Проклятье Нейтральной Земли. часть 1 Проклятое зеркало

200 лет спустя.

Анаэль проснулась и, посмотрев на спящего Хэмаха, улыбнулась. После ухода Паэля они постепенно сблизились, и вскоре Хэмах попросил её руки. Анаэль согласилась, но свадьбу они решили сыграть лишь после возвращения брата. Люцифер не сразу принял их союз, но увидев, насколько счастлив сын, как сильно она его любит, смирился, и дав своё благословение, стал для неё вторым отцом. Что касается её родного отца, после того, как Паэль лишил его крыльев, он был вынужден оставить свой пост, передав его Абрахосу. Тот сразу же пошёл войной на демонов, но был разгромлен Хэмахом с небольшим отрядом. Затаив ещё больше злобы, он отступил, ясно дав понять, что это ещё не конец. Омэт всё также оставался во льду, его состояние немного улучшилось, но по-прежнему было критическое. От Паэля вестей почти не было, лишь изредка от него приходили послания о том, что он всё ещё в поисках, и с каждым разом всё ближе. — Уже проснулась? — Хэмах притянул её к себе и поцеловал в губы. Анаэль растаяла в его руках, отвечая на поцелуй. С трудом собравшись с силами, она отпихнула его от себя и улыбнулась. — Помнишь, что сегодня за день? — Да, помню, сегодня будет пир в благодарность за мою доброту, — ухмыляясь ответил он. Анаэль рассмеялась. — Что? Если б не я, ты бы отклонил большую часть обращений. К тому же трудно назвать добротой те жуткие наказания, что ты придумал для провинившихся. — Но ведь я никого не убил. Они переехали на Нейтральную землю сразу после войны. Люцифер остался присматривать за братом, а Хэмах следил за тем, чтобы ангелы снова не напали. Дела Омэта давались ему не особо легко, привыкший бесконечно сражаться, он тонул в трясине бумажной волокиты. К счастью, Этмон брал большую часть на себя. Они не сразу нашли общий язык, но Анаэль удалось примирить всех троих названых братьев, сделав из них прекрасную команду. — Это уже прогресс, но я не об этом. Сегодня наша годовщина, помнишь, что ты мне обещал? Анаэль встала и накинула халат. — Солнышко, адские псы злобные твари, их трудно приручить. Она наклонилась и, поцеловав его в щеку, прошептала: — Тебя же я приручила. Хэмах повалил её на кровать, оказавшись сверху. Его рука скользнула под халат и легла на её бедро. Анаэль почувствовала лёгкий озноб. Словно тысячу иголочек, его холодная энергия проникала ей под кожу, но ей нравились эти ощущения. Она обняла его за шею и поцеловала. Хэмах развязал халат, его руки нежно ласкали её тело, изучая каждый сантиметр. Она была для него всем: его смыслом жизни, его вдохновением, его пульсом. Он был безмерно счастлив и благодарен судьбе за её появление. Его губы спустились ниже на шею, нежно прикусив её, он улыбнулся: — Уверена, что всё не наоборот? Анаэль рассмеялась, сжав плечи от щекотки. Её смех был для него лучшей музыкой. Желание в нём росло с неумолимой прогрессией, чем больше он был с ней, тем сильнее хотел. Опустившись губами ниже к груди, он принялся ласкать её сосок, дразня его языком, рукой подымаясь вверх по внутренней стороне бедра. Анаэль застонала от удовольствия и крепче сжала его плечи. — Хэмах, — прошептала она, когда его пальцы проникли внутрь. — Прошу… Анаэль сгорала от желания, каждое его прикосновение погружало её в приятную истому. Теряя голову и забывая обо всём на свете, она каждый раз отдавалась ему, как в последний. Внутри неё было тепло и влажно, он входил и выходил пальцами, слегка прикасаясь к стенкам её влагалища. Анаэль трепетала в его руках как маленькая птичка, дыхание стало неровным. Хэмах приподнялся, её глаза были мутно-голубые, словно бескрайнее небо, покрытое туманом. Ухмыльнувшись, он припал к её губам и, вынув пальцы, овладел ею. Караван остановился. — Уже темнеет, дальше идти нельзя. Привал. Паэль посмотрел на проводника с пониманием. Люди устали и животные тоже, а ночи в пустыне были тёмные и холодные. Достав флягу из сумки, он сделал несколько глотков. Он изрядно нервничал, след Бога был по-прежнему сильным, но Паэль боялся снова не успеть. Он понимал, что в аду прошло уже слишком много времени. Перед уходом он заставил Люцифера поклясться, что тот не сдастся и сохранит жизнь Омэту, но он боялся, что любимый проснётся уже без души. Как ему хотелось расправить крылья и полететь, но Паэль понимал, что нарушение правил не будет ему на руку в разговоре с Творцом, а тот, словно чувствуя, что за ним идут по следу, играл с Паэлем в кошки-мышки, исчезая прямо перед его приходом. Где только не побывал ангел за эти годы, через какие трудности и лишения ему пришлось пройти, было трудно передать. В него стреляли, резали и даже пытались