Когда веет кровью...

      Тишина, стоящая на поляне, начала сильно напрягать. Влад и девица, что так не кстати застыли рядом с совсем свежим трупом, бегали взглядами то туда, то сюда. В глазах Лины читался явный, животный страх, а вот Череватый, кажется, в полной тишине сдерживался, чтобы не заржать как конь. Эта ситуация и в правду казалась забавной. Все трое вышли на эту поляну, коих в лесу бесчисленное множество, подозрительно резко и чуть ли не одновременно. Марьяна то ладно, шла по чуечке, а вот как эти двое здесь оказались было интересно. Стоять в оглушающей тиши становилось невозможно, потому травница первая решилась заговорить. Главное прежде, чем Влад перестанет себя сдерживать и загогочет на всю ближайшую округу.   — Вы-то что здесь забыли, дурни? — Романова демонстративно поставила руки в боки. Интонация у нее была явно осуждающая, но от этого не менее удивленная.  В ответ бесик лишь плечами повел, да лыбу давить начал. Лина же до сих пор заходила за спину Влада, словно боясь попасться Марьяне на глаза. И правильно, мужички мертвые не на каждой тропке валяются, тем более столь зверски пришибленные.   — Та с кем не бывает. Заплутали слегка, не на ту полянку забрели. — Чернушник все же засмеялся, явно не в силах себя сдержать.  — Как удачно ж вы забрели. В лесу столько полянок, не сосчитать, а вы прям сюда. Не иначе, как судьба так повернулась. — Шуточный тон говорил явно о многом, по крайней мере та надеялась. Ну не верилось травнице, что они просто гуляли да пришли сюда. Слишком много совпадений за раз выходит.  — А ты что здесь забыла, Марьяшка? Не иначе как снова по лесу гуляла? — Здесь Влад прав был, Романова и в правду снова по лесу прогуливалась в поисках грибов да ягод всяких. Это было ее самое обыденное дело, которому удивлялись лишь впервые видящие Марьяну. Остальные давно привыкли к ее похождениям и редко задаются вопросами.        Владу, видно, ответ не требовался. Он смотрел на Романову все тем же темным взором, но что-то в нем мимолетно изменилось. А что не понять. Вот хоть по лбу себе стучи, никак не припомниться смотрел ли Череватый на нее как-то иначе. Память, видно, подводит, ничего не поделаешь.        Несмотря на краткий и мало информативный переброс фразами, понятнее ситуация не стала. Откуда здесь бес, да красавица на дереве главная, не ясно. Странная парочка честно признаться. Как эти двое сошлись и начали по лесам шататься тоже не понятно. Неужели Джебисашвили такая бесстрашная, чтоб с этим идти? Так ещё и за спину Владика прячется. Видать совсем его не знает.   — А вот и гуляла. Травы собирала, ягодки. И спокойно вроде было все, пока не почуяла я неладное, да на такую картину не наткнулась. — Она провела взором по полянке и гостям нежданным, оценивая всю плачевность ситуации. Мужичок здесь явно не спроста валяется. Вряд ли решил по лесу прогуляться, да на зверей разных поглядеть. Сам по себе он не обглоданный, целёхонький весь такой, хотя здесь смотря с какой стороны посмотреть. Если не считать вывернутые конечности и голову, то оно конечно, целенький, не тронутый. Ещё и лежал он спиной кверху, так что черт знает, что с другой стороны. Видать тащили беднягу от деревни, всего изломали, изувечили и бросили гнить. А гнить-то правда. Подванивает здесь знатно, хоть глаза коли.        В то время пока Марьяна с Владом болтала, Лину, кажется, начинало трясти. Заметила травница это, вовремя сразу беря все в свои умелые руки. — За мной шагайте, Блудяшки. А то мало ли на какие полянки вы ещё забрести удумаете. — Марьяна не стала ждать и пошагала напрямик к своей избе, напоследок не забывая глянуть на парочку разинь.        Влад призадумался, косо глянул на Лину и все же двинулся следом, не желая, видно, спорить с серьезно настроенной травницей. Лина, как потерянный зверек замешкалась, и все же, недолго думая, быстро последовала за Череватым. Жаль все же бабоньку Марьяне, столько повидать пришлось.        