. Судя по показаниям ВИ Вершины 15, рахни там столько, что не удавалось подсчитать даже ей, а это говорит о многом.        Минидок противно запищал и вколол мне набор препаратов, от чего стало намного легче. Зрение снова сфокусировалось а марь в голове пропала. Призвав с корабля запасную флягу, богатырским глотком осушила половину и отдала Лиаре. Та принюхалась, поморщилась, но приложилась. Скривив моську, передала флягу Аленко, который был в шаге от того чтобы пустить пену от перегрева уже второй раз за день. Кинула ему в догонку «Регенерацию», так как рабочий день ещё не окончен.        Вяло выползли из лифта и пересели на соседний. После такого всем требовался отдых, и решили отсидеться в условно безопасной зоне. Но там нас ждал сюрприз — у баррикад перед жилым сектором собрались все охранники и подняв автоматы, удерживали нас на прицеле. Присмотревшись, я разглядела как частников из Байнери Хеликс, так и бойцов ЭРКС.        — В общем и целом, я сожалею, Шепард. — Подал голос лысый сникерс в белой броне. — Но у нас приказ от Бенезии.        — Вас больше, но вы истощены. Результат боя очевиден. — Подметил Джон.        Бойцы переглянулись. Сникерс нервно дернулся.        — Ог… — Он собирался скомандовать начать стрельбу, но не успел.        Цепная молния сорвалась с пальцев, угодив в капитана охраны и бодро попрыгала по всем бойцам. Заряд небольшой, чтобы не убило, но достаточный, чтобы вывести из строя истощённых бойцов.        — Жить будут. — Ощупав всех «познанием», говорю Джону.        — Спасибо. Им и так досталось.        Мы прошлись по всем, собрали оружие и принялись оттаскивать бессознательных в жилые зоны. За неимением альтернативы, раздали оружие учёным. Они ныли чуть ранее, что не хватает на всех стволов. Теперь хватает. Теперь ещё более подавленные разумные заняли место квалифицированных бойцов из числа охраны. Им пи*дец, если появятся рахни.        Единственную, кого мы не нашли, так это ту самую азари, что обратила на меня внимание. Нервный саларианец сказал, что она отправилась в техническое помещение. А нам как раз нужно было через него пройти — именно через эти коридоры можно попасть туда, где сейчас находится Бенезия. Там же, где содержится царица рахни.        Как мы это узнали? Ничего сложного, если абстрагироваться от ситуации в самой лаборатории. Рахни, как пояснил мне Рекс существа роевые. Полноценны разумом владеют царицы и ещё несколько видов особей. Но именно у цариц имеется ярко выраженная генетическая память. Кроганы в своё время воевали с рахни и хорошо изучили своего врага и Рексу эти знания достались по наследству. Более того, кроган был в восторге от того, что как и свои предки может поубивать сотни этих тараканов, потому с радостью поделился информацией о рахни.        Что касается нашей цели, то царица рахни не первое древнее дерьмо, до которого доколебался Сарен. Он что-то ищет и уверен, что об этом знает царица рахни. Раз так, нам это тоже нужно. Даже больше, чем захват Бенезии.        В том видении, когда мы получили Шифр, было что-то… Посреди ужаса смерти был огонёк надежды. Планета. Но увы, сколько бы Джон не искал эту планету на галактической карте, ничего даже близко подходящего он не нашёл. И, судя по всему, искомый Канал находится именно там. Но никаких координат в сообщении не было. Только вид планеты.        И, судя по тому, что сюда прибыла помощница Сарена, матриарх, способная скрутить мозги в бараний рог любому живому существу, несмотря на прорыв рахни, Сарен уверен, что царица обладает необходимой информацией. Иначе объяснить происходящее я просто не могу.        — Дальше вы не пройдёте. — Говорит та самая азари, что была в жилой зоне. Сейчас она стоит на лестнице, ведущей к нужному нам лифту. И не одна. На радарах появились засветки десятков гетов, что сейчас активировались и стягивались вокруг нашей группы.        Тупейшая засада. В принципе, подгадала она удачно — среди нас всего четыре биотика и всего два могут кратковременно выставить барьеры, но мы уставшие и хватит нас ненадолго. Кинетические щиты схлопнутся ещё быстрее. А геты всё прибывают.        — Что тебе надо?        — Задержать вас. — Предельно честно ответила азари. — Учитывая вашу репутацию, я уверена что вы прорвётесь. Мне просто нужно выиграть как можно больше времени.        — Тогда почему геты ещё не стреляют? — Спрашиваю выступая вперёд группы.        — Проход перекрыт. — Она пожала плечами. — Сунетесь ближе и геты откроют огонь.        — Ты — десантница? - Решила я уточнить это, обдумывая один вариант.        — Не заметно?        — Слишком спокойная для гражданской. — Подаю жестом Джону сигнал не вмешиваться. Тот в ответ шумно выдохнул, подтверждая получение сигнала. — Слушай, я совсем без сил. Я понимаю, что живой отсюда не выберусь. Исполнишь последнее желание?        — Какое же? — Взгляд азари потеплел. Ей определенно нравится ощущать превосходство.        — Я как-то слышала, что вы можете добивать раненых на поле боя через «объятия вечности».        — Можем. — Мягко улыбнулась она. — Хочешь испытать это на себе?        — Если выбирать между вольфрамом и этим, результат очевиден.        — Подойди. — Она подняла руку с раскрытой ладонью.        Затылком чувствую о*уевшие взгляды товарищей. Ну, это только начало.        — Твой путь окончится здесь. Расслабься.        Она коснулась пальцами моего лица и приподняла мой подбородок, устанавливая зрительный контакт.        — Пришло твое время…       Её глаза полностью почернели и я ощутила прикосновение чужих мыслей.        — Обними вечность!        Контакт установлен. Ощущаю, как она проникает в мой разум. Я теряю контроль над своим телом, ощущаю, как её разум обволакивает мой и мягко сжимает. При этом, ощущаю настолько непередаваемые счастье и лёгкость, что едва не теряюсь в них. Однако, я годами терпела ментальные тиски похотливых тварей не ради того, чтобы просто так раствориться!        — «Протего»… — Шепчу одними губами.        Заклинание срабатывает и разум азари резко отшибает в стороны. Это больно. Это дезориентирует. У меня есть всего секунда, прежде чем она поймет, что происходит.        — Утони в похоти! — Отбиваю запястьем её руку и хватаю пальцами её голову у висков, протыкая острыми ногтями нежную синюю кожу. — «Легилеменс»!        Максимально плотное применение этих чар и уже я пробиваюсь в её разум. Пробиваюсь, чтобы выбросить огромнейший, невероятно детальный пакет информации.        Мгновение, и пакет раскрывается, захлёстывая обезличенными воспоминаниями разум азари. Весь мой прожитый в Нирне сексуальный опыт, сопровождающийся максимально детализированными ощущениями. Я не хочу хвастаться, но за несколько лет в Нирне я натрахалась на несколько жизней вперёд, к тому же, там были сильно завышенные ощущения от соитий, так как мир был, по сути, извращенским вариантом известного мне Скайрима, к тому же, некий аналог игровой «системы» только возводил всё в степень. А став полноценно демоном, мои ощущения от любого процесса секса, даже того, в котором я напрямую не участвовала, многократно усилились. Я демон, и мой грех — похоть. И вся моя похоть, пережитая там, сейчас в одно мгновение затапливает, корёжит и извращает психику азари. Последующий за этим гормональный взрыв выведет её из строя надолго, если не навсегда.        Убедившись, что азари в процессе насильственного просмотра очень захватывающего кино с участием эльфийки и стаи четвероногих мохнатых ебак, вбухиваю в поддерживаемое заклинание ещё маны и подхватываю контроль над телом кальмарчика.        Ещё секунду я смотрела на своё лицо с ярко горящими опаляющим золотом глазами из тела синенькой и поддав стимуляции, заставила её испустить самую мощную биотическую волну в её жизни.        Геты этого не ожидали, так что просто не успели пристрелить меня и теперь перемалывались чужой биотикой до состояния запчастей. Деформация — страшная сила. Всё вокруг нас перекручивалось и истиралось, обшивка коридора срывалась и сминалась, геты хлопали взрывающимися лампочками, мерзко скрежетали разрываемым металлом и истерично трещали вокабуляторами.        Две секунды и всё заканчивается. Азари обмякает и находится в вертикальном положении только благодаря тому, что мои пальцы всё ещё держат её голову. Увы, но после такого, из биотической комы ей уже не выйти. Дабы не мучать дальше, перехватываю голову и с оглушительным треском ломаю хрупкую шею, сбрасывая с лестницы уже бесполезное тело — её душа мягко мерцает у меня на ладони, оплетаемая нитями «воли».        — Мы ждем ещё кого-то? — Перевожу взгляд еще светящихся золотом глаз на притихших товарищей.        — Пи*дец… — Выдохнул Джон и стал подниматься по покорёженной лестнице. Следом неуверенно пошли остальные.