съесть на одной из планет. Голод, холод и жару он стойко переносил, ни на миг не отступая от цели. Боль в его сердце с каждым днём становилась сильнее, ему так хотелось, чтобы всё это оказалось лишь его кошмаром и он мог проснуться, прижавшись к груди любимого, услышать его голос, ощутить жар его тела. — Паэль, держи, — девушка протянула ему лепёшку и улыбнулась. Паэль заплатил немалую сумму, и поэтому к нему относились с большим уважением, к тому же, даже несмотря на шрам от ожога на лице, ангел был намного красивее здешних мужчин. Взяв из её рук хлеб, он кивнул в знак благодарности, но есть не стал. Пару дней назад к каравану прибились ещё несколько путников, они постоянно держались осторожно и с провизией у них было не очень. Поднявшись, он подошёл к их костру и, разделив лепёшку на четыре части, отдал им. Дети сразу жадно принялись есть, женщина неуверенно взяла из его рук кусочек и, поблагодарив, положила в сумку, чтобы потом поделив, снова накормить детей. Паэль подошёл к старику, сел рядом, протянув кусок. — Спасибо, сынок. Но ты бы сам поел. Второй день всё нам отдаёшь. Паэль улыбнулся. — Мне не хочется есть, отец. Старик отрицательно покачал головой и, взяв Паэля за руку, посмотрел в его глаза. — Поделись со мной своей печалью, сынок, авось подскажу чего, я много пожил, много повидал. — Я кое кого ищу, но никак не могу найти. — Кого ж ты ищешь в этом забытом Богом месте? — Его и ищу. Старик изучающе посмотрел на Паэля. — Бога значит ищешь. А зачем он тебе? Уверовать хочешь или о смысле жизни спросить? — Чтобы спасти того, кого люблю, — его голос слегка дрожал. — Он очень болен. Паэль впервые с кем-то говорил по душам, он даже не представлял себе, насколько сильно ему хотелось поделиться своим горем. — Вон она как. Думаешь, Бог тебе поможет? — Надеюсь. Главное отыскать его, а там посмотрим. Понадобится, буду до смерти сражаться, но найду способ. — Так любишь, что готов умереть? Паэль кивнул. — Ну так тогда Бог тебе не нужен. Есть другой способ исцелить любую хворь, и физическую, и духовную. Когда Бог Тьмы потерял рассудок, Бог Света искал множество способов его исцеления и нашёл, но, к сожалению, не успел… — Кто вы? — настороженно спросил Паэль, глядя на старика. — Ангел, как и ты, только без крыльев. Паэль широко открыл глаза от удивления, он знал, что часть падших ангелов спустилась на землю, но не ожидал, когда-то встретить кого-то из них. Падший ангел улыбнулся ему и продолжил рассказ: — Бог сотворил чудеснейший цветок из своей плоти и крови. Ничего идеальнее и прекраснее не было. Шесть лепестков серебристого цвета, сияющие, как луна на небосводе, тонкий и нежный аромат. Он способен исцелить любое существо во всех мирах, от мала до велика. Но достать его будет непросто. — Это неважно, где он растёт? — В Небесном дворце. Охраняют его первые ангелы, пройти их будет невозможно. — Для меня нет ничего невозможного, — улыбнулся Паэль, у него наконец-то появилась надежда. — Благодарю. Подойдя к проводнику, он заявил, что дальше не пойдёт, а вернётся назад и, доплатив, просил позаботиться об старике и о женщине с детьми. Проводник долго просил его одуматься, но вскоре смирился и, согласившись, отправился ставить шалаш. Паэль ещё раз попрощался со стариком и пошёл в другую сторону от каравана. Посмотрев ему вслед, старик улыбнулся. «Удачи тебе, Паэль, надеюсь, тебе удастся спасти Омэта» Праздник был в разгаре. Анаэль проверяла всё ли в порядке на кухне, а Хэмах морально готовился сидеть с каменным лицом на троне, слушая пожелания и хвалебные оды в свою сторону, думая о том, что его отец самовлюблённый тиран, придумавший столь нелепый обычай, чтобы потешить своё эго. — Всё хорошо, княжна, не переживайте, — улыбаясь ответил демон, занимающийся готовкой. Анаэль для них была как лучик света в тёмное время правления Хэмаха. Они с женихом были как небо и земля, но ей всегда удавалось смягчить его нрав, сохранив жизни многим демонам. За что её стали называть княжной и почитали не меньше, чем членов правящей династии. — Я в вас и не сомневалась. Вы самые лучшие. Анаэль улыбнулась в ответ и направилась в зал. Отрывать вечер они должны были танцем. Всё началось с того, что во время первого праздничного бала Анаэль потащила Хэмаха танцевать. В тот день начались их отношения, и традиция, которая длилась уже полтора века. Поправив платье синего цвета, как и её глаза, она вошла в тронный зал, и заиграла музыка. Хэмах тут же оказался рядом, заключив любимую в объятия, он закружил её в танце. — Почему я должен сидеть на троне, а не ты? То, что я их не убил, исключительно твоя заслуга, ты и должна получать похвалу. — Ну