Проклятье Нейтральной Земли. часть 1 Проклятое зеркало

— Ублюдок! Какой отец, такой и сын! — Выругался Омэт. Болимон решил попытать удачу и напасть на них, Паэль поднял свой клинок, готовясь защищаться, но бой в планы Омэта не входил. Поэтому он, убедившись, что верёвка на шее не сдерживает его силу, просто испепелил одного за другим. Затем стал отходить от Паэля считая шаги. — Десять… — Он посмотрел на друга и сделал ещё шаг, верёвка на шее у обоих стала сжиматься; помимо удушья, доставляла невыносимую острую боль. Омэт и Паэль почти одновременно сделали шаг навстречу друг другу. — Я убью их обоих!!! — отдышавшись прокричал Омэт. Паэль подошёл к нему вплотную и обнял за талию. — Что ты делаешь?! — Ты собираешься идти за ним? У нас два выбора: либо переносимся, либо летим. Решай быстрее, — и он сильнее прижал Омэта к себе. Омэт мысленно молил небеса о пощаде. Разве можно было придумать наказание жестче, чем это. Но Паэль был прав, им нужно было отправляться в ад, следом за Хэмахом, и он перенёс их. Выражение Паэля не чуть не изменилось, когда они достигли цели, он просто отпустил его и огляделся по сторонам, Омэт же испытал за эти несколько секунд целый спектр эмоций. От счастья до боли. Они стояли перед огромными вратами, вернее одной частью, вторая слетевшая с петель лежала на земле. Омэт улыбнулся, он и сам не раз открывал эти ворота с ноги, и они вот так же валялись. «Похоже, это у нас в крови», — Он повернулся к Паэлю и выругался. — Снимай хитон. Ад не место для ангела, если кто-то узнает, нам придётся не просто. Особенно если учесть, что в бою мы ограничены 10-ю шагами… Омэт заготовил целую речь, но Паэль кивнул и принялся развязывать пояс, не дав ему договорить. Сердце Омэта перестало биться, когда тот остался в одних брюках. Паэль скрестил руки на груди, держа себя за плечи, ему было неловко. Стараясь не смотреть на него, Омэт снял рубашку и передал ему. — Держи, одень. Чтобы ни одна собака не унюхала. Паэль снова кивнул и одел рубашку Омэта. Рубашка была липкая от крови. — Омэт, как твои раны? — Ерунда, — ответил он все ещё стараясь не оборачиваться и не смотреть на друга. — Позволь мне осмотреть, — Паэль подошёл к нему ближе. — Не нужно, — холодным тоном отрезал Омэт. Это немного задело чувства Паэля. Подняв свой хитон, он оторвал от него две широких полоски и протянул их Омэту. — Хотя бы перевяжи. Тот взял повязки и перевязав живот протянул руку Паэлю. — Тебе придётся держать меня за руку, это очень коварное место. Здесь не любят непрошеных гостей. И снова его отстранённый тон словно лезвие рассёк сердце Паэля, он еле слышно вымолвил: — Хорошо. Взяв его за руку, Омэт переступил через ворота, и они оказались в аду. Паэль был здесь впервые. Всё вокруг было отравлено злобой и болью. Черная выжженная земля, воздух, пропитанный гарью и кровью, давящее чувство безысходности, проникавшее под кожу. Время от времени из-под земли вырывалось пламя, повсюду были слышны скрежет зубов, вой и душераздирающие крики. Они проходили по небольшому мосту, а внизу в мутной черной воде, души людей топили, друг друга пытаясь вылезти на верх. Одному из них удалось схватить Паэля за ногу, он споткнулся. Омэт обернувшись, что силы пнул то, что отдалённо напоминало человека и тот отлетел обратно в воду. — Ты как? -Нормально. Я не думал, что здесь так жутко. — Это только вход. Дальше будет хуже… Может, вернёмся? — спросил Омэт. Но Паэль не ответил, он увлёкся рассматриванием татуировки друга. Ему давно было интересно, что именно изображено у него на груди, Омэт не раз оставался перед ним без рубашки, но сразу же отворачивался или исчезал. Сейчас, когда он стоял перед ним, Паэль мог утолить своё любопытство. Голова огненного дракона лежала на правом плече и шее, тело расположилось на груди, одна когтистая лапа легла на левую сторону, словно пытаясь дотянуться до сердца Омэта. Вторая была прижата к телу дракона, задние лапы были где-то под повязками на идеальном прессе, а хвост спускался ниже уровня брюк. Казалось, что он словно живой, вот-вот повернёт голову, расправит крылья и улетит. Только многочисленные шрамы ограничивали его реальность. Омэт замер. Он не мог поверить, что его благочестивый ангел в открытую любовался его телом прикусив при этом губу. Он бы отдал сейчас всё на свете за возможность прочесть его мысли. — Похоже, ад на тебя плохо влияет. Услышав его слова, Паэль пришёл в себя и смутившись отвёл взгляд в сторону. — Прости, я не хотел… — Ты можешь даже трогать, если хочешь. Только не увлекайся, не забывай, где мы, — не удержался от насмешки Омэт. Паэль снова на лицо натянул маску невозмутимости. — Пошли. Омэт еле сдерживал смех и крепче сжав его руку направился дальше. — Не отставай, они перешли мост и оказались на поле усыпанного костями и черепами демонов и людей. Кое где ещё валялись не до конца разложившиеся тела и части тел. — Это поле боя? — Спросил Паэль «Это моя игровая площадка», — подумал про себя Омэт. — Можно и так сказать. В аду невозможно телепортироваться. Поэтому тебе придётся пройти через это всё. — Ничего. Они медленно двигались, пробираясь через груды костей и тел. Омэт подумал о том, как бы отнёсся Паэль, узнав, что большая часть этих трупов его рук дело. И ему стало грустно от того, что если когда нибудь Паэль узнает, какой он глубоко внутри, то вряд ли ещё хоть раз заговорит с ним. Когда поле