Однако сейчас положение и страх Лины ее волновал не так сильно. Главный вопрос: почему на поляне валяется мужик, а не баба? Загадка. Обычно только бабоньки мрут, а здесь так жестоко, так ещё и не тот, кто нужен. Да и тел изувеченных раньше видывать не приходилось, жители здешние просто пропадали и все с этим. Здесь же что-то новенькое, но не приятное, это если честно уж признаваться.       Шли они не долго, совсем скоро выбрели к деревне, да домику давно знакомому, что, как всегда, одиноко ждал хозяйку. Романова по пути, для достоверности, постоянно назад глядела, чтобы те в случае чего пятками не засверкали. А то эти могут, особенно по Череватовской инициативе. Но, слава духам всем знакомым, такая идея ему в башку не тюкнула, и прогулка до избы прошла без происшествий. Влад первый вошел в любезно открытую перед ним дверь, следом и Лина, что оторвала наконец глаза от земли и удосужилась глянуть на Марьяну.         Отлично. Все в сборе, дверь закрыта, можно и чаю выпить, нервишки успокоить. А то один лыбится, другую трясет всю, а Романова… а что Романова? Ее сейчас тоже трясти начнет, прямо как Лину. Только не от страха, а от переизбытка полученной информации и мыслей, всё копошащихся где-то в головушке.  — Чаю будете? — Ответ и не нужен был. Она уже заливала немного холодный чай по кружкам и доставала новые травы, чтобы сунуть их следом в заварку.  — А че б нет? Разливай, Марьяшка. — Махнул рукой Череватый.         Романова улыбнулась слегка совсем, но медлить не стала, и вот пред ребятами уже стоял напиток лесной, слишком ярко пахнущий травами. Влад чуть поморщился, но все же взял и сделал глоток. Деревянный сосуд громко был поставлен обратно и теперь все взгляды были уставлены на травницу. Вероятно, те ожидали обвинений или ещё чего, ведь встретила Марьяна их прямо на полянке с помершим не так давно мужиком. Однако обвинять та не спешила. Марьяна прекрасно понимала, что никто из этих двоих на подобное не способен, потому и не спешила с обвинениями.  — Что ж, рассказывайте давайте. — Начала наконец та. — Как вы все же на полянке оказались? — Шли, да оказались. — Влад посмотрел на травницу так, словно этот ответ должен был ее устроить и все вопросы по поводу умершего резко отпасть — Ты то ладно, по лесам вечно шастаешь, а Лину то зачем с собой поволок? Вон ее бедную потряхивает всю.  — Вы нас не вините? — В коем то веке открыла пасточку и Лина. Видно, ее это и в правду удивляло, да и голос звучал слишком неуверенно для той, что с чернушником по лесам бегает.   — Нет, конечно. Вы на себя-то гляньте. Неужели думаете, что в правду похожи на убийц? — Это не могло не рассмешить Марьяну. Перед ней сидел запуганный зверёк, да чернокнижник, которому плевать на все. Если бы душегубами оказались они, травница знатно бы над этим посмеялась. — Проклятье никого не щадит.  — Фуфло проклятье твое, да сказки для детей. — Влад фыркнул, видимо категорически не соглашаясь со словами Романовой. — Не верю я в ваших душегубов.  — А в проклятье несуществующие верите? — Марьяне оставалось лишь плечами пожать. Отвечать на вопрос она не хотела, потому глянула на спутницу чернушника. — Тебе все это зачем? — Не получив ответа она повернулась на Череватого. — А тебе Владик? Заняться нечем?  — Сама мне говорила между прочим: люду помогай, вон девки пропадают. — Изображал тот Марьяну. Не так уж и правдоподобно, между прочим. — Вот я и помогаю.  — У тебя вроде Димка помощи просил. — Подметила Марьяна, решая проследовать примеру Влада с Линой и так же испить своего чая.  — Просил, да свалил. — Влад махнул рукой, показывая все свое безразличие к этому пареньку. Романова глянула на Лину, внимательно разглядывая ее эмоции, что даже мимолетно мелькали на лице.  — Вроде постоянно с Олегом, да учеником Гецати бегала, а здесь резко одна, так ещё и с Владиком по лесам шатаешься. Так что же ты и с Димой погрызлась? — Хохотнула Марьяна, замечая ещё более явное удивление девушки.  — И с Димой? Откуда вы знаете... — Вот Олег. Ни другу, ни подруге не рассказывает, молодец.   — Да Олег ко мне постоянно захаживает. То на тебя, то на Сашку жалуется. Говорит достала ты его страшно.        