уж нет, — рассмеялась Анаэль. — Не представляю, как Омэт это всё выносил. Он всегда так непринуждённо улыбался, хотя я знаю, что он терпеть не мог этот день. — Я скучаю по нему и по брату. Хэмах тяжело вздохнул и поцеловал её в щеку. — Всё будет хорошо. Музыка закончилась, поклонившись друг другу, они разошлись в разные стороны. Хэмах сел на трон, а Анаэль отправилась в банкетный зал, чтобы потом на правах хозяйки встречать гостей. Идя по коридору, она вдруг столкнулась с маленьким демонёнком. Он поклонился и протянул ей свиток. — Княжна, прошу меня простить, но я должен передать вам письмо, — отдав его, он тут же исчез. Анаэль удивлённо посмотрела на печать лагеря, где когда-то Паэль был генералом и её сердце сжалось. Она дрожащими руками развернула свиток. «Анаэль, у меня есть новости от Паэля. Ему нужна помощь. Приходи одна к границе. Если кто нибудь узнает, что я помогаю вам, мне не жить. Я буду ждать до полуночи. Аратон» Тревога внутри Анаэль росла, её разум подсказывал, что идти одной плохая идея, но Хэмах был занят, а времени осталось немного. Если Паэлю и правда нужна была помощь, то она не могла это проигнорировать. — Лилор, — Позвала она помощницу, та появилась и широко улыбнулась. — Я все проверила, всё на месте. — У меня к тебе просьба. — Да, княжна. — Не называй меня так, — улыбнулась в ответ Анаэль. — Передай это письмо Хэмаху, как только он освободится. — Куда ты собралась? — Забеспокоилась демонесса. — На встречу с другом. Просто отдай ему письмо при первом удобном случае. Вручив ей конверт, она поспешила в главный сад и, расправив крылья, улетела. Не дожидаясь, пока всё зайдёт слишком далеко, Лилор переместилась в тронный зал, возникнув возле Этмона, отдала ему письмо, объяснив ситуацию. Этмон побледнел и, выйдя вперёд, жестом руки остановил демона, что распинался о заслугах Князя. — У князя возникли дела, прошу всех покинуть тронный зал и перейти в банкетный. Демоны неохотно разбрелись, возмущаясь про себя. — Что случилось? — Спросил Хэмах, Этмон передал ему письмо, пробежав по нему глазами, князь поднял полный ярости взгляд. — Где она?! — Улетела. Я займусь демонами, вам лучше поспешить. Хэмах тут же исчез. Этмон обречённо вздохнул. «Только бы с ней ничего не случилось» Анаэль прилетела на указанное место, но Аратона не было. «Неужели я опоздала…», — подумала она, и тут же в лесу в тумане увидела тень, что приближалась в её сторону. Анаэль хотела пойти на встречу, но не смогла пошевелиться, под её ногами возникла печать, а из тумана с небесным мечом в руках вышел Абрахос. — Что ты сделал с Аратоном?! — Я думал, что ты умнее. Аратон в лагере, он любезно согласился мне помочь, узнав, чем именно ты занимаешься с демоном по ночам. — Я тебе не верю. — Зря. Даже представить не можешь, на что способен тот, кого отвергли. — Например, проткнуть сердце беременной и бросить её в озеро Последнего заката. — Что ты понимаешь?! — Он вышел из себя. — Я любил её, но она предпочла этого отступника Люцифера! Я пытался её спасти, она сама выбрала смерть. — Я её понимаю, я б сделала тот же выбор. Уж лучше быть мёртвой, чем с таким жалким подобием ангела как ты, дядя. Он был зол, она напомнила ему Юсиель, та так же нелестно отзывалась в его сторону. Кровь кипела в его венах, он совершенно забыл о том, для чего пришёл сюда. Видя пред собой то Анаэль, то Юсиель смеющуюся над ним, он начал терять рассудок от ревности и злости. И, не выдержав больше, поднял меч, пронзив насквозь сердце девушки. Анаэль ощутила острую боль в груди, слёзы полились из её глаз, последнее, о чём она подумала, было то, что она больше никогда не увидит брата, Омэта и Хэмаха. Вынув меч, Абрахос сбежал в лес. Он не планировал её убивать, поддавшись эмоциям, он поступил необдуманно, но теперь было поздно о чём-то жалеть. Хэмах увидел любимую, лежащую в луже крови, и не поверил в то, что это реальность. Бросившись к ней, он упал на колени и прижал её к себе. Он почти ничего не видел, слезы застилали ему глаза. Покрывая её лицо поцелуями, он молил её не покидать его, просил остаться с ним, пытаясь услышать хотя бы хоть один удар её сердца, он не отпускал её запястье, но её сердце молчало. Осознав, что её не вернуть, он что силы закричал от боли, его глаза почернели, туман Тёмного леса стал выбираться за пределы, расползаясь всё дальше и дальше. Небеса покрылись тьмой, земля задрожала, тьма вокруг них сгущалась, черные безобразные твари выползали наружу. — Что пожелает хозяин? — Хочу, чтобы все ангелы до одного умерли мучительной смертью. — Как прикажете, хозяин. — Вон! — Люцифер отбил их светом, отправив назад в бездну и, глядя на