было позади, Омэт облегчённо вздохнул, они стояли перед лесом из мёртвых деревьев. Омэт повернулся к Паэлю. — За этим лесом замок Люцифера. Это короткая дорога, но и одна из самых опасных. Чтобы ты не увидел и не услышал не отпускай мою руку и не сходи с пути. Хорошо? Паэль кивнул. Омэт так сильно сжал его руку, что пальцы побелели. Как только они зашли в лес, вокруг них сгустился черный туман, стало тяжело дышать и ничего не было видно, но Омэт уверенно шёл вперёд, тянув за собой друга. — Паэль, — услышал он незнакомый голос возле себя. — Я знаю, о чём ты думаешь, — прошептал кто-то ему на ухо приторно сладким тоном и Паэль почувствовал холод чьих-то прикосновений на своём плече. — Убери от него руки, тварь! — приказал Омэт яростно глядя за спину Паэля. От его взгляда ангел похолодел. Он впервые видел друга настолько злым. — Омэт? — Всё хорошо, — Омэт притянул его к себе и приобнял. — Я разберусь. — Генерал, я знаю и твои мысли. — Я тебя разочарую: я тоже знаю свои мысли. — А он их знает? Знает о том, что ты думаешь, когда держишь его за руку, — рассмеялась сущность. — А может, рассказать ему о твоём страхе? — А о чём я думаю сейчас, не хочешь рассказать? Ответа не последовало… Омэт отстранился от Паэля, и они снова пошли вперёд. — Хочешь знать, о чем я думал? — вдруг спросил Паэль. — Ты хочешь рассказать? — Возможно. Омэт замедлил шаг. — В детстве я не мог уснуть из-за кошмаров, и ты тайком пробирался ко мне и спал рядом. Только так я засыпал. Омэт улыбнулся, вспомнив, насколько милым был Паэль, когда боялся. — Омэт, это место один сплошной кошмар. — Тебе страшно? — Нет, мне больно от того, что тебе пришлось тут жить. — Не стоит меня жалеть, Паэль, это место мой дом. На самом деле мне здесь нравится больше, чем в раю. — Ты серьёзно? Омэт не ответил и на мгновение замер. — Я никогда не беспокоил вас, когда возвращался домой поиграть, но, если ещё хоть один из вас вылезет и притронется к нему, я превращу этот лес в свою площадку для игр!!! Паэль не знал, кому адресованы были слова друга, но туман перед ними рассеялся. — Так-то лучше… Пойдём. Идти стало намного проще, и хоть время от времени среди деревьев появлялись разные сущности и демоны, всё же, никто больше не рискнул выйти или даже заговорить с ними. Мало того, Паэль готов был поспорить, что в их глазах был страх. «Во что превратило тебя это место?», — Мысленно спросил он, так и не рискнул проговорить свой вопрос в слух. Они оба молчали, думая о чём-то своём, к счастью, они добрались до места назначения до того, как молчание стало невыносимым. Большой замок готического стиля был прямо перед ними. Омэт отпустил руку Паэля и поспешил войти внутрь, при этом вынеся дверь, которую только починили. — Люцифер!!! Тот вышел к ним, вид у него был не ахти. Разбитый нос и фингал под глазом, но на удивление настроение у него было превосходное. — Ты превратил родного сына в пса?! — Да, — спокойно ответил тот. — И кажется, он немного обиделся. — Немного обиделся?! Сними с нас это! Люцифер подошёл ближе к ним и проведя пальцами по верёвке на шее Омэта, отрицательно покачал головой. — Я не могу. — Что значит не можешь? — удивился Омэт. — Как это понимать? — Это верёвка Бога Тьмы — это невозможно. — Но Хэмах смог, — Вмешался Паэль, который до этого момента молча стоял позади Омэта. Люцифер окинул его пренебрежительным взглядом. — Хэмах не просто мой сын, в нём сила озера «Последнего Заката». — Что? — в один голос удивились они. Люцифер сел в кресло и неохотно начал рассказ. «… — Она мертва. Бросилась в озеро «Последнего заката», чтобы прекратить войну. Время словно остановилось. Всё вокруг замерло и потеряло цвет и запах. — Ты врёшь! — Люцифер отказывался верить, что его возлюбленная, носившая ребёнка под сердцем, могла совершить грех и забрать две жизни одновременно. Его сердце не хотело мириться с правдой. Он сделал очередной выпад нанося удары ангелам. — Хватит, Люцифер! Она мертва, ребёнок тоже мёртв, нет смысла больше сражаться, — проговорил Архангел Экбиэль приказывая отступить своему войску. Люцифер опустил меч, злость, боль переплетались в нём с диким отчаянием. Он всего лишь хотел быть счастливым, просто обнимать по утрам любимую, смотреть на сына и гордиться им. Но небеса решили забрать это у него. — Нет смысла?! Никто отсюда не уйдёт! Если она мертва, то я отправлюсь за ней! Прихватив с собой весь мир! — С этими словами он открыл врата ада, выпуская все души и демонов на свободу. — Ты понимаешь, что творишь?!.. Не дайте им сбежать, мы должны удержать их любой ценой! — Прокричал Экбиэль своему войску и обернувшись к Люциферу что-то сказал ему, но Люцифер уже не слышал. Он телепортировался в Тёмный лес к зловещему озеру. Вода в нём была тёмно-бордового цвета, всё живое, что соприкасалось с ней тут же умирало. Бросив меч, он направился к озеру. — Зачем мне жизнь без тебя?! — Прокричал он. — Без тебя я лишь тень, что осталась без хозяина. Лучше уйду с тобой, чем буду жить сожалея о том, что не уберёг. Люцифер подошёл к озеру вплотную и собирался войти в него, как вдруг услышал детский плачь. Он посмотрел в сторону и увидел, что воды озера вынесли на берег младенца. Подойдя ближе, он замер: ребёнок точно был его сыном. Похож, как две капли. Люцифер аккуратно взял ребёнка на руки. Он был такой крохотный, светлые волосы и ярко голубые глаза. «Должно быть, ты родился