Вредный, но любимый

— Прапай, спал без одеяла, костяшки рук были перемотаны бинтами, а рубашка, лежащая на стуле, была измазана в кровь, я испуганно посмотрел на спящего Прапая и взятую в руки рубашку. Вдруг Прапай зашевелился, я положил быстро рубашку на стул и направился на выход из комнаты. — Малыш, почему ты не спал со мной сегодня? Тебе не спалось? — Да, — ответил я. — Откуда эта кровь и почему костяшки рук перемотаны бинтами? — Доброе утро, любимый, — подошел тот ко мне на кухне, обняв. — Пи'Пай, можно спросить? — Конечно, Скаюшка, все, что угодно, — поцеловал меня в щеку он. — Откуда это? Взял я руки Прапая, указав на раны. — Ах, это, спрятал тот их за спину быстро. Вчера мы с Пхаю у него в мастерской немного пострадали, — улыбнулся Прапай, я поднял бровь. — Ага, то есть рубашка, которая в крови, тоже по этому поводу такая же? — Конечно, можешь у Пхаю спросить. Ты не веришь мне, солнышко? — Все нормально, — улыбнулся я, мне пора на учебу, до вечера, и поцеловал того в щеку. — Может, мне отвезти тебя? Нет, меня Рейн подберет. — Рейн, мне кажется, Прапай изменяет мне, — сказал я, как только сел в машину к нему. — В смысле? Шокированно посмотрел и произнес тот. Сегодня утром я увидел обмотанные костяшки его рук бинтами и он странно себя вел, я спросил, откуда это? Кстати, рубашка была в крови, он сказал, что они с Пхаю вчера пострадали в его мастерской. Он позвонил мне в 11 вечера и сказал, что задержится. — Стоп. Мне Пхаю тоже в это время звонил, — произнес Рейн быстро и он тоже сказал, что задержится на работе, я и Рейн переглянулись. — Ну ладно, Прапай, но Пхаю, — посмотрел я на Рейна. — В смысле? Ты серьёзно не ревнуешь? Опешив, произнес Рейн. — Не знаю, — отвернул я голову, прикусив губу, слезы я сдержал. Кабели не меняются, если он действительно изменил мне, значит, я херовый парень, — пожал плечами я. — На тебя это не похоже, Скай, но я сомневаюсь, что Прапай изменил тебе, долго он пытался расположение к тебе найти и долго пытался доказать, что изменился, — произнес Рейн. — Еще раз говорю, Рейн, кабели не меняются, и вышел из машины. На занятии я вообще не вникал в тему. Было больно понимать, что Прапай действительно мне изменил. Закрывая глаза, я вижу его довольное лицо, которое стонет, а на нем другая девушка. Боже, как больно, — произнес я. Настроение ухудшилось на всю сотню процентов. — Скай, — подошел ко мне Рейн. Поехали на море, здесь недалеко, есть отель, обслуживание прекрасное. — Хорошо, — кивнул я. Через два часа мы уже были в отеле. — Я выключил телефон, — объяснил я Рейну, заметив, как тот следил за мной. Я никогда не поверю, чтобы изменил Пхаю, но в измене Прапая я уверен. Завтра же соберу вещи и съеду от него, — сказал я. — Скай, не спеши с выводами, может, там дело в другом. — В чем? — закричал я психовано и пошел в номер, Рейн вздохнул. У него зазвонил телефон. — Так... — посмотрел на экран тот. — Рейн, где Скай?! — сразу сказал Прапай. — Ты у меня спрашиваешь у друга своего парня? Это, по-моему, ты должен знать, где он. — Если бы знал, не звонил и не спрашивал. У него телефон выключен, я очень нервничаю, я подключил почти всех знакомых после случая и замолк. Теперь такие мысли вдруг с моим мальчиком что-то снова случилось? Рейн, пожалуйста, как узнаешь, оповести меня, и сбросил. — Скай, постучал в мой номер тот, я открыл. Звонил Прапай, они ищут тебя, подключил всех. И как ты думаешь, стал бы изменщик так поступать? Он боится, чтобы с тобой вновь не повторилось... Ну, ты понял, я кивнул. — Давай спать, — произнес я. Хай поищет, Рейн кивнул следом и пошел в свой номер. Ночью я вообще не смог уснуть. В час ночи в дверь номера начали стучать часто и громко, я подорвался и быстро подошёл к двери. Стоило мне открыть, как на меня буквально накинулся Прапай с объятиями. — Скаюшка, малыш, — стал шептать он, я очень испугался, зачем ты так? — начал целовать меня тот, я обидел тебя чем-то? Если да, прости меня. — А измену стоит прощать? Отошел я от него. — В смысле? Опешил Прапай. — В прямом, твою измену. — Мою измену? С чего ты взял? Шокированно посмотрел на меня тот. — С того, что ты вел себя очень странно утром, сказал бы