сына, тяжело вздохнул, опустившись возле них на колени. — Её душа ещё не покинула тело. Ты хочешь её спасти или отомстить? Хэмах улыбнулся сквозь боль. Аккуратно опустив любимую, он положил руку на плечо Люциферу. Он прекрасно знал, что будет дальше, но это было уже не важно. — Позаботься о ней, отец. — Обещаю, — глотая слезы, произнёс Люцифер и, поцеловав сына в лоб, вырвал из груди его сердце. Хэмах упал на землю, как только увидел, как его сердце, соединившись с её, бьётся в груди любимой, на его лице застыла улыбка. Паэль приземлился перед небесным дворцом. Первые ангелы сразу же оголили мечи, перегородив ему дорогу. Достав клинки, он ринулся в бой. Великаны были не настолько быстры, но довольно умелые в бою. Большую часть времени Паэлю приходилось отбивать двухсторонние атаки. Они были словно единым целым, будто читали мысли друг друга. Преимущество было явно на их стороне, но у Паэля было настолько сильное желание победить, что его просто невозможно было остановить. Ловко уходя от атак, он тщательно изучал их движения, ища слабые места и вскоре инициатива была уже на его стороне. Ранив одного в ногу, а другого в руку, он остановился немного отдышаться. — Я не хочу вас убивать. Мне просто нужна Морозная звезда. — Никому не велено входить! — Я заберу цветок, чего бы это мне не стоило! Он снова бросился в атаку. Бой длился почти десять часов, Паэль несколько раз был в миллиметрах от смерти. С трудом одолев противников, он еле живой открыл высокую золотую дверь и вошёл внутрь. Дворец был огромен, где искать, он не имел понятия. На встречу вышли ещё четыре ангела. «Это конец», — подумал он, сил у него не было даже держать клинки. Он с трудом одолел двоих, четверых ему было не осилить. Но Паэль поднял оружие, отступать было некуда. — Остановись, — сказал один из ангелов. — Тебе не одолеть нас. — Пусть так, я попытаюсь. — В этом нет нужды. Бог Света разрешил тебе взять одну вещь по желанию. — Мне нужна Морозная звезда, — проговорил Паэль, опустив клинки. Один ангел вышел и вернулся назад, держа в огромных руках хрупкий с виду цветок. — Забирай его и уходи. Паэль взял цветок и, положив его запаху к сердцу, поспешил покинуть дворец. Мысленно он уже был в аду возле любимого. Его израненное тело больше не чувствовало боли, и он валился с ног от усталости и потери крови, холод от цветка проникал в его сердце, но на душе было тепло. Он представлял, как вылечит Омэта, как снова обнимет его и все будет хорошо. — Как ты посмел вернуться на небеса? — услышал он голос отца. — Схватить его! Паэль мысленно выругался, по сравнению с первыми ангелами, обычные ангелы были ему не соперниками, но он был ранен и истекал кровью, а их было слишком много. — Отец, отпусти меня, я не хочу больше никого убивать. — Ты в меньшинстве, Паэль, к тому же ранен, у тебя нет шансов. Сдавайся по-хорошему. — Я не могу. Я буду биться до конца. — Ты сам так пожелал. Ангелы бросились в атаку. Паэль на секунду закрыл глаза и, собрав все силы, что у него остались, он принялся в бой. «Потерпи ещё немного, любимый, я скоро буду рядом» Словно зверь, загнанный в угол, он продолжал бороться до последнего. Его доведения были не так быстры, как раньше, а удары намного слабее. Но несмотря на это, он все же сумел убить несколько ангелов. Только фортуна в этот раз была не на его стороне. Паэль больше ничего не видел, все расплывалось перед глазами, по лицу текла кровь. Он больше не мог стоять и, пошатнувшись, упал на колени. Ангелы сразу же окружили его, взяв в плен. — Киньте его в реку забвения! — Пренебрежительно сказал Экбиэль. — Нет! Отец, прошу, лучше убей! Паэль сопротивлялся из последних сил, но его всё же затянули на мост и скинули вниз в беспокойную мутную реку. Экбиэль улыбнулся, он наконец-то сумел отомстить и заодно вернуть сына на небеса. Прошло несколько часов, и он вышел из воды. В отличии от других ангелов, ангелы, рождённые в Озере Рождения, оставались того же возраста, его тело исцелилось, от шрамов не осталось и следа, как и от прошлых воспоминаний. — Добро пожаловать домой, Паэль. Паэль преклонил колено. На другой стороне реки незамеченный никем старик в грязном, потрёпанном плаще поднял прибывший к берегу сияющий цветок. — Хм… Интересно. Анаэль открыла глаза и уставилась в серый каменный потолок. Рядом с ней сидела Лилор и держала её за руку. — Как ты? — спросила демонеса, увидев, что она проснулась. — Я жива? — удивлённо спросила Анаэль. — Я помню, как дядя убил меня. Где Хэмах? Он, наверное, зол, я должна ему всё объяснить. Лилор отвела взгляд в сторону и, отпустив руку Анаэль, отошла к окну. — Где он?! Я хочу его видеть! Вскочив на ноги, она