ангелом», — подумал Люцифер и улыбнулся. — Ребёнок жив? — Люцифер обернулся, недалеко от него стоял ангел и натянув тетиву намеревался выпустить стрелу в их сторону. — Он должен умереть! Люцифер, не обращая внимание на ангела, продолжал улыбаться сыну. В его душе была безумная боль от потери любимой, но появилась частичка надежды. Ведь глядя в его глаза он будет видеть её каждый день. — Отдайте ребёнка и вернитесь в ад, — не унимался ангел. — Этот ребёнок проклятие всех миров! — Папе нужно убить одного надоедливого ангела. Закрой глазки, не стоит на это смотреть. Люцифер поднял взгляд на ангела, но тот разлетелся на кусочки, прежде чем он успел что-то сделать. Малыш заплакал, посмотрев на него, Люцифер был шокирован, его глаза стали такого же цвета как озеро, а сам он светился неоново голубым цветом. — Он тебя напугал? Не бойся, пойдём домой, — и с этими словами он перенёсся в ад, закрыв за собой двери. Война закончилась, но угроза осталась. Люцифер сделал невозможным телепортироваться в аду и расширил ад новыми местами с нечистью так, чтобы непрошенным гостям приходилось проделать нелёгкий путь. Никто не заходил в замок повелителя, все думали, что он горюет, выходил он тоже крайне редко… Он тщательно скрывал существование сына даже от собственного брата. Но ребёнок рос и проблем становилось всё больше. Когда малыш испытывал сильные эмоции, будь-то страх, боль или счастья, сила озера просыпалась в нем, и кто-то умирал. Если б это не вредило самому ребёнку, то Люциферу было бы абсолютно наплевать, пусть это будет хоть весь грёбаный мир. Но сила в нём была сильнее его тела. Люцифер больше всего на свете боялся потерять сына. Это решение далось ему нелегко, но он не мог держать его вечно взаперти в замке и контролировать вечно тоже не мог. Ведь стоит ему признать, что это его сын, как ангелы тут же слетятся, чтобы уничтожить его. Несколько дней он мучил себя сомнениями, но всё же окончательно принял решение. Подойдя к кровати сына, он в последний раз поцеловал его в светлую макушку и запечатал в нём все чувства и воспоминания. С этого дня он больше не был отцом, он стал жестоким повелителем и требовательным учителем. Каждое, хоть малейшее проявление чувств или эмоции, он строго пресекал. Сердце Люцифера обливалась кровью, но по-другому он не мог спасти сына. Вечерами, оставаясь в одиночестве, он напивался и громил свои покои, несколько раз останавливал себя уже возле комнаты сына, сжимая боль и волю в кулак, продолжал эту пытку над мальчиком и собой. Когда ему исполнилось сто лет, он решил передать его под опеку тому, кому доверял больше всего на свете. Он знал, что несмотря на всё своё безумие, его брат достаточно добр и мягок, чтобы позаботиться о племяннике. Омэт заявился, как только получил послание, настроение у него было удручённое. «В очередной раз встречался со своим ангелом», — подумал Люцифер, злость и тревога за брата вспыхнули в его сердце. Но оставаясь безучастным, он отдал приказ свите привести мальчишку. Когда в зал привели демонёнка с белыми волосами и голубыми глазами, Омэт потерял дар речи. Мальчик был достаточно высок для своего роста, преклонив колено перед троном он молча ждал приказа. — Этот демон очень послушен и силен, сделай из него солдата. Он должен стать лучшим воином так, что не жалей и не давай ему спуску. Омэт хотел было спросить откуда он и почему так похож на них с Люцифером, но тот не намерен был отвечать, пресекая вопросы яростным взглядом. — Он слишком мал для солдата. — Бред! Я хочу, чтобы он участвовал в битвах и сражениях немедля! Слышал, часть демонов планируют поднять против тебя восстание, — он повернулся к ребёнку, который все это время стоял смирно, не издав и звука. -Докажи свою верность, уничтожь их. — Да, повелитель, — ответил мальчик. — Он же ребёнок! Ты с ума сошёл?! — Ты смеешь мне перечить?! — его голос, казалось, было слышно в каждом уголке ада. — Что ж, тогда оставайся здесь. А ты… — он посмотрел на мальчишку. — Отправляйся один и не возвращайся, пока всех не уничтожишь. Открыв ему портал на Нейтральные земли, Люцифер проводил его безразличным взглядом, но внутри сердце сжалось. Он знал, насколько велики способности сына и всё же это его первый бой, да ещё и неравный, ведь против него будет минимум 10 противников. Время тянулось очень медленно. Омэт ходил туда-сюда, чем ещё больше нервировал Люцифера. — Их слишком много. Он же совсем мал. Что на тебя нашло? Что этот бесёнок тебе сделал? — Он станет прекрасным воином. А если не справится, зачем мне он нужен. — Да не один из твоих лучших воинов не справится там в одиночку. — Ты справишься, — равнодушно ответил дьявол — Я это другое. Ты сам знаешь кем я был, и кем стал. Но даже мы в его возрасте не воевали. — Время было другое. — Да, но… — Хватит! — он и так уже жалел о своём решении и даже хотел было передумать и разрешить Омэту вмешаться, как мальчик вернулся. Весь в крови с ног до головы. На руках и спине были порезы от меча. В руках он держал голову зачинщика восстания. Омэт потерял дар речи, а Люцифер незаметно выдохнул. Мальчик положил голову перед троном и преклонил колено. — Повелитель, я выполнил приказ. — Отныне тебя зовут Хэмах, тот, кто убивает без жалости. И с этого дня ты подчиняешься Омэту, только мои и его приказы ты должен выполнять, никто больше не вправе тебе приказывать… Забери его и сделай из него настоящего