Вспоминая о братьях, переживание осело где-то в груди, оставляя неприятный осадок. Олег вон только вчера заходил, но волнение от этого не пропало. Наоборот, пусть и осело, но начало сгущаться, обволакивая все изнутри неприятной жижей. Такой тягучей, что сколько не вычищай, убрать не выйдет. Она в правду переживала. Переживала за Олега, за его отношения с братом, а также за его чрезмерно мрачное и унылое состояние, от которого пока избавиться никак не выходит. Вроде ничего не делает, а от этого только более усталый, словно несколько дней пахал в полях. Саша наверняка переживает сильно, мечется, а сделать пока ничего не смог. Возможно, он ещё серьезно не подходил к этому, но уж пора. Стоит как-нибудь поговорить с ним, все же чаще Олег прибегал к ней, чем к брату родному. Рассказывал все, что у них с Линой, Димой, со старшеньким своим. Быть может ему обидно… но об этом потом. Сейчас Лина застыла словно долго о чем-то думая. Наверняка она не знала о походах Олега к травнице, вот и удивляется.  — Та что вы постоянно про своего Шепса. Олег, Олег, Олег, Олег. Лучше б про Райдос ты думала, чем о своем Олеге. — Не выдержав погхыгхыкал Влад.         Марьяна слегка непонимающе переводила взгляд с красавицы на чернушника и явно не понимала к чему тот клонит. — Нечего здесь думать. Вика пока ни в чем не виновата. — Нахмурившись ответила Лина.  — При чем здесь Виктория? — Решила вмешаться травница, на что со стороны чернокнижника послышался хохот.  — Потом, все узнаешь, потом, Марьяшка. — Даже как-то прошипел Влад, вновь подхихикивая самому себе. Взгляд у него был странный, и смотря в его глаза прозвище "бесик" обретало новый смысл. Теперь Марьяна увидела, что в нем поменялось. Череватого постоянно хихикать тянет, улыбаться, да шутить. Такого раньше не было. Нет Влад, конечно, любил шуточки свои пускать, но не до такой степени. — Ты лучше рассказывай зачем о проклятье слухи распустили, если брехня все это?  — Ну почему сразу брехня-то? Девки пропадают, началось все то с ведьмы. Как тут не думать? Раньше такого не бывало. — Выражение лица Марьяны слегка переменилось, стало более напряжённым и угрюмым чуть. Лина все время тактично молчала, вероятно раздумывая над чем-то своим. Это по крайней мере было лучше болтливого и нового Владика. — Подтверждение сему ты могла на полянке той плешивой видеть. Или проклятье тоже шеи да кости сворачивать может? — Он с мерзким оскалом уставился прямо на травницу. Стало не по себе.  — Если силой не обделено, то могет ещё как. — Все парировала Марьяна.  — Ага, так ещё и мужика сгубило проклятье твое. А говорила только баб жрет.  — Кто знает. Я в этаком не копаюсь. — Решила повести плечами Романова. — Знаете, я вам совет дам. — Лина наконец глянула ей в глаза, а Влад видно с поддельной внимательностью принялся ее слушать. — В избы свои идите. Да не выглядывайте оттуда попросту, тем более по лесам не шастайте. А то Владик таким любит заниматься. Я не против, что вы помогать люду хотите, это даже похвально я вам скажу. Но жизнь бывает дороже помощи.        Ее выслушали, но ничего ответить не удосужились. Травница поднялась да вещи со стола принялась убирать.  — А теперь идите подобру-поздорову. — Наконец заключила она. Череватый глянул на подругу и все же соизволил подняться. Они благополучно попрощались с Марьяной и в избе наконец тишина настала. Приятная такая, душу греющая.        Правда вот беспокойство никак не унять. Хотелось чем-то Олегу помочь, да и Саше желательно. Однако пока, она делает все, что в ее силах и даже больше порою. Ещё и Влад с подружкою своей новой. Вот неймётся же им именно в такое время по лесу расхаживать, пока все нормальные по домам сидят, да носа высунуть бояться. Послушал бы кто, да у виска пальцем покрутил. Она часто разговаривала и с Олежей, говорила не безрассудничать, но видно ее мало кто слушает. Остаётся лишь надеяться, что хотя бы Лина ее услышала.        Мыслей у Марьяны ещё много в голове крутилось, пока она прибраться за гостями решила. Но здесь оставалось лишь надеяться, что травы, которые та Шепсу младшенькому дала, ему пригодятся и помогут. Но это лишь надежды, а пока у нее ещё осталась работа. Сразу после этих мыслей Марьяна завершила с уборкой и, даже корзину с собой не взяв, ушла куда-то в сторону леса...