вдруг почувствовала себя странно. Её сердце билось не так, как обычно, от него веяло холодом. Лилор набрала воздух в лёгкие и, подойдя к ней, обняла. — Мне очень жаль, Анаэль. Князь пожертвовал собой, чтобы спасти тебя. — Нет… — Анаэль закачала головой и отпихнула от себя подругу. — Ты врёшь! Он не мог умереть! По щекам обоих девушек потекли слёзы. — Где он?! — Люцифер хоронит его в Озере Последнего Заката, — неуверенно произнесла Лилор и Анаэль тут же исчезла. Тысячу огоньков освещали берег вокруг озера, тая в сером тумане. Демоны разных сортов и возрастов собрались провести в последний путь Князя Ада. Люцифер стоял у самой воды ни живой, ни мёртвый. Ему пришлось убить собственного сына, понимая, что тот не остановится, пока не уничтожит всё живое во всех мирах, а несколько минут назад, он лично, взяв его на руки, расправил крылья и, полетев на середину озера, последний раз, прижав его к своей груди, отпустил, вернув туда, откуда он был рождён. — Нет! Он обернулся, Анаэль бежала босиком в одной ночной рубашке, её глаза были наполнены слезами. Люцифер схватил ее и крепко обнял, боясь, что она наделает глупостей. — Скажи, что это неправда! — колотя в его грудь требовала она. — Прошу тебя! — у неё началась истерика, и он крепче прижал её к себе. — Я не хочу без него жить! Она вырывалась, пытаясь пройти к озеру, но он её не отпускал. — В твоей груди бьётся его сердце! Ты должна жить за вас двоих! Это его последняя воля. — Его сердце? — Анаэль стала задыхаться, ощущение холода в груди росло, боль становилась невыносимой. Ей хотелось вырвать из груди своё сердце, чтобы избавиться от этой муки, но оно ей не принадлежало. — Это моя вина… Это я убила его. — Ты ни в чем не виновата. Мне пришлось это сделать, чтобы спасти тебя и остальных. — Но если б я не пошла… Если бы не то письмо… Анаэль вдруг поменялась в лице, её голубые как небо глаза стали пустыми, как бездна, и она растворилась, исчезнув из его рук. Адская боль сменилась злостью. Возникнув посреди лагеря, она истерически засмеялась. Бывшие друзья, знакомые, те, с кем она столько лет росла бок о бок, теперь окружили её, угрожая оружием. — Анаэль, почему ты здесь? — выйдя из толпы, спросил Аратон. — Расстроен, что я жива? — продолжая смеяться спросила она. — О чём ты? Я никогда не желал твоей смерти. Ты сама на себя не похожа. — Не похожа?! А как я должна выглядеть после того, как моё сердце сначала проткнули, а затем разбили на мелкие осколки лишив меня того, кто был моим воздухом?! — Анаэль, ты не в себе, давай выпьем чай и всё обсудим, — он подошёл ближе и протянул руку. — Чай? Ха-а… Ты правда веришь, что всё можно исправить чаем? — Хватит, Анаэль! Посмотри на себя! Пошли домой, — Сказал Санни. — Твой брат прошёл очищение и вернулся, и ты можешь. — Что ты сказал?! — Паэль ворвался на небеса, и его кинули в реку забвения. Скоро он снова будет генералом, всё будет как прежде. — ответил Аратон. Анаэль тяжело дышала, в один день она лишилась и любимого, и брата, упав на колени, она подняла голову к небу и, не в силах больше терпеть, выплеснула свою боль в душераздирающий крик. Невероятный энергетический импульс откинул всех на сотни метров. Её волосы поседели, глаза стали чёрными, как ночь, а тело излучало лютый холод. Встав с колен, она подняла руки вверх и тысячи черных птиц, вырвавшись из леса, камнями полетели вниз на ангелов, земля у её ног разверзлась, и десятки адских псов выбрались наружу, деревья цепляли ветками, разрывали ангелов на куски, вся природа восстала против них, желая их смерти. — Анаэль, остановись! Посмотри, во что демоны тебя превратили! — загнанный в угол адским псом прорычал Аратон. Анаэль подошла к нему и зловеще улыбнулась. — Разве меня демоны убили? Разве демоны стёрли меня из памяти моего брата? А может, демоны заставили моего мужа отдать за меня жизнь?! Вы жалкие насекомые, возомнившие себя Богами. Ради своей выгоды вы лишаете жизни других. Это вы демоны! Она глянула на пса, и он вцепился в Аратона, разрывая его на части. — Анаэль, дочка, остановись. Эта сила убивает тебя. Анаэль обернулась и, посмотрев на Люцифера, заплакала. — Хэмах мёртв, они стёрли Паэлю память, он больше не вернётся! А Омэт, что будет с ним?! У меня никого не осталось. Он смотрел на неё и сердце разрывалось от боли, ещё несколько дней назад она шутила и смеялась за ужином, выпрашивая у него щенка адского пса, а теперь стояла потерянная, вся в крови ангела. — У тебя есть я, — прижимая её к себе ответил Люцифер. — И Омэт всё ещё жив, мы найдём способ его вылечить. Пойдём домой. С этими словами он перенёс её в ад, в сад, созданный Хэмахом.

60 лет спустя.