воина…» Хэмах медитировал у себя в комнате, теперь, когда печать спала и силы высвободились наружу, ему нужно было контролировать себя, что секунды. Он не мог расслабиться как раньше, буря эмоций вместе с потоком силы бушевала внутри его тела. Как только ему удалось достигнуть гармонии, он открыл глаза и подошёл к зеркалу. Было приятно вновь видеть себя самого, собрав волосы в руку на уровне шеи, он вынул меч и обрезал их. — Так намного лучше… — В дверь тихо постучали. — Войди! Демон неуверенно открыл двери и сразу же упал на колени. — Пощадите, князь, я бы не посмел вас беспокоить, но там, та девчонка, ангел. Генерала нет, мы не знаем, как поступить. Хэмах сделал глубокий вдох, немного задержал дыхание и выдохнул. Но это мало помогло. Одно упоминание о ней и его пульс значительно участился. — Отправьте её домой. И пусть никто не смеет к ней прикасаться. — Как прикажете, князь. Демон исчез, а Хэмах снова сел на кровать в позу лотоса. «Нужно держаться от неё подальше» Он старался ни о чём не думать. Немного помедитировав, он смог отчасти восстановить поломанную печать. Приведя разум в привычное холодное состояние. Но стоило ему немного расслабиться, как дверь открылась и словно ураган Анаэль ворвалась в комнату, демоны, которые не смогли остановить её уговорами с обречёнными лицами упали ниц. — Где мой брат? — спросила она, остановившись на середине комнаты. Хэмах открыл глаза и дав демонам знак оставить их посмотрел на девушку. Она даже не переоделась. Волосы были растрёпанные, на груди грязного и порванного хитона всё ещё был кровавый след от ножа. Печать внутри дала трещину. — В аду. Думаю, скоро они вернутся, — спокойно ответил он. — Я не уйду отсюда пока его не увижу! Хэмах щёлкнул пальцами и Паэль с Омэтом появились перед ними. Увидев брата, Анаэль кинулась ему на шею. — Ты ранена? — Нет, со мной всё хорошо. А ты? — Я цел… Она посмотрела на перевязанный живот Омэта. — Как ты? — Анаэль отпустила брата и приблизилась к Омэту. — Царапина, — улыбаясь ответил он и обнял её. — Спасибо, что пришёл за нами. — Не буду мешать вашему воссоединению. Закройте двери, когда будете уходить, — Хэмах встал и направился к двери. Омэт отстранился от Анаэль и яростно посмотрел на него. — Сними верёвки! Немедленно! Хэмах подошёл к нему ближе и прошептал на ухо: — Считай это моим подарком вам обоим. Наслаждайся, — и похлопав его по плечу он равнодушно вышел из комнаты. — Сукин сын! Какой к чёрту подарок!!! Это проклятье чистой воды!!! — крикнул Омэт ему в след. Паэль обречённо посмотрел на друга. — Он не снимет? — Нет. — Из-за нас он был псом целый век, возможно, ему нужно время, чтобы остыть. — Либо просто можно его убить и тогда чары сами развеются, — Омэт злился. — И как ты собираешься это сделать? Он не просто самый сильный, он ещё твой племянник. Разве ты сможешь его убить? — О чём вы? — не понимала Анаэль. — Анаэль, мне придётся погостить у Омэта какое-то время. Отправляйся домой и передай Санни, что он остаётся за старшего, пока меня не будет. — Ты решил тут остаться? — Я останусь с тобой! Одновременно проговорили Омэт и Анаэль. — Да, у нас нет выбора… И нет, ты здесь не останешься. Омэт задумался, у них и правда не было выбора, расстаться они не могут, а ангелы вряд ли примут его с распростёртыми объятиями. — Я останусь рядом с тобой. К тому же, здесь мне будет безопасней. — Она права, — поддержал её Омэт. — У тебя в лагере так себе защита. Паэль кинул на него гневный взгляд. Но спорить с ними двумя не стал. Было уже поздно. Тёмный лес, ад, слишком много приключений для одного дня. — Хорошо, обсудим всё завтра. — Пошли отсюда, не хочу снова с ним встречаться. Боюсь не сдержаться. Они вышли в коридор. Позвав одного из демонов, что дежурили у двери, он распорядился приготовить комнату для Анаэль. Паэль не хотел её отпускать, но ей похоже всё это нравилось. Она не задумываясь пошла за демоном, а они с Омэтом телепортировались в его комнату. — Не переживай, её никто не тронет. Ни я, ни он не позволим, чтобы с ней что-нибудь случилось. — Он? Ты о демоне? — Я о нашей псине, — глядя на растерянный взгляд друга Омэт улыбнулся. — Не бери в голову. Она в полной безопасности. Паэль огляделся, комната была просторной, на камине и комоде стояли подсвечники из серебра. Света от свечей было достаточно, чтобы в комнате было светло как днём, впереди стояла большая кровать с балдахином, справа от неё была небольшая дверь в сад, слева книжные шкафы и шкаф для одежды. В дверь постучались и в комнату вошёл Этмон. Омэт улыбнулся, это расстроило и разозлило Паэля одновременно. — Мой господин, вы ранены? Он подошёл ближе и потянулся рукой к Омэту, но кинув мимолётный взгляд на Паэля опустил руку. Омэт прижал его к себе, обняв за талию и что-то прошептал на ухо. Паэль не в силах на это смотреть отвернулся. Его пульс участился, внутри всё закипало от ревности. «Это будет не просто», — подумал он, пытаясь успокоиться. Но ничего не получалось. Как только Этмон исчез, Омэт подошёл к Паэлю. — Нужно обсудить наше совместное проживание, — Паэль собрался с силами, чтобы не выдать свои чувства и повернулся к другу. — В лагерь нам нельзя. Придётся жить здесь. Я готов выслушать ваши правила. Омэт засмеялся в ответ: — Правила, — смеясь повторил он. — У демонов нет правил. Только иерархия. Люцифер, я и Хэмах — это закон, всё остальное спорные вопросы, которые