сразу, что я тебе больше не интересен. Мы бы просто разошлись, и, повернувшись, пошел к окну. — В смысле не интересен? С ума сошел такое думать, Скай? По-моему, я говорил тебе, что люблю тебя, — засмеялся я. — Знаешь, ты можешь сказать, что любишь, но молча изменять. — Скай, — испуганно сказал Прапай. — Нет! Проще разойтись, и всё, и будешь снова свободной птицей, не хотел напрямую, решил помягче. — Скай, да я бы никогда не изменил тебе, — начал подходить тот. — Не подходи, — рыкнул я. Ну хорошо, ладно, тогда объясни, откуда эти раны и кровь на рубашке. Если не скажешь, можешь уходить. — Скай, ты не захочешь этого знать, — сказал Прапай. — Хотя, в принципе, да, оно мне не нужно, я хочу спать, уходи. Меня трусило, я не хотел его прогонять и пытался скрыть дрожь и слезы. — Скаюшка, я никогда тебе не изменю, потому что люблю, — вздохнул я, спокойной ночи, Прапай. — Ты думаешь, мне легко скрывать правду? Я ошарашенно на него посмотрел. — Ты думаешь, я хочу, чтобы ты знал, что я отомстил за тебя твоему бывшему? Ты думаешь, я хочу этого? — начал нервничать Прапай и кричать, это говоря: ты не представляешь, что он говорил мне. — Всё, всё, хватит, — подошел я к Прапаю, прости меня. — Мне было страшно выслушивать, что он говорил о тебе. Если бы не Пхаю, я убил бы его на месте. Таких, как он, я никогда не прощаю, жаль, Пхаю помешал, но за меня справились другие. Я молча прижал Прапая к себе, он дышал учащенно, а сердце билось как ненормальное. — Прости, что молчал, Пи'Пай. — Это ты прости меня, Пи'Пай, за такие выводы и поцеловал. Он приподнял меня, я обвил ногами его талию. Прапай понес меня на кровать. И, как обычно, он выместил злость жестким сексом, от которого я стонал практически до срыва голоса от удовольствия. Прапай не просто трахал, он жестко долбил меня, долбил в простату, у нас были такие позы, от которых я кайфовал и требовал еще. Прапай кусал, целовал. Я не знал, что мне понравятся шлепки по ягодице, вот серьезно признаюсь, даже стыдно признаваться. Под конец Прапай ласково целовал меня и входил и выходил нежными движениями, на что я стонал, говоря: ещё, Пи... я скоро... И мы кончали почти одновременно. Сходив в душ, мы легли, я прижался к Прапаю. — Прости меня, пожалуйста, и поцеловал. Слишком много лишнего я тебе наговорил. — Просто знай, что я люблю тебя, — шепнул Прапай, я кивнул и поцеловал его, но уже крепче. — Когда я проснулся, мое тело вновь болело, он меня так выебал, что теперь я еле двигаться мог, я встал и направился к зеркалу, мне страшно было даже взглянуть на свою задницу, и вот я подхожу к зеркалу, поворачиваюсь задом... Она вся синяя, в засосах и укусах. — Котенок, — тихо сказал Прапай, — прости, и встал, подойдя ко мне, черт, мне так стыдно. — Пи'Пай, — обернулся я и положил ладони на его щеки, мне понравилось. — Понравилось? — удивился Прапай. — Эти отметины тебе понравились? — Ну... Оно правда болит, а так мы славно поиграли, — дополнил я. — Люблю тебя, Скаюшка, и прости меня, я тоже тебя люблю, Пи'Пай, — улыбнулся я и прижался. Мы привели себя в порядок. — Мне стыдно таким выходить. — Каким? — удивился Прапай. — Покусанным, — тот заулыбался. — Малыш, пусть только кто-то что-то скажет, им крупно не повезет. — Пойдем, Небо, — взял меня за руку тот и мы вышли из отеля. — Смотрю, вы очень громко вчера помирились, — ухмыляясь, сказал Рейн. — Я улыбнулся. — Скаюшка, идем, — подошел сзади, обняв меня, Прапай. Как думаешь, как бы смотрелась моя фамилия в твоем паспорте? — спросил Прапай. — В смысле? А зачем мне твоя фамилия в моем паспорте? — Ты не знаешь, как пишется моя фамилия? Знаю, — произнес я. — Напиши, — сказал Прапай. — У тебя фамилия слишком сложная, — посмотрел я на того, сказав в шутку. — Как же ты с ней жить будешь? — удивленно спросил Прапай. — Выходи за меня, Скаюшка, — достал коробочку Прапай. — Как неожиданно, — посмотрел я на него, а после кивнул. Прапай надел кольцо на мой палец, я прижался к нему. — Люблю тебя, Пи'Пай, — и привстал на цыпочки, поцеловав его в губы. — Я тоже тебя люблю, мое любимое Небо. Поженились мы там, где и познакомились, мы счастливы. Ветер и Небо оберегают друг друга от всех невзгод.