— Паэль, — Абрахос зашёл в оружейную. — Да, учитель. — Ты снова выбираешь себе меч? Разве твои клинки не лучшее оружие? — Я не знаю почему, но когда беру их в руки, чувствую себя плохо. Мне от этого не по себе. — Так бывает. Твоё прошлое подсознательно борется с твоим теперешним. — Почему Я решил стереть воспоминания? — Я знал, что когда-то настанет тот день, когда ты захочешь узнать правду. Присядь. Он жестом указал на лавочку. — Ты был лучшим воином, умным, сильным и непобедимым. Но у всех есть свои слабости. Твоя была в доброте к бывшему другу. Ты наивный полагал, что сможешь спасти его черную душу, но он оказался хитрее. Обманом он заманил вас с сестрой в ловушку. Опоив зельем, он осквернил тебя. Держал в аду, пользуясь твоим телом. Паэль побледнел, он и подумать не мог о таком. — Теперь понятно, почему я хотел всё забыть. Вы сказали, у меня есть сестра? — Была, — при упоминании об Анаэль его всегда окутывал страх. Он убил её, но она вернулась к жизни и убила десятки ангелов. — Её убили. Но она возродилась демоном и теперь живёт в аду. — А тот, кто… — он не мог подобрать слава. Сама мысль о связи с демоном пусть и не посмей воле была ему ненавистна. — Он мёртв. Паэль испытал огромное облегчение. — Первый архангел, — взволнованно обратился вошедший ангел, преклонив колено. — В книге пророчеств новое. Вам нужно это увидеть. Абрахос встал и поспешил в святилище. Паэль последовал вслед за ним. Через огромные окна в святилище проникало большое количество света, отражаясь об зеркальную поверхность пола, он заполнял всё пространство. Несколько верховных хранителей с испуганными лицами стояли у алтаря, на котором лежала огромная книга в кожаном переплёте украшенным серебром. — Что там? — спросил он и, отпихнув одного из старейших, принялся читать. — В ночь, когда серебряный свет восходящей луны озарит мёртвое озеро Рождения, появится на свет бесподобное оружие. Равных которому по силе не будет. Заполучив его и закалив боями, Люцифер повергнет небеса в день солнечного затмения. — Восходящая луна была 50 лет назад, — сказал один из хранителей. — Значит ли это, что уже пол века оружие у Люцифера? — спросил другой. — До солнечного затмения ещё 160 лет, у нас достаточно времени, чтобы придумать план, как отобрать оружие у Люцифера, — сказал Паэль. — Если оно у него есть. — Сначала надо узнать о нем побольше. Отправляйся на Нейтральную землю, Паэль, попробуй поймать и завербовать демона. — Слушаюсь, учитель. — Этмон… Этмон, — Деас тихонько взял его за плечо. — Проснись. Этмон не спал уже несколько суток подряд, все дела Нейтральной Земли легли на его плечи. После смерти Хэмаха, Люцифер забрал Анаэль, оставив его за старшего, чему он совсем был не рад. Он поднял голову, шея затекла и очень болела. — Ты опять уснул за столом. — Что ты тут делаешь? Разве ты не должен подавлять восстание? — Я следопыт, а не генерал. Оба на миг замерли, вспомнив об Омэте. — Но как же мятежники? — Люцифер прислал одного из своих приближенных. Говорят, среди падших он самый жестокий. — Неважно, главное, чтобы проблемы решал, — Этмон снял очки и потёр глаза. — Я теперь могу тебе помочь. Иди поспи, а я рассортирую для тебя бумаги. — Я в порядке, — проговорил он, уставившись на листок, но всё было одним размытым пятном. — Ты очки забыл одеть. Ты совсем не в порядке. Отправляйся спать, пока не заболел. — Хорошо, — согласился он и, переместившись в свою комнату, лишь прикоснувшись лицом к подушке, уснул глубоким сном. Ему снился Омэт, словно он вернулся и всё по-прежнему, и Этмон снова может быть рядом со своим Господином. Его разбудил шум боя за дверью. Не желая вставать, Этмон обнял подушку и снова закрыл глаза, решив, что будет, то будет. Усталость и сон были сильнее страха. К тому же, он хотел ещё немного побыть с Омэтом, хотя бы во сне. — Живой? — услышал он чей-то незнакомый голос. Этмон вскочил с кровати, как ошпаренный, и чуть не врезался в стену. Только сейчас он понял, что забыл очки в кабинете. — Я не хотел тебя пугать. — Кто ты? — Меня зовут Сарис, с этого дня я твой личный охранник. — Мне не нужен охранник, — запротестовал Этмон. — Судя по убитым демонам за твоей дверью, нужен. К тому же, это приказ Люцифера. Этмон наощупь дошёл до кровати и, сев на неё, глубоко вздохнул. — Хорошо, только не мешай мне. — Ложись спать, ты неважно выглядишь, — садясь в кресло напротив него, произнёс Сарис. — Ты собираешься остаться здесь? — С этого дня я твоя тень, тебе лучше к этому привыкнуть. Так нам проще будет найти общий язык. — Я не буду противится воли Повелителя, если ты обещаешь, что это никак не повлияет на мою работу. — В мои обязанности входит делать всё, чтобы ты был как можно продуктивнее. — Всё? — раздражённо ухмыльнулся Этмон и в шутку спросил: — А если я скажу, что мне нужно расслабиться, чтобы очистить голову от ненужных мыслей? — Я приведу тебе демонесс из ада, они точно не станут на тебя нападать. Сколько тебе нужно? Этмон потерял дар речи. — У меня немного другие предпочтения, — неуверенно ответил он. — Так тебе нужен демон? — Мне никто не нужен. Я просто пошутил. — У меня с юмором не очень. Впредь, давай без шуток. Если тебе нужно утолить своё сексуальное желание, я найду тебе партнёра. — Ты правда думаешь, что я смогу расслабиться с незнакомым мне демоном под твоим надзором? — Почему нет? — Забудь. Сарис подошёл к нему и, приподняв