мы решаем. — Хочешь сказать, что каждый делает то, что хочет? — Да, если это не касается нас, ну и у них тоже есть старшие и младшие. Те, кто приказывает и те, кто подчиняется. Но в принципе, всё дозволено. Паэлю трудно было понять, как это работает. У них был распорядок, закон и правила, касающиеся практически всего в жизни ангела, всё отлажено и ясно. — Не важно. Я хотел обсудить другое… Я демон, мои руки часто запачканы кровью. Я буду принимать решения, которые тебе могут не понравится. Я не знаю сколько, как ты выразился, Хэмах будет остывать, прежде чем снимет эти оковы, я просто прошу не вмешиваться в мои дела. Если захочешь что-то обсудить, делай это наедине. — Омэт, я не наивный юнец. Мог бы не объяснять. Будь мы в лагере, я бы просил тебя о том же. — Хорошо, значит, мы поняли друг друга. Пошли, нужно смыть с себя грязь и обработать раны. Он направился в сторону сада, Паэль последовал за ним. Это был небольшой сад с несколькими деревьями, в центре него был горячий источник с бирюзовой водой, берег вокруг был уложен гладкими камнями. Вокруг по периметру был высокий каменный забор. Омэт принялся развязывать брюки, потом, немного подумав, снял обувь и зашёл в воду в них, и расположившись полулёжа посмотрел на Паэля. Паэль попробовал рукой температуру воды в источнике, она оказалась очень горячей. Этмон появился возле Омэта положив два комплекта одежды и поднос с повязками и лекарством, он наклонился к хозяину. -Мой господин, мне помочь обработать ваши раны? — Омэт повернул голову к нему, их лица были так близко друг к другу, а взгляд Этмона был настолько нежным, что Паэль ощутил приступ тошноты. Злость заполняла его сердце. — Всё хорошо, я сам, — Затем повернувшись к Паэлю Омэт спросил: — Возможно, вода слишком горячая для тебя, хочешь, тебе принесут ванную? — Не нужно, — зло ответил Паэль и принялся растегивать рубашку. — Ты можешь быть свободен, — прошептал Омэт Этмону неотрывая взгляда от ангела. Этмон откланялся и исчез, оставив их наедине. Сняв рубашку, Паэль развязал ленту и распустил волосы, которые чёрными волнами упали на плечи. Омэт замер. Бежать было некуда и оторвать взгляд он не мог. Паэль зашёл в воду и сел напротив. Омэт вдруг осознал, что его сердце не бьётся, да и зачем, если вся кровь пульсировала лишь в одном месте. Он благодарил небеса, что вода и брюки скрывают, как сильно он возбуждён. Паэль ненадолго откинул назад голову, слегка выгнув спину, намочив волосы, а потом уложил их рукой назад, по лицу и по груди побежала струйка воды. «Ты издеваешься?!.. Если так пойдёт дальше, я возьму тебя прямо здесь и плевать, что это будет последний день в нашей жизни», — подумал Омэт и сделал глубокий вдох и выдох. — С тобой всё хорошо? — Что? — растерянно переспросил он — Вокруг тебя кипит вода. — Дьявол! — выругался Омэт, когда понял, что пылал не только внутри, но и снаружи. Такое с ним было впервые. Он просто не мог себя контролировать. Приподняв руку, он сконцентрировал всё пламя в ладонь запустил его в дерево. То сразу же сгорело дотла. Паэль почувствовал себя плохо, голова кружилась, стало тяжело дышать. — Вода слишком горячая, — он встал и тут же сознание покинуло его. Омэт молниеносно поймал друга. — Паэль? Взяв его на руки, он перенёс их в комнату и положил на кровать. — Паэль? — он нежно прикоснулся к его щеке, тот открыл глаза. Проверив его пульс и убедившись, что всё в порядке, Омэт облегчённо вздохнул. — Как ты? — Все хорошо, просто не привык к такой температуре. — Я же предупреждал. В следующий раз воспользуйся ванной, — Омэт отошёл в сторону шкафа и достал оттуда двое лёгких брюк, что более-менее подошли бы ко сну. Бросив одни брюки на кровать, он вышел за дверь в сад и прикрыл её, немного постояв и успокоившись, он переоделся. Страх, который он испытал, когда Паэль потерял сознание избавил его от возбуждения, но впереди была ночь в одной постели. «Будь ты проклят, Хэмах» Он вернулся в комнату и лёг на самом краю кровати. Паэль с другой стороны первый нарушил тишину. — Я плохой друг. Извини. — Что за бред ты несёшь?! — Омэт повернулся к нему. Ангел смотрел вверх и выглядел очень расстроенным. — Люцифер мысленно кое-что сказал мне, перед тем, как Хэмах нас забрал. — Что?! — Омэт побледнел. Паэль повернулся. — Посмотри мне в глаза, и скажи… Правда ли то, что ты потерял рассудок, когда я отказался пойти с тобой и ранил тебя в бою? Омэт проглотил комок в горле и кое-как собравшись с силами ответил: — Конечно же нет. Нашёл, кому верить, королю лжи и обмана. Разве я похож на обезумевшего? — Нет, не похож, — согласился Паэль, но где-то в глубине души он знал, что это правда. — Что ещё он тебе сказал? — спросил Омэт. — Что я тебя недостоин, — с этим утверждением Паэль был согласен на все сто процентов. — Ерунда!.. Не обращай внимания. Люцифер ненавидит ангелов, сказал это, чтобы тебя задеть. Да и вообще, как можно верить и слушать того, кто родного сына превратил в адского пса… Хотя, надо признать, псом он был более покладистым. — Но ты ведь сам решил прекратить наши отношения. Разве не потому, что я плохой друг? «Потому, что не хочу быть просто другом», — подумал Омэт, но вслух сказал другое. — А я вот помню, что инициатива была за тобой. — Тогда давай все вернём? Я буду стараться. Омэт смотрел в глаза Паэля, тот был абсолютно серьёзен. «Нет, нет, и ещё раз нет! Какое к чёрту стараться! Тебе