подбородок, прошептал в самые губы: — Тогда я сам этим займусь. Его поцелуй был грубым и властным. Этмон хотел оттолкнуть его, но тело его и вправду нуждалось в этом уже долгое время, поскольку он не видел его лица, то включив фантазию, представил, что он с Омэтом, и ответил на поцелуй. Нащупав пуговицы на его рубашке, Этмон принялся растягивать её, покрывая его шею и грудь поцелуями. Сарис ловко снял с Этмона одежду, тот даже не почувствовал и повалил его на кровать. Для него это было всего лишь работой. Люцифер явно дал понять, что Этмон на Нейтральной Земле в приоритете, хотя Сарис и не понимал, почему именно этот слабый демон стоял во главе всего. До этого он никогда не спал с мужчинами, но подумав, что это вряд ли отличается от секса с демонессами, согласился. Кожа Этмона была нежная, как у девушки, а его поцелуи приятными и сладкими, поэтому он возбудился без особого труда. То, что Этмон делал ртом и руками было неимоверно, и вскоре Сарис совсем потерял голову. Стянув с себя штаны и перевернув его на живот, он ворвался в него полностью, поглощённый страстью. Именно это и нужно было скучающему по своему господину помощнику. — Генерал, нам не удалось ничего узнать, демоны были убиты не достигнув цели. — Я изначально говорил, что похищать Этмона плохая идея. Он у всех на виду и его явно охраняют, — равнодушно ответил Паэль. — Но только он посвящён в дела Люцифера. — Тогда нужен план получше, найди предателей среди его окружения. Я хочу знать о нем все. -Как прикажете, генерал. Паэль одобрительно кивнул. Вчера он вернулся в место, где жил в прошлой жизни, но ничего не почувствовал, кроме сожалений на могилах ангелов погибших от рук его бывшей сестры. «Как я мог такое допустить… Неужели я был настолько слаб?» Ему надо было отвлечься и придумать план, и он полетел на самую высокую точку Нейтральной Земли. Хребет Дракона был безумно красивым местом. Не долетая до вершины, он увидел девушку Ангела, тихо спустившись, он подошёл ближе. — Нейтральная Земля больше небезопасное место, вам не стоит гулять одной. Она обернулась и её голубые глаза расширились от шока. — Паэль?! — Мы знакомы? — он подошёл ближе и принялся рассматривать её, пытаясь понять, что их связывало в прошлом. Её волосы были седыми, но сама она была молода и красива. Черты её лица показались ему знакомыми, странное чувство тревоги возникло внутри него. — Ты же не помнишь, — тяжело вздохнув произнесла она и, посмотрев ему в глаза, представилась: — Я твоя сестра Анаэль. Паэль сделал несколько шагов назад, положив руку на меч. — Хочешь меня убить? Я не буду сопротивляться, — Повернувшись к нему спиной, проговорила она. — Я уже умирала, это не так больно, как жить. — Я не буду тебя убивать, я отведу тебя на небеса, и ты предстанешь перед судом. — Чтобы дядя имел возможность снова проткнуть мне сердце? Или позволить им стереть мне воспоминания, чтобы я забыла о возлюбленном как ты? А ведь Омэт все ещё ждёт тебя, — она снова повернулась к нему. — Нет, уж лучше умру от рук брата. — Кто такой Омэт? — Тот, кого ты любил больше жизни, тот, ради кого прошёл через ад. Паэлю стало не по себе. — Он жив? — Да, он все ещё болен, но его сердце бьётся. Его взгляд стал потерянным, а мысли путались. — Паэль, — она подошла ближе и взяла его за руку. — Я знаю, что ты никогда нас не вспомнишь, но прошу, не доверяй ни отцу, ни дяде. Слушай своё сердце, оно подскажет, где правда. Он убрал от себя её руку и расправив крылья, улетел, не сказав ни слова. В его душе был целый ураган эмоций и ему было необходимо это обсудить. — Учитель! — ворвался на собрание архангелов Паэль и, увидев ещё и Экбиэля, поклонился. — Отец. — Что могло произойти, чтобы ты так бесцеремонно прервал совет? — гневно спросил Экбиэль. — Перестань, брат, наверное, у него есть причины, — улыбнулся Абрахос. — Правда же? Паэль упал на колени. — Он жив, учитель. — Кто жив? — Тот демон, — он слегка запнулся. — Омэт. — Что?! — практически хором спросили архангелы. — Ты уверен? — Я встретил Анаэль, она сказала, что он всё ещё болен, но его сердце бьётся. — Прошло больше двух столетий. Если пламя до сих пор его не убило, значит, он… — начал Экбиэль. — Сможет его контролировать. Он станет по силе равен Богу, мы не должны этого допустить, — задумчиво сказал Абрахос и подошёл к Паэлю. — Мой славный ученик. Готов ли ты пожертвовать собой, чтобы остановить зло? — Да, учитель, я не задумываясь отдам жизнь ради небес. — Хорошо. — Что ты задумал? — спросил Экбиэль. — У Омэта есть лишь одна слабость. И мы воспользуемся ей, чтобы раз и навсегда покончить с ним. — Что это за слабость, учитель? — Ты, мой дорогой. Я хочу, чтобы ты отправился в ад и убил Омэта. — Это нереально, — возмутился Экбиэль. — Люцифер его и близко к аду не подпустит. — Подпустит, если его приведёт Анаэль. Несчастный, запутавшийся в себе брат, она просто не сможет устоять. Этмон проснулся один, хотя уснули они вместе. Он вздохнул с облегчением, ему совсем не хотелось объясняться. Но облегчение длилось недолго. Сарис вошёл в комнату и, поставив поднос на столик у кровати, достал из кармана очки и одел их на растерянного Этмона. — Хорошо, что не пришлось тебя будить. Ешь и принимайся за работу. Он был высокого роста и атлетического телосложения, чёрные волосы и светлая кожа — всё это выдавало в нём бывшего ангела. Ярко голубые глаза означали, что он не принял огонь и не отверг ангельскую суть. Его лицо было довольно красивым, даже несмотря на большое количество шрамов. У Этмона мурашки побежали по коже, от осознания того, что он переспал с ангелом. Того же, казалось, это никак не беспокоило, Сарис перебирал вещи в его шкафу, и найдя то, что удовлетворило его вкус, положил возле подопечного. — Это тоже входит в твои обязанности? — Нет, но если ты не поспешишь, мы опоздаем на встречу с генералом Виргилом. Этмон вскочил с кровати и принялся одеваться. — Почему ты молчал?! Он уже прибыл?! — Успокойся, — Сарис взял его за плечи и повернул к себе. — Здесь ты хозяин, не забывай об этом. Он подождёт. Сначала завтрак и не спеши так. — Как я могу завтракать, если на кону мир? — С аппетитом, и попробуй только не поесть, пожалеешь, — ответил Сарис и вышел из комнаты. Этмон замер, он не привык, чтобы его каждый шаг контролировали, обычно это было его работой, следить за всеми. «Нужно поговорить с Люцифером, возможно удастся избавиться от этого ангела» Сарис, убедившись в безопасности Этмона, стоял неподалёку, наблюдая за тем, как он договаривается. Сначала он показался ему нелепым и слабым, но вскоре его мнение поменялось кардинально. Этмон был превосходным манипулятором, генерал Виргил даже не заметил, как согласился на условия, выгодные только Этмону, причём ещё и поблагодарил за встречу. Сарис улыбнулся. «Ну и хитрец, а с виду такой наивный. Теперь понятно, почему Люцифер так о тебе печётся» Выпроводив гостя, Этмон сел за стол и принялся за бумажную работу. Он не подымал головы несколько часов подряд, изучая один документ за другим. — Что ты хочешь на обед? — спросил Сарис, подойдя к столу. — Мне некогда обедать, — ответил Этмон, продолжая считать цифры в отчётах генералов Нейтральной Земли. — Я даю тебе последний шанс выбрать самому. Иначе выберу я. Этмон поднял взгляд и посмотрел на него. — Я сказал, что не буду противиться воле Повелителя, если ты не будешь мне мешать. Ты отвлекаешь меня от работы. — Мы больше времени тратим на спор. Просто делай, как я говорю, и всё будет хорошо. — А если нет?! — Я Виконт ада. Посмеешь ослушаться?! Этмон проглотил комок в горле. Виконтов было всего 7, и они были свитой Повелителя. Их лица всегда скрывали маски, мало кто знал, как они выглядят на самом деле. Если он и правда был приближенный Люцифера, значит, он был самым главным на Нейтральной Земле, а его роль охранника была лишь прикрытием. — Нет, не посмею. — Вот и хорошо. Итак, что ты хочешь на обед? — Этмон, — Деас ворвался в кабинет, желая быстрее рассказать новость, но увидев Сариса, остановился и склонил голову в приветствии. — Господин Сарис, я думал, вы уже вернулись назад. — Я задержусь. Что ты хотел сказать? Деас не решался говорить, но всё же, глядя на Этмона, сказал: — Перед воротами замка Паэль, он хочет с тобой поговорить. — Паэль?! Разве ему не стёрли память?! — Я не знаю. — Впусти его. Я должен узнать, чего он хочет. — Кто такой Паэль? — спросил Сарис, присаживаясь в кресло возле стола. — Возлюбленный Генерала Омэта. — Тот самый ангел, которого любил Князь и ненавидел Повелитель? Этмон кивнул. — Хм, интересно. Паэль появился спустя несколько минут. Как только он переступил порог, они с Этмоном уставились друг на друга и возникла немая пауза, которую нарушил Сарис. — Что ангел забыл у демонов? — Если вы не против, это личный разговор, — посмотрев на него ответил Паэль. — Я против. Если есть, что сказать, говори при мне. — Я хочу узнать об Омэте. Расскажи мне, — глядя в глаза Этмону попросил ангел. — Что вы хотите знать? — Ты ведь был его любовником много лет? Этмон посмотрел на Сариса, тот лишь ухмыльнулся. — Вас это интересует? — Если у него был ты, зачем ему понадобилось похищать меня? — Мой господин никогда вас не похищал, вы сами оставили небеса ради него. — Бред! Я бы не предал небеса ради любовника. — Я не собираюсь вас убеждать, вы спросили, я ответил. — Хорошо, если я сам пришёл к нему, то почему я вернулся на небеса и захотел всё забыть? — А почему вы сегодня пришли сюда? Паэль не ответил, опустив взгляд. Всё это было частью спектакля, чтобы заставить поверить Анаэль, что он сомневается по поводу своего прошлого. — Я хочу знать правду…

Эпилог

Мальчик проснулся в холодном поту. Отец сидел за столом у окна и писал что-то. — У тебя снова было ведение? — Мне приснился демон во льду, ему очень больно. Мужчина задумчиво улыбнулся. — Ваша связь становится всё сильнее. — Наша связь? — он подошёл к отцу. — Что ты видел? — Он сгорает изнутри. Но больше всего он страдает из-за смерти того, кто был ему дорог. А ещё он постоянно кого-то ждёт. — Этот демон поглотил пламя богов, одно пламя пытается его убить, другое — защищает. Пламя феникса, которое он не в силах сдерживать, часть тебя. Ты был создан с помощью него, очень давно. — Поэтому я его вижу и чувствую? Отец кивнул. — А я могу ему помочь? — А ты хочешь? — он посмотрел в изумрудные глаза сына. — Он ведь демон? — Он не кажется плохим. — Если хочешь ему помочь, усерднее учись. Мальчик тяжело вздохнул, ему совсем не хотелось с утра до ночи сидеть над древними текстами, но он послушно кивнул. — Отлично, — отец подвинул к нему свитки и потрепал русые волосы. — Если будешь прилежно учиться, встретишься с ним, когда подрастёшь и сможешь контролировать пламя небес.

Конец, «Проклятье Нейтральной Земли. Часть 1: Проклятое Зеркало»