нужно держаться от меня подальше! Ненавидеть меня, что угодно, но только не это. Иначе я не выдержу!» — Буду только рад, — улыбаясь ответил он. «Чёрт бы меня побрал, что я несу… Нет!» — Спасибо, что дал ещё один шанс нашей дружбе. Для меня это правда очень важно. «И первенство в пытках над самим собой достаётся мне» — Пора спать. — Твои раны? — Паэль привстал, оперевшись на локоть, волосы упали на лицо, и он заправил их за ухо. Вроде бы обычный жест, но Омэт словно заворожённый смотрел на него не отрывая глаз. — Забудь. Уже не кровоточат. — Где лекарство? Осталось у источника? — Паэль встал с кровати. — Пошли за ним. — Сказал же, всё хорошо, — Омэт старался не смотреть на полу-обнажённого друга. — Я не лягу спать, пока не перевяжу твои раны. «Если ты ко мне прикоснёшься, то точно не ляжешь спать» Омэт встал с кровати. — Ладно, пошли, но я справлюсь сам. Анаэль не спалось. Она помнила, что недалеко от её комнаты был сад, где они завтракали с Омэтом, и решила пройтись. Сегодня была светлая ночь. Луна светила так ярко, словно пыталась соревноваться с солнцем. Пройдя вперёд, она остановилась у статуи очень красивой девушки. Она была так прекрасна и так искусно сделана, что казалась живой, только бледной. Даже хитон на ней был словно настоящий. Анаэль так пристально изучала каждую деталь, что не заметила, что в саду она не одна. Зато демон, изрядно напившийся на свадьбе и уснувший в беседке заметил её сразу, как только открыл глаза. Хмель всё ещё не покинул его разум и он недолго думая возникнув сзади схватил девушку. К счастью, он еле стоял на ногах и ударив его локтем она вырвалась из липких рук. Анаэль попыталась убежать назад к себе в комнату, но демон перегородил ей путь. — Куда же ты, давай повеселимся, — он широко расставил руки и пошёл в её сторону. Она попятилась назад, ища глазами хоть что нибудь, что могло ей помочь. — Тронешь меня и очень сильно пожалеешь. — С чего бы мне жалеть, — рассмеялся он Анаэль посмотрела наверх. И решила просто улететь, как вдруг кто-то взял её за плечо и развернув прижал голову к груди. Она не видела лица, но свет, который исходил от его тела был хорошо ей знаком. — Ты ещё кто такой? Я первый её уви… — он не успел договорить; упав, стал захлёбывается собственной кровью. Кровь из всего тела приливала в голову и выливалась наружу из глаз, ушей, носа и рта. Так продолжалось до тех пор, пока в его теле не осталось ни капли. Как только демон умер, Хэмах перенёс их в её спальню и отстранился. Анаэль посмотрела на него. На нем были черные брюки и простая черная рубашка, верхние пуговицы не были застёгнуты приоткрывая мускулистую грудь и несколько небольших шрамов. Белые, слегка взъерошенные волосы, теперь не доставали даже до плеча, а его глаза были настолько ярко-голубыми, что она б ни за что на свете не поверила бы в то, что он демон. — Спасибо, — прошептала она. Хэмах молча исчез ничего не ответив. Его сердце билось так быстро. Он стоял на краю утёса и пытался дышать полной грудью. Несколько минут назад он прижимал её к себе, чувствуя всем телом её тепло, вдыхая её аромат. Она сводила его с ума. Он не мог позволить себе потерять самообладание, но в тоже время контролировать себя, когда она рядом, было чрезмерно тяжело. Сила в его теле пыталась вырваться наружу, осознав, что медитация ему уже не поможет, он переместился в ад. Люцифер сидел за столом со своими приближенными и что-то обсуждал с серьёзным видом. Увидев сына, он глазами приказал всем исчезнуть. — Я не могу контролировать свои чувства, — сказал Хэмах садясь в кресло напротив отца. — Хочешь, чтобы я восстановил печать? — Я это уже делал. Это помогает ненадолго. — Тогда чем я могу тебе помочь? — Мне нужна разрядка. Нужно выплеснуть силу. — Такой всплеск заметят на небесах. Ты и так уже достаточно засветился. Будут большие проблемы если это повторится вновь. — Именно поэтому я пришёл сюда. Я замаскирую её под твою. — И как только ослабну ты создашь новую печать. — Чтобы ослабнуть, понадобится выплеснуть слишком много. Тебе придётся уничтожить целый отдел ада. — Либо создать новый. — Хорошо, значит, так и поступим. Омэт больше не мог себя контролировать. Паэль крепко спал, прижимаясь к нему всем телом, как когда-то в детстве, закинув на него руку и ногу. Он чувствовал его горячее дыхание на своей груди, лишь только тонкая ткань брюк разделяла его пах с бедром Омэта. Мысли путались, Омэт был на грани. Аккуратно отодвинувшись в сторону, он встал с кровати и принялся ходить по комнате, меряя её шагами. Пламя внутри него все росло, пытаясь вырваться наружу. Оставаться в комнате было опасно и он вышел в сад, на допустимое расстояние от кровати. Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней и что есть силы мысленно попытался отвлечься от своих желаний. — Мой господин, вам нужно успокоится. Иначе пострадаете не только вы, но и ваш друг, — Этмон появился с успокоительной настойкой в руках перед ним. Омэт выпил её залпом. — Я не понимаю, почему не могу контролировать пламя внутри себя. — Вы чересчур сильно возбуждены. Ваше желание настолько велико, что вы не в силах его подавить. Чем больше вы сдерживаетесь, тем сильнее становится огонь внутри вас. Я могу помочь вам немного разрядиться. — Нет, я не буду делать этого в нескольких метрах от него. Этмон послушно кивнул в знак согласия. — Тогда я принесу ещё настойки. Не в состоянии больше сдерживать пламя Омэт спалил очередное дерево. — К черту всё, иди сюда. Паэль проснулся, Омэта рядом не было, дверь в сад была закрыта; подойдя ближе он услышал стоны. Сердце сжалось, ему хотелось закричать, но он не мог даже вздохнуть. Никогда ещё ему не было так плохо, как сейчас. Боль от предательства оказалась сильнее любой физической боли, которую он когда либо испытывал. Несколько часов назад он был уверен, что они смогут со всем справится и всё наладить, но сейчас он чувствовал только отчаяние. «Как ты можешь?! Говорил, что любишь, а сам…» Боль сменилась злостью. Захотелось открыть эту дверь и убить обоих, терпеть больше сил не было, эти чувства пожирали его изнутри. И сделав глубокий вдох, он рванул к входной двери пройдя больше допустимого расстояния. Верёвка стянула горло. Паэль упал на колени, Омэт не заставил себя долго ждать. Сократив между ними дистанцию, он, отдышавшись, спросил на повышенных тонах — Что ты творишь?! Паэль поднялся. — Спроси у себя! Я лучше умру, чем буду свидетелем твоих развлечений с этим демоном! Омэту стало не по себе, он старался быть как можно тише, но изначально это было плохой идеей. — Прости. Обещаю, больше такое не повторится. — Не повторится?! Спасибо! Только как мне прикажешь это забыть?! Зачем?! — Что ты хочешь услышать? Я же сказал, что это не повторится. Паэль не выдержал. — Какой же ты лжец! — он рассмеялся. — А как же «это всегда был ты»? — Что ты сказал? — Омэт замер, Паэль подошёл ближе. — Я презираю тебя. Это пытка быть рядом с тобой. — Думаешь, мне легко?! Думаешь, я этого хотел?! Пламя внутри, которое он таким трудом погасил, снова вспыхнуло. Он приблизился слишком близко к Паэлю. — Говоришь, пытка? Что ты, ангел, знаешь о пытках? — Омэт схватил Паэля за волосы и притянул к себе. — Хочешь знать, зачем?! Я трахал его, чтобы не трахнуть тебя. Сказав это ему в лицо он отпустил его и отошёл в сторону. — Я не такой невинный как ты, Паэль. У меня есть свои потребности. И если ты не собираешься их удовлетворять, то не стоит меня в чём-то обвинять, — скинув одеяло, он лёг на полу. — Ложись спать. Завтра принесут ещё одну кровать, — Паэль ошарашенный его словами всё ещё стоял посреди комнаты… В просторной столовой все четверо молча ковыряли завтрак. Напряжение было настолько велико, что демоны, прислуживающие им, боялись долго задерживаться у стола. Омэт бросил вилку на тарелку, звон эхом разлетелся нарушая тишину. Хэмах поднял взгляд. — Мой ответ — нет. Омэт вспыхнул, скатерть загорелась, Паэль потушил её водой из кувшина и кинул злостный взгляд на Омэта. — Хватит! — не выдержала Анаэль. — Что, чёрт возьми, происходит?! Все трое удивлённо уставились на неё. Увидев, что это работает, она решила продолжить. — Ты! — она посмотрела на Хэмаха, — пойдёшь со мной. А вы разберитесь между собой! Она встала из-за стола и взяв Хэмаха за руку потянула к выходу. Он неохотно пошёл за ней. Как только они вышли, она отпустила его. И посмотрев ему в глаза, спросила: — Те слухи, что ходят по замку, это правда? — Я не слежу за слухами, — прислонившись к стене ответил он. — Ты их связал? — Да, — спокойно признал Хэмах. Анаэль была в шоке. Он стоял с таким безразличным и невозмутимым выражением лица. — Отпусти их. Пожалуйста. — Нет. — Ты не понимаешь, они… — Я знаю. — Ты не можешь так с ними поступать. — Как видишь, могу. Анаэль не могла поверить, что мог быть кто-то настолько бессердечный. — Если ты не освободишь их, я… — Что может сделать мне такое слабое существо, как ты? — перебил он её. Анаэль набрала в груди воздуха и подойдя к нему в плотную высоко подняв голову, так как ростом была значительно ниже чем он, произнесла на одном дыхании: — Я стану твоей тенью. Буду ходить за тобой по пятам, не давая тебе покоя. Я не отойду от тебя ни на шаг, чтобы ты сам испытал каково это. Сердце его замерло перестав биться, она такая маленькая и хрупкая, так бесстрашно бросала ему вызов. К счастью, печать в этот раз была намного крепче. Он наклонился к ней и проговорил: — Как пожелаешь. Я не освобожу их. Анаэль отстранилась. — Псом ты мне нравился больше! — сказала она и развернувшись пошла к себе. Паэль ошарашенный поведением сестры хотел пойти за ними, но Омэт схватил его за руку. — Пусти, — злился Паэль. — Пусть поговорят… — ответил Омэт и отпустил его. — Я не оставлю её наедине с ним! — Я бы больше переживал за него, — улыбнулся Омэт и взяв бокал с вином сделал несколько глотков. — Может ей удастся уговорить его снять оковы. — Не терпится броситься в объятия своего демона? Омэт удивлённо посмотрел на друга: — Тебя это так сильно задело?! Ведёшь себя как ревнивый мальчишка. Омэт встал и подошёл к нему вплотную: — Мой ангелочек злиться, что его друг играет с другим мальчиком? — насмешливо спросил Омэт и получил в челюсть. Удар был настолько сильным, что сбил его с ног. Омэт поправил челюсть и кинув взгляд на Паэля понял, что переиграл. Тот стоял бледный как стена и его всего трясло. Вскочив на ноги, он подошёл ближе. — Извини. — Ведёшь себя так, словно тебе это нравится. Может твоё признание — ложь?! — Признание? — Омэт растерянно смотрел на друга не понимая, о чём он. И тут его осенила догадка. — Вечер в пабе? Ты был там и убил тех демонов? — Да, — ответил Паэль. — Что ещё тогда произошло? — Ты признался мне в любви. Я стёр твои воспоминания, чтобы ты не страдал. Омэт пытался дышать, но не мог. Это было самым страшным его кошмаром. — Я … — он не знал, что сказать, ноги его не слушались, он присел на стол и нащупав рукой бокал осушил его до дна, уронив на пол. — Прости, — Паэль хотел прикоснуться к его плечу чтобы утешить, но так и не поднял руки. — Я просто хочу, чтобы между нами все было как раньше. Ты всегда будешь дорогим для меня человеком, ты моя родственная душа, мой единственный друг. — Хватит! — Омэт поднял голову и раздражённо посмотрел на Паэля. — Лучше замолчи. Ты… — его переполняли эмоции. — Друг?! К чёрту эту дружбу вместе с тобой! Стёр мне воспоминания, чтобы тебе было удобнее? Струсил отказать мне в глаза и просто делал вид, что ничего не случилось? По-твоему, так поступают друзья? Паэль молча опустил взгляд. — Прости… — Перестань извиняться! Это я должен просить прощения за то, что посмел осквернить нашу дружбу своими грязными чувствами, — ехидно улыбаясь сказал Омэт. — Все не так… Омэт подошёл к нему ближе и приподняв подбородок посмотрел в глаза. — А как, Паэль? Поставь точку, чтобы я мог пережить это и жить дальше. Скажи, что никогда не полюбишь меня. — Я не могу, — он пытался отвернуть взгляд, но Омэт не позволил ему этого сделать. — Не можешь? Что именно? Поставить точку? Боишься, что перестану раз в сто лет играть с тобой в шахматы?! Черт, забыл, мы больше не играем. Я же демон, недостойный твоей дружбы. Прости, что забыл об этом… Чего молчишь? — Не могу сказать, что я тебя не люблю, — зло ответил Паэль и откинул его руку от своего лица. — Я не могу этого сказать, потому что не знаю, что я чувствую. Но одно я знаю точно, я никогда не предам Небеса. Поэтому и хотел, чтобы все осталось как прежде. Омэт чувствовал себя потерянным; с одной стороны, у него появился шанс на взаимные чувства, с другой стороны, Паэль явно дал понять, что это невозможно. Но всё же, крохотное зерно надежды прорвалось к свету маленьким ростком, принося за собой ещё больше боли в его сердце. — Хорошо, будет, как ты хочешь, — тяжело вздохнув сказал он. — Сделаем вид, что ничего не было. — Пока я здесь, не прикасайся к нему. Иначе я убью его, — в глазах Паэля блеснула ярость. Омэт пытался выглядеть равнодушно, но осознание того, что Паэль ревнует его позабавило, он не смог сдержать улыбку, поэтому отвернулся и направился к выходу. — Как скажешь… На лице Хэмаха всё ещё стоявшего в коридоре прижавшись к стене промелькнула тень зловещей улыбки. Его план мести набирал оборотов. Переместившись к себе в комнату, он призвал Этмона. Тот, преклонив колено кинул испуганный взгляд в его сторону. Ещё не будучи князем, Хэмах внушал страх во всех своих собратьев по оружию, теперь же его боялись даже больше, чем Омэта и Люцифера. Ведь их нрав был хорошо всем известен, а что в голове у князя не знал, наверное, и сам Бог. — Я хочу, чтобы ты заставил Паэля умирать от ревности, но так, чтобы Омэт ничего не заметил. — Я не буду этого делать, — тихо проговорил Этмон. — Смеешь не подчиняться?! — Хэмах подошёл ближе к нему. — Я никогда не предам своего господина, — Этмон поднял голову. — Можете сделать со мной что хотите. Но я не буду этого делать. Хэмах схватил его за горло и поднял с колен. — Сделать, что хочу? Тогда я просто убью обоих. Ведь если я не получу желаемого результата, они мне не нужны, — он отпустил Этмона и отойдя в сторону сел в кресло. — Ты же умный мальчик. Не хочешь следовать моему плану, придумай свой. Но Паэль должен лечь под Омэта! И учти, долго я ждать не намерен. — Но ведь потом, когда вы снимаете оковы, Паэль уйдёт, и … — на его лице застыл ужас. — Вы хотите вернуть Астарота. — Ты и правда умён… Что ж, выбирай, безумный Омэт или мёртвый. Если ты думаешь, что я не убью его из-за общей крови, то ты ошибаешься. Я убью даже Люцифера, если он станет на моём пути… У тебя три дня. — Я всё сделаю. «Теперь осталось только одна проблема, Анаэль», — подумал Хэмах и сердце сбилось с ритма. Чувства к ней не входили в его планы и могли изрядно помешать, но он не мог ничего с этим поделать. В её сердце бушевала целая буря эмоций. Зайдя в свою комнату, она громко хлопнула дверью. Демоница, которая в это время слаживала принесённые вещи в шкаф резко обернулась и улыбнулась Анаэль. — Тяжёлое утро? — Простите, — виновато ответила Анаэль. — Меня зовут Лилор. Я буду тебе прислуживать, пока ты здесь. — Ты невеста Деаса? — Уже жена, — рассмеялась она. Анаэль улыбнулась, подумав о том, что девушка не такая, какой она представляла ее себе. Ростом Лилор была ниже Анаэль сантиметров на 10, и обладала очень милой внешностью. Длинные волосы с слегка розовым оттенком, правильные черты лица и хрупкое телосложение. Из демонического у неё были только чёрные глаза. — Расскажешь, что смогло вывести из себя ангела? Анаэль присела на кровать, Лилор села рядом. — Как победить того, кого все боятся? — Ты про Князя? Лучший способ победить мужчину — это завоевать его сердце. — У него нет сердца. Лилор улыбнулась. — У всех оно есть. — Только не у него… Как из такого милого пса он мог превратится в это чудовище? — Милого пса? — при одном упоминание об Афе у неё мурашки пробежали по телу. — Да, Цербер по сравнению с ним просто трёхглавая болонка. Не думаю, что он сильно изменился. Но ты ещё жива, а значит, сердце у него все-таки есть. — Мне оно не нужно. Я хочу помочь брату и Омэту. Напряжение между ними меня пугает… Я просто обязана победить.